Порто-Либеро, 25.10.23 г. ООК, вечер

…родная мастерская, паче чаяния, встретила меня деактивированным ёмкостным контуром и незапертой дверью. Ладно хоть сэндвич-ворота на месте. Понятно, что посторонние такого сделать не могли, тут как минимум напарничек мой постарался, но кто сказал, что он, во-первых, один, а во-вторых, не по принуждению? Именно по этой причине я и проявил толику осторожности, взявшись сперва за верный «глок» и лишь потом за дверную ручку.

– Вов, ты тут?! – чуть повысив голос, поинтересовался я в пространство.

Естественно, уже после того, как проник в главный бокс и чуть сместился в сторону, под защиту трака.

– Да я-то тут, – донеслось из глубины помещения, – а вот тебя где черти носят? Где бы я тебя по темнышкам искал?! Не подскажешь, Проф?

– А ты реально собирался? – уточнил я, проследовав на голос.

– Нет, конечно! – жизнерадостно заржал мой горе-напарничек. – Ну и рожа у тебя, Профессор! Не ожидал?

– Такого – точно нет, – весьма выразительно зыркнул я на складной столик, возле которого Вова и устроился со всеми доступными удобствами, то бишь пивом, немудрёной закусью и планшетом, по экрану которого водил пальцем даже сейчас, когда я появился. – Вот чего угодно, только не такого свинства! Это же последнее пиво! Да и нарезка тоже! Я, значит, с утра вчера приберёг, а этот… не мог в магаз заскочить, что ли?!

– Представь себе, не мог! – огрызнулся Вова. – Я час, как вернулся! Голодный, как волк, а тут ещё и холодильник пустой! Ты дома не ночевал, что ли?

– Ну да, – несколько снизил я накал страстей. – А сегодня в магаз тоже не попал…

– И теперь уже точно не успеешь, даже если тебе такая блажь взбредёт в голову, – добил меня напарник. – Ладно, хотел приберечь до торжественного случая, но на что только не пойдёшь ради друга!

– В смысле?! – напрягся я. – Ты доставку заказал, что ли?!

– Нет, с собой привёз! Вон, в рюкзаке глянь…

И всё это ни на миг не отрываясь от экрана планшета. Занятно. Впрочем, ладно, я не гордый. И если в рюкзаке и впрямь харчи, то так уж и быть, прощу Вове и проникновение в чужое жилище, и разграбление холодильника, и даже раздолбайство… ну-ка, что тут у нас? Ого!

– Серёгу развёл? – хмыкнул я, от души порывшись в содержимом Вовиного заплечного мешка.

– Ну не конкретно его самого, но в целом ты прав – от охотничков подгон, – подтвердил тот.

В смысле сам напарник, а не мешок.

– Надеюсь, здесь не только рогач, но и что-нибудь более приемлемое? – уточнил я.

– А что так? – соизволил поднять на меня взгляд Вова. – Неужто зажрался?

– Честно? Есть немного.

– И где же ты умудрился? – ещё сильнее озадачился мой приятель.

– Да так, у одного почтенного человека, – отмахнулся я.

– Так, Проф! С этого момента давай поподробнее! Что за человек? Зачем звал? Это у него ты целый день проторчал? А ночью где был? Это Инка, да?!

– Ночью да, с Инкой, – и не подумал скрывать я. – Обзавидуйся, женоненавистник!

– Было бы чему! – ухмыльнулся напарник. – Предпочитаю, знаешь ли, не зацикливаться на одной сладкой булочке! Как по мне, лучше попреснее, да разных! Пышек, например!

– Дело твоё, – дёрнул я плечом. – Только чего заразного на «пробник» не намотай, в Порто-Либеро медицина нынче дорогая!

– Сплюнь, блин!

– Тьфу-тьфу-тьфу… а ты по дереву постучи!

– Подставляй голову! – не остался в долгу Вова. – Так с кем трещал-то?

– Судя по всему, с конкурентом твоего собеседника, – вздохнул я.

– Началось, думаешь? – насторожился мой приятель.

– Так я прав? Тебя на сотрудничество разводили? – уточнил я.

– А тебя?

– Ясно… это что же получается? Твои переговоры, допустим, случайность. Мои… пожалуй, тянут на совпадение. Ну, или наоборот. А вот если сегодня ещё и третьи состоятся…

– …то это уже будет закономерность, – закончил мою мысль Вова. – Повторяю вопрос: с кем трещал?

– С Инкиным дядькой, доном Себастьяном, – нехотя признался я. – Ну и коль уж ты трофеями поделился… вот, держи, – протянул я напарнику пластиковый пакет.

– Что это? – недоверчиво уставился Вова на подношение. – Травануть меня решил?

– По-хорошему, надо бы, – ухмыльнулся я, – но в этот раз строго наоборот – бери смелее! Не пожалеешь!

– Ну-ка, ну-ка… – сунул Вова любопытный нос в пакет и моментально расплылся в довольной улыбке: – Это то, что я думаю?

– Если ты про крафтовое пиво в целом, то да, – подтвердил я. – А если про какой-то конкретный сорт, то вряд ли. Это эксклюзив, в барах такого не купишь. Дон Себастьян от щедрот отсыпал!

– Точно от щедрот? Тут всего две бутылки!

– Точно-точно! – заверил я. – Это у него были последние. Из текущей партии, разумеется. Но скоро будет ещё, если это для тебя так важно.

– Да пока ещё и не знаю, важно или нет, – отмазался Вова.

Однако первую бутылку вскрыл шустро. Мало того, втянул носом аромат и зажмурился от удовольствия:

– Ого! Проф, признавайся, сам сколько таких вылакал?!

– Одну… ну, может, две…

– Олег! Не ври мне!

– Да штук пять, наверное, – раскололся я. – Но это за целый день!

– Везучий сукин сын! – с завистью заключил Вова, хорошенько приложившись к бутылке. – Нектар! Амброзия! А мне теперь удовольствие растягивать… о чём хоть трындели-то?

– Да так, о всяком-разном, – попытался я съехать на базаре, но невольно погрузился в пучины памяти, вернувшись аккурат к тому моменту, когда дон Себастьян протянул мне некий миниатюрный приборчик…

– Что это? – недоумённо уставился я на гаджет.

– Пробник, – невозмутимо пояснил Инкин дядька.

– Э-э-э… жажду подробностей.

– Это как счётчик Гейгера, только не для замера уровня радиации, а для определения концентрации «мускуса» в изделии, – пояснил хозяин мастерской. – Прижимаешь торцом к предмету, выжидаешь около десяти секунд, и смотришь результат.

– Это же цветовая шкала, так? – очень быстро обнаружил я искомое, осмотрев приборчик.

– Да. Если маркер в жёлтой зоне, ещё куда ни шло – какое-то время пользоваться можно, но не на постоянной основе. А если в красной, то бежать от такого нужно без оглядки, сынок.

– А… почему?

– А как, ты думаешь, первые «дикие» появились? – ответил вопросом на вопрос Инкин дядька.

– Если честно, понятия не имею, – как на духу признался я.

– В общем, как только на Роксане возникла колония, очень быстро нашлись пытливые умы, которые принялись экспериментировать со всем подряд, – усмехнулся дон Себастьян. – Люди те ещё сволочи, если можно куда-то любопытный нос сунуть, то обязательно так и сделают. Ну а поскольку учёных среди первых поселенцев было мало, то большинство действовало по методу «научного тыка». Естественно, все эти гадания на кофейной гуще ни к чему хорошему не привели. Про «мускус» узнали очень быстро, и столь же быстро пустили в дело… вот только, сынок, как обычно в таких случаях и бывает, слегка переборщили. Что-то там с критической концентрацией. Ну и хапанули изрядные дозы.

– В смысле «хапанули»? – насторожился я. – Воздушно-капельно? В кровь как-то эта хрень проникла?! Или… вовсе половым путём?!

Охренеть! Вот будет номер, если и в последнем своём предположении я прав! Как представлю, кх-м, соитие с «каменным слизняком», так оторопь берёт! Хотя от мужика к бабе если… или наоборот… почему нет, собственно?

– Да кто как! – отмахнулся дон Себастьян. – Факт в том, что «мускус» попал в человеческий организм. Кто-то сразу отдал богу душу, а кого-то просто переклинило на религиозной почве. Оглянуться не успели, как уже бегают по саванне и трясут голыми мудями. Ну и понеслось…

– То есть вы хотите сказать, сеньор Альварес, что на разных людей «мускус» действует по-разному?

– Да кто ж знает?! – пожал плечами мой собеседник. – Это ещё до меня было. Что могу сказать точно, так это то, что очень быстро ввели сначала полный запрет, а потом, когда кто-то придумал пробник, частичные ограничения на применение «мускуса» в технических целях. Вот с тех пор так и живём.

– А на каком принципе он действует? Пробник в смысле? – не сдержал я любопытства.

– Известно, на каком – подобное к подобному, сынок! В этой штуке внутри толика «мускуса», примерно одна десятая миллилитра, а шкала этим же «мускусом» модифицирована. Вот и реагирует на перемещение исходника, даже сквозь полимерную изоляцию.

– Неплохо придумано, – задумчиво хмыкнул я. И столь же задумчиво произнес: – Значит, мне не показалось?..

– Что именно, сынок?

– Да так…

– Давай уже колись! – уподобился моему приятелю Вове старый механик.

– Я у Пепе в глазу видел «радужную плёнку», – признался я. – У того «дикого», который сейчас эскучар эспиритус у «лос гранхерос». Когда сошёлся с ним лицом к лицу в финале «тёмных лошадок», если вы понимаете, о чём я. А потом ещё и у полудохлого рогача такую же хрень заметил. Это когда вместе с Серхио и остальными из саванны драпал. И это даже заснял. Показать?

– Было бы любопытно, сынок.

– Вот.

Видео с нашего неудачного охотничьего выхода дон Себастьян просмотрел предельно внимательно, а потом ещё и по кругу пустил, выпав из реальности на добрых пять минут. Ну а затем, вернув мне смарт, со вздохом признал:

– А масштаб явления, похоже, мы недооценили…

Уточнять, кто именно «мы», я постеснялся, ограничившись «зарубкой на память». Не в первом же серьёзном разговоре все карты вскрывать, верно? Зато в будущем, когда – и если – создам подходящие условия для продолжения беседы… почему бы и нет? Но Роксана, надо признать, чем дальше, тем больше открывалась с самых неожиданных сторон…

– Дон Себастьян? – нарушил я затянувшуюся паузу.

– А?.. – очнулся тот.

– Что скажете? Это у них передоз, или ещё нет?

– Насчёт рогача ничего не скажу, что же касается «дикого»… если такие внешние проявления есть, то «мускуса» в организме не очень много. По крайней мере, не хватает, чтобы сформировать полноценную оболочку. Вот и «перетекает» с места на место, модифицирует те участки тела или даже органы, которым это сейчас нужнее.

Охренеть! Так вот каким образом Пепе удары держал! То-то мне показалось, что у него под шкурой демпфирующий слой… впрочем, ладно, с этим позже разберёмся, тем более что нынешний эскучар эспиритус на контакт идёт довольно охотно, даже сам пригласил заходить потрындеть. Ну а сейчас…

– Так что там с пробником? – напомнил я. – Как вы определили, что… ну, вы поняли?

– Так я же племяшкин «глок» видел! – немного удивлённо ответил тот. Мол, как можно самому не догадаться? – И «Эль Торо» после твоих доделок чуть ли ни обнюхал со всех сторон. Вот и… или тебе продемонстрировать?

– Было бы неплохо, – почему-то засмущался я.

– Давай пистолет, – протянул мне руку Инкин дядька.

– Держите, – без колебаний протянул я собственный «глок» над столом.

– Вот, гляди!

Оружие старый механик взял аккуратно, удобно расположив на левой пятерне так, чтобы, не дай бог, за спусковой крючок пальцем не зацепить. А правой рукой, соответственно, прижал брусок пробника к срезу ствола, повернув гаджет шкалой вверх. Некоторое время – вероятно, те самые десять секунд – ничего не происходило, потом самый краешек шкалы со стороны зелёной зоны еле заметно потемнел.

– Видишь? – торжествующе покосился на меня дон Себастьян.

– Зелёная зона, – пожал я плечами. – А чему вы так радуетесь, сеньор Альварес?

– Твоему профессионализму, сынок! – моментально отозвался тот. – Ты же, я так понимаю, научный подход применил? Подошёл к делу со всей ответственностью, провёл ряд экспериментов, выявил минимально необходимую концентрацию легирующего элемента, сиречь «мускуса», и добавил ровно столько, сколько требуется?

– Ну да… а как ещё можно было?

– Тебе лучше не знать, сынок.

– И всё же, дон Себастьян?

– Можно просто замочить изделие в «мускусе» на некоторое время, а потом подвергнуть интенсивным испытаниям, – пояснил Инкин дядька. – К примеру, если это пистолетный ствол, то за один заход пальнуть раз двадцать-тридцать. Или лучше все пятьдесят, если, конечно, оружие выдержит.

– А что, бывает, что и не выдерживает?

– В двух случаях из трех. Зато тот экземпляр, что выдержал, потом практически неубиваемым становится.

– Э-э-э… экстремальный отсев? А повышенная нагрузка… чтобы «мускус» подкорректировал кристаллическую решётку в соответствии с текущими задачами? – вслух задумался я. – Это что же получается… он самообучающийся?

– «Мускус»-то? – усмехнулся дон Себастьян. – Есть немножко.

– Охренеть! Но ведь… по всем признакам это… как минимум примитивная нейросетка! Или нанокомпьютеры…

– Если ты намекаешь на кластер наноботов, то нет, – поспешил разочаровать меня сеньор Альварес. – Поверь, именно с этого первые исследователи и начали. Попытались докопаться до внутренностей сначала здесь, на Роксане, потом, когда поняли, что на местной приборной базе никак, отправили пробы в крупнейшие лаборатории, вплоть до Земли…

– И что, военные не воспротивились? – удивился я.

– Напротив, контактами поделились! Надо полагать, чтобы наши не сунулись к конкурентам… хотя какая, к чёрту, разница? Корпы-то тоже в стороне не остались!

– Значит, просто сэкономили вам средства, – заключил я. – Ну и что дальше? Отправили…

– …и никаких признаков! – вздохнул дон Себастьян. – Начать с того, что отдельный структурный элемент, собственно, сам нанобот, или хотя бы клеточный автомат, выделить из общей массы не удалось. Это нечто… даже не знаю, как описать. Какое-то промежуточное состояние материи, и не жидкость, и не твёрдое вещество. Кристаллической решётки нет. Крайне летучее… ну, ты и сам знаешь. Зато реагирует на электрические разряды. И способно обучаться. Так что, как видишь, исключительно внешние проявления. Поэтому наноботами, строго говоря, составляющие «мускуса» не являются. Разве что бесконечно – и рандомно – видоизменяющимися. А таких наноботов не бывает, это признак живых существ. Правда, с разогнанной до той же бесконечности скоростью эволюции. Или мутаций, не суть.

– Загадали вы загадку, дон Себастьян! – вздохнул и я, причём даже более тяжко, чем собеседник. – Промежуточное состояние материи… а материи ли? Ну, в широком смысле слова? Может, тут тоже какой-нибудь дуализм, типа, как у фотонов? Корпускулярно-волновой, то есть?

– Типа, концентрированный и замедленный… свет?! – округлил глаза Инкин дядька. – Ну ты даёшь, Энрике! Вот это версия так версия!

– Жаль, недоказуемая, – вынужденно признал я.

– Это да… впрочем, а кто тебе самому мешает доказать, сынок?

– Никто, – мотнул я головой. – Тут другое… сами же сказали, приборной базы нет. А я не физик-экспериментатор, мне квалификации не хватает, чтобы придумать эксперимент и соорудить под него установку.

– А ты попробуй!

– Я всего лишь кризисный инженер, дон Себастьян…

– Всего лишь? – с намёком прищурился хозяин мастерской. – Сдаётся мне, сынок, ты сам себя ограничиваешь в возможностях. Отринь догмы, мысли нестандартно!

– И сам не заметишь, как будешь голыми мудями в саванне сверкать? – ухмыльнулся я.

– Не исключено, сынок… не исключено! – подмигнул мне старый механик. – Впрочем, к твоей продукции сие не относится! Я поэтому и не запретил Инес от тебя подарки принимать. Честно признаться, настолько… безопасных изделий я не встречал. И это ещё одно твоё конкурентное преимущество, Энрике.

– В самом деле? – заломил я бровь. – Типа, тут кто-то думает о безопасности?

– Жизнь заставила, сынок. А ты разве не по этой причине оптимальную концентрацию «мускуса» искал? – поднял на меня насторожённый взгляд дон Себастьян.

– Если честно, я просто хотел сэкономить, – сразу же признался я. – В Мэйнпорте, знаете ли, «мускус» очень дорогое удовольствие.

– В Порто-Либеро тоже, – заверил мой собеседник. – Хм… то есть тебя насчёт «мускуса» никто не предупредил?

– Не посчитали нужным, – пожал я плечами. – Политика корпорации: каждый знает ровно столько, сколько ему необходимо для эффективного функционирования. Я про всю эту хрень вообще случайно узнал…

– Не расскажешь?

– Не сейчас, – помотал я головой. – Слишком неприятные воспоминания.

