«Мой муж гений! – хвалилась супруга Эйнштейна и уточняла: – Он умеет делать абсолютно все, кроме денег…» Пожалуй, из этого комментария можно вывести два тезиса:
• вспомнить того самого свободного Внутреннего ребенка, который, по сути, и дает возможность творцу творить, побуждая его к экспериментам, и в то же время провоцирует рождение «желаний-хочух» тут и сразу, которым невозможно противостоять и которые требуют моментального удовлетворения, а значит, и поиска, где взять денег, не раздумывая, как их возвращать;
• зарабатывание денег не есть функция гениев по определению: их ценности – не в деньгах и обеспечении быта, а в процессе и их собственных великих целях.
Специалисты, изучающие психологию должника, утверждают: для человека не отдавать долг более естественно, чем отдавать. Особенно для того, кем руководит Внутренний ребенок. Беря в долг, люди с незрелыми структурами Внутреннего взрослого, отвечающего за чувство ответственности, не особо задумываются, как именно и за счет чего будут возвращать одолженное. В момент получения денег они фокусируются на том, как их потратят – на удовлетворение потребности или той самой «хочухи». Для кого-то – это необходимость закрыть базовые нужды, чтобы выжить, поскольку зарабатывать гении чаще всего не умеют (об этом дальше). А для кого-то – заглушить предметами роскоши и престижа вечно снедающую творцов тревогу и даже депрессию.
Ведомые Внутренним ребенком гении страдают от недостатка самоконтроля и часто склонны к импульсивному поведению. Им сложно устоять перед соблазном мгновенного удовлетворения, они легко поддаются искушению взять в долг.
А теперь о том, почему создатели великих творений и гениальные изобретатели чаще всего не способны обеспечить себя финансово. Оставим в стороне общеизвестный факт их недооцененности современниками. Это понятно.
Есть еще один важный момент, который обнаружили немецкие ученые из Геттингенского медицинского центра в ходе исследования особенностей мозга творческих людей и того, что мешает им зарабатывать. В эксперимент привлекли две группы добровольцев: в первой объединили представителей креативных профессий – художников, скульпторов, музыкантов и актеров, а во второй – «нетворческих» страховых агентов, администраторов, инженеров. Каждому демонстрировали несколько изображений, на которых нужно было найти определенные цвета и нажать на кнопку. Только за зеленый цвет участникам давали 30 евро. В процессе тестирования за изменениями в мозге участников наблюдали с помощью аппарата МРТ. Когда творцы находили оплачиваемый цвет, их мозг показывал очень слабую активность в области полосатого тела, отвечающую за реакцию на вознаграждение. Когда видели цвет, который им нравился, но бесплатный, повышенная активность наблюдалась в передней префронтальной коре, продуцирующей дофамин – гормон радости.
Исследователи сделали вывод: мозг творческих людей проявляет интерес к самому процессу, не принимая во внимание материальное вознаграждение. Деньги для них не так важны. Творчество предлагает окно в другой мир с иными ценностями. Оно будто существует в ином, более значимом для гения измерении.
И дело даже не в том, что им трудно оценить собственное творчество или заниматься его продвижением. Им сложно переключаться на что-то еще, кроме идей, которые захватывают их целиком. Именно поэтому деньги для творческих людей остаются вне поля зрения, вне искреннего интереса, вне цели, способной вдохновлять.
Вы так же склонны фокусироваться на творческой идее? Не исключено, что вы гениальны и ваше имя останется в истории!
Когда речь заходит о деньгах, большинство из нас считает, что мы поступаем с ними «рационально». Мы убеждены: раз у меня есть банковская карта и нет долгов – значит, все в порядке. Однако с психологической точки зрения финансы – один из самых выразительных проективных тестов. Ничто так не рассказывает о нашей глубинной структуре, о неосознанных мотивах, о страхах, стыде, обиде или желании заслужить, как монетарное поведение – то, как мы тратим, копим, отдаем или, наоборот, бесконечно берем.
Деньги – это символический язык, который расскажет о вашей жизни. Через них мы проговариваем то, что боимся признать вслух. Часто это язык любви, иногда – язык тревожной привязанности, тревожной отстраненности или даже депрессивного «мне ничего не надо». Парадокс в том, что монетарные сценарии чаще не про экономику, а про то, каким образом мы научились быть в отношениях – с собой, с миром, с потерей, с ожиданием, с нежностью.
