Я стоял возле открытых ворот. Дальше, через узкий проход, окружённый стенами, зиял туннель, уходящий в глубь разлома. Воздух здесь был тяжёлым, пропитанным запахом озона и чего-то звериного — словно сама земля дышала сквозь трещины.

Я огляделся. Меня окружали солдаты в форме армии Бокеевых, но выглядели они… странно. Вертикальные зрачки глаз светились красным, спины чуть согнуты, уши заострены, изо рта торчали небольшие клыки. Руки покрыты кровоточащими волдырями и грубой шерстью, а пальцы уже и не пальцы — огромные когти, способные разорвать сталь.

Они не проявляли агрессии. Просто смотрели на меня, стоя рядом — буквально на расстоянии вытянутой руки. В их взглядах не было ни ненависти, ни страха — лишь пустота, будто души давно покинули эти тела.

Я снова посмотрел на ворота. Они были не просто открыты — сорваны с петель, вывернуты, как будто их вырвали голыми руками. Стены прохода к туннелю исполосованы огромными когтями, глубокие борозды тянулись вверх и дальше наружу.

Разлом манил. Звал. И я, поддавшись этому зову, двинулся вперёд — сквозь узкий проход, в темноту туннеля.

Шаг. Ещё шаг. Тьма поглощала меня, но зрение, усиленное маной, и связь со стихией Земли давали полную картину. Я видел каждую трещинку в камне, каждый выступ, каждый след когтей на стенах и полу.

Туннель, как и в других разломах, был огромным. По его сторонам стояли изменённые солдаты Бокеевых — как молчаливые стражи рухнувшего мира. Я шёл между ними, углубляясь внутрь разлома. Глубже и глубже. Не знаю, сколько километров я прошёл, но вдруг передо мной распахнулась огромная пещера, ярко освещённая магическими фонарями.

Здесь когда-то был главный рубеж. Теперь — руины. От стен укреплённого поселения практически ничего не осталось. Постройки разрушены, камни разбросаны, а по округе бродили монстры и изменённые солдаты армии Бокеевых. Они двигались медленно, словно во сне, то замирали, то снова начинали бесцельно шататься среди обломков.

Я двинулся дальше, заметив впереди более-менее целую постройку. Монстры и солдаты не обращали на меня внимания. Лишь изредка кто-то останавливался, пропускал меня, а потом снова возвращался к своему бессмысленному кружению по руинам.

Приблизившись к постройке, я увидел, что внутри горит свет. Осторожно открыв дверь, я вошёл — и оказался в огромном зале.

В центре стоял большой стол, за которым сидели двое. Они не замечали меня, увлечённо о чём-то разговаривая. Голоса звучали глухо, словно доносились сквозь толщу воды.

Я начал приближаться, стараясь расслышать их слова. Но в тот момент, когда я был уже в нескольких шагах, они резко замолчали. Тишина. Только эхо их слов, отражаясь от стен, катилось по залу, как катятся камни в бездну. Одновременно повернули головы, огляделись — их взгляды скользили по залу и по мне.

— Брат, тут кто-то есть, — сказал один из них.

— Я тоже это чувствую, но это не хозяин, — ответил второй.

Я разглядывал их, но никаких изменений не заметил. Бросив взгляд на их руки, я увидел перстни власти с гербом рода Бокеевых.

«Да это же князья Бокеевы собственной персоной», — мелькнула у меня мысль.

«Но что здесь происходит? Что случилось с их солдатами? И вообще, где я?» — мысли полетели одна за другой, формируя всё новые и новые вопросы.

— Князь! — вдруг услышал я новый голос, будто издалека.

Оглядевшись, я никого не увидел, кроме сидящих передо мной князей Бокеевых. Они продолжали оглядываться; один из них встал и пошёл по залу, словно принюхиваясь. В какой-то момент он направился в мою сторону.

— Князь! — снова услышал я голос и вроде даже почувствовал прикосновение к своему плечу, но никого рядом не было.

Бокеев шёл на меня, его взгляд был устремлён в мою сторону.

— Князь! — теперь я отчётливо слышал голос Ли Юй и почувствовал, как меня трясут за плечо.

Зал с князьями поплыл перед глазами — я моргнул.

Ли Юй смотрела мне в глаза, продолжая трясти за плечо:

— Князь, князь!!!

— Я уже тут, Ли Юй, — сказал я, обращая внимание на булочку в своей руке. Судя по всему, я нёс её ко рту, когда меня «выкинуло» из тела и отправило непонятно куда.

Я окончательно осознал: мой дух или душа была в другом месте, а тело — здесь. Что это вообще такое, я не понимал. Нужно было срочно получить консультацию. Я положил булочку на тарелку и встал, мягко отстраняя Ли Юй.

— Спасибо, Ли Юй. Я не знаю, что это было. Но мне срочно надо поговорить с хранителем леса. Где Елена? — Я поцеловал Ли Юй и погладил её по голове.

Её немного потряхивало от переизбытка эмоций.

— Она ещё в спальне, сейчас придёт. Я… — Ли Юй всхлипнула, чуть не расплакалась, но собралась и продолжила: — Когда я вышла из портала, вы сидели, замерев, как каменная статуя. Я несколько минут звала вас и трясла за плечо.