– Понимаю… – покивал Инкин дядька. И снова сменил тему: – Ты, сынок, всё-таки подумай над моим предложением. «Промышленники» фракция уважаемая, нас даже отморозки из «лос пумас» задевать опасаются. Опять же, защита и постоянная занятость, без работы сидеть не будешь.

– Я подумаю, дон Себастьян.

– Подумай, Энрике, подумай. Можешь, конечно, конкуренцию оружейникам нашим местным составить… клиентуру наберёшь, даже не сомневайся. Хотя бы за счёт качества изделий. Но учти, что в оружейном бизнесе парни горячие, в методах зачастую неразборчивые. Будешь постоянно ходить и оглядываться. Либо дома безвылазно сидеть.

– Довольно мрачная перспектива, дон Себастьян, – невольно поёжился я.

– Уж какая есть, сынок! Ну и ещё одно…

– Да, сеньор?

– Ты не просто подумай, сынок, типа, да или нет. Прикинь, что тебе потребуется. Чем предпочтёшь заняться. Где хочешь жить и работать. Какие бытовые условия. Материальная база, опять же. И если дашь ответ в течение завтрашнего дня, то мы все твои пожелания как минимум учтём. А как максимум полностью удовлетворим.

– А если я приду… позже? – уже примерно понимая, что услышу, уточнил я.

– А если придёшь позже, то условия диктовать будем уже мы сами, – подтвердил мои подозрения старый механик. – Потому что сейчас мы тебя зовём, и наше дело тебя заинтересовать. Пока что ты нужен нам. А потом ты сам придёшь, то есть уже ты сам будешь в нас нуждаться, а не наоборот. И вот тогда мы своей выгоды не упустим. Так что тебе решать, Энрике.

– Хорошо, дон Себастьян, я вас услышал! – поднялся я из-за стола. – Обещаю подумать над вашими словами. Единственное… можно хотя бы до послезавтра?!

– Послезавтра в полдень – крайний срок, – подозрительно легко уступил моей просьбе сеньор Альварес.

Видимо, заранее что-то такое и планировал. Впрочем, бог с ним. Главное, что мне внезапно захотелось на волю, на свежий воздух… ладно, ладно, относительно свежий!

– Ну так я пойду, дон Себастьян? – с надеждой покосился я на дверь.

– Куда?! – возмутился тот. – Пиво же ещё не допил! Да и мяса полно, я один не справлюсь! И, кстати, давай-ка во-о-он на ту штуку глянем, очень мне любопытно твоё мнение!

А вы халявщик, дон Себастьян! – чуть было не ляпнул я вслух, но, поскольку и так уже был на ногах, подобрал указанную хозяином мастерской затейливую загогулину. Ладно, с меня не убудет. Помогу старику. Но не потому, что он шишка среди «промышленников», а потому что он один из ближайших родственников Инес. И только потом уже всё остальное…

– Проф? – отвлёк меня от воспоминаний Вова.

– А?..

– Сам ты «а»! Повторяю вопрос: о чём трындели?!

– О всяком, – отмахнулся я. – Но в основном… скажем так: об условиях нашей с тобой почётной капитуляции.

– Ого! – впечатлился напарник. – Даже почётной?!

– Именно, – кивнул я.

– Ну и в чём же заключается… почётность?

– Если решим присоединиться к «лос макинистас» до полудня послезавтра, то сможем им выкатить некие условия, – пояснил я. – По большей части бытовые, насколько я понял. О какой-либо самостоятельности в делах речи не идёт. Ну а если сроки про… любим, то уже они нам будут условия ставить. На каких они соизволят взять нас под крылышко.

– Сурово! – нахмурился Вова. – Я про время на размышления. Хотя знаешь…

– Только не говори, что тебе дон Фидель такие же сроки обозначил! – наставил я на приятеля указательный палец. – Слишком это будет смахивать…

– …на заговор? – подхватил мою мысль напарник.

– Скорее, на фарс! А я к такому не привык, знаешь ли!

– Ну, что тебе сказать, Профессор?..

– Я угадал, что ли?

– Ну, типа того… только там не полдень ровно, а час пополудни.

– Знаешь, Вов, хрен редьки не слаще! – в сердцах сплюнул я себе под ноги. – Условия-то хоть божеские?

– Полный пансион, защита, бухло и девки на выбор, – перечислил мой приятель. – И никакой свободы действий. Сидим, где скажут, делаем, что велят. Зато фиксированный рабочий день. Ну, кроме форс-мажоров.

– Надеюсь, ты этого старого пердуна послал куда подальше?!

– Проф, ты слишком хорошего обо мне мнения! – ухмыльнулся Вова. – Конечно, нет! Очканул! И любой бы очканул на моём месте!

– Так, ладно… – с силой провёл я ладонями по лицу. – Допустим, предположим. Вы этот вопрос сегодня обсуждали, или ещё вчера, пока я там горбатился, как папа Карло?!

– Вчера начали, сегодня закончили. Как видишь, отсрочку я выторговал.

– Это ты, конечно, молодец… я серьёзно, Вов! Но очень мне это всё не нравится! Две фракции, практически идентичные предложения, плюс одинаковые сроки… ни на какие мысли не наводит, коллега?

– Через пару дней у местных какой-то движняк, и они хотят успеть до него? – предположил напарник.

– Это самое логичное из того, что приходит в голову, Вов. Кстати, неплохо бы разузнать, что именно.

– Предлагаешь Серёгу расспросить? – задумался тот.

– А я Инку попытаю.

– Ладно, давай попробуем, – не стал спорить мой приятель. – Вопрос только, что нам это даст?

– Информация никогда лишней не бывает. Мне ли тебе объяснять, Вов?

– Это точно… и что же мы имеем по итогу на данный момент, а, Проф?

– Если ты насчёт поступивших предложений, от которых мы не сможем отказаться, – не слишком радостно осклабился я, – то пока только два: от «лос гранхерос» и «лос макинистас».

– Серёга ещё намекал, но охотники не совсем самостоятельная структура, они к «лос муниципалес» тяготеют, так что пока он идёт вне конкурса, – вставил своё веское слово напарник. – И кто же тогда остался?

– Ты неправильно ставишь вопрос, друг мой!

– А как нужно?

– Нужно так: кто следующий приставит нам нож к горлу? «Лос пескадорес»? Странно, что они ещё не отметились…

– Они через «лос макинистас» прыгать не станут, Проф, – задумчиво покачал головой Вова. – Уж поверь, этот вопрос я провентилировал. У них очень тесные связи, а по инженерной части «механикам» и флаг в руки. Так что минус одна фракция.

– Ладно, допустим… тогда кто? «Лос регулярес» точно нет, они вне игры, потому что ходят под «лос муниципалес»… ну и связь с охотниками, если тебе верить. Тогда… «лос атлетас»?

– Ну не «койоты» же! – с иронией покосился на меня напарник. – Так что да, ждём… да блин!!! – неадекватно среагировал Вова на мой заверещавший смарт. – Проф, кому ещё приспичило?!

– Вов, ты не поверишь, – хмыкнул я, бросив беглый взгляд на экран.

– Проф, не беси меня!!!

– Алехандро…

* * *

Там же, тогда же

– А может, ну его на фиг? – смерил меня напарник подозрительно задумчивым взглядом.

– Нет уж, Вов, давай будем последовательными! – хмыкнул я и ткнул в стилизованную видеокамеру на экране смарта: – Алехандро! Амиго! Какими судьбами?! И чего такой смурной, кстати?

– Чё, реально смурной?! – громким шёпотом осведомился Вова, и когда я вместо ответа повернул к нему экран, уже с нормальной громкостью гыгыкнул: – Фига себе! Это кто же тебя так отделал, братан?!

– Ничего смешного, рыжий! – скривился наш собеседник, и впрямь богато разукрашенный по всей роже: тут тебе и бланш под глазом, и на губе ссадина, и даже пустой промежуток в стройном ряду зубов.

– Я серьёзно, амиго, – моментально сменил тон мой напарник. – Ты ж вроде боец-профи, где так влететь умудрился?!

– Влетишь тут, когда против тебя четверо, и все со стволами! – зло сплюнул Алехандро – через дырку в зубах получилось очень впечатляюще. – «Пумы», чтоб их!

– А что «пумы»? – навострил уши Вова.

Я, кстати, тоже.

– На бабки нас поставили, вот что!

– Стесняюсь спросить, а нас – это кого? – уточнил Вова.

– Нас – это меня, Пабло и Пончо! А Анхелю ноги поломали, когда он возникать начал! – угрюмо вывалил на нас новости Алехандро.

– А Анхелю, стало быть, деньжата на лечение оставили? – ухмыльнулся мой приятель.

– Если бы!

– Слушай, Сань… – задумчиво начал я.

– А?.. Ты ко мне, что ли? – озадачился наш знакомец.

– К тебе, к тебе! – отмахнулся я. – Я просто хотел уточнить: вот это вот всё, что у тебя на роже – это чисто для профилактики, или ты тоже сопротивлялся?

– Исключительно для вида, чтобы остатки собственного достоинства заодно с репутацией не растерять, – буркнул Алехандро. – Мне тут ещё жить, вообще-то. А что?

– Не, ничего, – мотнул я головой. – К слову пришлось просто. Так чего звонишь? Сказать нам что-то хочешь?

– Нас, типа, на бабки поставить? – поддакнул Вова. – Так сказать, по ордеру – они тебя, ты нас? Тогда ты не по адресу! Профессор тебя вмиг размотает!

– Да знаю, мать вашу! Но и «пумам» отказать не могу… – болезненно скривился наш бывший партнёр по афере с «тёмными лошадками».

– Типа, это они тебя попросили с нами связаться? – пришёл я к немудрёному выводу. – Сами добраться не могут, так тебя в посредники загребли?

– Ну, я бы не сказал, что именно попросили… – замялся Алехандро. – Скорее нож к горлу приставили, фигурально выражаясь.

– Н-да, амиго, не позавидуешь тебе, – сочувственно покивал Вова. – Хотя… дай догадаюсь: это не ты, а они хотят нас на бабки поставить?

– Грасиас, Влад! – с видимым облегчением выдохнул наш собеседник. – Поймите, парни, я тут вообще как бы боком…

– Ну да, это не ты нас в блудняк с «тёмными лошадками» втянул, конечно, – и не подумал Вова скрыть сарказм. – А так-то да, ты тут боком. Ты о чём вообще думал, когда решил серьёзным парням верное дело обломать? Или у тебя «крыша» есть? Вернее, судя по твоей роже, была?!

– Типа того, – понурил голову Алехандро.

– Он, в смысле покровитель, тебя тоже кинул? Нехорошо! – с сочувствием поцокал языком Вова. – И чё теперь?

– А то, что теперь вы торчите «пумам» бабки, амигос! – развёл одной рукой, поскольку во второй держал смарт, Алехандро.

– Это они тебе такую глупость сказали? – удивлённо заломил я бровь. – Знать не знаем никаких «пум», так что идут они лесом! Не хватало ещё, чтобы нас заочно на деньги ставили! Они что о себе вообще думают?

– Думают, что круче варёных яиц, – снова скривился Алехандро. – Ладно, парни. Моё дело предупредить! Ну и… как у вас называется назначить встречу по-крутому?

– Забить стрелу, – подсказал мой напарник.

– Вот-вот, именно оно! – обрадовался Алехандро. – Короче, «пумы» хотят с вами встретиться на нейтральной территории и перетереть за долг…

– …которого нет! – отрезал Вова.

– …сколько вы им торчите, как и в какие сроки будете отдавать… – не дал сбить себя с толку Алехандро, – ну и прочее по мелочи.

– А тебе, если не секрет, сколько за посреднические услуги скостили? – нехорошо прищурился Вова.

– Нисколько, – помрачнел Алехандро. – Просто не стали ломать руку. Левую. Но если вы сейчас меня пошлёте, то точно сломают. И наверняка в локте, чтобы я её восстановить не смог! А после такого какая, по-вашему, бойцовская карьера?!

– Вот только на жалость давить не надо, – хмыкнул я. – Сами влетели, а мы теперь расхлёбывай! Правильно я говорю, Вов?

– Правильно! – горячо поддержал меня напарник. – Слышь, Саня…

– Ну? – смирился с неизбежным Алехандро.

– …нам ваши проблемы до лампы, мы к «пумам» никаким боком, – закончил мысль Вова. – И хрен они до нас дотянутся, а если дотянутся, то найдётся, кому за нас спросить. Да и сами мы далеко не беззащитны. Смекаешь? Резюмирую: руки коротки! Так что пошлём мы тебя с лёгкой совестью.

– Ну, я хотя бы попытался… – совсем сник Алехандро и, такое ощущение, потянулся к кнопке сброса вызова.

– Эй, погоди! – едва успел я его остановить. – Вова хотел сказать, что могли бы послать. И были бы в своём праве. Но всё же не пошлём.

– Реально?! – буквально ожил наш собеседник. – Вот спасибо, амигос! Уж лучше я вам торчать буду, чем этим ублюдкам…

Далее последовала непереводимая игра слов на испанском, из которой я понял исключительно предлоги, а вот Вова аж заслушался. Мало того, в конце заковыристой тирады ещё и продемонстрировал Алехандро большой палец, мол, уважаю!

Я же безжалостно прервал словоизлияния эмоционального латиноса:

– Зандер! Можно тебя так называть, кстати?..

– Валяй! – махнул свободной рукой наш собеседник.

– Зандер, ты мне вот что скажи: эти «пумы»… они как, всей шоблой на вас наехали, или это были какие-то конкретные люди?

– А есть разница, Энрике?

– Ещё какая! – заверил я. – Ну так что?

– Думаю, не все. Прессовали нас человек десять в общей сложности, потому что меня месили четверо, близнецов столько же, а с Анхелем и вовсе вдвоём справились. Подкараулили, суки, и отделали, как бог черепаху. Практически одновременно, чтобы мы предупредить друг друга не успели. Созвонились, конечно, но уже после… ну, вы поняли.

– Так вы ещё и поодиночке шарились по промке?! – изумился такой беспечности Вова.

– Ну да, у всех же дела… вечно толпой не походишь.

– И когда это было, если не секрет? – продолжил допытываться напарник.

– Сегодня утром.

– А вы такие идиоты, что бабки наличкой хранили?

– Ну да… а как иначе, чтобы не засветить?! – удивился Алехандро.

– А чего ты ноешь тогда?! – ещё сильнее изумился Вова. – Вы же сами, по факту, «пум» спровоцировали! Теперь концов точно не найдёте, даже если начнёте через других «спортсменов» справедливость восстанавливать!

– А где ты её видел, рыжий?! Справедливость эту самую?!

– Ладно, это несущественные детали! – вернул я разговор в конструктивное русло. – Зандер, а главный у них кто, не подскажешь?

– Проф, а тебе зачем? – удивился Вова. – Ты же их всё равно не знаешь!

– Вот как раз и узнаю! – отбрил я приятеля. – И это, амиго… фотки бы неплохо. Фас, профиль, номер дела… а? Подгонишь?

– В принципе, можно… – задумался Алехандро. – А им-то мне что сказать?

– Он один, – шепнул я напарнику, прикрыв ладонью камеру вместе с микрофоном. – Иначе не повёлся бы. Да и настолько демонстративно материть не стал.

– Скорее всего, – согласился со мной Вова. – И чё делать будем?

– Стрелу забивать, что же ещё?! – пожал я плечами и убрал руку со смарта: – Зандер, ты ещё тут?

– Да куда ж я денусь…

– В общем, мы согласны. Будет им стрела. Место и время сообщим позже, через тебя же. Так что не пропадай со связи.

– Спасибо, парни! – заметно приободрился Алехандро. – Вы сейчас продлили мою полезность, так что за целостность конечностей пока что можно не переживать… как надолго, кстати?

– Это уже другой вопрос, амиго, – помотал я головой. – Нам надо подумать. Под замес попасть желанием не горим, сам понимаешь, но и тянуть некуда… короче, жди звонка завтра в течение дня, назовём место. Ну а время… время прямо сейчас скажу. Послезавтра в полдень.

– Окей.

– И это… пусть даже не пытаются подвалить раньше! Ты меня знаешь, я руки в карманах держать не буду… а у Вовы всегда с собой пулемёт. Я понятно объясняю?

– К-кажется… да.

– Ну и бывай тогда, амиго! – решительно прервал я вызов, не дав Алехандро и шанса добавить что-то ещё. Потом положил смарт на стол, глубоко вдохнул, медленно выдохнул, досчитав про себя до десяти, и уселся напротив Вовы, коротко велев тому: – Выкладывай!

– Он пытается нас на… – отставить! – напарить! – уверенно заявил тот.

– Тоже так думаешь?

– Что значит «тоже»?! – возмутился напарник. – Да это единственный возможный вариант! Он же один! Ты понимаешь, Проф, что это означает?

– Что он проехался по ушам «пумам», наобещав им всякого, – вздохнул я. – Никому нельзя верить! Особенно людям, да…

– Интересно, наша доставка на блюдечке с голубой каёмочкой на каком месте в списке? – вслух хмыкнул Вова.

– Вряд ли на первом, – усомнился я. – Там наверняка бабки, все, что у нас есть. А вот на втором… вполне может быть.

– Ну и на третьем, стало быть, ты, – ухмыльнулся мой приятель. – Психологически обработанный и готовый к употреблению. В смысле подписавшийся на подставные бои.

