Звёздная система «Янтарный Утёс». Корабль-матка «Стальная Берлога».

Я открыл глаза и взял чашку кофе со стола, в которую андроид уже успел налить свежий кофе.

— Итак, друзья, — сделав пару глотков кофе, произнёс я, глядя на сидящих за столом, — пока Себастьен летит за Женевьевой, а Мстислав решает вопросы со своей семьёй, давайте посмотрим бой Маркоса и разберёмся с информацией от Каэля и Милославы. Яр, включай запись боя.

Яр кивнул, и через пару секунд на большом голографическом экране пошла запись. Все внимательно смотрели, особенно Марк — он успевал делать пометки на своём планшете, быстро водя стилусом по поверхности.

Когда трансляция завершилась, я обвёл взглядом собравшихся:

— Что скажете?

— Одну минуту, мой князь, — произнёс Яр и, подойдя к Марку, сел рядом с ним.

На голографическом экране снова появился кадр боя — на этот раз в режиме замедленного воспроизведения. Яр взял управление интерфейсом, выделил нужный фрагмент и запустил его с начала.

— Обратите внимание на этот момент, — начал говорить Яр, обращаясь уже непосредственно к Марку. — Вот тут видишь? — На экране подсветился корабль противника — эсминец. — Маркос допустил ошибку. Точнее будет сказать, мы с тобой не учли, Марк, что эсминцы могут быть вооружены тяжёлыми торпедами ближнего боя. Это новое вооружение — его начали устанавливать всего несколько месяцев назад.

Кадр ожил, и пошла трансляция в замедленном режиме. Эсминец противника, воспользовавшись тем, что тяжёлые истребители и фрегаты прикрытия тяжёлых кораблей адмирала Эгеуса отвлеклись на другие цели, подошёл на достаточно близкое расстояние, чтобы выпустить торпеды, которые не успеют уничтожить. Совершив манёвр уклонения, он спокойно отошёл на безопасное расстояние — а наш тяжёлый крейсер получил серьёзные повреждения: пробоины в кормовой части, отказ систем наведения и частичное отключение энергоснабжения.

Марк нахмурился, изучая данные:

— Потери? — коротко спросил он.

— Судя по отчёту Марка, три процента экипажа, — ответил Яр, выводя на экран статистику. — Но главное — крейсер выведен из строя на несколько недель. В условиях активных боевых действий это критично. В остальном мой анализ боя не выявил критических проблем в новой тактике.

Марк откинулся на спинку кресла и задумчиво потёр подбородок:

— Нужно пересмотреть тактику прикрытия. Добавить фрегатов с системами противоторпедной обороны в каждое соединение. И эсминцы уничтожать в первую очередь, если они начинают приближаться к тяжёлым кораблям.

— Хорошо, — кивнул я. — Вносите корректировки в тактики ведения боя. И составьте список кораблей, которые нужно переоснастить противоторпедными системами в первую очередь. Рэттен займётся этим вопросом.

Яр посмотрел на Марка, потом на меня:

— Уже начинаю расчёт оптимальных конфигураций. Через двадцать минут предоставлю Марку оптимальное сочетание кораблей.

— Отлично, — я откинулся на спинку кресла. — А теперь давайте перейдём к информации от Каэля и Милославы. Что там у них?

Яр коснулся панели управления, и изображение на экране сменилось — появилась новая запись.

Планету и немногочисленные корабли пиратов мы пропустили на ускоренном просмотре. Единственное, что сделал Яр, — так это вывел статистику по кораблям. Дальше стелс-разведчик пошёл по орбите планеты вокруг звезды и на другой стороне от неё обнаружил огромный корабль-колонизатор.

— Почему они решили, что корабль будет именно там? — задумчиво произнёс я, продолжая смотреть запись.

Яр поставил трансляцию на паузу и посмотрел на меня:

— Я думаю, что это Милослава настояла, чтобы Каэль провёл корабль по орбите вокруг звезды. Со стороны планеты корабль-колонизатор невидно. Он всегда будет закрыт звездой, и никакие сенсоры и сканирующие аппараты его не найдут. Звезда просто не даст этого сделать.

