– Лучше бы родители те деньги, что платят

за мою учебу, мне отдавали.

Оказывается, существуют разные стили написания книг. Я об этом узнал сравнительно недавно. Европейский стиль, когда тема книги раскрывается постепенно, шаг за шагом, и читатель узнает позицию и главную мысль автора только в самом конце. А американский, когда основной тезис формулируется сразу, а дальше автор приводит важные, с его точки зрения, детали, примеры и другие доказательства своей правоты. Раскрывает заявленную тему.

На мой взгляд, американская манера честнее. Взяв в руки книгу, вчитавшись в первые страницы, человек понимает, что здесь хотят сказать, и определяет – интересно ему это или нет. Не знаю, в каком стиле получилось у меня написать эту книгу, но я предпочитаю сразу, как говорится, брать быка за рога. Речь пойдет о выборе профессии.

Словосочетание «выбор профессии» имеет двойное значение. Человек выбирает себе профессию, и профессия выбирает своего человека. Как это происходит?

В России сегодня важнейшее значение имеет повышение производительности труда. Об этом заявляют с самых высоких трибун. Это знает любой руководитель предприятия, независимо от формы собственности. Если в ближайшее время производительность не будет повышена в несколько раз (!), а по ряду отраслей – более, чем в десять раз, страна может потерять свой экономический суверенитет.

А как повысить производительность труда? Какие для этого есть способы? Их не так много: во-первых, развитие производственных технологий, улучшение взаимодействия между работником и орудием труда, которое, в свою очередь, совершенствуется; во-вторых, рост профессиональной квалификации и мотивации работника; в-третьих, замена на рабочих местах людей на роботов – роботизация и автоматизация производства.

Насколько я знаю, по всем этим направлениям предпринимаются недюжинные усилия. Однако улучшать технологии, совершенствовать эргономику рабочих мест, разрабатывать и внедрять автоматические комплексы со встроенным искусственным интеллектом все-таки проще (при всей трудоемкости этих процессов), чем добиваться от человека высокой квалификации и желания трудиться с полной самоотдачей.

Многие убеждены: человек – существо сложное. Болезненное, капризное, ленивое, ограниченное в своих возможностях физическими и психическими условиями. Вот и смещаются интересы управленцев всех уровней в сторону техники. Она надежнее человека. И проще в использовании. А время поджимает.

Прекрасно! Пусть так и будет! Роботизация (да еще усиленная искусственным интеллектом!) отменит необходимость присутствия людей на рабочих местах. Люди будут отдыхать, развлекаться, путешествовать, заниматься творчеством… Наступит рай на земле. Или не наступит? А, может, наступит ад?

Откуда эти сомнения? Ведь хорошо известно, что человек всеми силами стремится переложить ответственность с себя на кого-то другого. Сесть кому-то на шею и ехать, посасывая леденец и беспечно помахивая ногами.

Увы, такое представление о человеке устойчиво, разделяется многими сильными мира сего и, как следствие, внедряется в умы многих. Особенно чувствительны и восприимчивы к такой трактовке человека те, кто несчастны и безмерно устали. И готовы хоть сейчас свалиться, образно говоря, под первый же куст и уснуть тяжелым сном без сновидений.

На самом деле природа человека совершенно иная.

Каждый из нас – социальное существо. Это не лозунг, а констатация факта. Мы все живем и трудимся с единственной целью – обеспечить жизнеспособность себе, своему окружению, а значит, и всему человечеству.

Цель простая – выжить. И в этом люди ничем не отличаются от остальных биологических видов. Но чем-то все же отличаются? – Да, конечно, инструментарием. У людей выживание разумно, одухотворено, коллективно.

Каждый человек для полноценного участия в общем развитии в интересах жизнеспособности наделен неким потенциалом. Объединяя эти индивидуальные потенциалы, координируя наши поступки, мы становимся сильными и адаптивными, как мало кто еще.

