Дана

Я привыкла просыпаться с восходом солнца, и это утро не стало исключением. С рассветом глаза распахнулись сами собой и тут же закрылись от излишне яркого утреннего освещения. Странно. Майя абсолютно всегда с наступлением вечера закрывала окна тяжелыми гардинами. Мысли вяло текли в сознании, мне было так хорошо и уютно, даже немного жарко, и руки за многие годы не беспокоили опостылевшим холодом. Неужели уснула в перчатках? Эрт Зейз, наш главный артефактор, меня за такое по головке не погладит, долгое ношение перчаток плохо сказывается на чувствительности магпотоков.

За спиной вдруг отчетливо пошевелились. От неожиданности замерла, глаза встревоженно распахнулись. Где я? Сознание в помощь мгновенно прокрутило воспоминания вчерашнего вечера и его завершения. Выдохнув, расслабилась. Ах, да, я не во дворце, в доме Райли и вместе с ним в его постели.

К щекам прилипла кровь от запоздалого укола стыда. Правда, стыдиться причин не имелось, Чарли во многом был прав. Все-таки граф ВанМэлс уже несколько лет является моим официальным женихом, никто так долго не держал мужчину на расстоянии, как вышло у меня. И сейчас я даже немного жалела, что раньше не отдалась этому мужчине. Наша близость оказалась действительно горячей и превзошла самые смелые мои ожидания. Сам Райли и слухи о нем не подвели. Сжала губы, удерживая смешок, и осторожно повернулась, глянув на спящего на спине мужчину.

Улыбнулась в умилении. Во сне перетянула на себя все одеяло, Райли удалось отвоевать у меня лишь жалкий клочок, едва прикрывающий бедра. Живот и грудная клетка мерно вздымались, одна рука закрывала верхнюю часть лица, рука, запястье которой обвивала черная резная узорная вязь брачной татуировки. Все же, супруг. Облизала восхищенным взглядом мужское тело, магия, а мне весьма повезло.

Осторожно приподняла одеяло и поднесла правую руку к глазам, изучая идентичную татуировку с резким росчерком узоров и линий. Красиво. У родителей другие. Впрочем, похожих брачных татуировок не бывает, они уникальны. Ох, как же я буду теперь уже по мужу скучать… От внезапного толчка памяти дернулась, как от щелчка плети, и порывисто села. Тьма! Декморт! Прощальная трапеза с семьей. Зановесные твари, опоздаю ведь!

Скатившись с кровати, магией наложила на ступни заклятие тишины, делая шаги бесшумными, чтобы не разбудить Райли, и принялась собираться, подбирая по полу разбросанные тут и там вещи. Буквально влетев в одежду, распахнула окно, куснула щеку, с сожалением рассматривая умиротворенно спящего мужчину. Уходить вот так после ночи любви, совместно не позавтракав и не простившись, — не очень хорошо по отношению к мужчине, но еще меньше мне нравилась идея второпях клюнуть графа в щеку и сбежать.

Провела в воздухе ладонью, вычерчивая магией записку, дунула на нее, отсылая к постели, и, закрыв глаза, сольтировалась сначала к ресторации Клоуфорда, искоса замечая в одном из боковых окон, как он что-то резко выговаривает виновато опустившему голову младшему брату — Кейзеру. Эти двое редко находили взаимопонимание. На долю секунды залюбовалась хозяином ресторации, вчерашний его поступок запал в душу, прекрасный товарищ, друг, и яркой внешностью не обделен. Чарльз, точно ощутив постороннее внимание, начал оборачиваться к моему укрытию, и я немедля переместилась во дворец.

Сольтироваться на дальние расстояния я, увы, пока не умела, на применение смешанной магии не хватало резерва, который требовалось постоянно раскачивать. Помимо магпрактик, самый лучший тренер — стрессовые ситуации, именно по этой причине все княжеские дети обязаны проходить миссии вне Эворта, что, как не покидание родового гнезда и оторванность от рода, стимулирует резерв.