– В общем, ничего нового, – несколько разочарованно заключил я. – Это что же получается… работаем по плану?

– А куда деваться? – развёл руками Вова. – И это, Проф…

– Да, Вов?

– Не грузись, они сами напросились. Стало быть, сами же и виноваты.

– Спасибо, доктор. Мне стало легче.

– Кушайте, пациент, не обляпайтесь! – заржал напарник, и я с радостью к нему присоединился в этом благородном деле.

Хотя на сердце, если честно, кошки скребли. Во главе с воображаемым Зигги. Кстати, а где он?.. Ну-ка, кис-кис-кис!..

– Мля-а-а-а-а!!! – сиганул откуда-то сверху, вероятнее всего, из пулемётного гнезда трака, кошак.

И не куда-нибудь, а точно к моим ногам. А там и на коленки в одно касание от пола, за что и получил шмат хамона… ну, то, что от него осталось.

– Пр-р-р-р… фр-р-р-р-р… ом-ном-ном…

– Хороший котик, хороший…

– Мля-у-у-у-у!

– Ещё?! Вон, у Вовы спроси…

– Фр-р-р-р!

Ага, спровадил… но на душе всё равно муторно. Что ни говори, а Алехандро в деле с «тёмными лошадками» проявил себя с самой лучшей стороны, особенно на контрасте с Анхелем. Зато теперь, если следовать логике событий, пораскинул мозгами, прикинул половой орган к носу, да и решил, что такие деньжищи нам с Вовой ни к чему. Лишние они для нас. А вот для него в самый раз, даже если придётся половину отдать «пумам». Или даже всё. В смысле нашу долю плюс официальный призовой фонд за победу в финале. Но это в том случае, если он планирует таким вот немудрёным способом от бандосов откупиться. То есть если хотя бы часть из его рассказа правда, в чём я лично сомневаюсь. И не только я. Именно по этой причине мы с Вовой и руководствовались иной версией, более реалистичной, где бандосы всего лишь ширма для истинных намерений Алехандро. Впрочем, нам от этого не легче. Пожалуй, придётся ему на «стрелке» руку сломать. А лучше обе.

– Проф, как ты думаешь, а подельников он тоже развёл? – в такт моим собственным мыслям поинтересовался Вова.

– Почему тоже?! – возмутился я. – Нас-то ещё только собирается! Но узнать бы не помешало, да.

– Так я звоню? – оживился напарник.

– Кому?! Анхелю?!

– Не, если и звонить, то Пончо, он самый адекватный, – отмёл моё предложение Вова. – Только, сдаётся мне, бесполезно это. Если Алехандро отжал бабло у собственных подельников, то только логично их либо грохнуть, либо хотя бы на время изолировать. Как раз на тот случай, если мы решим с ними потрещать по поводу.

– Значит, опять Серёгу напрягать? – скривился я. – Не хотелось бы… счёт растёт, проценты капают. Этак скоро его долг перед нами и обнулится…

– Не грузись, Проф! – хлопнул меня по плечу напарник. – Первый, может, и обнулится, но он уже новых долгов наделал. Не далее как позавчера. А если не он лично, то братцы-итальянцы и их кореш тевтонец.

– Знаешь, Вов, я об этом в последнюю очередь думал… вернее, совсем не думал! Надо было спасать, вот и…

– Поверь, Олежек, они это тоже прекрасно понимают! – заверил мой приятель. – Серёга мужик правильный, в случае чего на себя долги возьмёт. Просто потому, что он предводитель. А значит, за своих людей в ответе.

– Ну тогда звони, – смирился я с неизбежным. – И это… в гости, что ли, позови? Не по телефону же такие дела обсуждать!

– Ладно, позову… но насчёт близнецов и Анхеля надо сразу озадачить, чтобы времени не терять. Возможно, уже к Серёгиному приходу ситуёвину проясним!

– Твоим бы хлебалом, Вов, да медку навернуть!

– Всё, Проф, отвали! – буркнул напарник. И радостно рявкнул в трубку: – Серый! Давно не слышались, соскучился уже!.. Да не ты, а я! Что?.. Да так, темка есть одна… готов?..

Дальше прислушиваться я не стал – навалилась вдруг усталость. Нет, не физическая. Скорее моральная. Вот вроде пытаешься изо всех сил избежать неприятностей, подружиться со всеми вокруг… а тебе постоянно норовят нож в спину воткнуть! Тяжело в людях разочаровываться, вот я к чему. А Алехандро разочаровал, причём до глубины души. Нет, в хитрости и смекалке ему не откажешь – вон он как ловко мимикрировал под рядового «быка» из «лос атлетас»! А по факту, если я правильно два плюс два сложил, он в этом замесе и есть главный заводила «лос пумас». Иначе с чего бы такое безразличие со стороны серьёзных парней, которые на смотрины приезжали перед нашей с охотниками и Инкой вылазкой на стрельбище? Посмотрели, убедились… и свалили в туман. Условно, конечно. Ну а как иначе, если дальше отсвечивать попросту не было нужды? Алехандро не просто в схеме, он её мозговой центр, а мы у него постоянно на глазах… и ведь Анхель тоже повёлся! Ладно, близнецы, они не отличаются ни умом, ни сообразительностью… а, пофиг! Уже ничего не изменить, так что Вова прав: они сами напросились. И пусть теперь на себя же и пеняют…

– Всё, Серый обещал в течение часа подскочить, – обрадовал меня Вова. – План ему светим, или как?

– Я бы и рад не светить, да не выйдет ничего без его помощи, – вздохнул я. – Сам подумай, насколько неразрешимая задача: подыскать такую локацию, чтобы туда, во-первых, серьёзным людям из разных частей города тащиться не в падлу было, а во-вторых, не стрёмно – а ну как супостат какой подкараулит?..

– Практически взаимоисключающие параграфы, – поддакнул напарник. – Эх, так и придётся доставку заказывать! Серёга на такие темы без допинга думать не станет, просто пошлёт нас куда подальше до завтра… и будет прав, кстати!

– Ну так заказывай! – сделал я вид, будто не понял намёка.

– Ладно, чёрт с тобой, – сдался Вова. – Обдирай, как липку! А ты пока дону Себастьяну звякни.

– А ты дону Фиделю, – не остался я в долгу. – Или с кем у тебя там контакт?

– С ним лично, – ухмыльнулся мой приятель. – С «шестёрками» договариваться не мой уровень, Проф. Но за тобой тогда звонок Инке.

– Нет, ей звонить ещё рано, – помотал я головой. – Надо дождаться хотя бы примерной инфы по близнецам и Анхелю.

– Согласен, – кивнул Вова. И подытожил: – Ну что, Профессор, заявляем план «Гасконец» в действие?

– Ну а что нам ещё остается? – развёл я руками. – Твои же слова – сами виноваты?

– Всё, звони уже!..

Что за план, спрашиваете? Так название само за себя говорит! Идея эта пришла мне в голову в тот же момент, когда выяснилось, что на нас с Вовой в Порто-Либеро уже целая очередь выстроилась. Ну а к чему мудрствовать лукаво? Классика она и есть классика. Цель у нас не особо масштабная и совсем не амбициозная – мы всего лишь хотим нормально устроиться, чтобы иметь возможность жить своим умом. О выживании речь даже не идёт – тут вообще всё предельно просто, присоединяйся к любой фракции, и дело в шляпе. Но нам хотелось чуть большего, а именно, относительной свободы действий. Можно, конечно, пойти длинным путём: доказать конкретной фракции собственную полезность и со временем подняться по пищевой цепочке ближе к вершине. Но это долго и муторно, а ещё… пожалуй, что и унизительно. Не от этого ли мы с Вовой бежали из Мэйнпорта? Так к чему менять шило на мыло? А посему, если мы сами не можем повлиять на сильных мира сего, то нужно создать такие условия, чтобы они были вынуждены договариваться между собой. То есть попросту столкнуть их лбами в ситуации, когда либо тотальное мочилово, либо компромисс, устраивающий всех, и особенно нас. А посему пляшем от полудня послезавтра, когда нас ждут тёрки с «пумами», и далее через четверть часа остальные заинтересованные лица: в тринадцать пятнадцать «лос гранхерос», в полвторого «лос макинистас». А Серёга с пацанами и кое-кто ещё изначально с нами будут. Разве что не сразу продемонстрируют собственное присутствие. Ну, за исключением делегата от «лос атлетас», на которого придётся выходить через Инес, поскольку никаких других контактов у нас нет. «Рыбаков» и «муниципалов», равно как и «койотов», мы не рассматривали, ибо бессмысленно. «Лос муниципалес» изначально над схваткой, «лос пескадорес» под «механиками», а «койотов» в город тупо не пускают, их вотчина окраины да большие дороги. В общем, будем работать по методу одного беспокойного гасконца, как его там? Точно, д'Артаньян! Хотя не уверен, что тот действовал по заранее продуманному плану. Скорее по наитию. Да и обломался по итогу – мушкетёры короля так и не передрались за право первым потребовать у баламута сатисфакцию. Вернее, не успели – нарисовались гвардейцы кардинала. Но в нашем случае на последних надеяться бесполезно, «лос муниципалес» вмешиваться не станут. Хотя, например, и нападения «койотов» полностью исключить нельзя, особенно если место для «стрелки» только за городом отыщется… но тут исключительно на Серёгу надежда. Сами мы не местные, как вы понимаете. Ну и ещё один скользкий момент – время мы выбрали по верхнему пределу. Как бы не заартачились заинтересованные лица.

Впрочем, обошлось. Дона Себастьяна, равно как и дона Фиделя, время вполне устроило, а Алехандро, даже если и попытается перенести встречу, будет послан в пешее эротическое. Осталось только с местом определиться. Плюс серьёзный человек из «лос атлетас», с которым по моей просьбе связалась Инка, тоже не стал артачиться. Особенно после того, как моя зазноба в красках расписала ему перспективы касательно своей дальнейшей гоночной карьеры в отсутствии группы технической поддержки, то бишь меня. Правда, пришлось пару часов пробыть в неведении, поскольку беспокоить «спортсменов», не убедившись в собственной правоте насчёт двурушничества Алехандро и «пум», мы постеснялись. А потому сначала дождались Серёгу, а потом ещё и докладов его людей, которых тот подрядил на выяснение судьбы незадачливых подельников Алехандро. И да, мы с Вовой не ошиблись: все трое тупо исчезли. Вряд ли ошибусь, если предположу, что легли на дно. И «дно» здесь употребляется в широком смысле слова: и как эвфемизм для некоего схрона, и как морское, и даже как дно могилы. В любом случае Алехандро позаботился о том, чтобы лишить нас альтернативных источников информации. Сказочник должен быть только один, и тогда очень сложно доказать, что он именно сказочник, сиречь пи… – отставить! – балабол.

Собственно, после этого Серега и убыл, поскольку и дальше торчать у нас в мастерской уже не было никакой нужды. Зато явилась Инка, и мы продолжили плести сеть заговора, вовлекая в него очередную – на первый взгляд вовсе непричастную – фракцию. А именно «спортсменов». Надо отдать ненаглядной должное, своего куратора из «лос атлетас» она держала на коротком поводке, причём умудряясь не давать мне поводов для ревности. А ещё она умела предельно кратко, но ёмко расписать перспективы отказа ей, такой красивой, умной и незаменимой. Так что немудрено, что куратор сомлел за каких-то десять минут, и согласился на всё. Насчёт «всего» это Инка немного преувеличила, но о визите завтра после полудня договорилась. И не куда-нибудь, а в один из спортивных центров Порто-Либеро, где нам уж точно ничего не угрожало. Кроме, разумеется, разочарования в самих себе на фоне местных красавцев-качков и прочих культуристов.

А потом, утомлённые морально и физически, мы пошли спать. Ну, условно. Мне-то предварительно пришлось плотно «пообщаться» с зазнобушкой ненаглядной, а вот Вова почти сразу вырубился, причём без зазрения совести. Благо ему даже идти далеко не пришлось – устроился в пулемётном гнезде трака, набросав на пол спальных мешков и водрузив сверху подушку, бессовестно выцыганенную у меня. А ведь я ему уже давно говорил: хватит по ночлежкам да случайным подружкам перебиваться, оборудуй себе в мастерской нормальное спальное место! А ему хоть бы хны, только лыбится да ржёт, типа, завидуй, Проф, но молча. Но это ничего, я его дожму, никуда не денется. Ну и Зигги поспособствует – всё-таки Вова его «гнездовье» занял, а такого кошак не прощал никому и никогда.

* * *

Окрестности Порто-Либеро, 27.10.23 г. ООК, около полудня

– Слу-у-ушай! А реально классная у тебя тачка, Энрике! – восхитился с соседнего кресла мой сегодняшний пассажир. – Инес знала, кого хомутать! Осторожно, коч-уй-ка!!!

– Спасибо, конечно, на добром слове, – усмехнулся я в ответ, – но товар пока что штучный! Эксклюзив! Ключевое слово «пока», естественно!

– Да я понимаю! – ещё сильней вцепился в ручку над дверью сосед. – Но ты, Энрике, имей меня в виду! Как только заказы принимать начнёшь, сразу же дай знать! Бабки не проблема!

Ну да, это уж точно. Для типа в пассажирском кресле не проблема не только бабки, но и их количество. Потому что кабину трака со мной делил некий Алонсо «Монтойя» Альварес – ещё один дальний Инкин родственник по материнской линии. Что-то вроде четвероюродного брата, но Инес при знакомстве отрекомендовала его как кузена. А по совместительству ещё и немалая «шишка» из «лос атлетас», а если совсем конкретно, то отделения, ответственного за гонки. Все скопом, от тараканьих бегов (да-да, есть тут и такие!) до полноценных кольцевых по саванне. Хоть на квадах, хоть на траках. И при всём при этом рубаха-парень. По крайней мере, нос задирать не стал: и руку подал, и сесть предложил, и пивом угостил. Кстати, крафтовым, что особо оценил Вова, который ещё с вечера выжрал подгон дона Себастьяна и уже с утра ходил и облизывался. И тут так подфартило! Правда, ближе к вечеру, раньше нам тупо некогда было – дела плотнячком от подъёма и до обеда. И даже дальше.

Что за дела? Да так, суета по большей части. Начали с того, что битый час до хрипоты спорили с заявившимся чуть ли не на рассвете Серёгой. А «мы» это не только я и Вова, но ещё и местная уроженка Инес. А потом почти до трёх часов пополудни нарезали круги по городу на кваде и паре траков, нигде не задерживаясь дольше чем на пять минут. Ну, за исключением любимой Инкиной кафешки. И да, подходящее место всё-таки нашли – вы будете смеяться, но то самое стрельбище, где мы вроде бы совсем недавно, но, такое ощущение, уже в прошлой жизни, испытывали «шестнадцатые» из охотничьей партии. Местечко оказалось просто идеальным: и в черте города – условно, так что «диких» и «койотов» можно не опасаться, и примерно на одинаковом расстоянии от резиденций всех заинтересованных лиц, и чисто формально вне юрисдикции «лос регулярес», ибо почти граница, а там «койоты» заправляют. Последнее обстоятельство весьма смахивало на взаимоисключающие параграфы, но факт есть факт. Что же касается случайных свидетелей, то о них есть, кому позаботиться. Я в том смысле, что спокойно подъехать и вежливо попросить освободить площадку, не забыв продемонстрировать наличие автоматического огнестрельного оружия. Да и авторитета у Серёги более чем достаточно, чтобы никто не посмел возбухать. Опять же, заведение чьё? Правильно, охотничье! Так что они в своём праве. Ну и немаловажное обстоятельство – наличие укрытий неподалеку от собственно стрельбища. До десяти стрелков-марксменов можно упрятать на дистанции уверенного поражения. Плюс оперативную группу человек на пять, само собой, с «калашами» и «шестнадцатыми», укомплектованными «бубнами» на семьдесят пять патронов – это я расстарался. В общем, при желании половину городской преступности положить можно, но лучше бы до столь масштабного мочилова не доводить. И самим неохота, и нам здесь ещё жить.

Естественно, заранее сообщать переговорщикам о месте встречи мы не стали, хоть всем и перезвонили, как и было обещано. Однако же отмазка по типу «дадим координаты за час до мероприятия, чтобы вы засаду не устроили» сработала на удивление гладко. Серьёзные люди поухмылялись снисходительно, а Алехандро, хоть и принялся бухтеть, очень быстро утёрся. Нечем ему на нас надавить оказалось. Только не в его роли «невинной жертвы». А на обострение ситуации он и сам не пошёл.