— Скорее всего, Милослава отталкивалась от названия пиратского клана «Чёрные крылья», — вдруг произнёс Георгий. — Зная свою дочь, могу с уверенностью сказать, что она просто решила поискать второе чёрное крыло, если считать, что планета — это первое чёрное крыло.

— Возможно, будет интересно узнать потом у неё её логику, — произнёс я. — Давай дальше, Яр.

Трансляция записи продолжилась.

Корабль-колонизатор был в несколько раз больше «Стальной Берлоги»: его корпус растянулся на триста километров, а ширина достигала сотни, напоминая исполинскую каплю с выступающими модулями и антеннами. Многочисленные стыковочные узлы, доки и ремонтные отсеки — это была настоящая база для освоения крупных звёздных систем. Этот корабль мог не только открывать системы, он мог полностью создавать на их планетах полноценные небольшие колонии. Я даже не сомневался, что на этом корабле было оборудование для терраформирования планет.

Сканирование корабля однозначно говорило: он был мёртвым. Тепловой след отсутствовал, энергоактивность равнялась нулю, радиоизлучение держалось на уровне фона, а сам корабль оставался неподвижным, стабилизированным на орбите. Визуальная картина тоже внушала тревогу: следы ожогов, вмятины, сорванные панели, пробоины.

На записи увеличился участок носовой части. На голографическом экране чётко проступили следы мощных ударов: оплавленные края пробоин, почерневшие конструкции, оборванные кабели, свисающие, как щупальца. Один из доковых отсеков был полностью разрушен, его остатки болтались на силовых креплениях, подрагивая в слабом гравитационном поле.

Дальше пошли записи с разведывательных дронов, которые устремились внутрь корабля. Кадры сменяли друг друга: пустые коридоры с сорванными панелями, механизмы, словно застывшие в последнем движении, следы пожара на стенах — тёмные полосы копоти, тянущиеся вдоль переборок. Нигде ни признака жизни, ни малейшего движения. Дроны проплывали мимо брошенных постов управления, мимо открытых шкафчиков с разбросанными инструментами, мимо застывших конвейеров в ремонтных цехах.

Запись закончилась. Пришли ещё разнообразные файлы — схемы, технические параметры, обрывки логов систем, — но они уже не несли в себе ничего важного. В зале совещаний повисла гнетущая тишина. Все обдумывали увиденное, пытаясь понять, что случилось с гигантским судном, кто нанёс ему эти раны и почему бросил здесь, в тени звезды, словно забытую реликвию ушедшей эпохи.

Я медленно откинулся на спинку кресла, глядя на погасший экран. В голове роились вопросы: сколько лет корабль дрейфует здесь? Что за битва его искалечила? И самое главное — можно ли вернуть его к жизни?

— Что думаете? — наконец нарушил я тишину, обводя взглядом собравшихся. — Стоит ли рисковать и пытаться восстановить эту махину? Или лучше оставить её гнить здесь, в пустоте?

Георгий перевёл взгляд с экрана на меня и тихо произнёс:

— Если мы сможем его поднять… Это изменит всё. Но цена может оказаться слишком высокой.

Яр молча кивнул, его пальцы замерли над панелью управления, будто он уже прикидывал план обследования. Никто не спешил отвечать — каждый взвешивал риски и возможности. В этой тишине отчётливо ощущалось: решение, которое мы примем сейчас, может оказаться судьбоносным.

— Анализ данных и всех параметров показывает, что, скорее всего, корабль столкнулся с большой кометой, — вдруг произнёс Яр. — Щиты сдержали основной удар, иначе разрушений было бы в разы больше, и, скорее всего, корабль вообще перестал существовать. Но чтобы сделать более точные расчёты и выводы, необходимо более детальное исследование.