Психология давно располагает типологией денежных паттернов, которые, с небольшими вариациями, воспроизводятся у очень многих. Один из самых распространенных – эмоциональный вкладчик. Такой человек тратит деньги не просто ради удовольствия, а чтобы почувствовать: он – живой, он – значимый, он – нужный. Он может красиво дарить, спонтанно удивлять, вкладываться в близких, в проекты, иногда даже в малознакомых людей. Однако за этой щедростью часто стоит тоска по признанию, по включенности, желание быть увиденным через оплату высокого чека. Он легко говорит: «Ничего, я заплачу».
Другой полюс – невротически бережливый. Ему нужно, чтобы холодильник был полон, а финансовая подушка – объемной. Любая покупка – это военные действия против собственного страха: а вдруг потом не хватит? Такие люди могут экономить на себе, отказывать даже в малом, считать каждую копейку и винить себя, если вышел за рамки бюджета. Это паттерн контроля: если я удержу деньги – я удержу собственную целостность, безопасность, свое «я не провалюсь».
Особое великолепие представляет собой шопоголик-компенсатор. Этот тип яркий, импульсивный, может быть, на первый взгляд со вкусом, много знает про премиальные бренды и легко тратит на образ, голос, статус, самоощущение. Зачастую – неосознанно компенсирует чувство внутренней пустоты. Он как бы говорит себе: «если я выгляжу, значит, я есть». Он не обязательно живет в роскоши – он живет в цикле счастья и вины, покупки и раскаяния. Большую часть времени он в сложных отношениях с чувством собственной ценности и тратит, чтобы его подтвердить, вернуть, реанимировать.
Есть еще стыдливый избегатель. Деньги для него – словно отсутствие пола в доме: на него наступать нельзя, обсуждать – опасно, делать что-то с ним – утомительно. Такие люди сворачивают разговоры о бюджете, тревожатся, когда видят таблицы платежей, откладывают оформление даже базовых документов. Проявляется здесь вовсе не глупость, а глубинный страх быть недостаточным, «не справляющимся». Деньги – это территория, где легко обнаружить свою уязвимость, а значит, лучше туда не ходить.
Другой тип – вечный должник, или человек, регулярно попадающий в долговую яму. Парадокс в том, что он не обязательно беден. Он может даже зарабатывать – и порой немало, – но словно не может удержать. Деньги утекают, долги «организуются» вновь. Это может быть связано с бессознательным чувством вины, ощущением, что «иметь – небезопасно» или же «я не заслуживаю богатства». Деньги проигрываются как наказание себе – и как способ получить внимание, заботу, спасение. Часто у таких людей в анамнезе – сюжеты про спасателей, про «мама тянула одна», про жертвенность как единственный способ быть хорошим.
Противоположность должника – благодетель. Это тип, который финансирует, помогает, спонсирует, обеспечивает, даже если его об этом не просят. Человек как бы говорит: «Деньги – мой язык любви, и если я дам тебе достаточно, ты меня не бросишь». Благодетели нередко попадают в токсичные связи – они будто покупают себе право быть значимым. При этом часто боятся просить о помощи сами. И если им отказывают в нужный момент, это воспринимается трагически – ведь они вложили всю свою эмоциональную мощь в «подарок», который должен был обеспечить привязанность.
В этой типологии нет хороших и плохих – все стратегии возникли как приспособление. Кто-то рос в дважды гиперинфляционном поле и научился прятать купюры между страницами. Кто-то – с ощущением, что только давая, можно быть рядом. Кто-то тратит, чтобы синхронизироваться с образом «успешной женщины, достойной бутика», хотя внутри до сих пор сидит девочка, не способная купить пирожок в школьной столовой.
Финансовый паттерн – это всегда немного о любви. И немного о страхе. О том, как мы умеем ждать или не умеем, отпускаем или удерживаем, выбираем заботиться или избегаем близкого контакта. Деньги не просто показывают, сколько у нас на счете. Они показывают, сколько внутри нас убеждений, ран, невыученных уроков, а иногда – надежды. Так что если опять купили платье за весь гонорар, возможно, стоит спросить не только «зачем», но и – «для кого». Или – «взамен чего». Ведь то, как мы тратим (или не тратим), – всегда не про деньги.
Что для вас страшнее: дать деньги или попросить их? И почему?
___________________________________________________
___________________________________________________
___________________________________________________
___________________________________________________
___________________________________________________