Зато пошли мы втроем, только не на обострение, а в гости – к тому самому контакту Инес из «лос атлетас». И заявились во всеоружии, с фактами и доказательствами оных в виде телефонных записей, а также фото и видеоматериалов, предоставленных Серёгиными парнями. Но ещё до того, как вывалить весь этот ворох инфы на головы ничего не подозревающих «лос атлетас», сами пережили нехилый разрыв шаблонов. Чего это? Да очень просто: главным по всяческим покатушкам и прочим видам состязаний на скорость оказался… паренёк лет двадцати пяти. По крайней мере, на вид. А ещё я его узнал: он крутился поблизости от недоброй памяти команды «Торнадо», то бишь на данный момент покойных Гонсало и Луки, в той, самой первой, гонке, когда Инес обновляла «Эль Торо». Стоит ли напоминать, что обновила как следует, первым местом? Вот и я так думаю…

Но вернёмся к боссу «лос атлетас». Думаю, что юным он мне показался исключительно в силу худобы, или, я бы даже сказал, субтильности. Тонкая кость, миниатюрное сложение… в старину из таких получались хорошие жокеи. По большому счёту, если их с Инкой поставить рядом, то особой разницы и не увидишь: понятно, что парень с девчонкой, а вот по всем остальным параметрам расхождений практически нет. Плюс длинные вьющиеся волосы, убранные, как водится, в «конский хвост». Зато ни усов, ни бородки, столь модных в определённых кругах. Так, щетина по всей роже, то есть там, где положено. И пронзительные карие глаза, вкупе с ниточкой губ придающие физиономии неестественную для столь юных лет твёрдость. В общем, характера парню не занимать, понятно, как он в свои годы на такой должности оказался. По делам и заслуги его, как говорится. И знаете, даже на фоне пары громил-телохранителей паренёк абсолютно не терялся. Аура, что ли?..

Всё это я рассмотрел за те несколько мгновений, что ушли на обмен любезностями между Инес и её родственником. Ну а потом парень протянул мне ладонь и представился:

– Алонсо «Монтойя» Альварес, можно просто Монти.

– Олег, – ответил я на рукопожатие. – Можно Генри или Энрике. А это Влад! – ткнул я пальцем в напарника.

– Э-э-э… просто Влад! – не растерялся тот, перехватив у меня инициативу. – Извини за нескромный вопрос, а Алонсо Монтойя – это просто совпадение или специально?

– Ты о чём?! – шикнул я, пихнув напарника локтём в бок.

– Да всё о том же! – рассмеялся Инкин родственник. – Ты угадал, Влад. Это специально. В смысле звать меня и правда Алонсо, а «Монтойя» всего лишь прозвище.

– Потому что гонщик? – задумчиво прищурившись, уточнил Вова.

– Именно! – подмигнул ему Монти. – Хотели сперва «Алонсой» окрестить, но я как бы уже… вот и получилось, что кроме как «Монтойей» и никак!

– А почему я тебя не знаю тогда? – продолжил допрос мой напарник.

– Потому что я уже лет пять, как не гоняюсь, – вздохнул Монти. – Травма, знаешь ли, несовместимая с гоночной карьерой…

– Извини, что напомнил.

– Да ладно, Влад, забей!..

На том, собственно, процедура знакомства и завершилась, поскольку Серёгу Алонсо прекрасно знал, и мы вернулись в унылую реальность с её интригами, кидаловом и потенциальными кровавыми разборками. Договорились, кстати, довольно быстро – в подставу со стороны Алехандро Монти поверил почти сразу же, равно как и изъявил желание предъявить вероломному «отбойщику» за, как он выразился, всю фигню. А вот собственно порядок мероприятия обговаривали куда дольше – Инкиного родственника интересовали все возможные подробности, потому что доверял он только себе, да и то не каждый день, смотря с какой ноги встанет. Так что даже не знаю, что бы мы без Серёги делали. Тому же стоило лишь веско обронить, что обеспечение оной безопасности он берёт на себя, и Алонсо моментально увял. В смысле попытался подогнать в нагрузку своих парней, но как-то без огонька. И Серхио эти поползновения на собственную вотчину легко пресёк, ограничив сторонний контингент пятью юнитами на квадах – будут патрулировать местность. Ну и ещё сошлись на том, что в траке, помимо нас троих – меня, Вовы и Монти – будет также и личный телохран «шишки». Как по мне, вполне нормальный расклад. А напарничек в пулемётном гнезде потеснится, ему не впервой.

Так, собственно, и вышло – до стрельбища ещё минут пять в пути, а до собственно «стрелки» около четверти часа. Да-да, мы, как принимающая сторона, должны явиться чуть раньше гостей. Ну а группа поддержки, естественно, выдвинулась на точку сильно загодя, чтобы и непрошенных свидетелей спровадить, и самим укрыться понадёжней. И им это удалось. По крайней мере, лично я никаких признаков присутствия марксменов и штурмовой группы не выявил, как ни старался. Впрочем, я не показатель, так что…

– Вов, никто не спалился? – поинтересовался я, активировав гарнитуру.

– Никак нет, – заверил тот. – Будь спок, Проф!

– А ты хорошо смотрел?!

– Проф, не дави на психику! – отгавкнулся напарник. – Я не просто смотрел, я знал, где искать! И один хрен ничего не заметил!

– Ты про людей Серхио, Энрике? – покосился на меня Алонсо.

– Угу.

– Бесполезно, они профессионалы, – с изрядной долей уважения протянул пассажир. – Жаль только, что в городе не так хороши!

– А почему жаль? – невольно заинтересовался я.

– Потому что они тогда бы совсем нарасхват были! – пояснил Инкин родственник.

– Прямо как мы, – ухмыльнулся я. – Кстати, приехали. Ты как, сразу со мной пойдёшь, или?..

– Или, – вернул мне ухмылку Монти. – Пусть кое-кому сюрприз будет.

– Окей, – не стал я спорить. – Вов, чё как?

– Не видать пока никого… хотя нет, вон вроде пылища!

– Едут, – подтвердил Алонсо, как раз в этот момент получивший сообщение от своих людей, тех, что должны патрулировать округу на квадах. – Две машины, так что их минимум восемь человек.

– Пофиг, прорвёмся! – излишне оптимистично отмахнулся я. – Главное, чтобы они сами не свинтили, ищи их потом по всей саванне! Да и по городу та ещё забава!

– Это точно, – согласился со мной сосед. – Хотя насчёт города ты чуток погорячился, Энрике. Если здесь и сейчас ситуацию не разрешим, им в Порто-Либеро вход будет заказан, уж поверь. Я постараюсь.

– Спасибо, Монти.

– Да ты тоже не особо обольщайся, амиго, – подмигнул мне пассажир. – Не дружбы ради, а исключительно выгоды для! Меньше всего мне вот такие «крысы» в организации нужны. Додумались, мать их так! У своих из-под носа бабло тащить!

– Я бы на твоём месте всё же присмотрелся к Алехандро, – внёс я рацпредложение. – Изворотливый тип! Вот в жизни бы не подумал, что он на такое кидалово способен!

– Что, настолько убедителен был? – усомнился Алонсо.

– Чуть на слезу не прошиб, – заверил я. – Думаешь, чего мы в «тёмных лошадок» вписались?

– Вот только не надо мне по ушам ездить, что из жалости! – усмехнулся Инкин родственник. – Так и скажи, что на быстрые деньги соблазнились!

– И это тоже, – кивнул я. – Но окончательно нас убедила именно история Алехандро с его прошлогодней победой. Всё, знаешь ли, по полочкам разложил, вместо себя Анхеля подсунул, сам же реально изобразил сбоку припёку, если ты понимаешь, о чём я.

– С трудом, – признался Алонсо. – Ты давай-ка по-человечески разговаривай! Хиспаньол, пор фавор!

– Постараюсь… ага, и я вижу! Пылят! – дёрнулся я к двери.

– Сиди пока! – придержал меня за локоть пассажир. – Дождёмся, когда подъедут. А там и посмотрим по ситуации!

– Монти дело говорит, Проф, – поддержал Альвареса Вова. – Сперва продемонстрируем серьёзность намерений.

– Тогда ты лажанул, Вов! – немного нервно усмехнулся я. – «Шестнадцатый» не очень грозно выглядит, надо было тот трофейный самопал взять, помнишь? Который пятидесятого калибра? Ну, тот, из которого «койоты» наш конвой расчехвостили?

– Знать бы ещё, куда ты его заныкал! – отбрехался напарник. – Всё, хорош зубоскалить! Вот они, голубчики!

Ага, так и есть – два трака, и оба хорошо мне знакомы. По той простой причине, что я их уже видел. Один принадлежал Анхелю с корешами, а второй – той самой «приёмной» комиссии, эпизод с которой столь талантливо разыграл Алехандро. Я уже тогда, кстати, начал что-то нехорошее подозревать, но дальнейшее общение с «отбойщиком» всё же убедило меня в его искренности и деловом настрое. Впрочем, так оно и было: всё, что касалось турнира «тёмных лошадок», подставой по большому счету не являлось. А вот дальше… не думаю, что в первом траке Анхель. Да и близнецы там вряд ли окажутся. Их либо уже грохнули, либо грохнут сразу же после того, как отожмут бабло у меня. Ну, они так думают. А как по мне, это ещё бабушка надвое сказала. Да и вилами по воде писано… чёрт! Волнуюсь, что ли? Иначе с чего бы опять пословицами заговорил?.. Дыши глубже, Олежек, да не части! У тебя сейчас одна задача: морду кирпичом, и вперёд, на тёрки! Главное, держаться понаглее, чтобы вынудить Алехандро на следующий ход. Кстати, просчитанный нами с очень высокой вероятностью, да ещё и с заранее заготовленной ответочкой – Алонсо. Ну и да, у него задача не менее сложная, чем у меня: сидеть на попе ровно и дожидаться условного сигнала, как бы ни хотелось схватить наглого «отбойщика» за грудки и вытрясти из него всё дерьмо. Но для эффектного появления Монти на сцене необходимо создать определённые условия. Например, добиться, чтобы у Алехандро сложилось неверное представление о раскладе сил. И это уже моя забота.

…а ситуация меж тем развивалась по вполне предсказуемому сценарию: гости остановили траки метрах в тридцати от моей машины, да с таким расчётом, чтобы в случае чего взять нас в два огня, но при этом и самим не подставиться одновременно под пулемёт Вовы, и из Анхелевской тачки выбрался Алехандро собственной персоной. Постоял пару мгновений в нерешительности, оглянулся, наткнувшись взглядом на угрюмых парней со стволами, застывших в кузовах траков, и нехотя поплёлся в нашу сторону.

– Давай, Энрике! – ободряюще толкнул меня в плечо Алонсо. – И это, не облажайся!

– Постараюсь, – хмыкнул я, и вывалился из кабины, нарочито громко хлопнув дверцей. «Калашом» я пренебрёг, ограничившись «глоком» в набедренной кобуре, но всё равно постарался держать руки повыше и на виду, дабы не спровоцировать нервных гостей на несанкционированную пальбу. – Алехандро! Амиго! Рад, что ты ещё живой и можешь самостоятельно передвигаться!

– А уж я-то как рад! – криво ухмыльнулся тот в ответ.

Встретились мы примерно на середине «ничейной полосы» между траками, что вполне устроило обе договаривающиеся стороны. Вот только я на оппонента смотрел спокойно и чуть насмешливо, а тот лишь усилием воли заставлял себя не отводить глаз. Ну и что-то типа лёгкой паники я у него во взгляде уловил. Губа, вон, ещё еле заметно подрагивает… реально на измене, или всего лишь качественная актёрская игра? Так сразу и не разберёшь…

– Ну что, привёл? – негромко поинтересовался я.

– Кого?! – растерялся Алехандро.

– Серьёзных людей, вестимо! – пояснил я. – Ну и где твои «пумы»? Вон те обломы в кузовах? Так они на серьёзных однозначно не тянут!

– Может, сами всё решим? – с надеждой уставился на меня «отбойщик». – По-дружески, а?

– То есть ты предлагаешь поверить тебе на слово? – удивлённо заломил я бровь. – Вот уж от кого не ожидал! Зандер, ты же меня знаешь! Я не из пугливых! И слухам не доверяю.

– То есть не хочешь по-хорошему, – вздохнул Алехандро.

– Убеди меня, что дело пахнет керосином.

– Чего?! Энрике, говори по-человечески!

– Давай сюда чувака из «пум»! – рыкнул я. – Так понятно?!

– А меня тебе мало?

– А ты кто такой, собственно? – задался я очевидным вопросом, и сам же на него ответил: – Терпила! И почему я должен с тобой о бабках тереть, не подскажешь? Или… ты и есть «пума»?

Надо отдать Алехандро должное, он почти не спалился. Но только почти, потому что глаз у него всё-таки дёрнулся, хоть он и умудрился сохранить каменную физиономию. И решение принял довольно быстро:

– Ладно, пойдём!

– Куда ещё?! – изумился я.

– В трак! Баррил сам сюда не попрётся, несолидно!

«Эль баррил», если я не ошибаюсь, «бочонок»? Хм… говорящая кличка. Помнится, в «гостевой» тачке, когда я Алехандро во второй раз демонстративно вырубал, был тип подходящей комплекции, которую и пижонский спортивный костюм не скрывал. Вернее, даже подчёркивал. Вот сейчас, кстати, и проверим…

– Точно несолидно? – зло прищурился я. – Может, просто зассыт?

– Не по статусу ему по жаре таскаться! – отрезал Алехандро. – Хочешь перетереть с главным – идём в тачку.

– Окей, – хмыкнул я и, развернувшись, шагнул к своему траку.

– Стой! – всполошился «отбойщик». – Ладно! Уже зову!

– Зовёт, – подтвердил через гарнитуру Вова. – Правда, жесты какие-то неприличные! Но кто-то реально вылезает… ого!!!

Надо сказать, удивлялся Вова не зря: из траков вылез не только анонсированный Баррил, но и ещё четверо его подельников, все как один при длинностволе. Что ж… в принципе, ожидаемо. Восемь посадочных мест в двух машинах, «пум», стало быть, тоже восемь: Алехандро, двое стрелков в кузовах, Баррил и четыре дополнительных боевых единицы. Почему именно боевых? Так они довольно шустро за распахнутыми дверями укрылись, уставив на нас стволы. И невдомёк им, убогим, что дешёвый пластик на такой дистанции пули держит крайне хреново, особенно из «шестнадцатого» – Вова их в случае нужды навылет шить будет. А охотники тем более, из «болтов»-то! Однако же хлопцы всерьёз рассчитывали произвести на нас неизгладимое впечатление, так что разочаровывать их я не стал, всем своим видом изобразив обеспокоенность. Ну и заодно уловил торжествующий блеск в глазах Алехандро.

– Только пусть один подходит! – выдвинул я очередное условие, демонстративно сглотнув и дав «петуха» голосом.

– Ладно! – снова снизошёл до моей просьбы «отбойщик». – Баррил, Энрике! Энрике, Баррил!

– Ола, пендехо! – с ходу нахамил бугай, не соизволив протянуть руку. Напротив, поближе к монструозному револьверу граблю расположил. – Ты в курсе, что торчишь нам бабок?

– С хрена ли? – вернул я «пуме» глумливую ухмылку. – Просто потому, что мне какой-то хрен с горы так сказал?

– Я Баррил! – побагровел бугай.

– А я Профессор, – пожал я плечами. – И что дальше?

– Ты должен мне денег!

– Ещё раз, по буквам, – тяжко вздохнул я, – с какого, извините, хрена?! Ты кто такой вообще?

– А ты не в курсе, пендехо? – допёр наконец-то мой, если так можно выразиться, собеседник.

– Представь себе, блин! – с изрядной долей сарказма ухмыльнулся я в лицо бугаю.

Хотя, если поразмыслить, не такой уж он и здоровый. Объёмный – да, не спорю. Потому, собственно, он и «бочонок». А по реальной здоровине тот же Пепе ему сто очков вперёд даст. Да и я на его фоне, если со стороны глядючи, не особо и проигрываю. Роста мы одинакового, так что снизу вверх глазеть не приходится, да и в ширине плеч не особо расходимся. Но пузо у меня однозначно меньше, тут он выиграл. Но меня массой особо не задавишь, где сядешь, там и слезешь! Так, опять я на сомнительные фразеологизмы сбиваюсь, надо успокоиться…

– Я Баррил! – снова завёл свою песню «пума». – Меня в Порто-Либеро все знают!

– А я, получается, исключение!

– Твоя проблема, пендехо!

– Не-а, – мотнул я головой, – твоя! Потому что всё ещё не убедил! И поджилки у меня точно не дрожат!

– Я из «лос пумас»! Мы держим бойцовский бизнес! – предпринял ещё одну отчаянную попытку уговорить меня бугай.

– «Мы»? – с нажимом уточнил я.

– А у меня лично бойцовский клуб! Даже два! – начал распаляться Баррил. – Минимум раз в две недели эвенты мутим! У меня двадцать человек бойцов! Каждый в замесах пятерых стоит!

Хм… а вот это уже реально интересно. Вот только как проверить?

– Серёга говорит, что не трындит толстый! – ожила гарнитура. – И впрямь тот, за кого себя выдаёт. «Пума», натурально, и не из последних.

Ага, сообразил Вова подсуетиться. Равно как и перейти на великий и могучий. Что ж, тем лучше. Есть простор для фантазии.

– Таких, как этот? – пренебрежительно покосился я на Алехандро. Однако ответа не дождался и продолжил: – Тогда сочувствую! Неудивительно, что дела у тебя идут хреново! Настолько, что ты пытаешься чужое бабло отжать!

– Это не «чужое бабло», это моя упущенная выгода, пендехо! – принялся тыкать мне в грудь указательным пальцем Баррил.

Признаться, я едва сдержался, чтобы не сломать его к хренам. Но таки подавил жгучее желание и почти спокойно возразил:

– Я к тебе никаким боком, омбре! С чего ты вообще что-то предъявляешь? Это «тёмные лошадки», любой может участвовать, и без «крыши»!