Оказавшись в своих покоях, облегченно вздохнула и уже хотела вызвать горничную, как за спиной громко кашлянули. Взволнованно застыла и, сглотнув, уже представляя, кого увижу, медленно обернулась, находя у камина стоящих с непроницаемыми лицами родных. Однако они определенно были мной недовольны. Князь Эш, скрестив за спиной руки, внимательно изучал меня. Уверена, от него не укрылось ни одной детали моего внешнего заметно потрепанного вида. Матушка, сложив ладони на животе, нервно кусала губу, посматривая на мою правую, закрытую рукавом куртки руку.

— И что это все значит, Данатана?

~*~*~*~

Райли

Дуновение легкого ветерка с ноткой грейпфрута ознаменовало уход княжны. Резко открыв глаза, присел на постели, с разочарованием осматривая пустые покои. Над кроватью мигающей табличкой застыло прощальное письмо уже теперь моей супруги. Поманив его пальцами, достал из тумбочки небольшой ежедневник и наложил трансформацию на бумагу, дожидаясь, когда лягут на чистый лист ровные строчки.

«Мой дорогой Райли, прости, что мне пришлось так поспешно и в каком-то смысле — неприлично, покинуть тебя. Прошу, не волнуйся, как только окажусь на темной стороне, пришлю весточку. Твоя ныне супруга Данатан».

С золотистым вихревым свечением письмо испарилось, оставляя вновь девственно чистой бумагу. Откинув ежедневник на деревянную поверхность тумбы, излишне сильно закрыл ящик, с усталым вздохом оперся на две ладони. Изнутри меня уже довольно давно снедало отвратительное ощущение, что княжна ускользает из моих пальцев, что она вот-вот уйдет, навсегда, а я, к своей дурости, успел ее полюбить. Думал, это чувство никогда не тронет меня, обойдет стороной. В нашем с княжной браке надеялся на выгодное партнерское взаимное сотрудничество, раз княжеский дом Эворта выбрал меня в кандидаты супруга для Даны, со временем смирился и нечаянно… полюбил.

Накатившая злость разрядом вдарила по позвоночнику. Зарычав, смел все предметы с тумбы ладонью, сам шокируя этим поступком себя, — никогда не срывался. Даже когда узнал о своей решившейся судьбе. Тяжело дыша, искоса глянул на вязь брачной татуировки и, взмахом двух пальцев наложив на нее простенькую иллюзию, вызвал прислужника, отдал приказ подготовить ванну и готовить завтрак, сам принялся писать Чарльзу.

«Встретимся через час, в твоей Resistentia». [1]

ЧК: «Договорились. Буду ждать, друг».

В спальню заглянул прислужник.

— Все готово, мой лорд.

~*~*~*~

Дана

Смотрела на родителей, будто неконтрактный воришка, попавшийся цесару.

— Это то, что вы думаете, — выдавила улыбку, признаваясь.

— А мне думается, эта фраза звучит несколько по-другому, дорогая, — невозмутимо произнес отец. — Натан, позволишь переговорить с нашей дочерью с глазу на глаз?

— Разумеется, мой супруг, — присела княгиня в покорном неглубоком реверансе и, проходя мимо князя, шепнула: — Будь с ней мягче, прошу, — скрылась за дверью.

Под пронзительным взглядом князя Эша опустила голову, опасаясь ее поднимать, хоть и не чувствовала за собой особо никакой вины.

— Посмотри на меня. Мы не будем сейчас говорить о моральном облике твоего поступка, Данатана. Не будем, — с нажимом повторил он, правильно поняв мое удивление. — Ты взрослая девочка, сегодня твое второе совершеннолетие. Фактически — ты замужем, о чем свидетельствуют твои брачные татуировки, раскрытие бутона на нашем гобелене, появление имени графа в нем и родовом фолианте.

С пониманием кивнула, украдкой покосившись на немного задравшийся рукав, открывающий треть татуировки. Наверняка, родители очень удивились, когда родовой фолиант позвал главу рода, и они узрели на гобелене соответствующие отметины.

— Мне от тебя нужен честный ответ, Дана, только и всего. Скажи, граф не сделал ничего такого, чего бы ты не хотела? Он не применял в отношении тебя силу? Не был груб?