— Хм… — я посмотрел на Яра. — Если это так, тогда, скорее всего, остатки выживших смогли терраформировать планету, пусть не полностью, но достаточно для того, чтобы построить там небольшую колонию и создать пиратский клан, — предположил я.

— Возможно, — кивнул Яр. — Судя по остаточным данным сканирования планеты, там действительно есть участки с искусственно изменённой атмосферой и микроклиматом. Не глобальное терраформирование, но достаточно, чтобы выжить.

— Непонятно только одно, — сказал Георгий. — Почему они перестали общаться с остальной цивилизацией? Ведь к ним могли прийти на помощь и всех эвакуировать.

— Могу предположить, что за многие годы, проведённые на изолированном от всей цивилизации корабле, сформировалось совершенно другое общество, — добавил Рэттен. — Они пережили катастрофу, потеряли связь с внешним миром, начали всё с нуля. Для них мы — чужаки. Возможно, они даже считают нас угрозой. Ведь даже сейчас, спустя много лет, пираты не идут на контакт ни с кем. Они живут особняком, тщательно охраняя свою систему.

— Есть ещё один вариант, — задумчиво произнёс Яр. — Что, если они не просто изолировались, а сознательно выбрали этот путь? Корабль-колонизатор мог содержать технологии, которые они решили не раскрывать. Или ресурсы, которые не хотят делить. В любом случае их поведение логично, если рассматривать его с точки зрения выживания малой группы в враждебной среде.

Я откинулся на спинку кресла и сцепил пальцы в замок, обдумывая услышанное.

— Ладно, пока мы туда не попадём, можем только делать предположения, — я задумался, как лучше поступить. — В любом случае мы туда полетим. А дальше предлагаю попытаться поговорить с ними. Если, конечно, они пойдут на контакт. Но нужно подготовиться к любому развитию событий. А пока предлагаю пообедать.

Зал ожил, все начали вставать и потянулись в нашу мини-столовую.

Обед прошёл в обсуждении мелких проблем и задач, которые тоже необходимо было решать, — но все они были лишь фоном работы и жизни населения «Стальной Берлоги». Кто-то говорил о нехватке запчастей для ремонтных дронов, кто-то поднимал вопрос о перераспределении энергоресурсов между секторами, а Яр коротко доложил о незначительных неполадках в системе рециркуляции воздуха — их уже устраняли дежурные техники и андроиды. Разговоры велись вполголоса, с той деловитой непринуждённостью, к которой привыкли за месяцы жизни на борту гигантского корабля.

После обеда мы снова переместились в зал для совещаний. Атмосфера сразу стала серьёзнее: шутки и бытовые разговоры остались за порогом, лица присутствующих приняли сосредоточенное выражение.

В центре зала активировался голографический дисплей — Яр запустил интерфейс приёма сообщений. На экране замелькали шифрованные пакеты данных, система начала их дешифровку.

— Пришли новости от наших адмиралов, — объявил я, глядя, как на дисплее выстраиваются приоритетные сообщения. — Начнём с самого важного. Яр, выводи первое сообщение.

Яр коснулся панели управления — и на голографическом экране возникла фигура адмирала Воронова. Он выглядел уставшим, под глазами залегли тёмные круги, но в глазах читалась сдержанная гордость за успешно выполненную задачу.

— Мой князь, флот-адмирал, — начал адмирал, — докладываю о результатах атаки на звёздную систему, первую из трёх целей. Мы полностью захватили пространство и орбитальные объекты. Сейчас ведём переговоры с наместником всех трёх планет. Они выдвинули условия сдачи, вполне приемлемые. Жду от вас подтверждения моих полномочий и согласия на условия наместника. Потерь среди наших кораблей нет. Новая тактика варп-прыжков работает отлично.

На экране вышел список условий: обеспечение безопасности населению планет, лояльность к сдавшимся, сохранение местных административных структур, гарантии неприкосновенности имущества. Всё как обычно в таких случаях. Кроме одного: наместник желал остаться на своей должности. И даже готов был присягнуть на верность моему Дому.

Я посмотрел на Георгия — тот слегка приподнял бровь, оценивая ситуацию.