– Ты не любой! – отрезал бугай. И на сей раз ткнул пальцем в Алехандро: – Тебя вот он подписал!

– Это его проблема! – сплюнул я под ноги оппонентам. – Как говорят мои бывшие коллеги из корпорации, идите, поимейте сами себя!

– Охренел, пендехо?! – попёр на меня Баррил, но наткнулся на мой злобный взгляд и сразу же сбавил обороты: – Пойми, омбре! Я же не сам по себе, за мной люди! Серьёзные люди! И если я упустил выгоду, то и они тоже! А знаешь, как они на упущенную выгоду реагируют? Возмещают! И не просто возмещают, а с процентами!

– Хм… с процентами, говоришь? – демонстративно задумался я. – Стесняюсь спросить, а на какую сумму эти серьёзные люди претендуют прямо сейчас?

– Пока что девятьсот штук, омбре! Но это только пока! Чем больше ты качаешь права, тем больше в итоге будешь торчать! Ну, что надумал?

– Передай этим серьёзным людям, что вертел я их на половой оси! – криво ухмыльнулся я. – А если есть реальные предъявы, то будьте так добры, обращайтесь к моему спонсору!

– К какому ещё спонсору?! – опешил Баррил. И неосознанно покосился на Алехандро, выдав с головой и себя, и подельника.

– А вон к тому, который у меня в траке сидит! – ткнул я большим пальцем себе за спину. – Или зассыте и сразу свалите?

– Не дождёшься, пендехо! – рыкнул «пума», но тут же округлил глаза и хрипло выдохнул: – М-монти?!

* * *

Там же, тогда же

– Сюрприз, дерьмо кошачье! – радостно осклабился Алонсо, на фоне телохрана казавшийся неоперившимся юнцом. – Не ожидал, «киска»?!

Н-да! Ещё бы «пелоткой» обозвал… но и без того Баррил скривил такую рожу, будто цельный лимон без запивки сожрал. Любо-дорого посмотреть, одним словом. Молодец Алонсо, умеет, практикует. И абсолютно никакого пиетета с его стороны, хотя оппонент в габаритах превосходил его минимум втрое. И дело тут вовсе не в наличии персонального секьюрити за спиной. Просто места в общественной иерархии у этих двоих несравнимые. Ну и, опять же, предельно ясно, кто здесь и впрямь серьёзный товарищ, а кто шпана. Ну, или близко к тому. И, повторюсь, габариты тут совершенно не рулят.

– А-а-а т-ты ч-чего тут делаешь? – уже не скрываясь, нервно сглотнул Баррил.

– Вывожу кое-кого на чистую воду, «киска»! – жизнерадостно хохотнул Алонсо. И от души огрел бугая по плечу: – Да не ссы, не тебя! Ты-то, насколько я понял, теперь реально шестеришь? – И переключился на Алехандро: – А вот ты хорош, амиго! Всего за год подмять под себя кодлу Баррила! Да так, что никто даже не заподозрил! Силён, уважаю!

– Не понимаю, о чём ты, – соорудил беспристрастную рожу «отбойщик», но в этот раз даже для меня неубедительную. – Меня самого на бабки поставили!

– Да кончай уже ломать комедию, – поморщился Алонсо. – Реально, амиго. Ты, конечно, молодец, но «лос атлетас» в целом тебе не по зубам. Довольствовался бы «кошечками», не лез к большим дяденькам, и никому бы не помешал. Ну а так… как думаешь, кто для меня ценнее: человек, способный за счёт своих знаний и умений изменить игру, или очередной выскочка-карьерист?

– Ну и какую же игру способен изменить этот гринго?! – брезгливо покосился на меня Алехандро.

Видимо, и впрямь осознал, что отыгрывать роль и дальше нет никакого практического смысла. Вон, даже телохран Алонсо уже всё понял – я при появлении грозной парочки предусмотрительно уступил им место и теперь наблюдал за развитием событий со стороны, то есть рожи всех участников видел очень хорошо.

– Да хотя бы внести свежую струю в гонки! – не растерялся Монти. – Ты хоть осознаёшь своими куриными мозгами, на сколько взлетели доходы после появления «Эль Торо» и чемпионства моей кузины? Плюс новая категория! А это дополнительные мероприятия, и – ты не поверишь! – снова деньги! И ты действительно рассчитывал, что мы позволим тебе втянуть Энрике в подпольные бои, из которых он бы в лучшем случае вышел калекой, а в худшем – заехал на кладбище? Серьёзно?! Да ни один ваш мордобойный турнир не приносит даже близко такого дохода, как рядовой заезд на квадах! А новая категория это ещё и заказы для «лос макинистас»! Но об этом ты даже не задумывался, как я понимаю… потому что тебя тупо переклинило после первого нокаута. Так?

– Это всё пустые домыслы, Монти! – поднял Алехандро взгляд на «шишку».

И моментально схлопотал от Алонсо по роже:

– Не смей меня так называть, «киска»! Для тебя я дон Алонсо! Или сеньор Альварес! Как понял меня, приём?!

– П… тьфу! – понял! – злобно прищурился «отбойщик», машинально пощупав челюсть.

Судя по реакции, оплеуха у худосочного Монти получилась не столько сильная, сколько обидная. И кто-то другой на его месте уже бы обязательно схлопотал обратку, да такую, что с копыт слетел. Но от «шишки» пришлось стерпеть, поскольку прямая конфронтация вообще не вариант: превосходство в огневой мощи, конечно, на стороне «пум», но нет никакой уверенности, что они за теперь уже опального двурушника впишутся. Вон, даже Баррил уже шажок за шажком, но смещается назад и влево. Если бы у меня сейчас разыгралась паранойя, то я бы предположил, что он не хочет перекрывать сектор обстрела «быкам», укрывшимся за его собственным траком. Впрочем, это он зря: теперь и мы с Алонсо, да и телохраном заодно, оказались на линии огня. На что незамедлительно среагировал Вова, чуть довернув ствол «шестнадцатого» в направлении наиболее серьёзной угрозы.

– Это хорошо, что понял! – лучезарно улыбнулся Алонсо. – Ну и что ты хочешь мне сказать?

– Разойдёмся, как в море корабли? – без особой надежды предложил Алехандро. – Демоны с ней, с упущенной выгодой! Баррил, ты как? Баррил?!

– Да пошёл ты, пендехо! – неожиданно злобно рыкнул бугай и невероятно резво для своих габаритов рванул к траку. И уже на ходу закончил мысль: – Монти, мне этот козёл никогда не нравился! Он твой!

– И всё?! – ещё сильнее удивился Инкин родственник. – Хочешь так легко отделаться, «киска»?!

– Мы возместим тебе моральный ущерб! – уже из мнимой безопасности за дверцей выкрикнул Баррил. – Сколько скажешь!

– Ладно, это мы с тобой потом обсудим… куда, м-мать?! Парни, догоняйте! Уйдёт же!!!

Н-да… вот это поворот! Алехандро, к моему разочарованию, не придумал ничего лучше, чем толкнуть зазевавшегося Монти ладонями в грудь, отчего тот влетел спиной в пузо телохрана, и дать по тапкам. Да-да, без цели, без плана, без определённого места назначения. Просто куда-то. И на что он, интересно, рассчитывал?..

– Мне его подстрелить? – громко, чтобы все заинтересованные лица услышали, предложил Вова. – Могу в задницу, а могу и просто в ногу!

– Да демоны с ним! – отмахнулся пришедший в себя Алонсо. – Сейчас пацанам маякнём, они его и перехватят… оп-па! А это что?!

– Где? – встрепенулся я.

– Вон! – указал рукой Инкин родственник. – Пылища! Мы кого-то ещё ждём, что ли? А почему тогда я не в курсе?!

– Э-э-э…

– Энрике! Не беси меня! – нахмурился Монти.

– Если честно, то да, – признался я. – Извини, мужик, но так было нужно. Но ты прямо сейчас можешь вернуться в трак, и тогда никто не узнает, что ты здесь вообще был.

– Если толстый не растреплет! – возразил Алонсо. – А он растреплет!

– Это ваша внутренняя разборка, вас, «спортсменов», и «пум», так что не грузись, – поморщился я, недовольный тем, что приходится объяснять такие элементарные вещи.

Всё-таки уже большой мальчик, должен и сам соображать.

– Да кто там, блин?! – взорвался возмущением Алонсо.

– «Лос гранхерос» с доном Фиделем во главе. Будет меня стращать и склонять к сотрудничеству. На их, что характерно, условиях, – целиком и полностью раскололся я. – Ну что, останешься? Или в траке посидишь?

– Вот уж теперь точно нет! – подозрительно весело ухмыльнулся Монти. – Офигел, что ли? Зря я тебя у «кошаков» отбивал?! А тут, оказывается, ещё конкуренты! И кто?! «Аграрии»! Нарисовались не вовремя, мать их растак!

– Ты не поверишь… – начал было я, но был перебит Вовой:

– Охренеть! Мужики, да там целый конвой! Штук десять тачек, не меньше!

– Упс… – резко сник я.

– А что такое? – ещё довольнее заулыбался Алонсо. – Тоже облом, а, Энрике?

– Пока не знаю, – сквозь зубы выдохнул я. – Но скоро мы это выясним…

– Жду с нетерпением!

– А уж я-то как жду…

– Да не грузись ты, Энрике! – ободряюще хлопнул меня по пузу Монти. – Сейчас всё урегулируем! Баррил! Эй, Барри-и-и-ил!!!

– Чего?!

– А ты куда собрался, мой толстый друг?! Решил старшего коллегу в беде бросить?!

– Ну-у-у… типа… а что? – внезапно ободрился бугай и даже высунулся из-за дверцы. – Есть другие варианты?

– Ну, предположим – только предположим! – что ты берёшь яйца в кулак и остаёшься со мной в качестве силовой поддержки…

– И что?..

– И то! – передразнил Баррила Алонсо. – Я тебя за это перед хефе реабилитирую!

– Реа… бли… чего?!

– Отмажу, говорю! Не полностью, конечно, всё-таки косячнул ты знатно, но… долг раза в два скостим тебе! Ну, что скажешь? – с ухмылкой уставился на «пуму» Монти.

С кривоватой, конечно, и без особой надежды… но вдруг? И на старуху бывает проруха… стоп! Опять понесло…

– Ладно! Что делать надо?! – неожиданно проявил благоразумие Баррил.

– Давайте вот сюда подкатывайтесь, – показал для верности рукой Алонсо, – и вставайте, как сейчас, чтобы все видели серьёзность ваших намерений! Будете конкурентам угрозу создавать.

– А не маловато нас для угрозы? – усомнился бугай.

– Сейчас ещё мои пацаны подъедут, их пятеро на квадах, – посулился Монти. – И ещё Влад с пулемётом! Ну, давай уже рожай, мой толстый друг!

– Чёрт с тобой, амиго! – решившись, сплюнул себе под ноги Баррил. – Но ты обещал!

– Обещал, обещал! – отмахнулся Алонсо. – Влад, может, передашь Серхио, чтобы он моих парней вернул?

– Уже, – лаконично отозвался мой напарник. – И бегуна нашего заодно прихватят!

– А вот это уже совсем хорошо! – с предвкушением усмехнулся «шишка». – Энрике, ты как, сам говорить будешь, или мне за тебя впрягаться?

– Было бы неплохо, если бы ты тоже просто создавал угрозу, Монти, – насколько мог дипломатично отозвался я.

– Уговорил, чертяка! Но учти, я оставляю за собой право вмешаться – думаешь, я Баррилу просто так насчёт тебя по ушам ездил?!

– Весьма польщён, – хмыкнул я и замолчал, с напряжением вглядываясь в клубы пыли, которые с каждым мгновением приближались к стрельбищу.

Сейчас наиболее актуальным являлся только один вопрос – успеют ли вернуться парни Алонсо. Потому что Серёгиных людей мы решили не светить, сохранив их в качестве последнего козыря. Впрочем, не думаю, что дело закончится стрельбой и кучей трупов, такое тут на хрен никому не нужно. Но в чём-то мы с Вовой при составлении плана явно просчитались. Например, не думали, что кто-то из претендентов явится в силах тяжких… ведь если это дон Фидель, то с ним, почитай, добрая треть боевиков «аграриев» прётся. А это уже серьёзная заявка. Как минимум на попятный префект так уж легко не пойдёт. А чем ему угрожать? Особенно если дон Себастьян ограничится десятком приспешников? Или вообще человек пять с собой приведёт? И вот это будет конкретная засада. По той простой причине, что дон Фидель здесь и сейчас сможет диктовать свою непреклонную волю всем присутствующим… да блин! Похоже, закончилось наше с Вовой везение…

…однако, вы не поверите, я и на сей раз ошибся. В чём? Да в том, что приписал весь личный состав одной фракции. А на деле же… явились сразу три делегации одновременно! «Аграрии» с доном Фиделем, «промышленники» с доном Себастьяном… и «рыбаки» с доном Эстебаном! Тем самым, племянничка которого – патлатого Хулио – я не так давно отделал, как бог черепаху.

Выяснилось это, кстати, не сразу, а через какое-то время, которое потребовалось визитёрам, чтобы припарковаться у стрельбища. А здешняя стоянка, между прочим, на такое количество транспорта тупо не была рассчитана. А тут ещё не просто встать надо, а с таким расчётом, чтобы сразу всех из пулемёта не положили. В результате три трака – с главами делегаций – встали напротив нас, а остальные выстроились полукругом позади начальства, напрочь перекрыв путь к бегству.

Я же, пока шло данное действо, с каждым мигом всё больше и больше мрачнел – обложили, м-мать! А у нас из сюрпризов только Серёга с парнями, которым из «болтов» всех боевиков не загасить. По крайней мере, быстро. Плюс Вова в пулемётном гнезде. И Баррил с подельниками, на которых надежды вообще никакой. Массовка она и есть массовка. Так что я реально с изрядным облегчением выдохнул, когда с двух сторон к парковке подтянулись квады с людьми Монти. Разместились они на флангах, кучками – в одной две машины, в другой, соответственно, три. И там, где три, ещё и Алехандро положили с руками на затылке, да мордой в пыль.

Надо отдать визитёрам должное, те особо не суетились, предпочли выждать, когда сложится окончательная диспозиция. И только потом сами выгрузились из машин, кто споро и сноровисто – боевики с многочисленным огнестрелом – а кто и степенно, без суеты. И этих последних оказалось всего четверо: дон Себастьян, дон Эстебан (сюрприз!), дон Фидель и… Пепе! Двойной сюрприз, блин! Я чуть не охренел от такого развития событий. А «дикий», как будто ему моего позора мало, ещё и подмигнул, улыбнувшись ободряюще! Твою же мать!..

– Ну здравствуй, сынок! – поприветствовал меня за всех сразу дон Фидель. И с добродушной улыбкой поманил меня пальцем: – Идём-ка, Энрике, поговорим! Или ты нас боишься?

– Скорее, не уважает! – угрюмо буркнул дон Эстебан.

Кстати, последнее утверждение не очень и далеко от истины. По крайней мере, по отношению к нему лично. Но это во мне просто предвзятость говорит после общения с его грубияном-племянничком, так что я оставил этот выпад без внимания. Ну и, естественно, подошёл. Вот только не один, а с Монти, который, как настоящему руководителю и положено, предпочёл оказаться на первой линии, а не отсиживаться в тылу.

– Приветствую, добрые доны! – жизнерадостно улыбнулся мой спутник гостям. – Прошу прощения, что вторгаюсь в ваш уютный междусобойчик…

– Похоже, ты в своём праве, Алонсо, – вернул ему усмешку дон Фидель, переглянувшись с подельниками. – Присоединяйся к нам!

– Не, я пока здесь постою, – внезапно застеснялся Монти. Насквозь фальшиво, конечно же, но все всё поняли. – Так какие у вас претензии к моему… другу, уважаемые?

– Кстати, всем здрасьте! – брякнул я.

– И тебе привет, до фига умный молодой человек! – по-доброму глянул на меня префект. Настолько по-доброму, что у меня аж живот свело от нехорошего предчувствия. – Не ожидал такого… сюрприза?

– Ваша правда, дон Фидель… не ожидал. Но скрывать не стану: сюрприз приятный!

– Точно приятный? А ты мне не врёшь, сынок?

– Ну, если только совсем чуть-чуть, сеньор.

– Кх-м… что-то он подозрительно уверенно держится, – задумчиво хмыкнул дон Эстебан. – Он всегда такой… дерзкий?

– Нет, это в нём всего лишь юношеский максимализм играет, – пояснил дон Себастьян. – Плюс желание сохранить лицо…

– …последнее, кстати, довольно неплохо у тебя получается, сынок! – ободряюще похлопал меня по плечу дон Фидель. – Ну, спрашивай!

– Что? – озадачился я.

– Неужели тебе не интересно, почему вот так всё повернулось? А, сынок?

– Честно? Не очень. Но вам, дон Фидель, спасибо за пунктуальность, – не стал совсем уж борзеть я. – Хотя дона Эстебана я вовсе не ждал.

– Он со мной, – отмазал «рыбака» дон Себастьян. – Но задумано было неплохо, признаю. Если не ошибаюсь, схема «д'Артаньян и три мушкетёра»? Боюсь тебя разочаровать, Энрике, но классику не ты один знаешь.

– Рад за вас, дон Себастьян.

– И только? – изумился тот. – Фидель, старый ты дурак, похоже, этот юноша рвёт нам шаблоны! Вон, даже не интересуется, как мы догадались?!

