Прошло уже много часов с момента, как доктора скрылись за дверями операционной. Клэр не смогла остаться со мной… вернее… просто не смогла остаться, потому что нужно было допрашивать моих убийц и завершать расследование. Мне было страшно. Что, если Ноа не сумеет выкарабкаться? В любом случае я буду приходить к Гиббсу во снах, и он каждый раз будет просить прощения за то, что натворил. Я сделаю так, чтобы он мучился, только бы Алекс снова открыл глаза и продолжил ловить преступников. Плевать на все остальное, главное, чтобы отец жил.

– Эй, я здесь. Вы не видите? Черт возьми, у меня нет времени на все это! – вдруг услышала я, поднялась на ноги и шагнула к дверям, ведущим в операционную.

– Алекс?! – позвала я, и он услышал, сразу же вышел ко мне.

Он был потрясен, а я лишь скрестила руки на груди и улыбнулась, стараясь не напугать его, как в прошлые разы.

– Вот и встретились, детектив… Каково это, когда призрак прикрывает тебе задницу?

– Нора?! Это… правда ты?

– Правда. Я!

– Значит… ты жива?

Я покачала головой и пожала плечами. Понимаю все его желание верить в хороший исход, но не могу на это надеяться. Я видела то, что живому человеку видеть не по силам, была там, где меня не замечали, и часто не могла помочь. Теперь я здесь вместе с Ноа, но чувствую, что он жив. Он должен жить! От него исходит энергия живого человека.

– Я не жива, но и ты не мертв. Мы побудем вместе, пока ты в отключке, а после каждый вернется к своим делам. Ты – ловить преступников! Я – помогать! – воскликнула я и вновь пожала плечами. – Зато… у нас есть время поговорить. У тебя же есть вопросы ко мне?

На самом деле у меня самой было много вопросов и достаточно слов, чтобы выразить все, что я поняла после своей смерти, но я знала, что Ноа всегда любил сам начинать разговоры. А пока он просто наблюдал за мной. Мы были словно чужие, и я это чувствовала. Такое ощущение, что я привязалась к нему, пока он меня не видел, но теперь доля стеснения присутствовала, и мне было страшно, что мы можем не понять друг друга.

– Я столько времени репетировал… думал, что скажу, если ты окажешься жива. Был готов… даже хотел увидеть тебя, но… теперь не понимаю, что нужно говорить, – пробормотал Ноа, делая шаг вперед по коридору, подальше от меня.

Он провел рукой по волосам и обернулся. Не верил в то, что все реально.

– Это сложно, на самом деле… Очень сложно.

– Что именно, Ноа?

– То, что… тебя больше нет.

– Смирись.

– Как? Я не понимаю, как это возможно? Что делать дальше?

– Знаешь, до смерти я думала, что никому не нужна. Тебе я мешала тем, что Катрина все время была с тобой на связи. Катрина, глядя на меня, никак не могла смириться с тем, что она стареет. Друзей у меня практически не было. Но стоило мне умереть, и все вдруг обо мне вспомнили. Не самый лучший способ, но… Как есть.

– Я виноват. Если бы я был немного… другим, все было бы по-другому… – Он опустился на пол, опираясь спиной о стену, и я села рядом с ним.

– Винить себя – не лучший вариант.

– А кого винить? Этих тварей, которые…

– Ноа, не стоит бросать таких громких слов. Никто не виноват. Нет, те трое само собой, но… нужно смотреть с другой стороны. – Пытаюсь быстро подобрать объяснения. – Если бы не эта ситуация, ты бы не поймал серийных убийц. Если бы не эта ситуация, я бы не поняла, насколько сильно вы с Катриной переживаете за меня. Мне кажется, что ты должен поддержать ее. Она не виновата в том, что родила от тебя. Заметь, она изменила свою жизнь ради меня и тебя. Да и ты был хорошим отцом все шестнадцать лет.