А теперь представим, что наши потенциалы жизнеспособности никому не нужны. Никем не востребованы. А ведь природа – не благотворитель. Она – строгий и жесткий кредитор. Давая каждому возможность развиваться, она требует взамен весомых многочисленных результатов. И если этот изначальный потенциал не развивается, он пожирает своего обладателя изнутри. Убивает человека, не озаботившегося саморазвитием.

Если человек не нужен обществу, то он не нужен и самому себе. И наоборот.

А знаете, как такой человек умирает? Я вовсе не хочу никого пугать, но знание механизма смерти проливает свет на необходимые условия жизни всех и каждого.

А умирает он так: вначале, от ощущения своей бесполезности, невозможности проявить индивидуальный потенциал человек впадает в депрессию. Первое время он пытается с депрессией бороться – активно развлекается или создает себе иллюзию востребованности.

Но это не помогает. Депрессия продолжает углубляться. Уходит само желание жить. Параллельно снижается иммунная защита – она тесно связана с психическим состоянием человека. Организм атакуют разные болезнетворные агенты. Не встречая сопротивления. Стоит ли продолжать? По-моему, все ясно. Затем наступает конец.

Человек, бесполезный для общества, не применяющий на практике свой природный потенциал, следовательно, не развивающий его, никому не нужен. И долго не живет.

Вот вам и перспектива роботизации. Захватывающие дух возможности искусственного интеллекта. Экономика, пожалуй, при массовой автоматизации рабочих мест и вздохнет свободно. Но только зачем? Разве человек создан для экономики, а не экономика для человека?

Любопытная версия возникла в связи с массовой роботизацией производства: дескать, придет время, и машины станут порабощать человечество. Я в этом сильно сомневаюсь. Машинам чуждо тщеславие и стремление главенствовать над остальными – эти грехи оставим людям. Роботам не нужны наши хлеб и вода, а нам – их источники электропитания. Наша с ними взаимная зависимость и обоюдная польза куда выше любых соображений конкуренции. Кроме одного – схватки за рабочие места. Точнее, машинам все равно, а вот людям придется уступить, уйти с трудовых площадок, оказаться вне экономического поля. И только это по-настоящему губительно для нас.

Самая опасная тенденция нашего времени – это отчуждение человека от процесса труда.

Почему от процесса? А не от результата? В том-то и дело, что злонамеренно или случайно, современное общество потребления создает иллюзию причастности к результату. Пожалуйста, зарабатывай деньги и покупай все, что заблагорассудится. Больше того, и зарабатывать не обязательно. Добывай их любыми способами. Возьми кредит – расплатишься потом, когда-нибудь. Создаются и тиражируются возможности разбогатеть, не будучи, по сути, никем. Достаточно оказаться «в нужное время в нужном месте», протянуть руки вперед, подставив их под рог изобилия, – и вот часть общего результата твоя.

В этом и заключается опасность общества потребления. Она не в том, что люди стали дольше и качественнее жить, лучше питаться и одеваться, с комфортом ездить за тридевять земель.

А в том, что для всего этого не обязательно участвовать в процессе создания благ, быть к нему причастным. Подсуетись и подгребай поближе к пункту раздачи.

А потенциал, о котором ведется речь, раскрывается только в процессе труда. Для потребления результатов он не нужен. А, стало быть, и его носитель не нужен. Человек не нужен.

И исподволь, как нечто темное и злое, поднимается и набирает силу другой императив современного общества: пришла пора сократить число потребителей. И серьезно. Вот это уже настоящая опасность.

Формируется специфическое идейное пространство: людей призывают беспрерывно потреблять, внушают им, что объем и качество потребления всегда, дескать, определяют положение человека в обществе. И большинство людей ориентируются именно на это. Стараются приобрести как можно больше продуктов чужого труда, не заплатив за них своими усилиями. Потребителей становится все больше, а производителей – все меньше.

Мы уже говорили о том, что человек, не реализованный в труде, не востребованный, становится жертвой собственного неизрасходованного потенциала. Человек разрушается изнутри, погружается в депрессию, лишается возможности полноценно жить, а потом – и жить вообще. Вот куда нам всем уготована дорога. Простите, не всем, конечно. А тем, кто поверили в идею неограниченного потребления. И решили, что себя они расходовать не будут, коли блага легко плывут им в руки. Какая опасная ложь!

