Наша первая интервенция – прояснение психотерапевтического контракта. С самого начала психотерапевтического процесса и в начале каждой сессии мы предлагаем клиенту возможность проявить агентивность и устанавливаем связь, спрашивая его о намерениях. Вместе психотерапевт и клиент соглашаются перейти к исследованию того, чего хочет клиент, и какие внутренние препятствия стоят на его пути.
Обратите внимание, что мы подчеркиваем «внутренние препятствия», обсуждая процесс заключения контракта. Разумеется, каждый клиент сталкивается с ними в той или иной степени. Если клиенты обращаются к психотерапии в попытке изменить внешние обстоятельства: ситуацию с семьей, друзьями, работой или более масштабными социальными или политическими трудностями, то психотерапия – не то место, где можно работать над необходимыми изменениями. При этом мы можем разобраться с тем, как на клиентов влияют внешние препятствия и как они сами к ним относятся. Если клиент высказывает запрос, связанный с внешними проблемами, мы предлагаем ему задуматься, как они на него влияют и что бы он хотел изменить в связи с этим. Хотя психотерапевт, как правило, не может повлиять на внешний опыт клиента, мы поддерживаем внутренние изменения, надеясь, что они смогут повлиять на внешние факторы.
Начнем с простого – с заключения договора. Стоит использовать ясные и четкие формулировки. Например, можно задать такой вопрос: «Что бы вы хотели получить от нашей сегодняшней совместной сессии?» или «Как вы представляете оптимальный результат нашей совместной работы?» Психотерапевтические сессии легко усложнить, поэтому начать лучше с простого. Вот базовый пример того, как НАРМ-терапевт предлагает своему новому клиенту обозначить психотерапевтическое намерение.
Психотерапевт: Я предпочитаю начинать с простого вопроса. Расскажите, что вы хотите получить от нашей сегодняшней сессии.
Клиент: Да, хорошо. Я уже давно чувствую сильный стыд. Было бы здорово, если бы вы мне помогли как-то с ним справиться.
Психотерапевт: Вы хотите разобраться в своих отношениях со стыдом?
Клиент: Да. Я постоянно себя критикую. Мне кажется, что все, что я делаю, я делаю плохо и неправильно. Это тяжело. Думаю, что, если я стану добрее к себе, моя жизнь станет намного лучше.
Психотерапевт: Значит, вам нужна помощь, чтобы стать добрее к себе?
Клиент: Да, думаю, что это сильно изменит мою жизнь.
Психотерапевт: Что ж, давайте поговорим о том, в чем причина этого стыда и что мешает вам быть добрее к себе.
Клиент: Отлично.
В этом случае клиент смог обозначить, чего он хочет: «Стать добрее к себе». Психотерапевт подтвердил запрос, что клиент хочет получить помощь в отношениях со стыдом. Перед тем, как двигаться дальше, психотерапевт убедился, что они говорят об одном и том же. Контракт был заключен, когда они договорились вместе исследовать «в чем причина этого стыда» и как стыд и отсутствие доброты к себе влияет на жизнь клиента, включая внешние трудности.
Однако зачастую клиенты не способны так точно ответить на вопрос. Одни определяют цель, а не намерение, другие рассказывают свою историю или перечисляют симптомы. А некоторые могут расстроиться и потребовать: «Ну вы же психотерапевт, вот вы и расскажите!» Такие сложности – естественная часть процесса заключения контракта. Многие психотерапевты с удивлением обнаруживают, что даже «высокофункциональные» клиенты зачастую с трудом определяют свое намерение.
Некоторых клиентов, особенно новых, сбивает с толку подобный вопрос сам по себе. Чаще всего они отвечают «Я не знаю». Это всегда представляет сложность для специалиста. Кажется, что клиент пассивен, неуверен, запутался в себе или просто отчаянно хочет, чтобы вы вели его за собой. У психотерапевта может возникнуть соблазн взять на себя ответственность и самому определить программу действий. В такие моменты важно не отвлекаться от того, чего на самом деле искренне хочет клиент. Он пришел к психотерапевту по определенной причине, пусть он пока и не может ее осознать. Однако у вас есть возможность повысить уровень его агентивности – в момент, когда клиент начинает размышлять о своих подлинных желаниях. Мы не хотим лишать его этой возможности. Процесс заключения контракта помогает клиенту занять активную позицию в психотерапии. В таких ситуациях психотерапевту надо проявлять терпение и настойчивость, чтобы оставаться на позиции любопытства, а не переключаться на решение проблем, чтобы не лишать клиента возможности проявить агентивность.