– А какая, собственно, разница? – развёл я руками. – Ну, догадались. И что? Это что-то меняет?

– Для тебя? – педантично уточнил дон Фидель. – Или всё-таки для нас?

Я в ответ молча пожал плечами и покосился на Пепе.

– Да, сынок, ты правильно догадался! – перехватил мой взгляд префект. – Хорошо, что у меня теперь есть такой замечательный эскучар эспиритус! На редкость проницательный человек! Ты только трубку положил, а он уже этак небрежно интересуется: а вы уверены, дон Фидель, что переговоры назначены только вам? Конкурентов-то уйма! И так меня эта мысль задела, что я пересилил гордость и позвонил своему злейшему другу дону Себастьяну…

– …а я его разочаровывать не стал, – вступил в разговор Инкин дядька. – Потому что мне тоже не нравится, когда меня пытаются… кх-м… как бы это помягче?

– Напарить? – подсказал я.

– Что-то вроде, – кивнул дон Себастьян. – Тебе, кстати, не стыдно? Так со старшими поступать?

– Не мы такие, жизнь такая, – философски пожал я плечами. – И ещё… чтоб вы знали: по-русски в таких случая говорят – шельмовать.

– Нет, ну его к дьяволу! Скорее язык сломаешь! – незамедлительно отпёрся дон Себастьян. – В общем, мы это всё к чему? Посудили, порядили, да и решили тебе немного планы спутать. Явились все и сразу, да ещё и подмогу позвали. А тут, глядим, и четвёртая заинтересованная сторона объявилась!

– Честь имею, – чуть склонил голову Алонсо.

– Понятно, что ты решил схитрить, сынок, – снова перехватил инициативу дон Фидель. – Понятно, что ты хотел выслушать каждого по очереди, а потом не просто выбрать лучший вариант, а столкнуть нас лбами в борьбе за ценного кадра… вот только ничего у тебя не получилось, сынок! Мы все здесь, и на такую, извини, фигню не поведёмся! Так что придётся тебе несколько подкорректировать планы. И заодно поумерить аппетиты.

– Ой ли? – заломил я бровь.

– В каком смысле ой? – насторожился дон Фидель.

– Во всех! – ухмыльнулся я. – Вот вы тут столько всякого приятного наговорили… но упустили очевидный факт: как раз своего-то я и добился. Вы все здесь, и мне даже не пришлось заговаривать дону Фиделю зубы в ожидании дона Себастьяна. Даже ещё лучше получилось, чем я хотел. Если честно, я бы вас и в одно время позвал, только…

– Побоялся, что мы ещё на подступах свару затеем? – понимающе хмыкнул Инкин дядька.

– Да, что-то типа того, – кивнул я. – Но вы, слава богу, сами сговорились и прибыли все вместе. Что, собственно, и требовалось. Так что можете приступать.

– К чему, извини? – выступил вперед дон Эстебан, несколько обиженный тем, что его задвинули на вторые роли.

– К грызне, – снова пожал я плечами. – Ведь вы же все здесь ради этого? Вот он я, главный приз. А вот конкуренты. Приступайте. Потом скажете, к чему пришли.

– Ну… пожалуй… – принялись переглядываться гости, но тут в разговор вклинился Монти:

– Секундочку! Уважаемые доны! Считаю своим долгом довести до вашего сведения, что я, некоторым образом, тоже намерен предъявить права на объект нашего общего вожделения! То есть вот на него! – И не глядя ткнул в меня пальцем.

– Вот только «спортсменов» нам и не хватало! – скривился, как от лимона, дон Эстебан.

– Точно-точно! – поддержал его дон Себастьян. – Алонсо, мой юный друг и коллега, тебе-то зачем Энрике сдался?

– Как зачем?! – удивился Монти. – А кто нам новые траки конструировать должен? А кто технологии производства разрабатывать станет? А кто идеями фонтанировать будет? Вы, что ли, дон Себастьян?

– Почему нет? Мы же всё-таки «промышленники»! – выпятил грудь Инкин дядька. – И потом… мы как раз к таким работам и планируем привлекать Энрике! Может, тогда нам стоит объединить усилия? Что скажешь, Алонсо, мальчик мой?

– Вот уж нет! – моментально ушёл тот в отказ. – Знаю я ваши объединённые усилия! У вас фронт работ такой, что до второго пришествия не разгребёте! А мои задачи всегда будут второстепенными! Так что, увы и ах, уважаемые доны! Я в доле! И сразу предупреждаю: я не уступлю!

– Я тоже, – хмыкнул дон Себастьян.

– Угу, – поддакнул дон Фидель.

– Даже не думайте, что и на этот раз меня задвинете! – осмелел и дон Эстебан.

– Значит, давайте что-то решать! – заключил Алонсо. – Только не будем и впрямь до грызни опускаться, мы же всё-таки взрослые уважаемые люди… ну, кто начнёт?

И на парковке повисла гнетущая тишина, нарушаемая лишь воем ветра, шорохом пыли да треском статики… и не просто гнетущая, а густая и мрачная, настолько, что хоть ножом режь. Я даже на всякий случай отступил от четвёрки «шишек» на пару шагов, так сказать, от греха.

Зато Вова, всё прекрасно слышавший через гарнитуру, эмоций скрывать не стал, разве что голос приглушил, чтобы не спалиться:

– Молоток, Профессор! Так их! И продолжай в том же духе!

– Окей, – еле слышно буркнул я, но напарнику и этого хватило.

А тут как раз и движуха началась… или что-то вроде. Правда, вылилось это всё в тяжкий вздох Алонсо:

– Ну и что теперь делать?.. Я вот лично не представляю, уважаемые доны! – И этак беспомощно на меня покосился, мол, выручай.

Впрочем, я на столь дешевый трюк не повёлся, тем более что как раз в этот момент на меня смотрел ещё и дон Фидель. И скорее задумчиво, чем беспомощно. А потом взял и повернулся… к Пепе! Н-да… что-то многовато власти забрал этот эскучар эспиритус! Нет, чисто технически это больше влияние, но с другой стороны, влияние на власть имущего – та же власть, вид сбоку… и этот стервец не придумал ничего лучше, чем ткнуть в меня пальцем!

– Может, у самого Энрике спросим? – моментально сориентировался в обстановке префект.

– А это мысль! – поддержал его Алонсо. – Ну, что скажешь, Энрике?

– Аукцион? – предложил я, сделав вид, что на миг задумался.

– В смысле?! – возмутился дон Эстебан. – Кто больше заплатит?! А кому, позвольте поинтересоваться?!

– Мне! – расплылся я в довольной ухмылке. – Только не заплатит, деньги тлен! А предложит. Чувствуете разницу, господа мои?

– Руки выкручивать станешь? – сразу же посмурнел дон Себастьян.

– И в мыслях не было! – отпёрся я. – Но схема, если вкратце, следующая: каждый из вас предлагает мне какую-то льготу или привилегию. Я делаю выбор в пользу кого-то одного. Дальше следующий круг… и я снова выбираю. И так до тех пор, пока кто-то один не добьется от меня трёх «плюсиков». И этот счастливчик, стало быть, получает меня со всеми потрохами… но при одном условии! Помимо своих собственных «плюшек» он обеспечивает и все те, что я одобрил у остальных претендентов! Ну, как вам?

– А ты не обнаглел ли, сынок? – выразил общее мнение уважаемых донов префект.

– Возможно, – не стал я спорить. – Но если не хотите… что ж, грызитесь дальше! Я подожду.

– Чёрт… ладно, сынок! И чего же ты желаешь?

– Нет, дон Фидель, так не пойдёт! – помотал я головой. – Сами думайте. И постарайтесь не опускаться до мелочей типа дополнительных двух процентов к окладу жалованья! Податливые юные сеньориты тоже не прокатят, в этих делах я и без вашей помощи обойдусь. Делайте упор на быт, социалку и условия труда. Дать вам время на размышление?

– Уж будь так добр! – рыкнул, сочась сарказмом, дон Эстебан.

– Пяти минут хватит?

– Более чем!

– Тогда не смею вам более мешать, уважаемые доны!

– Эх, нам бы сейчас судью третейского, – мечтательно протянул дон Фидель, не обращая на меня внимания. – Вот только кого привлечь? Разве что мэра?..

– Забудь, он в наши дрязги не вмешивается! – обломал его дон Себастьян. – Придётся самим… только это, коллеги… давайте сначала и впрямь по мелочи, чтобы совсем уж ставки не задирать!

– Поддерживаю, – привычно буркнул дон Эстебан.

– А я вот про… – начал было Монти, но как раз в этот момент у меня из-за спины, со стороны трака, донёсся могучий Вовин рев:

– Эй, уважаемые! А не подскажете, кого к нам ещё черти несут?

Новость, кстати, не только для меня оказалась сюрпризом, если судить по вытянувшимся физиономиям «шишек». Но делать нечего, пришлось глянуть в указанном направлении – на очередной пыльный хвост, приближавшийся со стороны Порто-Либеро. Хорошо, что не из саванны, это сразу минимум два варианта исключало – «диких» и «койотов». Но кто, чёрт возьми, из заинтересованных сторон до сих пор торчал в городе и решил почтить нас визитом лишь сейчас?..

* * *

Там же, тогда же

Пыльный хвост, надо сказать, несколько отличался от виденных нами ранее. Такое впечатление, что это или один большой трак, типа автобусов в Мэйнпорте, тех, что челноки на стартовых площадках обслуживают, или несколько едут плотнячком и след в след. Истина же, как это обычно и бывает, оказалась где-то посередине: транспортных средств, когда те вынырнули из-за бугорка, скрывавшего поворот, оказалось всего три штуки – пара стандартных коповских и нечто вроде… пожалуй, лимузина. Правда, не седана представительского класса, как на нормальных планетах заведено, а здоровенного внедорожника класса «люкс». Ну, как здоровенного? Раза в полтора больше экипажей «лос регулярес», хоть по общим очертаниям и один в один. Штучная работа, в общем. Кто-то умелый взял стандартную «тележку» и отмасштабировал её до нужных размеров, оснастив сверху вместительным «сараем»…

– Вот только его и не хватало! – разочарованно сплюнул Монти, и тем самым отвлёк меня от тревожных размышлений. – Всё, уважаемые доны, расходимся! Теперь тут ловить нечего… мэр своего не упустит!

– Но можно же хотя бы попытаться! – буквально возопил дон Эстебан.

– Валяй, кузен! – ободряюще похлопал его по плечу дон Себастьян. – А я, пожалуй, пас! Фидель?

– Сам не полезу, – мотнул головой префект, – но со стороны с удовольствием гляну! Дерзай, Эстебан! Мысленно мы с тобой!

– Да тьфу на вас! – в сердцах скривился главный «рыбак». – Удобный же момент! Как вы не поймёте?!

– С мэром удобных моментов не бывает в принципе, кузен, – обломал его дон Себастьян. – И чем быстрее это до тебя дойдёт, тем лучше. Тебе же лучше.

– А! – махнул рукой дон Эстебан и побрёл к своему траку, даже спиной умудряясь демонстрировать если не презрение, то как минимум разочарование.

Вот только далеко уйти не успел – как раз в этот момент мимо кучки «шишек» довольно лихо проскочил экипаж «лос регулярес», чуть замедлился, сравнявшись с «рыбаком», и из пассажирского окошка кто-то весьма знакомым голосом поинтересовался:

– Дон Эстебан, куда же вы? Неужели не составите нам компанию?

Чёрт! Почему я знаю этот голос? Жаль, не видно ничего толком… но это мне. А вот дон Эстебан говорившего очень хорошо рассмотрел и тотчас узнал, после чего втянул голову в плечи, нехотя изменил направление движения на противоположное и побрёл обратно к коллегам. А трак «лос регулярес» проехал чуть дальше, развернулся на пятачке и уверенно припарковался рядом с тройкой алонсовских «быков» на квадах. На этом, собственно, и всё. Разве что через некоторое время из пассажирского окошка высунулась башка в форменном кепи, и я таки вспомнил голос – это оказался Игнасио, напарник Инкиного дядьки, как его там? Хосе Веги, вот. То-то я гляжу, трак тоже смутно знакомый! И всё же, как тесен мир!.. Вот какова была вероятность, что мэр заявится на разборку в сопровождении именно этой парочки копов? Что, других во всём Порто-Либеро не отыскалось? Или?.. Не, на фиг! Этого не может быть, потому что не может быть никогда…

– Проф, а второго узнал? – шепнул в гарнитуру Вова, и я еле сдержался, чтобы не чертыхнуться вслух.

Но всё-таки сдержался и перевёл взгляд на замыкающий мини-колонну трак – близнец коповского, только с иными наклейками на бортах. Ну-ка, что там? Да чтоб вас всех вместе взятых и каждого по отдельности! Ну вот что за день сегодня такой?! Мало нам мэра и знакомых копов, так с ними ещё и следак… да-да, тот самый, который нас два дня по приезду мурыжил. Впрочем, сам он предпочитал данный процесс именовать не иначе, чем «расследование». А на деле он из нас с Вовой, да и из Серхио тоже, едва души не вынул. Как же его?.. Точно, Гальярдо! Извините, следователь Гальярдо. Только так. И никаких сеньоров или донов. Не поверите, за два дня так осточертел, что теперь его рожа в ночных кошмарах до конца моих дней являться будет. Да-да, та самая, задубелая до цвета тёмной бронзы, с острыми скулами и пронзительным взглядом чёрных – под стать шевелюре – глаз. Очень выразительная физиономия. А в остальном же вполне обычный мужик чуть за сорок, в соответствующей возрасту физической форме. Что ещё? Ну, характер… по идее, должен быть как минимум стальным. А на деле скорее занудный, хотя сам следователь предпочитал называть эту свою черту смесью основательности с настойчивостью.

Ну а третий трак, тот, что в середине, припарковался в непосредственной близости от уважаемого собрания, ненароком создав своим угловатым кузовом обрадовавший всех тенёк. Хотя тут не столько защита от жары, сколько возможность скрыть кислые рожи сыграла.

Дальше, как нетрудно догадаться, последовала церемония выгрузки гостей: из головного трака неторопливо выпростались наши недавние знакомцы сеньор Вега и Игнасио, из замыкающего – следователь Гальярдо и пара копов, с которыми нас с Вовой судьба раньше не сводила, а из люксового внедорожника в буквальном смысле выпрыгнула… Инка! Выпрыгнула и неуверенно затопталась у распахнутой дверцы, стараясь не пересекаться со мной взглядом. Хм… вот теперь всё предельно ясно. И моя насквозь конспирологическая догадка оказалась верна. Мэр Морено, чтоб ему почаще икалось, не стал распыляться на индивидуальные беседы со всеми заинтересованными лицами, а попросту позволил им собраться в одном месте и накрыл всех скопом. Ну а инфу про «стрелку» добыл практически из первых рук – у моей зазнобы ненаглядной. За каковой, не мудрствуя лукаво, отправил её же родственника из рядов «лос регулярес». Надо думать, чтобы не спугнуть. Да и до стресса столь ценный финансовый ресурс доводить не самая лучшая идея. Собственно, дядюшка Хосе и расстарался. А Инка, не будь дурой, не только сдала нас с потрохами, но и сама на разборку заявилась, продемонстрировав собственный подневольный статус. Подстраховалась, так сказать. Хотя я, если честно, при всём желании ничего бы не смог ей предъявить. Пожалуй, и сам бы на её месте раскололся. Потому что где я, и где мэр?! А мне ещё здесь жить… можно вдрызг разругаться со всеми набольшими всех фракций, и то это будет менее опасно, чем, кх-м, разочаровать мэра.

Ну и под конец объявился гвоздь программы – сеньор Морено собственной персоной. И знаете что? На сей раз он произвёл неизгладимое впечатление. Просто потому, что помнил я его сухоньким старичком, чем-то неуловимо напоминавшим недоброй памяти мистера Пимброка, разве что в латинском варианте. А так один в один: белый костюм-тройка, аккуратный шейный платок, широкополая шляпа, трость и постоянно блуждающая на губах ободряющая улыбка. Вот только у Пимброка ещё и глаза добрые, настолько, что сразу подозрения возникают – а не сволочь ли последняя перед вами? Так, кстати, и вышло. А вот сеньор Морено в нашу предыдущую – и до сегодняшнего дня единственную – встречу впечатление произвёл самое благоприятное. Этакий если не заботливый отец, то уж точно добрый дядюшка, желающий всем окружающим только хорошего. Но тогда, надо сказать, ещё и обстановка на соответствующий лад настраивала: просторный светлый кабинет с массивным столом, за которым мэр и восседал. Вернее, прятался, пока не вышел к гостям лично пожать руки и поблагодарить за смелость и самоотверженность, проявленную при защите ближних своих. Чистая формальность, не более того. А вот сейчас совсем другое дело! Не сразу и поймёшь, что жёстче: взгляд или щёлочка губ. Впрочем, серьёзным мэр оставался ровно до того момента, как обошёл машину и остановился перед «высоким собранием». И здесь он вмиг преобразился, нацепив на физиономию улыбку и приподняв двумя пальцами шляпу:

– Добрый день, сеньоры!

– Добрый… добрый… – невпопад отозвались «шишки».

