Явышла на улицу и направилась по извилистой дорожке к краю лужайки, где меня ждали шесть вампиров. Шон последовал за мной. Стражники наблюдали за нами. Все они были выше шести футов ростом, все с одинаковыми квадратными выпуклостями под плащами, что придавало им вид футбольных игроков в защитной экипировке. Син-доспехи. Все серьезно.

Никаких флагов и знамен. Странно. Не похоже на них.

– Протокол «ВООРУЖЕН», – пробормотала я. – Максимальный уровень угрозы.

Позади меня что-то зашевелилось – дом готовился к битве.

Прошло много времени с тех пор, как я в последний раз сталкивалась со Святой Космической Анократией, и тогда у меня была поддержка в виде родителей. Теперь моя поддержка – непредсказуемый оборотень, склонный принимать поспешные решения и прикладывать все свои силы для их реализации.

Самый высокий вампир стоял впереди остальных. Он был крупным, широкоплечим, с густой копной каштановых с проседью волос, ниспадавших каскадом на спину. Его квадратную челюсть обрамляла короткая борода. С возрастом мужчины-люди, как правило, полнели. У вампиров этот процесс выражался по-другому: они становились более мускулистыми и лохматыми. Тому, кто смотрел на меня сейчас, было, должно быть, около шестидесяти. Но поскольку он стоял спиной к уличному фонарю, я не могла разглядеть его как следует.

Я послала в метлу магический импульс. Верхняя часть рукояти засветилась нежно-голубым светом. Глаза вампира поймали его и засветились бледно-красным, как радужки тигра. Синий свет метлы играл на его син-доспехах, облегавших мощную грудь. Я украдкой искала светящиеся темно-красным символы. Его чин в переводе на человеческий язык – «Рыцарь-Сержант». Плохие новости.

Я остановилась примерно в шести дюймах от границы гостиницы.

Другой вампир шагнул вперед и поднял продолговатый предмет, держа его горизонтально примерно на уровне глаз. Развернулась темно-красная ткань, почти касаясь травы. А вот и знамя.

На красной ткани золотом была вышита голова хищника с большими клыками и свирепыми глазами. Он выглядел как нечто среднее между медведем и саблезубым тигром.

– Дом Крахров! – тихо пролаял вампир со знаменем.

– Крахров, – выдохнули остальные четыре вампира и уставились на меня.

Обычно они орали название своего Дома во весь голос, пытаясь запугать… О. Они старались не привлекать к себе внимания. Я прикусила губу, чтобы не рассмеяться. Меня еще ни разу не пытались запугать шепотом.

– «Гертруда Хант» приветствует Дом Крахров и предлагает его бравым воинам теплый прием, – сказала я.

Протокол важен. Он помогает всем оставаться в рамках приличия и сводит мясорубку к минимуму.

– Дом Крахров приветствует хозяйку гостиницы, – сказал старший вампир. – Мы пришли с миром.

– Не желаете ли войти? – спросила я.

– К большому сожалению, мы вынуждены отказаться, – сказал старший вампир. – Я лорд Сорен, сын Рока, сын Гартены, барон Нур-касла.

– Дина Демилль, дочь Джерарда и Хелен. Господин, почему вы в плащах?

– Чтобы слиться с окружением, – сказал он. – У нас секретная операция.

Не смейся, не смейся, не смейся…

– Сейчас очень жарко, – сказала я. – Плащи – это одежда для холодной погоды.

Шон прочистил горло.

– Полдюжины здоровенных парней в плохо сидящих плащах вываливаются из черных «Хаммеров» на техасскую жару? Вы уверены, что хотели добиться секретности, а не наоборот? – спросил он.

Густые брови лорда Сорена сошлись на переносице.

– А есть ли альтернатива для теплой погоды?

– Дождевики, – сказал Шон. – Если идет дождь. В противном случае огромные футбольные майки и шлемы – ваш лучший вариант.

– Вы точно не хотите войти? – спросила я.

– Нет. Перейду сразу к делу: мы пришли за одним из ваших гостей.

Вот как.

