Санкт-Петербург, 7 августа 1859 г. – Москва, 7 июля 1926 г.

Если театр начинается с вешалки, то город – с вокзала. Здания, первыми принимающие гостей, строят с особой любовью. В Москве нельзя не залюбоваться Ярославским вокзалом. Кажется, в башне путешествующих ждёт сама Снегурочка, чтобы помочь им уехать в Архангельск, Нижний Новгород, Читу…

Архитектор Шехтель так талантливо воплотил в здании мотивы Русского Севера, что вокзал получился похожим на застывшую сказку. Где краеугольные камни творений великого зодчего? Сейчас узнаем.

Мы отправляемся в увеселительный сад Саратова. По аллеям идут тёзки – создатель этого места Франц Шехтель с племянником. Мальчику интересны и бильярдная, и беседки, и эстрада с военным духовым оркестром. Но более всего притягивает его летний театр. Здесь выступал прославленный негритянский трагик и итальянские певцы. На сцене в присутствии самого Островского прошла премьера «Грозы». А теперь и отец маленького Франца стал антрепренёром другого театра – Городского.

Семья немецких колонистов Шехтелей приехала в Россию ещё во времена Екатерины II. У купцов были свои фабрики и магазины. Однако безбедному существованию скоро приходит конец. Семья разорилась, а отец мальчика умер.

– Прилежно учись в гимназии, а я уезжаю в Москву, – принимает трудное решение мать. – Буду работать экономкой в семье Павла Михайловича Третьякова. Устроиться мне помог наш меценат Жегин. Он и о тебе тут позаботится.

– Как бы мне хотелось посмотреть коллекцию Павла Михайловича! – говорит мальчик, увлечённый рисованием.

В Москве юноша оказался в шестнадцать лет. В доме знаменитого коллекционера он почувствовал, как в душе его всё выше поднимается «храм искусства» – свой, собственный, не похожий ни на какие другие. Юношу определили помощником в мастерскую зятя Третьякова – известного архитектора Каминского.

В 1875 году Шехтель поступил на архитектурное отделение Московского училища живописи, ваяния и зодчества. Однако секреты профессии постигал он недолго. Настоятельная нужда зарабатывать на жизнь заставила его покинуть училище. Он берётся за создание декораций и театральных костюмов.

Русский читатель без ума от сборника Антоши Чехонте «Пёстрые рассказы», проиллюстрированного художником с экзотической фамилией Финь-Шампань. За псевдонимами скрываются друзья, которым суждено прославить русскую культуру, – Чехов и Шехтель.

В 1914 году на родине писателя в Таганроге появится библиотека его имени. Автором проекта станет Фёдор Осипович Шехтель. Он принимает русское имя, ведь душа его всегда была русской.

«…без работы я был бы никуда не годен – как часы, не заводимые аккуратно и постоянно».

Здания Шехтеля – украшение Москвы. Он работает в популярном в те годы стиле модерн, для которого характерны необычный растительный орнамент, мозаика, скульптурные украшения. Приверженцы этого стиля верили, что художник делает мир лучше красотой. Творения Шехтеля действительно прекрасны и наполнены глубоким смыслом.

Отправляемся в особняк Рябушинского. Открываем дверь… Вот это чудо! Мы попали в подводный мир! Дремлют дверные ручки – морские коньки, таинственно мерцает светильник-медуза, на потолке вьются водоросли. Поднимемся по зеленовато-серой, похожей на спираль лестнице в земной мир. И ещё выше – к звёздам, к прекрасному божественному небу. Мы видим цветы Благовещения – лилии – и злых саламандр. И по другой, узкой лестнице входим, наконец, в домовый храм. Вот и пришли к Богу…

Всё здесь подчинено идее Шехтеля: у дома есть сердце – основное помещение, которое задаёт «ритм» всем остальным. Ещё одно новшество, введённое Фёдором Осиповичем, – это тщательная проработка интерьера. К оформлению особняка жены известного богача и мецената Саввы Морозова Шехтель привлёк художника Михаила Врубеля.

– Как чудесны панно, витраж с рыцарем, скульптура! – восхищаются гости.

– Есть ли сказка более волшебная, чем сказка о трёх сёстрах: Архитектуре, Живописи и Скульптуре! – улыбается зодчий.

Для завершения огранки своих «алмазов» он приглашает и других художников – В. Э. Борисова-Мусатова, К. С. Петрова-Водкина, К. А. Коровина.

А вот в убранстве деревянного шатрового храма Николая Чудотворца Шехтель продумал каждую деталь сам. Святыня напоминает своих «крёстных сестёр» – церкви, построенные древними зодчими Вологды.

«Любя искусство, мы творим волшебную сказку, дающую смысл нашей жизни».

И дом самого волшебника архитектуры заставляет прохожих останавливаться. Над входом на мозаике три ириса – бутон, распустившийся цветок и увядающий. Ты, конечно, догадался, что это символ человеческой жизни.

Жизнь этого удивительного человека – напряжённый непрестанный труд. С утра запирается он в кабинете – и на бумаге возникают шедевры архитектуры. Ночью Шехтель обдумывает проект Народного дома. Увлекается!.. Рассвет зодчий встречает с разработанным в деталях планом.

Часто бывая за границей, Фёдор Осипович и там продолжает работать.

Талант, которому обстоятельства помешали получить диплом архитектора, стал академиком. Сияет в небе малая планета Шехтелия, а Россию украшает драгоценное ожерелье творений архитектора.

Сегодня в особняк Рябушинского можешь попасть и ты – в нём расположился музей Максима Горького.