И лишь префект дон Фидель, видимо, по старшинству, осмелился пожать руку мэра и уважительно – реально уважительно! – поинтересоваться:

– И что же вас привело в это не особо приятное место, дон Аурелио?..

– Дела, дон Фидель, исключительно дела! – сокрушённо вздохнул градоначальник… и ласково поманил меня пальцем: – А с вами, молодой человек, я хочу побеседовать лично!

У меня аж сердце в пятки ухнуло – ну надо же, дон Аурелио! Так вот ты какой, таинственный «босс боссов», «крёстный отец» всей мафии Порто-Либеро! Никогда бы не подумал, если честно. Пришлось на ватных ногах плестись к мэру, пока тот тыкал пальцем в Вову и вещал:

– Вас это тоже касается, молодой человек!

Н-да… я, конечно, предполагал, что подпольным миром Порто-Либеро должен рулить кто-то весьма и весьма представительный, но чтобы мэр?! Ладно, «серый кардинал», тот же дон Фидель – вот он бы ни капли не удивил! А тут, значит, сеньор Морено. А с другой стороны, не зря же говорят: хочешь спрятать, поставь на самое видное место? Виднее некуда, что уж. Плюс вторая не менее популярная присказка: хочешь сделать хорошо, делай сам. А ещё – не можешь предотвратить, возглавь! Или расслабься и получай удовольствие. Но последний афоризм это скорее для нас с Вовой. Ох, чувствую, уестествят нас с особым цинизмом! Тем более, есть за что. Я имею в виду, с точки зрения «босса боссов». И странно, что до сих пор этим никто из мэровских прихвостней не озадачился. Приказа не было, а инициатива в таких делах наказуема? Хм… было бы неплохо.

– Дайте-ка я на вас хоть посмотрю! – тем временем с отеческой лаской произнёс сеньор Морено. – Знаменитости всё-таки! А знакомы мельком…

– Рады знакомству, дон Аурелио! – расплылся в лучезарной ухмылке Вова, успевший вымахнуть из пулемётного гнезда и встать со мной рядом. И почти незаметно пихнул меня локтем в бок: – Ведь рады же, Профессор?

– Э-э-э… необычайно! – чуток оправился я от шока. – Чем обязаны, сеньор Морено?

– Обязаны, говоришь? – прищурился мэр. – Если разобраться, то очень и очень многим. Впрочем, это слишком личный разговор, сынок, так что… не будете ли любезны составить мне компанию? – весьма красноречивым жестом указал дон Аурелио на собственный экипаж.

– Как скажете, сеньор, – пожал плечами Вова, предварительно со мной переглянувшись и не обнаружив на моей физиономии даже намёка на возражение. – Нам туда? В смысле в салон?

– Туда, туда, – махнул рукой мэр. – А вы, юная сеньорита, можете пока составить компанию своему дядюшке!

– Да, дон Аурелио, – покорно склонила голову Инка.

Мало того, ещё и аккуратно – без громкого хлопка! – прикрыла дверцу и побрела в указанном направлении, явно нацелившись на трак копов. И снова «н-да-а-а-а». А это точно моя зазноба? Точно та неукротимая львица, которой палец в рот не клади? Похоже, уже пора начинать бояться по-настоящему… однако делать нечего, нужно лезть в лимузин, в кондиционированную полутьму роскошного пассажирского салона, отделённого от водительской кабины звуконепроницаемым окошком.

Внутри, кстати, оказалось неожиданно уютно – видимо, из-за роскошных кожаных диванов числом два, установленных, э-э-э, «лицом» друг к другу. Мы с Вовой заняли тот, что шёл вдоль перегородки между салонами, а дон Аурелио, покряхтев для виду, с максимальным удобством устроился напротив, после чего нажатием кнопки прикрыл, а затем и намертво заблокировал дверцы, заперев нас таким вот нехитрым способом. И не себя с нами, прошу заметить, а нас с собой! Даже оружие отобрать поленился, так и запустил в салон с «глоками». Вот и думай теперь, кто тут самый страшный хищник – двое молодых да ранних, способных не только стволами размахивать, но и переломать все кости, вырвать глотку и свернуть шею, или почтенный ветеран, разящий лишь словом, но сразу наповал. Что же касается меня, то я сразу решил, что ну его на фиг, дону Аурелио перечить. Тому же шефу Мюррею, к примеру, в своё время даже немного хамил, а вот сеньору Морено… тут, похоже, надо внимательно слушать и молча со всем соглашаться. Даже если условия для нас будут неприемлемыми. Здесь и сейчас всё равно ничего не поделать. Но потом, если держать язык за зубами, хотя бы будет шанс сдёрнуть из города. Куда, это, конечно, большой вопрос, но главное сдёрнуть, а там решим… но я всё-таки не терял надежды договориться полюбовно.

С чего бы вдруг? Да вот подумалось, что нас могли прихлопнуть в первый же день в Порто-Либеро. А если не прихлопнуть, то поставить на счётчик. Или, давайте будем совсем уж откровенны, взять в рабство. Вполне рабочий вариант, кстати. Но вместо этого нам с Вовой позволили шататься по городу несколько дней, а потом уже чуть ли ни открыто куролесить, лавируя между «нашими» и «вашими». Так что есть шанс, однозначно есть.

– Ну, что скажете в своё оправдание? – тем временем пытливо уставился на нас с напарником сеньор Морено.

– Э-э-э… – начал было я, но был безжалостно прерван решительно настроенным Вовой:

– Вы нас, конечно, извините, дон Аурелио, но… хотелось бы узнать, что именно нам инкриминируется? Какие, с позволения сказать, прегрешения? Где мы, скромные бизнесмены и учёные, умудрились перебежать вам дорожку? В чём, сами того не желая, не угоди…

– Всё, я понял! – мановением руки прервал мэр моего не на шутку разошедшегося приятеля. – Язык у тебя подвешен очень неплохо, сынок! Э-э-э… как там тебя, напомни?

– Влад.

– Так вот, Влад! Список ваших прегрешений настолько обширен, что, боюсь, я его буду до вечера озвучивать… что, Энрике? – среагировал на мою вытянувшуюся физиономию дон Аурелио.

– Вы, сеньор, нам излишне льстите, – собрав волю в кулак и попутно отметив, что моё имя мэр помнит, выпалил я. – Не может быть, чтобы список настолько обширный. Да и когда бы мы успели? Мы же в городе без году неделя!

– Вот именно! – назидательно задрал в потолок указательный палец сеньор Морено. – И тем ценнее ваше достижение! Будь на нашей благословенной планете книга рекордов этого, как его?..

– Гиннеса? – подсказал Вова.

– Вот-вот, его самого! Так вот, вы бы в ней оказались на первом месте в разделе «Люди, возомнившие себя бессмертными»!

– Неужели всё до такой степени печально, дон Аурелио? – уже без былого задора спросил я.

– Ну-у-у… – задумался мэр, – если учесть, что вы мне крепко подгадили ещё в Мэйнпорте, причём неоднократно…

– А в чём, если не секрет? – бесцеремонно перебил дона Аурелио Вова.

В отличие от меня, он от полной безысходности преисполнился бесстрашием и решимостью сражаться до конца, воплощая в жизнь девиз «слабоумие и отвага», и, похоже, тем самым весьма повеселил грозного мэра:

– А ты точно хочешь это знать, сынок? Потом ведь обратной дороги не будет!

– Точно, сеньор! Должен же я иметь представление, чем именно гордиться?! А то вот грохнут меня, а я и не в курсе, за что…

– Будем надеяться, что до такого не дойдёт, сынок, – подмигнул Вове сеньор Морено. – Но если ты настаиваешь… например, срыв поставок «мускуса». А ведь это был весьма перспективный проект, суливший немалую прибыль. Как тебе такой вариант?

– При всём уважении, сеньор, слишком банально, – поморщился мой напарник. И снова пихнул меня в бок: – Ведь банально же, Проф?

Я покосился на приятеля и страдальчески закатил глаза, но промолчал. Вот какая разница, за что именно тебя грохнут?!

– Ладно, тогда изменим формулировку, – усмехнулся дон Аурелио, причём настолько по-доброму, что у меня целая толпа мурашек по спине пробежала. – Вы, ребятки, спёрли у меня бочку «мускуса», и, в конце концов, продали её мне же! Мой уже оплаченный товар, предназначенный на продажу, за мои же дополнительные деньги! Не находите ли вы это несколько, хм, унизительным?

– Чисто технически мы ничего не спёрли, сеньор, – решительно мотнул головой Вова. – Мы ту бочку нашли. Самым честным образом. А во многих цивилизованных местах нашедшему клад полагается четверть его стоимости в награду. Так что у вас то на то и вышло. Или Рауль посмел задрать цену?!

– Нет, ты правильно угадал, Влад. И тем не менее!

– Ладно, дон Аурелио! Ладно! Правда ваша! – всё больше и больше распалялся Вова. – Мы бочку спёрли! Но не у вас или ваших людей, а у каменных слизняков! Еле ноги унесли! Так что вам бы, по-хорошему, нам спасибо сказать. Ваши-то балбесы к чёртовым тварям даже не сунулись! А мы вот… получается…

– Думаешь, это характеризует вас с лучшей стороны, Влад? – ехидно прищурился мэр. – Не попахивает ли здесь самонадеянностью?

– Вовсе нет, сеньор! Мы действовали строго по плану! И потом, где ваш дух авантюризма, дон Аурелио?

– Влад, а тебе никто не говорил, что ты очень напоминаешь библейского змея-искусителя?

– Увы, сеньор! – развёл руками мой напарник. – Очень многие талантливые и весьма достойные люди так и не получают заслуженных почестей при жизни!

– Ладно, бог с ним, с «мускусом»! – махнул рукой наш собеседник. – Но вы же ещё и людей моих убили, тех, которые должны были наладить поставки!

А вот это уже предъява посерьёзней. Даже интересно, как Вова отмажется.

– Чисто технически… при всём уважении, дон Аурелио… – начал тот, – но это не мы, это ваши конкуренты из Мэйнпорта. Мы просто…

– …всех подставили! – подмигнул мэр Вове. – Молодцы! Ценю!

– Они первые начали, – обезоруживающе улыбнулся мой приятель, мол, а куда деваться? Не мы такие, жизнь такая. – Я вам больше скажу, дон Аурелио. Именно они планировали нас всех грохнуть, для чего наняли таких небезызвестных персонажей, как Долговязый Хэнки с сыночком. Только не учли, что мы их наняли чуть-чуть раньше. Как раз с целью внедриться к вашим… э-э-эм…

– Не продолжай, я понял!

– Ну и какой тогда с нас спрос, дон Аурелио? Мы всего лишь приняли меры для сохранения собственных жизней. Что же касается наших методов… а кто вашим людям мешал влиять на ситуацию и подталкивать её в нужном направлении? Как по мне, они сами виноваты. И понесли заслуженное наказание.

– За то, что делали свою работу, сынок?

– Нет, сеньор. За вероломство. Мы были в своём праве.

– То есть получается, что это вы сделали мою работу, сынок? – подпустил ещё больше ехидцы в голос дон Аурелио. – Но как по мне, это не вероломство, это рациональный подход к решению проблемы.

– А я бы не стал называть подобный подход рациональным, сеньор. Зачем кого-то убивать, если можно договориться полюбовно?

– Это такая твоя философия, сынок?

– Совершенно верно, дон Аурелио, – непривычно серьёзно кивнул Вова. – Занимайтесь любовью, а не войной. Это всегда лучше. И поверьте, я знаю, о чём говорю.

– Хм…

Н-да… судя по сердито поджатым губам мэра, Вова его не убедил. Похоже, придётся самому впрягаться, хотя понятия не имею, на что давить… разве что на жалость. Тоже не самый лучший вариант, но хоть какой-то.

– Э-э-э… сеньор Морено?

– Да, Энрике?

– А… почему вы нас сразу… – чуток замялся я, – ну, не того? Как только мы тут появились? Неужели из-за нашего геройского статуса? Только не говорите, что Серхио… э-э-э… – вовремя прикусил я язык.

– Конечно, нет! – отверг мои измышления мэр. – Просто за тебя, Энрике, шеф Мюррей вписался. Послал мне весточку, как только вы в бега подались, и об этом стало известно. Предупредил, так сказать, старого друга.

– Так вы что, его и раньше… ну, знали?

– Конечно! Сколько себя помню! – заверил дон Аурелио. – И сам, кстати, подумывал включить его в схему поставок сырья, да только не знал, с какой стороны подступиться – больно уж он в некоторых вопросах принципиальный!

– Это да! – покивал я с умным видом. – Тоже как-то нарвался.

– Ну а тут как раз вы, ребятки, очень удачно подсуетились! – закончил мысль сеньор Морено. – Кстати, чья идея? Влад?

– Нет, это Олег придумал! В смысле Энрике! – моментально отпёрся напарничек. – И вообще, это он у нас мозговой центр! Вся стратегия на нём! А мне только тактика остаётся, и то не всегда…

– В общем, и тут вы умудрились выйти сухими из воды! – подытожил дон Аурелио. – Так что по этому направлению претензий с моей стороны нет. Получилось даже лучше, чем я планировал. И затраты все отбили, и прибыль заметно больше. О таком мы даже и не мечтали.

– Спасибо шефу Мюррею, – вздохнул я с облегчением.

– Спасибо, спасибо, – покивал мэр. – И тем не менее… вы, ребятки, по-прежнему остаётесь абсолютно непредсказуемым дестабилизирующим фактором. И это меня по-прежнему очень сильно волнует.

* * *

Там же, тогда же

Н-да… так вот оно в чём дело! Дестабилизирующий фактор! Так-то всё понятно, но отдельные моменты всё же не помешает уточнить. И действовать посмелее, по всему судя, мэр такое ценит.

– Ну и с чего бы вдруг? – хмыкнул я, позволив себе толику иронии.

– А с того! – передразнил меня сеньор Морено. – Вы чего здесь устроили, а? Сами-то хоть соображаете?!

– Э-э-э… свели покупателей лицом к лицу, предварительно продемонстрировав товар с лучшей стороны, чтобы цену набить. Разве не так? – удивился Вова.

– Не так! – хлопнул мэр ладонью по сиденью рядом с собой. – Вы тут чуть очередную войну фракций не развязали!!! Еле, блин, успел! Если бы не Хави и его сестра…

– То есть это нас Инка сдала?! – поразился я.

Всегда, знаете ли, неприятно разочаровываться в людях, и в близких особенно.

– Нет, её я вынудил признаться, – отверг мою инсинуацию дон Аурелио. – И она держалась до последнего, кремень девка!

– А братец её тут с какого боку?!

– А вот как раз её братец и сообразил, чем это всё чревато! – рыкнул мэр. – И, в отличие от юной барышни, сразу пошёл ко мне!

– А он-то откуда узнал?! – вопросительно уставился я на напарника.

Тот пожал плечами и скорчил весьма выразительную рожу, мол, вообще без понятия!

– Ладно, потом у него спросим, – многообещающе прошипел я. – И, похоже, придётся пересмотреть наши рабочие отношения…

– Даже не вздумай! – предостерёг сеньор Морено. – Он случайно услышал, как вы план обсуждали. Заснул в траке, когда с вашей рекламой возился, и от вашего же ора проснулся. А когда понял, о чём вы треплетесь, решил на глаза не показываться. Только и всего.

– Н-да… молодец, Проф! Побольше всяким проходимцам ключи раздавай, да показывай, как защиту отключать! – похлопал меня по плечу Вова.

– Он мой официально нанятый работник, и доступ у него только к производственным помещениям! – больше для проформы отгавкнулся я.

– Ему и их хватило, как видишь! – не остался в долгу напарник.

– Так, ребятки, ну-ка, успокоились! – угомонил нас дон Аурелио. – Всё хорошо, что хорошо кончается! Зато удалось избежать кровопролития!

– Да с чего вы вообще решили?! – злобно зыркнул я на мэра. – Ну, насчёт кровопролития?! Всё, чего мы хотели – получить более выгодные условия трудоустройства! Из-за чего свару-то устраивать?!

– А вы и не причина, ребятки, – усмехнулся сеньор Морено. – Вы всего лишь очень удобный повод, чтобы вспомнить старые обиды и предъявить столь же старые счета к оплате! Так что даже не сомневайтесь, не вмешайся я, и дело бы завершилось большой кровью. Очень большой.

– Чёрт-чёрт-чёрт… – озабоченно пропыхтел Вова, и я едва сдержался, чтобы его не поддержать.

Как там мудрые люди в древности говорили? Не плюй в колодец? Как раз наш случай, блин! Так, надо как-то беседу в иное русло перенаправить, крайне желательно в позитивное. Но снова всё тот же вопрос: как?! Если только…

– Дон Аурелио? – сделал я большие и жалостливые глаза.

Реально жалостливые, на Инке проверено. Кстати, от Зигги научился, тот в этом деле эксперт с мировым именем.

– Да, Энрике? – вполне предсказуемо среагировал мэр.

– А что мы всё о плохом да о плохом? Неужели нет ни одного… ладно, бог с ними, с хорошими! Но хотя бы нейтрального эпизода? Чтобы мы не накуролесили?..

– Нейтрального, говоришь? – задумался сеньор Морено. – Пожалуй, есть. Ты, Энрике, в отличие от наших торопыг-балбесов, крайне аккуратно работаешь с «мускусом». И выдаёшь весьма достойные образцы, не требующие дополнительных мер предосторожности.