– Господин, если Дому Крахров взбрело в голову угрожать безопасности моих постояльцев, боюсь, вы взяли с собой маловато воинов.

Вампиры тут же повытаскивали оружие: пистолеты, мечи и топоры. Тихое жужжание возвестило о приведении в действие кровавых клинков. Когда они активированы, лезвие может срубить хоть деревянный столб. Я видела, как это происходит.

Я воткнула метлу в газон. Лязгнули затворы, и из окон выдвинулись пулеметы. Магия закружилась вокруг меня, колыша мантию. Шон, стоявший рядом со мной, напрягся, его взгляд стал хищным, лицо ожесточилось.

– Подождите, – сказал лорд Сорен, поднимая руки. – Вы со мной не пройдетесь?

– Как пожелаете.

Я продолжу в них целиться, даже если отойду.

Мы пошли вдоль границы – он со своей стороны, а я со своей.

– Мы ищем дахаку, – сказал он.

– Зачем?

– Это личное дело нашего Дома. Вопрос чести. Кровавый долг… а мы всегда сводим счеты!

Похоже, этот дахака кого-то убил. Кого-то важного.

– Так это месть?

– Это личное дело, – повторил лорд Сорен. – Он настоящее чудовище. Отдайте его нам, и дело с концом.

– Я не могу этого сделать.

Ну же, скажи мне, зачем он вам нужен.

– Я не хочу прибегать к насилию.

– Господин Сорен, вы представитель хищной расы и вместе с сородичами привыкли впиваться своим жертвам в горло. Между Домами Святой Анократии постоянно происходят вооруженные конфликты, и прямо сейчас их не меньше пяти. Вы пришли ко мне в син-доспехах и держите наготове свой топор. Сомневаюсь, что вы действительно обдумываете, стоит ли прибегать к насилию. Жестокость – это ваш первоначальный инстинкт.

Лорд Сорен остановился и уставился на меня.

– У меня пятеро вооруженных людей. Все они опытные бойцы.

– У меня есть метла, гостиница и оборотень из поколения альфа.

Лорд Сорен взглянул на Шона, который, скрестив руки на груди, преградил путь пятерым вампирам.

– Серьезно?

– Да.

Лицо лорда Сорена приобрело задумчивое выражение. Шон произвел куда большее впечатление, чем моя метла или дом. Очевидно, они знали об оборотнях поколения альфа больше меня.

– Если мы вступим в битву, будет громко и кроваво. Хотелось бы избежать разоблачения, но все же это не наша планета. Мы сотрем вас в порошок и уйдем.

– Только попробуйте.

– Даже если вам удастся защититься, потом придется разбираться с последствиями.

Он был прав. Мы наделаем слишком много шума.

– Земля – нейтральная территория, – сказала я ему. – Если вы нападете на меня без видимой причины, Совет лишит ваш Дом доступа к нашим услугам. Уверена, что Дом Крахров – могущественный Дом, и у вас полно врагов, которым будет только на руку, если у вас возникнут проблемы с путешествиями.

Он нависал надо мной. Что, не понравилась такая перспектива?

– Никто не узнает, что вы сдали дахаку.

Я удивленно приподняла брови.

– Вы предлагаете мне поступиться своей честью?

На мгновение господин Сорен задумался. Я загнала его в угол. Уж кто-кто, а вампиры никогда не поступаются честью. Особенно рыцари.

– Если вы откажете ему в обслуживании, он перестанет считаться вашим гостем.

– Мы не выдаем гостей по первому требованию непонятных вооруженных незнакомцев.

Над этим господин Сорен размышлял уже долгую минуту.

– Тогда мы разобьем лагерь и будем следить за гостиницей, пока он не выйдет.

Он не собирался делиться никакой информацией. Пора было с этим заканчивать.

– Это было бы совершенно бесполезно, господин, потому что он вовсе не гость.

– Не надо меня дурить. Мы перехватили сигнал его передатчиков.

– Вот этих?

Я вытащила из кармана две сферы.

– Я требую объяснений, – прорычал лорд Сорен.

– Не смей ей приказывать! – крикнул Шон.