Как понять, что заключен надежный психотерапевтический контракт? До его заключения все может казаться неясным, фрагментарным и неорганизованным, но когда вы четко поняли и обозначили намерения клиента, кто-то из вас, а может быть, вы оба, ощущаете соматический или энергетический сдвиг. Клиент может сообщить о внутреннем сдвиге, например, об ощущении большей ясности или заземленности. Психотерапевт может наблюдать или ощущать психобиологический сдвиг внутри клиента, например, ощущение заземления или успокоения. НАРМ-терапевты часто называют это «щелчком» – это момент соединения, когда все сходится и выстраивается в единую картину.
Предлагаем вам уделить несколько минут тому, чтобы вспомнить ситуацию, в которой вам нужно было принять решение. Например, выбрать между двумя событиями, двумя вариантами покупок или должностями при поиске работы.
• Проанализируйте принятое решение.
• Как вы решили принять именно его?
• Что вы испытали, когда вы окончательно решили, что выберете?
Если у вас получится, то можете перенести себя в момент принятия решения и обратить внимание, что вы ощущаете в теле, эмоциях и мыслях.
Важно помнить, что если процесс заключения договора не идет легко и гладко, это вовсе не значит, что вы делаете что-то не то. Хотя выяснение намерений клиента звучит как простая задача, на самом деле этот процесс может оказаться достаточно сложным и потребовать много времени. Очень важно не давить ни на себя, ни на клиента. Если вы все же заметите, что давите или осуждаете себя, задумайтесь о своих реакциях – скорее всего, они тормозят психотерапевтический прогресс и создают дополнительный стресс для вас.
Интересная ситуация складывается со временем, когда мы уже научились начинать сессии с вопросов о контракте. Многие клиенты начинают предвосхищать наше предложение. Они приходят на сессию, уже поразмыслив над вопросом. Например, клиент может сказать: «Я знаю, что вы спросите меня, чего я хочу от сегодняшней сессии, и думал об этом, пока сидел у вас в приемной. На самом деле я хочу…» Это положительный признак, который означает, что клиент проявляет большее любопытство к своему внутреннему опыту даже вне психотерапевтических сессий.
Как правило, большинство клиентов, когда их спрашивают о контракте, поначалу ставят перед собой поведенческую цель или рассказывают, чего они не хотят. Примерами поведенческих целей могут быть: «Я хочу перестать переедать» или «Хочу лучше ладить со своим партнером». Примеры подхода через отрицание – «Я не хочу быть тревожным» или «Не хочу быть таким злым». Однако НАРМ не ориентирована на достижение целей или изменение поведения. В центре нашего внимания – исследование психобиологических препятствий, которые мешают клиенту достичь желаемого. Исходя из этого, мы можем ответить клиенту так: «Я с удовольствием займусь исследованием причин вашей тревоги», «Я с удовольствием займусь исследованием причин вашего гнева», «Я с удовольствием займусь исследованием причин вашего переедания» или «Я с удовольствием займусь исследованием того, что может мешать вам наладить отношения с партнером».
Как вы видите, мы меняем поведенческие цели на предложение заняться исследованием себя. Это противоречит многим современным психотерапевтическим подходам и планам лечения, но мы придерживаемся позиции, что по мере того, как клиенты учатся по-новому воспринимать препятствия, с которыми они сталкиваются, желаемые перемены происходят сами, естественным образом. Наш многолетний клинический опыт свидетельствует, что, когда некоторые клиенты в первую очередь ставят себе поведенческие цели, они уходят с ощущением неполноценности психотерапевтического процесса. Им кажется, что их не поняли до конца, из-за чего они чувствуют разочарование и начинают сопротивляться. Подход НАРМ предлагает альтернативный путь к психотерапевтическим изменениям. Как когда-то сказал Карл Роджерс: «Любопытный парадокс заключается в том, что я смогу измениться, лишь принимая себя таким, какой я есть»[28].