– А это-то вам откуда известно?! – окончательно охренел я от осведомлённости градоначальника. – Или… дона Себастьяна подслушивали?!

– Ну, не сам лично, конечно… но на то я и мэр, сынок, чтобы быть обо всём в курсе! У меня везде глаза и уши. У некоторых достаточно значимых личностей даже в ванной и туалете, – подмигнул мне дон Аурелио.

– Реально?! – поразился Вова.

– Шучу, конечно! – отмахнулся мэр. – Что там слушать, в сортире-то? Но самые важные моменты мне известны. Зачастую из первых рук, как в твоём, Энрике, случае. Мне сам Себастьян и рассказал.

– Да когда успел-то?! Мы же с ним позавчера только на эту тему беседовали!

– Нет, он заранее мне дал знать, сразу после запроса «лос регулярес», – успокоил меня дон Морено. – Не думал же ты, мой юный друг, что мы столь важное дело на самотёк пустим? Когда-то, несомненно, мы так и делали, но теперь нет. Техника безопасности, как и военные уставы, всегда пишется строго кровью. Так что не обессудь, Энрике! Да и чего ты возмущаешься? Это же свидетельство в твою пользу! Нет нужды к тебе приставлять наседку, ты и без нас прекрасно осознаёшь, с чем имеешь дело.

Эх, дон Аурелио, вашими бы устами!.. Знали бы вы, насколько я далёк от понимания сути «мускуса»! Уж точно бы такими словами разбрасываться не стали! Но я, естественно, благоразумно промолчал. Вернее, снова перевёл стрелки:

– А может, тогда и хорошее от нас что-то было, а, сеньор?

– Было, как не быть! – заверил мэр с хитрой улыбкой. – Про мою личную выгоду от налаженного маршрута по сбыту специфического сырья скромно промолчу, не вашего это ума дело, ребятки. Но за новые связи спасибо, ваши друзья, вписавшиеся в схему, весьма толковые парни. Множество забот и хлопот на себя взвалили. Шеф Мюррей, опять же… хотя с гонками вы мне хорошую свинью подложили!

– А Монти считает строго наоборот, – вклинился Вова.

– Поэтому, видимо, он за вас и вписался? – предположил градоначальник.

– Ну, по его словам именно так и выходит, – пожал плечами мой напарник.

– Что ж, по крайней мере, в этой части можете ему поверить, – с лёгкой грустинкой вздохнул мэр. – Я во всех этих гоночных делах постольку поскольку, но немного обидно, да. Зато вы очень неплохо проявили себя в последний кризис и непосредственно после него. Кстати, Энрике!

– Да, дон Аурелио? – напрягся я.

– Выражаю тебе благодарность от лица муниципалитета.

– Э-э-э… а за что?

– За устранение проблемы с очистными сооружениями – раз, – загнул первый палец мэр, – и за потенциальное решение проблемы автономного энергообеспечения объектов первой необходимости – два. Я про мобильные генераторы, если ты не понял.

– Да я об этом вообще не думал! – отмахнулся я. – Надо было людей спасать, вот и…

– Молодец! – повторил градоначальник. – А ещё… большое тебе спасибо лично от меня. В ту злосчастную ночь моя малолетняя внучка выжила только благодаря тебе. Её успели прооперировать в последний момент. Страшно представить, что было бы, не запитай ты клинику!

Оп-па! А вот это реально нежданчик! Впрочем, такое не предусмотришь, это действительно случайность. Но мэр, если он человек чести – про совесть сознательно речь не ведём, это другое – теперь лично мне должен. А долг крови на Роксане, как я уже убедился на собственном опыте, значит очень много. По сути, дон Аурелио задолжал мне жизнь. И ладно бы свою! Там ещё как-то выкрутиться можно. Но здесь речь о мелкой девчонке, которой ещё жить да жить. Так что одноразовая индульгенция на самую отвязную дичь, почитай, у меня в кармане. Хотя и наглеть не следует, согласен. Ладно, выслушаем мэра до конца. Наверняка ведь он нам с Вовой что-то предложить хочет? Интересно же!

– Ну и ещё, Энрике, ты меня крайне порадовал на турнире «тёмных лошадок»! – объявил в заключение сеньор Морено. – Наконец-то я получил то, ради чего всё это и затевалось много лет назад!

– Так это вы?! – округлил я от удивления глаза. – Ну, в смысле таинственный организатор?!

– Без комментариев, сынок! – ухмыльнулся мэр. – Просто знай, что такого удовольствия я давненько не получал. И не столько от самих боев, сколько от крысиной возни вокруг тотализатора! Великолепный турнир! Один из лучших, если не лучший!

– Спасибо, сеньор, я старался! – не слишком афишируя радость, выдохнул я. – Так что теперь с нами будет?

– С вами?! – удивился градоначальник. – С вами – ничего. Работать будете.

– Я имел в виду, на каких условиях и под чьей… хм, протекцией? – развил я мысль. – Ведь после вашего рассказа, дон Аурелио, я теперь боюсь с кем-то конкретным договариваться! А вдруг это станет поводом для войны?

– Обязательно станет! – заверил сеньор Морено. – Вот только тебе не придётся ни с кем договариваться. Вы, ребятки, будете работать сами по себе, а налог платить напрямую в муниципалитет.

– Э-э-э… стесняюсь спросить, а ставка? – снова влез в разговор Вова.

– Стандартная, Влад.

– То есть… в два раза меньше, чем все остальные платят?

– В муниципалитет все платят одинаково – десять процентов от дохода! – отрезал мэр. – У нас город равных возможностей. А вот то, что в общую казну какой-то фракции вам платить не нужно – это факт.

– То есть налог в два раза меньше, – удовлетворённо заключил мой напарник. – Мы согласны, дон Аурелио!

– Вова, блин! – одёрнул я приятеля.

– Чего?! – возмутился тот.

– Давай хотя бы дослушаем! Там ведь наверняка какие-то дополнительные условия есть! Те, которые под звездочкой и мелким шрифтом! Я же угадал, дон Аурелио?

– Угадал, угадал, – подтвердил мэр. – Совсем в свободное плаванье я вас отпустить не могу, это рано или поздно выйдет боком. И в первую очередь вам самим. Так что – увы! – но придётся и на благо общества потрудиться. Один месяц в году вы будете работать на нужды муниципалитета. Оплата по стандартной ставке, материалы за счёт города. С вас работа и время.

– А в чём подвох, сеньор?

– А подвох, Энрике, в том, что очень высока вероятность командировок. Но это, как я и говорил, не больше месяца в год. Если не уложитесь, всё, что сверху, идёт в зачёт следующего отчётного периода.

– Справедливо, – признал я. – Что ещё?

– Ещё будете раз в месяц брать заказ от одной из фракций, но одобренный муниципалитетом. В порядке важности, приоритета или кто мне больше предложит. Короче, это не ваша забота. Иной раз, когда ничего срочного не будет, я даже подобием аукциона не погнушаюсь. Муниципальный бюджет тоже надо как-то пополнять, налогов хватает далеко не всегда!

– Ладно, допустим… а сроки?

– Не более семи дней в месяц. Если больше, идёт в зачёт следующего.

– Так… – задумчиво побарабанил я пальцами по коленке, – а остальное время?

– А в остальное время, Энрике, крутитесь, как хотите. Ну или можете в муниципалитет за заказами обращаться, если совсем с работой туго будет. Поможем, чем сможем, – подмигнул мне дон Аурелио. – Но в этом случае на сверхприбыли не рассчитывайте! И в зачёт общественной нагрузки это тоже не пойдёт. Ну, как вам условия?

– В целом? – уточнил я и, дождавшись кивка градоначальника, а также обменявшись взглядами с напарником, медленно склонил голову: – Мы согласны, дон Ауре…

Договорить мне не позволил гвалт, донёсшийся с улицы даже через уплотнения дверей и утолщённый оконный пластик. И гвалт весьма характерный: шум, гам, крики… и вишенкой на торте – оглушительный вопль на одной ноте, как будто кому-то что-то крайне чувствительное прищемили.

– Что там?! – всполошился мэр, но Вова решительно пресёк его попытку распахнуть дверцу:

– Сидите, дон Аурелио! Мы сами!

Правда, вылезти сразу не удалось – мы оба запамятовали, что градоначальник заблокировал замки. Впрочем, он быстро исправил эту оплошность, и уже через несколько секунд мы вывалились из салона каждый со своей стороны. А вывалившись, моментально впились взглядами в весьма занимательную картину – из тех, что называются «картина маслом». Если вкратце, то ситуация на парковке сложилась крайне противоречивая. С одной стороны, куча вооружённого народу, включая боевиков из различных фракций, и вполне себе официальных копов. С другой – Алехандро, как-то умудрившийся взять на болевой залом Инкину руку, завладеть её же «глоком» и приставить ствол к девичьему затылку, прикрывшись, насколько это в принципе возможно, этой же девицей. Зрелище, прямо скажем, не для слабонервных, особенно с учётом разницы в габаритах. Понимал это и сам «отбойщик», а потому всеми силами пытался уменьшиться в размерах, ссутулившись и скрючившись затейливым образом. Добавлял неразберихи и непрерывно орущий Игнасио – молодой коп катался по земле, придерживая на весу странно искривлённую ногу. А его напарник, сеньор Вега, сидел рядом, привалившись спиной к борту трака, и пытался зажать здоровенную сечку на лбу – такое впечатление, что его туда рукоятью пистолета приложили. Хотя почему «такое впечатление»? Похоже, именно так всё и было. Алонсовские быки, убаюканные появлением «лос регулярес», чуть ослабили бдительность, а там и моя зазноба нарисовалась, собрав на себе взгляды присутствующих. А Алехандро, не будь дурак, ситуацией воспользовался: вскочил, попутно ударом в колено сбоку сломав Игнасио ногу, скрутил Инку, выдернул у неё из кобуры «глок», долбанул им по голове дядюшку Хосе, таким вот незамысловатым способом расчистив жизненное пространство, и… из незадачливой жертвы собственных интриг превратился в банального террориста, захватившего заложника.

Как раз в этот момент мы с Вовой и выбрались из лимузина, явившись к шапочному разбору. И если я в первый момент слегка растерялся – всё-таки не каждый день возникают ситуации с заложниками! – то мой напарник действовал на автомате, а именно, укрылся за дверцей (как и «быки» до него, запамятовав, что у той защитные свойства примерно никакие) и навёл на злодея свой ствол. Правда, чего он этим добился, я так и не понял. На Алехандро и без того уже было столько огнестрела наведено, что одним больше, одним меньше… походу, только я да Пепе за оружием не потянулись. А все остальные, включая «шишек», нервно тискали рукояти и ложа. И вот тут даже меня проняло – а ну как кто-нибудь случайно пальнет, да в Инку попадёт?! Что тогда?! Что, я вас спрашиваю?!

– Убрали стволы, уроды! – тем временем рявкнул Алехандро. – Считаю до трёх! Потом простреливаю башку вашей сучке!!!

Ну всё, дятел, тебе не жить… глотку вырву, если дотянусь…

– Бросайте! Все бросайте! – ожил дон Фидель, первым подав пример присутствующим. – Быстрее! Он не в себе, не видите, что ли?!

Ну да, ничем иным поведение Алехандро не объяснить. Накосячил он, конечно, здорово, но не до такой же степени, чтобы прорываться силой, укрываясь за заложником?! Ну, попал бы на бабки. И только! Зато теперь не отвертеться. Даже в «койоты» уже не подашься, выдадут как миленького по первому же официальному запросу. И что теперь делать? Единственный вариант – податься в бега, в саванну к «диким», благо к жителям Порто-Либеро они относились куда приветливей, чем к корпам. На собственном опыте убедился, так что знаю, о чём говорю.

– И чего же ты хочешь, сынок? – подозрительно спокойно поинтересовался дон Фидель, удостоверившись, что первое требование террориста исполнено. – Миллион денег и транспорт?

– Сойдёт и просто транспорт! – отгаркнулся Алехандро. – Эй, там! Ну-ка, освободите квад!

Ага, это он к тем алонсовским парням обратился, что встали у въезда на парковку. А что, толково! С той стороны заслонов нет. Ну, по крайней мере, Алехандро так думает. Про снайперов-охотников он же ни сном, ни духом! Так что, по идее, самый правильный вариант – очистить дорогу и дать «отбойщику» пройти. А там, глядишь, Серёга (или кто-то из его людей) момент улучит да Алехандро подстрелит… пожалуй, так и поступим…

– Проходи, сынок! – правильно просчитал ситуацию и дон Фидель. – Не бойся! Только девочку не трожь!

– Если за стволы хвататься не будете, ничего с ней не случится! Получите свою сучку обратно! – уже на ходу рыкнул Алехандро. – Разошлись все! А ты, рыжий, граблю к стволу не тяни!

– Вов! – поддержал я «отбойщика»… и наткнулся взглядом на Пепе, который к этому моменту оказался у Алехандро во фланге, и «отбойщик» его не видел.

Зато прекрасно видел я. И не упустил тот момент, когда «дикий» мне подмигнул и взглядом с характерным движением бровей указал на доморощенного террориста. Вот только я ни фига не понял…

…в первый момент. Зато когда Алехандро вдруг на ходу дёрнулся, панически покосился на собственную руку и с воплем отбросил «глок», как будто тот его цапнул за палец, сработал, можно сказать, на рефлексах – плавно вытянул из кобуры собственный пистолет, неторопливо, как на стрельбище, изготовил к стрельбе, навёл на вражеское плечо и аккуратно выжал спуск.

Вот только к этому моменту произошло сразу два события. Сначала Инка, едва ощутив, что хватка ослабла, не глядя саданула левым локтем назад, неожиданно для самой себя дотянувшись до уха пленителя, и добавила в область живота ногой, немного, но сдвинув с места массивную тушу «отбойщика». А потом, когда зазноба кеглей отлетела от Алехандро, моя рука вдруг дрогнула, подозрительно целенаправленно сместив точку прицеливания с вражеского плеча на его же голову. Остановить движение пальца я не успел: «глок» взбрыкнул, выплюнув девятимиллиметровую пулю, и лоб Алехандро украсился аккуратным отверстием прямо по центру, точно над переносицей. Голова его дернулась, а сам он медленно и печально ссыпался на пыльную почву, как будто из него сразу все кости выдернули. То ещё зрелище, доложу я вам! Особенно если учесть треск и искры статики…

Не знаю, сколько я простоял вот так, с дымящимся «глоком» в опущенной руке. Ощущение времени напрочь исчезло, равно как и всё вокруг. За исключением, понятно, Инес, которая тоже застыла в той самой позе, в которой её застала мгновенная расправа, и сверлила меня взглядом. Я отвечал взаимностью, а весь мир, как ему и положено, ждал. Чего? Да фиг знает. Сигнала?..

– Сеньор Форрестер, сдайте, пожалуйста, оружие, – донеслось, как сквозь вату, у меня из-за спины.

Тряхнув головой, я медленно обернулся и упёрся взглядом в… кого бы вы думали? Следователя Гальяно!

– И не делайте глупостей, сеньор! – привычно занудливо предупредил тот.

Я недоумённо покосился на следака, потом на пистолет, потом снова на следака… и в этот момент кто-то ещё резко каркнул откуда-то сбоку:

– Оставь его, Галли!

Как незамедлительно выяснилось, это был сеньор Морено собственной персоной. Правда, из уютного нутра лимузина он так и не вылез, просто опустил стекло с нашей стороны.

– Но, сеньор!.. – начал было следак и махнул рукой: – А, делайте, как знаете!

– Этот молодой человек, если ты, Галли, не заметил, только что выполнил за нас нашу работу! – грозно прищурившись, сказал градоначальник. – Или тебе мало свидетелей?!

– Просто необходимо соблюсти процедуру, сеньор…

– Ай, да засунь ты эту процедуру себе в задницу, Галли! – в сердцах махнул рукой дон Аурелио. И переключил внимание на меня: – А ты чего стоишь, сынок?! Иди к ней! Ждёт же!

Н-да, действительно… ждёт же. А заставлять девушку ждать, это… впрочем, кому я объясняю? Считай, зазноба сегодня второй раз родилась. Лишь бы сейчас при всех истерику не устроила…

Кстати, как в воду глядел – стоило только приблизиться к Инке, и она бросилась ко мне, повисла, обвив шею руками, и уткнулась лицом в грудь. Тело её при этом подозрительно содрогалось, но до меня только через несколько секунд дошло, что это она бьётся в тихой истерике. Ключевое слово – «тихой». Ну и я устраивать шоу для посторонних не стал, просто стоял и поглаживал зазнобу по спине, мысленно смирившись с тем фактом, что комбез на груди скоро будет насквозь от слёз. А куда деваться? Назвался груздем, полезай в кузов…

И сегодня, пожалуй, стоит нажраться. И мне самому, и особенно Инке. Потому что, боюсь, столь сильный стресс одной лишь интимной терапией не победить. Тут что-то посильнее требуется, например, жутчайшее похмелье. Ну а чего? Нормальная тема – смещение акцентов называется. Да, жить не хочется. Но не из-за того, что тебя кто-то буквально вчера угрожал грохнуть, а из-за раскалывающейся от боли башки. И от намертво пересохшей глотки. И от песка в глазах. Короче, народные средства – они самые надёжные. Тут главное не перейти на самолечение травами…