— Пусть остаётся, — кивнул Георгий. — Потом проверим и сменим его, если потребуется. Лучше сохранить видимость преемственности власти — это снизит риск мятежей среди населения.

— Хорошо. Яр, отправь сообщение Воронову, что мы согласны на эти условия и подтверждаем полномочия адмирала для принятия таких решений, — сказал я, посмотрев на Яра. — А также добавь поздравление с победой и благодарность за блестящее выполнение задачи. Пусть люди знают, что их заслуги не остаются незамеченными.

Картинка сменилась — теперь перед нами предстал адмирал Белов. Его лицо на экране было невозмутимым, голос — ровным и деловым:

— Звёздная система полностью захвачена. Планеты сдались без боя после демонстрации силы. Я назначил временного наместника из числа проявивших к нам лояльность чиновников и оставляю часть своих штурмовиков и кораблей для поддержания порядка. Потерь нет.

Третье сообщение пришло от адмирала Рогова. Тоже сухие данные: звёздная система захвачена, администрация и наместник присягнули на верность, ключевые объекты взяты под контроль. Потерь нет.

— Итак, — произнёс я, посмотрев на Бубу и Кассиана, — отправляйте корабли и наземные войска для поддержания порядка. Также создайте резерв, который должен будет следовать за нашими адмиралами. Не надо, чтобы они распыляли свои эскадры, оставляя боевые корабли и подготовленных штурмовиков для несения рутинной службы. Пусть основные силы остаются мобильными — нам ещё предстоит взять оставшиеся системы.

Буба и Кассиан Торнвуд одновременно кивнули, делая себе пометки.

— Георгий, займись наместниками наших новых звёздных систем. И пара уже создавать резерв верных нам людей, которые могут становиться наместниками.

— Уже занимаюсь этим вопросом, — сообщил Георгий. — На базе нашей академии на «Стальной Берлоге» создал специальный класс. Через пару недель будут первые выпускники. Леди Эления очень сильно помогает в этом вопросе. Спасибо Рэттену, который посоветовал использовать её в качестве наставника наших будущих наместников.

— Прекрасно. Тогда на этом всё, — подвёл я итог.

Звездная система «Рэн-Но-Хоши» или «Звезда Лотоса». Дворец главы Дома Сато-Дзё.

Дайсукэ внимательно смотрел на склонившего голову теперь уже флот-адмирала Цукито Кагами.

— Надеюсь, флот-адмирал, вы не подведёте меня, как Рэнсукэ Исида, — наконец произнёс Дайсукэ.

— Я лучше погибну, чем предам вас, мой господин, — Цукито склонил голову ещё ниже, его пальцы слегка сжались на эфесе катаны, висевшей у бедра.

— Хорошо, Цукито, — глава Дома Сато-Дзё устроился в своём кресле. — Тогда тебе следует вернуться в звёздную систему «Кику-Сейден».

Советник Такео Миядзаки посмотрел на Дайсукэ и хотел начать говорить, но, глянув на стоящего неподалёку главу разведки с непроницаемым лицом, предпочёл промолчать. Однако его порыв не ускользнул от внимательного Дайсукэ.

— Ты что-то хотел сказать, Миядзаки? Я внимательно выслушаю тебя, — тихо произнёс Дайсукэ и посмотрел на советника, в его глазах промелькнула заинтересованность.

Такео сглотнул — под взглядом господина у него пересохло в горле, и он закашлялся.

— Юко, дай советнику воды, а то мы так и не услышим сегодня его речь, — усмехнулся Сато-Дзё, слегка приподняв бровь.

Юко сорвалась с места возле главы Дома и, быстро подбежав к столу, налила стакан воды из стоящего рядом графина. Поставив воду перед Миядзаки, она так же быстро вернулась на своё место и снова взяла в руки письменные принадлежности, готовая записывать каждое слово главы Дома.