Ого, а у оборотней слух куда острее, чем я думала.

– Объясните, пожалуйста, – попросил господин Сорен.

– Он убивает жителей Земли, домашний скот и собак. Он убил собак моих соседей, поэтому я в ответ убила его следопытов.

– Вы активировали передатчики. Почему? – спросил господин Сорен после того, как обдумал мои слова.

– Чтобы приманить его к себе.

– Но это для вас не характерно. Вы же придерживаетесь нейтралитета.

– Господин Сорен, у меня специализированная гостиница, обслуживающая очень специфическую клиентуру. Я веду дела не так, как другие хозяева гостиниц. Вы с вашими людьми можете присоединиться к нам и подождать, пока он не появится.

Лорд Сорен посмотрел на своих людей, потом на Шона и снова на меня.

– Нет. Как я уже сказал, речь идет о чести Дома. Мы сами с ним разберемся.

Что бы я ни сказала, это было бы воспринято как посягательство на его честь, честь его Дома, честь его людей, честь их родителей и родителей их родителей…

– Ваше право, господин.

Господин Сорен внимательно посмотрел на передатчики в моей руке.

– Дом Крахров желает купить у вас эти передатчики.

– Я готова расстаться с одним из них.

– Этого достаточно, – сказал он. – Назовите вашу цену.

Я протянула руку через границу и положила один из передатчиков ему на ладонь.

– Жест доброй воли, господин. Возможно, когда мы встретимся в следующий раз, то начнем наш разговор не с угроз. Я прошу лишь о том, чтобы вы не вовлекали моих соседей в вашу битву.

Он моргнул и поклонился.

– Да будет так.

Лорд Сорен поднял руку с зажатым в ней передатчиком и оскалил зубы. Его клыки длиной в дюйм блеснули в свете уличного фонаря. Как по волшебству, все вампирское оружие исчезло, и его стражи заулыбались, демонстрируя свои серповидные зубы.

Он повернулся к Шону:

– Это наша охота. Не вмешивайтесь.

– Валите уже, – сказал Шон.

Я подошла к нему, и мы смотрели, как вампиры забрались в свои «Хаммеры» и поехали вдоль по улице в северном направлении.

– Спасибо, что прикрыл мне спину, – сказала я.

– Нет проблем. Вампиры, серьезно?

– Угу.

– Я слышал сердцебиение и заметил, что один из них вспотел. Они вовсе не мертвые.

– Нет, это хищная разновидность людей. Мы лишь иногда ведем себя как хищники и еще всеядны. Они же питаются исключительно плотью.

– Как их можно принять за трупы?

– У них толстая кожа. Они не краснеют, температура их тела ниже, чем у нас, и ты видел, какие бледные у них губы. А если они понимают, что надолго застряли на нашей планете, а ждать не хочется, то до отбытия могут поместить себя в стазис в похожих на гроб модулях. Иногда они закапывают эти модули в землю, потому что не хотят, чтобы их случайно нашли.

Мы направились обратно к дому.

– Но они ни разу не ходячие трупы, – сказал Шон.

– Мифы нередко обманывают. Ты вот воешь на луну и похищаешь девушек себе на ужин?

– Зависит от девушки, – сказал он.

Он что, заигрывает? Тема людоедства тут не слишком подходит, но тон его голоса… Может, оборотни так по-особому флиртуют? Эй, детка, если бы мне пришлось выбрать, какую девушку убить и съесть, то я бы выбрал тебя…

– Они похожи на людей, – снова сказал Шон, качая головой.

– Они похожи на нас. Наши виды совместимы. Бывают гибриды человека с вампиром.

Он повернулся и посмотрел на меня.

– Есть и гибриды человека с оборотнем, – продолжила я, пожимая плечами. – Базовый набор генов одинаков…

Вдруг в ночи раздался ужасающий, полный боли крик. Он доносился с севера.