С поведенческими контрактами связано еще несколько проблем. Одна из них заключается в том, что как психотерапевты мы не можем гарантировать изменения. Таким образом, чисто поведенческие цели могут стать установкой на психотерапевтический провал. У клиента может иметься неосознанная стратегия самосаботажа, когда он ставит перед собой нереальные цели, которых не может достичь, а затем обвиняет в неудачах себя или других. Например, клиент говорит психотерапевту: «Мне нужна помощь в завершении этого проекта». Психотерапевт не может гарантировать, что в результате совместной работы эта цель будет достигнута: мы можем лишь договориться исследовать, что мешает клиенту завершить проект, чего он хочет, но тем не менее не делает.
Другая проблема, связанная с поведенческими контрактами, состоит в том, что мы никогда не можем быть до конца уверены, что будет лучше всего для клиента в сложной ситуации. В НАРМ не принято занимать ту или иную сторону. Например, клиент жалуется психотерапевту на свои отношения, говорит, что в них нет радости и что он хочет развода. Возможно, ему будет лучше расстаться с партнером, – а может быть, и нет. Слишком много факторов влияют на ситуацию, и мы не можем судить, какое решение будет правильным. Вместо того чтобы согласиться работать с поведенческой целью, мы можем спросить, что в представлении клиента случится в его жизни после развода. Мы можем исследовать, как клиенты относятся к своим целям, не соглашаясь с самими целями. Мы верим, что по мере того, как клиент устанавливает более надежную связь со своим искренним «Я», он все четче представляет, какое решение будет верным для него в сложившейся ситуации.
Хотя это может потребовать времени, терпения и настойчивости, процесс заключения контракта позволяет выявить намерения клиента и дает специалисту возможность направлять психотерапевтический процесс. Несмотря на то, что НАРМ – подход, ориентированный на клиента, НАРМ-терапевты – не просто пассивные наблюдатели. Мы управляем ходом сессии, используя специфические вмешательства, основанные на намерении клиента и нашей рабочей гипотезе. Четкое обозначение психотерапевтического контракта дает нам невероятно полезный ресурс. Если психотерапия начинает идти не по плану, если клиент расстроен, хочет, чтобы мы взяли процесс на себя, или если мы сами запутались, всегда можно вернуться к первоначальному намерению клиента.
Для примера возьмем ситуацию, в которой клиентка и психотерапевт договорились исследовать, что мешает ей ощутить более глубокую близость в отношениях. Чуть позже в процессе сессии она рассказала про повторяющийся паттерн конфликта, с которым она столкнулась в отношениях: «Он говорит, что я его избегаю. Я просто залипаю в Интернете, а он расстраивается и говорит, что я его избегаю. А меня раздражает его реакция, и в итоге я и в самом деле избегаю его, потому что просто не хочу с ним разбираться». Это отличный момент, чтобы вернуться к контракту: «Я слышу, что вы признаете этот конфликт с партнером и реагируете на него избеганием. Но когда мы обсуждали, чего вы хотите от психотерапии, вы сказали, что хотите чувствовать больше близости в отношениях. Как ваше избегание соотносится с вашим желанием большей близости?» Вместо того, чтобы интерпретировать слова клиентки, убедить ее, предоставить ей навыки, подбодрить или любым другим способом взять в свои руки контроль над психотерапией, мы продолжаем сессию, мягко напоминая, что избегание партнера не соответствует ее изначальному намерению.
Иногда первая попытка четко обозначить условия контракта может показаться очень общей или расплывчатой. Клиент может сказать что-то вроде «Я просто хочу стать лучше!». Это дает нам лишь минимальное представление о том, чего он действительно хочет для себя, поэтому мы уточняем, что именно это для него значит, что он получит, если «станет лучше». В других случаях выяснение намерения клиента может казаться замкнутым кругом или борьбой за власть. Хотя даже попытка уточнить намерения клиента будет полезной, мы можем начать куда проще. Например, задав такой вопрос: «Может быть, вы хотите исследовать, что мешает вам “стать лучше”? Как думаете, можем мы начать с этого?»
Даже если вы начинаете с такого общего намерения, в НАРМ существует понятие пересмотра контракта. Процесс пересмотра контракта состоит в том, что психотерапевт продолжает уточнять рабочее соглашение в течение всего курса психотерапии. Например, упомянутый выше клиент начал с желания «быть лучше». Предположим, что сейчас он выражает желание чувствовать большее внутреннее спокойствие. В такой ситуации психотерапевт может сказать: «В начале нашей сессии вы сказали, что просто хотите стать лучше. А теперь исследуете, как найти внутреннее спокойствие. Хотите, чтобы мы продолжили разбираться с тем, что мешает вам найти внутренний покой?»