Настороженно вскинулась, жар лизнул щеки. Судьба графа повисла на волоске.

— Папа… — обратилась к родителю с мольбой. — Все в порядке.

— Точнее!

— Мне неловко такое с тобой обсуждать…

— И тем не менее, — князь был неумолим.

Светлая магия, за какие грехи?..

— Граф не сделал ничего дурного или того, что бы мне не понравилось, а если бы сделал, то на одного графа в Эворта стало бы меньше, ты же знаешь, отец.

Князь Эш смягчился.

— Как глава рода, твой повелитель и уж тем более отец, я очень за тебя волнуюсь, моя девочка, — отец взял мои ладони в свои, слегка поморщившись от их леденящего холода, однако на мою попытку призвать перчатки отрицательно мотнул головой. — Спрошу последний раз, Данатана. Ты не пытаешься выгородить ВанМэлса? Не обманула меня? В самом деле, сказала правду? Я не буду злиться.

…Всего лишь уничтожу один светлый род.

— Я никогда вас не обману, мой князь, — твердо сказала, выпутываясь из его хватки, прижала сжатую в кулак ладонь к груди, низко кланяясь. — Никогда.

— Все, хватит. Я тебе верю, — меня крепко обняли и прижали к родной широкой груди. — Ты выросла… Как жаль, что дети так быстро растут.

— Вы еще с мамой молоды, можно подумать об еще одном малыше.

Князь сначала отмахнулся, а потом задумался. Мысленно рассмеялась. Вероятно, нам с Франсом стоит все же ждать еще одну сестричку или братика. Мы будем только рады. Поцеловав меня напоследок в лоб, отец пожелал хорошо провести время за сборами, не забыл упомянуть о прощальном праздничном ужине. Только он вышел, как в спальню ворвалась матушка.

— Ох, моя девочка. Как ты себя чувствуешь? Стоит позвать целителя? У меня есть обезболивающие пилюли, я принесу, только скажи. Все было по обоюдному согласию?!

— Все более чем в порядке, княгиня. Прошу, не нужно беспокоиться, и мне не требуется никаких пилюль, я чувствую себя хорошо. Для меня весьма странно, отчего вы с великим настолько плохо думаете о графе.

Матушка облегченно вздохнула и пояснила:

— Наше мнение о Райли всегда было положительным и даже больше. Он чудесный мальчик и станет прекрасным супругом для тебя. Просто… Вы так долго держались, ожидали официальной брачной церемонии и так неожиданно все между вами произошло…

— Вполне ожидаемо в свете моего отъезда, матушка. И все совсем не так, как вы думаете. Впрочем, уже не столь важно.

Темная леди согласилась и тут же встревожилась:

— Скажи, моя дорогая, ты приняла меры предосторожности от нежелательной беременности? Разумеется, я совсем не против стать бабушкой, однако мне кажется, ты не будешь светиться от счастья при такой новости, — заметив мой растерянный взгляд, мама с пониманием кивнула и быстрым шагом удалилась за нужной настойкой.

В самом деле, не буду. Я хочу ребенка, но еще слишком для этого молода. Для начала нужно успешно закончить дело в Декморте, совсем немного пожить для себя, капельку постранствовать с супругом, погулять на брачной церемонии Франсая, и после не вижу никаких причин, чтобы принять на себя такую непомерную ответственность, как материнство.

Припомнила: лет пять назад ставила противозачаточную руну, она уже, конечно, практически истлела, и лишней настойка точно не будет, но хоть какая-то защита. Хотя я более чем уверена: руна имеется и у моего жениха… то есть, супруга, ее вполне хватает одному из партнеров. Не о чем беспокоиться. И все же, волнение родных было очень приятно.

* * *

[1] Resistentia — название ресторации Чарльза Клоуфорда, которую подарил ему на первое совершеннолетие отец, несмотря на то, что парень был против «подачек» и назвал ее именно так, поскольку на древнем мертвом языке расколотой империи Деэворон, какая существовала много тысячелетий назад до Магистерума, Resistentia обозначает сопротивление.