Человек – самое трудолюбивое и производительное существо на свете. Однако индивидуального потенциала созидания, заложенного в нас природой, недостаточно для жизнеспособности. Один в поле не воин. Поэтому люди объединяются в социальные группы. Разной целевой направленности, разной степени сплоченности, разного размера. В этих группах индивидуальные потенциалы участников вливаются в единый общегрупповой потенциал. А это уже большая сила. Вот в чем наша социальная природа.

Важнейших условий для безбедного и продолжительного существования любой группы два: первое – она должна быть объективно полезной для общества (которое и состоит из таких групп); второе – она должна быть полезной и комфортной для всех ее участников. Заметим, оба эти условия рациональны и понятны. Зачем обществу поддерживать группу, которая ему вредит? Зачем входить в группу, если это тебе неприятно, и ты ничего не приобретаешь, а, напротив, теряешь свои возможности? По-моему, здесь все логично.

Первое из этих условий выражается в принципе «расширенного воспроизводства благ». Давайте сформулируем этот принцип. Чтобы оправдать свое существование, окупить затраченные обществом ресурсы на ее создание, группа обязана производить благ больше, чем она их потребляет.

При этом благо – это любой продукт, материальный или нематериальный, повышающий жизнеспособность людей. Выпекать хлеб – значит, производить благо. Ставить спектакль – то же самое. Главное, чтобы хлеб не был горьким, а спектакль не вызывал чувство мучительного стыда за происходящее на сцене.

Таким образом, социальный статус определяется не количеством и качеством потребленных, а количеством и качеством произведенных благ.

Здесь важно подчеркнуть вот что: система наших взаимоотношений так устроена. Ресурсы достаются всем нам недешево. Без преувеличения, по́том и кровью. И надо не растратить их впустую, не разбазарить, а развить. Собственно, развитие общественных ресурсов – это самое главное, чем все мы занимаемся, осознавая это или нет.

Управление, как род деятельности, это и есть развитие. Чего именно? – Да всего, чем взялись управлять. Вот почему каждая социальная группа должна быть управляемой. Она призвана возвращать обществу ресурсы, которые переданы группе, но уже обогащенными.

На входе, таким образом, ресурсы. А на выходе – ресурсы-«штрих». Где «штрих» – это количественная и качественная прибавка. Улучшение. Как сказали бы экономисты: «добавленная стоимость».

Так воплощается принцип расширенного воспроизводства благ. Группа получает в пользование общественные ресурсы (по сути – блага), меньшую часть из них расходует на поддержание собственного существования, развития группового потенциала, а большую часть, обогатив результатами своего труда, возвращает обществу. И это служит общей цели выживания.

Если в результате деятельности группы поступившие в нее ресурсы не добавляются, а убывают – на кой черт такая группа нужна? Общество сделает все, чтобы от нее избавиться. Чтобы ее расформировать и переформатировать.

В этом, кстати сказать, смысл любого конфликта. Конфликт – это не столкновение интересов, как думают многие, а социальный механизм уничтожения нерентабельных и некомфортных взаимоотношений. Сталкиваясь с конфликтом – в семье, на производстве, на политической арене – необходимо определить: кто, кому и чем конкретно здесь мешает жить? Конфликт возникает там, где уже поселилось несчастье. Зачем? – Чтобы его устранить, разумеется. Увы, вместе с нерентабельной группой.

Интересно, что люди – тоже своего рода ресурс, в этом контексте. Не нужно кривить лицо и обижаться. Конечно же, это наиглавнейший ресурс! И само это слово мы употребим по отношению к людям с одной лишь целью: показать, что и они, в искаженном пространстве непроизводительной группы, тоже склонны меняться. И не в лучшую сторону, понятное дело. От них убывает. Ухудшается качество людей, если вы понимаете, о чем идет речь.