Иногда в середине сессии мы выясняем, что клиент на самом деле хочет вовсе не того, о чем мы договорились в изначальном контракте. В таком случае можно просто заключить повторный контракт и обсудить новое соглашение, которое больше соответствует новому намерению клиента. Например, клиентка изначально пришла с запросом обсудить свою тревогу, но потом рассказала про свою злость на мужа. Мы можем ответить: «Знаю, изначально вы хотели обсудить свою тревожность, но сейчас слышу, что вы переключились на злость на мужа. Будет ли в этот раз полезнее исследовать ваш гнев на него?» Если клиентка согласится, что это будет полезнее, вы можете продолжить такой фразой: «Как вы себе представляете результат исследования этой динамики в отношениях с мужем? Не обязательно описывать реалистичный результат, просто представьте, что это может вам дать?» Такое предложение оставляет в центре внимания намерение клиента.
А теперь давайте представим, что клиентка говорит: «Нет, я хочу продолжить обсуждать свою тревожность, потому что у меня из-за нее сплошные проблемы». Мы не спорим с клиенткой, не пытаемся переубедить ее и показать лучший путь. Вместо этого мы с искренним любопытством помогаем ей изучить, как поднятая ею тема – злость на мужа – может быть связана с изначальным намерением – снижением тревоги. В следующей главе мы подробнее поговорим про техники исследования, которые являются частью Второго основания.
При пересмотре контракта надо быть особенно внимательными, поскольку иногда мы можем быть на правильном пути, но клиент пытается отойти в сторону. Наличие надежного контракта позволяет психотерапевту действовать более решительно, чтобы удержать клиента в рамках основного направления: «Вы говорили, что хотите исследовать связь между вашей тревогой и злостью на мужа, а теперь делитесь переживаниями насчет школы ребенка и сомнениями, что с этим делать. Может быть, лучше оставить эту тему на потом, а пока остановиться на исследовании связи между тревогой и злостью на мужа?»
А иногда контракт можно использовать как форму психотерапевтической конфронтации: «Вы говорите, что хотите исследовать злость на мужа, но каждый раз, когда мы погружаемся в изучение этой динамики, вы переводите тему. Мне интересно, почему так происходит». По сути, психотерапевтическая конфронтация – это удержание внимания на намерении клиента. Хотя мы всегда готовы к пересмотру контракта в случае необходимости, нужно быть уверенным, что вы не потворствуете стратегии клиента избегать неприятной темы.
Если психотерапевт забывает, какое именно намерение изначально выразил клиент, всегда можно просто переспросить. Когда психотерапевт чувствует неуверенность или ему кажется, что он запутался, он заставляет себя вспомнить, разобраться или начать какую-нибудь интервенцию – просто потому, что не знает, что еще можно сделать. НАРМ-терапевты облегчают себе задачу и спрашивают у клиента: «Мы проделали большую работу, но я не совсем понимаю, чего именно вы хотите для себя в данный момент?» Или даже еще проще: «Напомните мне, пожалуйста, чего вы хотели изначально?»
Некоторые психотерапевты переживают, что клиент может интерпретировать это как невнимательность или безразличие. Однако мы заметили, что чаще всего клиенты ценят, что с их намерениями сверяются. Помните, что многие клиенты еще не сталкивались с такой чуткостью. Более того, большинство из них привыкли, что их игнорируют или не понимают. Когда психотерапевт находит время, чтобы задать уточняющие вопросы о внутреннем мире клиента, зачастую это ощущается как более глубокая настройка и забота. А еще клиент может уже оказаться в другом состоянии по сравнению с началом сессии. Заключение повторного контракта демонстрирует интерес к тому, как клиент чувствует себя именно сейчас. Это также предоставляет клиенту возможность постоянно проявлять любопытство к своим намерениям, что может привести к новым открытиям. Полагаем, некоторые из вас сейчас размышляют о своих клиентах и думают, что на словах все звучит довольно просто. Разумеется, для некоторых клиентов четко сформулированный психотерапевтический контракт может сработать на отлично, но как быть с теми, кто не хочет отвечать? С опорой на систему пяти адаптивных стратегий выживания мы можем понять, какие проблемы могут возникнуть в процессе заключения контракта в зависимости от конкретных стилей выживания:
Связь: Ключевая дилемма клиента – чувство, что проявляться и устанавливать связь с другими небезопасно. Из-за этой дилеммы предложение выразить, чего они хотят, в доверительной атмосфере психотерапии, может вызвать у них подозрения или ощущение небезопасности. Они могут избегать ответа на вопрос, что они хотят получить от процесса психотерапии, или даже напрямую уклониться от него.