Шон повернулся на звук. Парень расплылся в воздухе, и на его месте возник монстр. Высокий, мускулистый, с огромными плечами, он был покрыт густой темно-серой шерстью. Большая квадратная голова с колоссальными челюстями, больше похожая на волчью, чем на человеческую, покоилась на толстой мускулистой шее. Руки, вооруженные двухдюймовыми когтями, могли бы целиком обхватить мою голову. Он был огромным. Оборотни из моих воспоминаний казались по сравнению с ним просто детьми.

Меня охватил инстинктивный страх.

Колени задрожали.

Он зарычал, и его янтарные глаза вспыхнули.

– Оставайся здесь, – раздался низкий голос.

– Шон!

– Оставайся здесь!

Он с невероятной скоростью метнулся через лужайку, одним прыжком преодолев живую изгородь.

* * *

Все во мне кричало о том, чтобы броситься за ним. Но когда битва разразилась так близко, мне нужно было защищать гостиницу.

Я стояла совершенно неподвижно, вслушиваясь в ночные звуки. Улицы района были погружены во мрак.

Давай же, Шон. Не попадай в беду и скорее выбирайся оттуда. Кто-нибудь вызовет полицию.

Если его арестуют, я внесу за него залог.

Справа послышался слабый шорох. Я повернулась, осматривая дом через улицу. Обращенный к Камелот-роуд, он стоял ко мне боком. Я вгляделась в темноту под его кустами, пытаясь уловить хоть намек на движение.

Ничего.

Кто-то наблюдал за мной из тьмы. Я не могла его увидеть, но он был там. Волосы у меня на затылке встали дыбом. Взгляд давил на меня, как нож, медленно врезающийся в нервы.

Метла в моей руке растеклась и образовала два длинных, похожих на мечи лезвия – одно сверху, другое снизу.

Покажись.

Ничего.

По крайней мере, Фурия заперта внутри. Последнее, что мне нужно, это чтобы она пострадала.

Где-то в темноте напряглись мышцы и связки, словно кто-то приготовился к прыжку. Я почти чувствовала это.

– Не стреляй, – прошептала я.

Гостиница заскрипела в знак согласия. Чем меньше шума, тем лучше.

В глубине района залаяла собака.

Тьма смотрела на меня невидимыми злыми глазами. У меня задрожали колени. Каждая мышца в теле сжалась. Это была не первая моя рукопашная схватка, но, за исключением следопыта, я никогда не сталкивалась с таким нападением одна. Со мной всегда были родители, брат и сестра.

Не время было паниковать. Что бы ни случилось, это сработает. Должно сработать. Мы же тренировались как раз на такой случай.

Покажись.

Из темноты под кустами выскочил следопыт и пересек дорогу так быстро, что превратился в размытое пятно. Он перепрыгнул через изгородь. Мысли в панике покинули мою голову. Я начала вращать метлу – так, как и тренировалась.

Следопыт подпрыгнул в воздух и полетел прямо на меня.

Первый клинок рассек его грудь, пока он еще был в воздухе. Второй клинок разрезал его бок. Следопыт рухнул на землю, и из-под газона показались корни гостиницы. Длинные древесные щупальца схватили следопыта и обездвижили его. Я взмахнула метлой и отрубила ему голову. Из раны потекла белая жидкость.

Вдруг слева появился еще один следопыт и тут же перемахнул через изгородь. Я быстро повернулась и полоснула его по животу, пока он еще был в прыжке. Бледная кровь забрызгала ствол ближайшего дуба. Следопыт упал на землю, зарычал по-звериному и бросился на меня. Я сделала выпад и вонзила лезвие ему в грудь. Металл прошел сквозь плоть, как нож сквозь спелый фрукт. Пронзенный моим копьем следопыт хрипел, но все еще пытался вцепиться в меня когтями.

По дороге в сторону гостиницы несся третий зверь. Прежде чем браться за третьего, мне нужно было избавиться от второго.

Я послала вниз по метле магический импульс, и лезвие раскололось на дюжину шипов, которые пронзили грудь следопыта и вышли у него из спины. Их острые, как бритва, наконечники светились тусклым синим светом.

Следопыт задохнулся и обмяк.

Я выдернула метлу из его тела и убрала шипы.

Третий следопыт был уже совсем близко.