Советник дрожащей рукой взял стакан и сделал несколько больших глотков. Вернув стакан на стол, он с дрожью в голосе начал говорить:

— Мой господин, звёздная система «Кику-Сейден» очень важная и перспективная. Нам она пригодится, если останется целой…

— Вот именно, Миядзаки. Слишком важная и ценная, — перебил его Дайсукэ, его голос зазвучал жёстче. — Именно поэтому флот-адмирал вернётся туда. Для начала он снова уничтожит все корабли, а потом обстреляет военные объекты на центральной планете. Если они не одумаются и не присягнут на верность нашему Дому, — Дайсукэ перевёл взгляд на стоящего перед ним Цукито, — что вы сделаете, Кагами?

— Я сотру их в пыль, мой господин. Во славу вас и нашего Дома, — не задумываясь ответил флот-адмирал. Его голос звучал ровно, без тени сомнения, а в глазах сверкнула холодная решимость.

Дайсукэ снова посмотрел на советника, который побледнел после слов Цукито Кагами:

— Ты всё слышал, Такео. Мы давали шанс Хаяси Рё одуматься, но они его отвергли. Теперь пришло время показать им, что бывает с теми, кто бросает вызов Дому Сато-Дзё. Пусть весь восточный сектор знает: наше милосердие имеет пределы, а наша воля — непреклонна.

Цукито молча поклонился, подтверждая свою готовность исполнить приказ. В зале повисла тяжёлая тишина, нарушаемая лишь тихим шелестом шёлковых одежд и едва слышным дыханием присутствующих.

— Отправляйся немедленно, Кагами, — продолжил Дайсукэ. — Возьми с собой дополнительную эскадру. Твой удар должен быть сокрушительным.

— Слушаюсь, мой господин, — вновь склонил голову Цукито. — Я выступлю через час. К рассвету следующего дня звёздная система «Кику-Сейден» будет лежать у ваших ног.

— Хорошо. Иди и помни: я верю в тебя, Цукито, — голос Дайсукэ на мгновение смягчился. — Не подведи меня.

Флот-адмирал выпрямился, коротко поклонился и, развернувшись, направился к выходу. Его шаги гулко отдавались в тишине зала.

Когда дверь за Цукито закрылась, Дайсукэ вновь обратил внимание на советника:

— Такео, пока флот-адмирал лично выполняет моё распоряжение, собери всех адмиралов и прикажи готовить эскадры к выступлению. Все корабли должны быть проверены, запасы пополнены, а люди должны вернуться с отдыха. В ближайшие дни мы начнём полномасштабное вторжение на территорию Дома Хаяси Рё.

— Будет исполнено, мой господин, — поклонился Миядзаки.

Дайсукэ откинулся на спинку кресла:

— А чтобы ты сделал всё правильно, Безымянный поможет тебе.

Такео Миядзаки вздрогнул и, встав из-за стола, низко поклонился.

— Как будет угодно, мой господин, — произнёс он дрогнувшим голосом.

— Иди работай, — махнул рукой Дайсукэ и посмотрел на стоящую рядом с ним Юко. — Ты тоже свободна, Юко.

Девушка поклонилась с безупречной грацией, её движения были отточены годами службы. Она направилась следом за Такео и главой разведки, бесшумно ступая по полированному полу.

Когда дверь за ними закрылась, Дайсукэ остался один в просторном зале. Он медленно поднялся и подошёл к панорамному окну. Перед ним раскинулась столица Дома Сато-Дзё.

В глазах Дайсукэ читалась твёрдая уверенность в правильности принятого решения — он знал, что этот шаг укрепит положение их рода среди звёздных Домов. Но за этой уверенностью скрывалась тяжесть ответственности. Он понимал: приказ об уничтожении кораблей и обстреле планеты станет точкой невозврата. Дом Хаяси Рё либо склонится перед силой Сато-Дзё, либо будет стёрт с лица галактики.

«Пусть Хаяси Рё запомнят этот день. Пусть все Дома запомнят: Сато-Дзё не прощают непокорности. Но тем, кто верен нам, мы даруем процветание и защиту».