Чуткость: Ключевая дилемма клиента – чувство, что ему небезопасно определять и выражать свои потребности. Необходимость высказать свои пожелания к психотерапии может заставить их чувствовать стыд за свою требовательность. Они могут отрицать или минимизировать влияние дистресса на свою жизнь, а могут ждать, что психотерапевт сам определит направление психотерапевтического процесса.
Доверие: Ключевая дилемма клиента – его недоверие к другим и нежелание чувствовать себя зависимым от них. Для них даже сама необходимость прийти к психотерапевту может представлять серьезную сложность. Клиенты могут не хотеть проявлять искренность и бояться показаться уязвимыми из-за страха, что их будут критиковать, попробуют контролировать или унизят. Они могут не откликнуться на предложение сформулировать психотерапевтическое намерение, они воспринимают его как свою слабость. Вместо этого они попробуют сосредоточиться на том, как занять доминирующую позицию в психотерапевтическом процессе.
Автономия: Ключевая дилемма клиента – его нежелание действовать в рамках чужих планов. Поэтому они могут воспринимать ситуацию как желание психотерапевта получить от них что-то конкретное и беспокоиться, что ответят неправильно, или вовсе скрывать истинные чувства. Они часто путают намерение и цель и давят на себя и психотерапевта, чтобы что-то произошло, чтобы психотерапевт «их исправил».
Любовь-сексуальность: Ключевая дилемма клиента – ощущение собственной неидеальности, необходимость делиться «грязными» душевными переживаниями. Для них нахождение в психотерапии равносильно признанию, что они не настолько собраны, какими они хотят быть или какими хотят казаться миру. Просьба прояснить свой психотерапевтический запрос заставляет их признать собственное несовершенство, поэтому клиенты могут давать отрепетированные ответы, которые скорее скрывают, чем проясняют их искренние желания.
К решению этих проблем мы подходим по-разному, в зависимости от конкретного клиента, его возможностей, уровня нарушения организации и сложившихся отношений. Например, заключить контракт, как правило, сложнее на первой сессии, чем на одной из последующих. Но, несмотря на все трудности, с которыми вы можете столкнуться при заключении контракта, помните о том, что мы писали ранее: каких усилий стоило человеку попасть к вам в кабинет! Какая-то причина побудила их обратиться к психотерапии. Они чего-то хотят. Мы можем сказать: «Вы говорили, что вам не нравится, когда я спрашиваю, какой результат вы хотите видеть в результате нашей совместной работы. Но я понимаю, что вы обратились ко мне не просто так. Я не смогу помочь вам, если мы не обозначим четкую причину. Понимаю, что это может казаться непростым, но, чтобы двигаться дальше, нам нужно найти ответ на этот вопрос».
Еще одно примечание: если вы работаете с клиентами, которых обязали прийти на психотерапию, будь то по решению суда, работодателя, семьи или супруга, процесс заключения контракта может выглядеть иначе. С клиентами, которые пришли добровольно, гораздо проще работать в рамках первого основания. Если клиент пришел на психотерапию по принуждению, это не значит, что заключение контракта не сработает, но выяснить намерение будет сложнее. Клиент может сказать, что на самом деле он не хочет ходить на психотерапию, но ему пришлось выполнить требования суда, работы или семьи. Лучше всего прямо указать на это противоречие. Например, при заключении контракта с клиентом, который пришел по просьбе супруга, можно сказать: «Понимаю, вы не хотите здесь находиться. Но, похоже, для вас важно сохранить брак. Поэтому я буду рад обсудить с вами вашу роль в том, почему сейчас что-то идет не так».
Если обязанный ходить на психотерапию клиент готов соблюдать выдвинутые ему требования, он, как правило, нехотя признает, что ему надо решить какие-то проблемы, чтобы получить желаемое. Это начало контракта.
Например:
Психотерапевт: Чего бы вы хотели для себя от нашей совместной работы?