Мы подошли ко второму условию существования социальной группы. Группа должна быть полезной и комфортной для всех партнеров, ее образовавших. Это к вопросу о том, что человек – тоже ресурс. Ничего хорошего не выйдет, если рентабельность группы (ее соответствие принципу расширенного воспроизводства благ) будет достигнута путем эксплуатации, принуждения входящих в нее людей.

Человеку должно нравиться то, чем он занимается. А группе приятно и необходимо получать то, что производит каждый интегрированный в нее партнер. Только такое взаимодействие можно назвать полноценным.

Впрочем, обеспечение социальной рентабельности за счет эксплуатации людей – нонсенс. Никогда ни у кого это не получалось. Издержки на принуждение к труду превосходили, суммарно, получаемую экономическую прибыль. А уж о настроениях в подобном обществе и говорить не приходится.

Принцип таков: чтобы человек, работая, производил больше благ, чем потребляет, он должен быть компетентным и мотивированным тружеником. Компетентность и мотивированность недостижимы без самореализации в труде.

Самореализация – это превращение человека, во всех его индивидуальных подробностях, в процесс и результат труда. Иными словами, самореализация – это и есть раскрытие и развитие индивидуального потенциала, заложенного природой в каждого из нас.

По сути, самореализация представляет собой наиболее эффективный (малозатратный, производительный) способ существования. В рамках самореализации каждый остается самим собой. Трудясь и общаясь, никто никакого насилия над собой не совершает. Жить в парадигме самореализации, значит, жить легко.

Итак, по-настоящему компетентным можно стать лишь в режиме самореализации. Стало быть, и превышение производительности над потреблением требует того же. Самореализация выгодна одновременно и человеку и обществу. Она обеспечивает всем нам выживание без ненужных и психологически некомфортных затрат.

Надеюсь, это понятно. Тем более, мы никакой Америки не открываем. Все это давно и широко обсуждается в обществе. Пока, однако, без ощутимых успехов.

Так что же необходимо для самореализации? – Сущие пустяки! Всего-то ответить самому себе на два вопроса: «Кто я?» и «Чего я хочу от жизни?» Ответить честно, по возможности, объективно. Хорошо осознавая при этом, что «правильных» и «неправильных» ответов на эти вопросы нет. Точнее, правильный ответ тот, что ближе к истине.

В этой книге мы познакомимся с инструментами самопознания и анализа предстоящей трудовой деятельности. Чтобы можно было понять себя, свои возможности, запросы, и сопоставить все это с условиями предполагаемой профессии.

Человек и его профессия должны соответствовать друг другу, как ключ замку. В противном случае «дело всей жизни» превратится в «пожизненную каторгу». А так называемый «поиск себя» – непродуктивный и удручающий – станет единственным квазисмыслом жизни.

Не так давно я участвовал в дискуссии в радиостудии. Со мной была коллега – психолог и, разумеется, ведущий программы – журналист. Были и участники интернет-чата этой радиопередачи. Один из них заявил, что ему сорок лет и что он мечтает, выйдя на пенсию, поселиться в Крыму. Я высказал по этому поводу свои сомнения. И никто меня не поддержал.

Напротив, и присутствовавшие в студии, и интернет-собеседники набросились на меня: «Что ты имеешь против Крыма, с его красотами и удовольствиями?! Почему человек труда не может мечтать о заслуженном отдыхе среди этих красот?!»

Я же, всего-навсего, горевал по поводу того, что сорокалетний человек, которому – по закону Российской Федерации – до пенсии еще четверть века (!), уже возмечтал навсегда уйти с работы и поселиться в райском месте. Ясно, что этот человек несчастлив в труде. А так устроена жизнь, что несчастливый в труде несчастлив и во всем остальном. И вокруг себя распространяет некую ауру несчастья.

Почему? – Да потому, что человеку свойственно оправдывать себя даже вопреки очевидности. Несчастье распространяется широко, становится для многих нормой жизни, а подчас – как в этой атаке на меня – переходит в моральное наступление. Увы, это наступление на самое себя.