Он грустно усмехнулся и потер глаза пальцами, отчего мне захотелось дотронуться до него, и я похлопала его по плечу. Такой, казалось бы, маленький тактильный контакт, подаривший мне миллион эмоций. Я стерла с лица слезу и попыталась улыбнуться. Это наша последняя встреча… мы больше не увидимся, поэтому не стоит тратить эти минуты на грусть и слезы.

– Я сказала правду, Ноа. Я только теперь поняла, что ты всегда заботился о моей безопасности… Хотел быть немного ближе, а я отдалялась, и знаешь что? Пап… – Ноа вздрогнул, услышав это, повернулся ко мне, ища в моем взгляде что-то, что скажет ему, что он ослышался, но нет. – Мне безумно стыдно за то, что я наговорила тебе в нашу последнюю встречу. Это все было сказано на эмоциях, и я не должна была говорить, что ненавижу тебя, потому что это не так…

Ноа какое-то время сидит не двигаясь, осмысливает информацию, а после крепко обнимает меня. Таких родительских объятий мне никогда не доставалось, но теперь я их получила, и это лучшее, что только можно почувствовать.

– Это я во всем виноват… Если бы я… мог… – Голос Ноа становится едва уловимым, и я понимаю, что у нас совсем немного времени.

– Ты приходишь в себя! Я так рада! Не вини себя, слышишь?! Не вздумай жить с тяжестью на душе. Я всегда буду рядом! Я всегда буду поддерживать тебя и помогать! Ты будешь знать, что я рядом. Береги себя ради меня! – говорю я и вновь обнимаю его.

– И ты меня прости…

Я уже собиралась отпустить его, как вдруг схватила за руки:

– У меня будет лишь одна просьба к тебе…

Несколько месяцев спустя.

Смерть страшна лишь своей неизвестностью. С каждым днем я все больше и больше понимала, что все становится на свои места. Только после смерти открывается правда. Возможно, этого нельзя сказать о троице, которую Ноа поймал… нет-нет-нет… мы с Ноа, с Уоттсом и Клэр поймали. Не без помощи ФБР и, конечно же, не без Лавджоя, а еще эксперт Бреммер… он доказал, что все останки, найденные на заднем дворике старого дома мистера Мозби Перта, принадлежали девочкам, которые бесследно пропали. Это дело закончилось победой, и я рада, что стала частью команды детективов. Пусть многие не верят… не знают и даже не догадываются, почему на надгробии шестнадцатилетней девчонки выгравирован полицейский значок.

Отныне я – детектив Принс! Окончательно и бесповоротно клянусь стоять на страже нашего маленького городка.

– Она очень хотела этого… – сказал Ноа, когда приехал ко мне с Клэр.

Она очень добрая и, кажется, неровно дышит в сторону Алекса. Мне видно это со стороны невооруженным взглядом, но кто я такая, чтобы лезть в любовные дела… Я только могу помочь с расследованием чего-то по-настоящему интересного. Сколько же загадок нас ждет впереди?

У Ноа зазвонил телефон, и он сразу же выхватил его и принял звонок. Это Уоттс… Я уверена, что это именно он.

– Кого убили?! Вот черт… кидай адрес, мы выезжаем! Клэр, нам пора… У нас новое убийство.

– Клэр?! – притворно нахмурилась Маккс, на что Ноа поднял руки в жесте «я сдаюсь».

– Прошу простить… Шериф Маккс!

Да-да, после этой истории Клэр стала частью нашей команды. Она заняла место Гиббса, чему я безмерно рада, ведь она не даст Алексу рисковать собой.

– Поехали, детектив. – Клэр пошла вперед, а Ноа задержался.

Он взглянул на надгробие, где было мое имя, тяжело вздохнул, сунул телефон в карман и произнес:

– Ну что ж, мой маленький детектив, нам пора на дело! Ты с нами? Ты говорила, что всегда будешь рядом!

Конечно же, с вами! Давай в машину! Музыку выбираю я!

– Поехали, – кивнул Алекс, словно услышал меня, и направился к машине.

Я мертва, но моя история еще не закончена.