Клиент: Ну, меня заставила прийти жена.
Психотерапевт: Почему она заставила вас прийти?
Клиент: Она сказала, что у меня проблемы с гневом и мне нужно с этим поработать.
Психотерапевт: А как вам кажется? Вам нужно научиться контролировать гнев?
Клиент: Если я хочу сохранить семью, то да. Жена забрала детей и живет у своей сестры.
Психотерапевт: И поэтому вы здесь?
Клиент: Да. Я не верю в психотерапию, но она говорит, что если я не научусь контролировать гнев, то не смогу сохранить семью. Как думаете, вы можете помочь мне справиться с проблемой гнева?
Психотерапевт: Какой результат вы хотите увидеть, когда поработаете с проблемой гнева?
Клиент: Я верну свою семью.
Психотерапевт: Ну, я не могу гарантировать, что вы вернете семью, но я услышал, что вы считаете, что для этого вам нужно контролировать свой гнев.
Клиент: Да, мне нужно перестать кричать на нее и детей. Тогда она вернется.
Психотерапевт: Я знаю, вы сказали, что не верите в психотерапию, но готовы ли вы поработать со мной над своим гневом? Если да, то я буду рад исследовать ваши проблемы с ним. И надеюсь, что это поможет вам в ситуации с семьей.
Клиент: Хорошо, я попробую. Чтобы вернуть их, я сделаю все, что потребуется.
Хотя клиент сказал, что не верит в психотерапию и обратился к ней только из-за того, что его заставила жена, у него все равно есть намерение, ради которого он готов работать. Клиент согласился заключить психотерапевтический контракт, пусть и неохотно, и теперь психотерапевт имеет рабочее соглашение и нить, вокруг которой можно организовать сессию.
Прояснение психотерапевтического контракта – это взаимный процесс, и независимо от того, сотрудничает клиент или сопротивляется, нам необходимо согласие. Оно поможет избежать предвзятости и конфликтов и еще более чутко настроиться друг на друга. Если клиент не дает явного согласия на дальнейшую работу с его намерением, то перейти к исследованию нельзя. Мы должны выяснять намерение клиента, пока не придем к рабочему соглашению, которое его устраивает. С самого начала мы нацелены на создание равноправного и взаимного партнерства.
В конечном счете это вопрос этики, если мы продолжаем работать с клиентом, хотя сами не знаем, над чем именно работаем, или не получили согласия. С точки зрения этики наша обязанность – предоставить клиентам лечение по наилучшим стандартам, автономию, возможность выбора и четкое понимание рисков, а также возможность обсудить возможные альтернативы лечения. Если мы начинаем двигаться вперед в лечении, не зная, чего действительно хочет клиент, и не имея его согласия, то даже с самыми лучшими намерениями мы можем вступить в отношения с опасной динамикой.
Помните, что, хотя мы начинаем психотерапию с заключения контракта, это длительный процесс, который продолжается на протяжении всей работы. При первом знакомстве с НАРМ многие психотерапевты ждут, что им удастся сразу заключить рабочее соглашение. Такие ожидания давят как на них самих, так и на клиентов. Иногда контракт заключается быстро и легко, но зачастую это требует времени и терпения. Важно, чтобы психотерапевт не забывал о значимости контракта. Начинающие НАРМ-терапевты иногда слишком легко сдаются и говорят, что их клиент так и не ответил, и неважно, сколько раз они задавали ему вопрос о намерениях в разных формулировках. В таких случаях мы напоминаем, что сам по себе вопрос – это лишь приглашение для клиента, возможность по-новому выстроить связь с собой. Пока психотерапевт спрашивает с позиции открытости, без давления, процесс заключения контракта – открытое приглашение к более ясному пониманию себя.
И наконец, многие начинающие НАРМ-терапевты превращают заключение контракта в ориентированный на цель процесс. Они считают, что НАРМ-терапия не начнется, пока контракт не будет заключен. Мы напоминаем, что заключение контракта само по себе является мощным терапевтическим инструментом. Он помогает клиенту углубить связь с самим собой, а намерение человека раскрывается и становится ярче. Первое основание – это процесс самопознания, который мы предлагаем нашим клиентам. Это не просто способ избавиться от симптомов, а предложение вернуться к самому себе. В ходе этого процесса клиенты получают невероятную возможность для исцеления и воссоединения со своими сокровенными желаниями.