Вдруг на дорогу выскочило мускулистое мохнатое тело, преграждая ему путь. Шон. У него на плече безвольно висел человек в доспехах.

Следопыт бросился в атаку.

Оборотень сбил существо с ног и, схватив за горло одной огромной когтистой лапой, рывком поднял в воздух. Шон встряхнул стофунтового зверя таким резким движением, что это напоминало щелчок хлыста.

Что-то хрустнуло. Следопыт безжизненно обмяк.

Его голова свесилась набок.

Он только что убил следопыта одной рукой. Ладно. Полезная информация на будущее, особенно если я решу снова ему угрожать.

Справа послышался звук приближающегося мотора.

– Шон!

Оборотень швырнул следопыта на лужайку и бросился к дому. Я на всякий случай проткнула труп клинком и спряталась за дубом. Шон нырнул в дверной проем.

Мимо, светя фарами, промчался одинокий грузовик.

Уф.

– Спрячь тела.

Земля под следопытами разверзлась, и гостиница потянула их вниз. Я подбежала к двери, превращая оружие, которое держала в руке, обратно в метлу.

* * *

Оказавшись внутри, Шон положил вампира на стол. Каштановая грива, тронутая серебром, свисала с его края. О нет. Лорд Сорен.

– Консоль, – приказала я.

Из пола, словно гриб на тонкой ножке, вырос пульт управления. На гладкой металлической поверхности вспыхнули синие значки.

– Что случилось?

– Они угодили в засаду, – ответил Шон, потянув за доспехи. – Атака была мощной. Одна из машин теперь только на металлолом сгодится. Ее словно заморозили, а потом разбили на части. Другая оказалась в кювете.

Что-то булькнуло, засвистело, и я поняла, что так дышит лорд Сорен.

Шон снова дернул за доспехи, почти приподняв распростертого вампира со стола.

– К тому времени, как я туда добрался, их машины были в кювете, а его куда-то тащили два следопыта. Но этот старик не промах. Убил двоих, прежде чем его схватили остальные. Он был единственным, кого я нашел. Дина, он истекает кровью. Как нам снять эти чертовы доспехи?

– А никак. Они генетически спаяны с ним. Мы ничего не можем сделать, пока он не придет в себя или пока здесь не появится его кровный родственник. Я могу исцелить его, но не в доспехах.

– А мы не можем их разрезать?

Все еще работая за пультом управления, я покачала головой.

– Вот почему люди убивали их кольями. Когда легенды только зарождались, в них говорилось не о каких-нибудь садовых кольях, а о заостренных бревнах. Если бы он был просто солдатом, мы, возможно, смогли бы, но он – рыцарь. Его син-доспехи усилены.

– Значит, он просто умрет?

Шон недоверчиво уставился на меня, сверкая глазами.

– Нет, если у меня все получится.

Он, наконец, заметил консоль.

– Что ты делаешь?

– Мы не можем снять доспехи, но другие вампиры могут. Они добрались сюда очень быстро, значит, либо где-то открыты врата, либо их корабль находится у нас на орбите.

– И если они здесь только ради миссии, то не планировали задерживаться надолго, – сказал Шон. – В любом случае кто-то должен был остаться на страже.

– Вот именно. У него на теле где-то должен быть герб Дома. С зубастой пантерой, похожей на медведя.

Шон снял герб с доспехов и передал его мне. Он был размером с бумажный стикер. Я вертикально вставила его в прорезь на консоли и коснулась восклицательного знака. Крошечный красный огонек пробежал по краю гребня, обводя его.

– Восклицательный знак? – спросил Шон.

– Универсальный сигнал SOS. Если поблизости есть кто-нибудь из членов его семьи, они скоро прибудут. А пока единственное, что мы можем сделать, – это обеспечить ему комфорт.

На стене над столом появилась бледно-розовая линия. Она двигалась, рисуя пики и впадины.

– Сердцебиение? – догадался Шон.

Я кивнула.

– Если остановится, значит, он мертв.

Мы посмотрели друг на друга. Розовая линия двигалась по стене мягкими зигзагами.

Теперь оставалось только ждать.