— Теперь всё хорошо, Ли Юй, — я снова обнял её и поцеловал. — Не говори никому. Даже Елене. Не нужно, чтобы она тоже переживала за меня. Найди Машу, пусть готовит завтрак. А я пока навещу хранителя.

Ли Юй кивнула и вытерла непроизвольно выступившие слёзы.

Я улыбнулся и открыл портал.

— Вы сегодня рано, демиург, — увидев меня, хранитель заулыбался и протянул руку за кольцом.

Но, заметив мой хмурый взгляд, тут же спросил:

— Что-то случилось?

Я снял кольцо и положил ему в ладонь:

— Займись маной, а я пока расскажу.

Хранитель кивнул. Мы прошли вглубь его обители — туда, где росла его будущая подруга. Сегодня здесь особенно сильно пахло лесом и землёй. Пока он перекачивал ману, я подробно излагал всё, что со мной произошло: о разломе, об изменённых солдатах, о князьях Бокеевых и о том мгновении, когда меня «выдернуло» обратно в тело.

Внимательно выслушав, хранитель вернул мне кольцо и произнёс:

— Если честно, я не знаю, что с тобой было, демиург. Но ты прав: твоя душа на время покинула тело. Однако само по себе такое не происходит. Скорее всего, твоя стихия Духа стала очень сильной и даровала тебе новые способности, о которых ты ещё не знаешь. Но и я не знаю — я же не демиург.

Он улыбнулся, словно извиняясь за отсутствие готового ответа.

— Возможно, ты очень сильно желал найти эту армию врага и, сам того не понимая, сделал это таким образом. Попробуй помедитировать и поговорить со стихией Духа. Возможно, ты услышишь ответ от неё.

С этими словами хранитель поклонился и уселся на свой трон, закрыв глаза, будто давая понять: дальше — путь только мой.

Я вернулся в гостиную. Там уже царила оживлённая суета: слуги под руководством Маши накрывали стол для завтрака. Ароматы свежей выпечки и кофе наполняли пространство, а приглушённый гул голосов создавал ощущение домашнего тепла.

Я сел в кресло и доел свою надкусанную булочку, запив холодным кофе. Постепенно собирались остальные: кто-то приходил из спален, кто-то — через порталы.

Увидев Егорыча, я вспомнил о его помолвке с Машей.

— Егорыч! — махнул я рукой.

Он, заметив меня, сразу подошёл.

— Маша мне всё рассказала. Наконец-то ты решился.

— Ну, Маша… Просил же никому пока не говорить, — Егорыч расплылся в смущённой улыбке.

— О чём не говорить? — с улыбкой спросила Елена, подходя ближе.

Егорыч замолчал, не зная, что ответить.

— Да ладно-ладно, мы уже знаем! — засмеялась Елена.

— Поздравляю! — к нему подошла Ли Юй и тепло обняла.

— Ну, Маша! — Егорыч сделал серьёзное лицо, но это ему явно не помогло.

— Ну наконец-то, — хлопнул его по плечу Беркут. — Я уж думал, не дождусь этого момента.

Через пять минут Егорыча и Машу уже поздравляли и князья, появлявшиеся из порталов. Ли Юй тут же информировала их о радостном событии.

В итоге завтрак превратился в бурное обсуждение предстоящей свадьбы. Елена и Ли Юй сразу взяли все хлопоты на себя, пообещав, что это событие будет обсуждать вся крепость.

— Мы сделаем так, чтобы этот день запомнился всем, — сказала Елена, сверкнув глазами. — Это будет не просто свадьба — это будет праздник надежды.

— Согласен, — кивнул я. — Пусть это станет знаком: даже в самые тёмные времена у нас есть место для радости и любви.

Егорыч, всё ещё немного растерянный, но счастливый, только качал головой:

— Никогда не думал, что моя свадьба превратится в такое… событие.

— А иначе и быть не могло, — улыбнулся я. — Ты ведь теперь не просто Егорыч. Ты — будущий муж Маши, а она и ты — часть этого дома. И этот дом празднует.

Пока девушки обсуждали с Машей и Егорычем их пожелания к свадьбе и согласовывали дату проведения, я отвёл Беркута и Долгорукова в сторонку.

— У меня для ваших разведчиков есть крайне важное задание. Но для начала скажите: у нас есть люди во всех разломах?

— У меня — везде, кроме Восточного, что стоит на границе с дикими землями, — произнёс князь Долгоруков, слегка нахмурившись. — Это всегда была вотчина Бокеевых, и с разведкой там всегда было туго. А последнее время я вообще не получаю оттуда никакой информации.

— У нас то же самое, — кивнул Беркут. — У Лапы там был человек, но уже две недели не выходит на связь. — Он посмотрел на меня в упор: — Вторая армия Бокеевых… Она там?

— Если бы я знал точно, то не спрашивал бы вас, — ответил я. — Но раз у нас там нет людей, то посмотрю сам. Пусть наши разведчики проверят, как обстоят дела в других разломах. Выясните, что происходит, нет ли чего-то необычного — любой детали, которая выбивается из привычного уклада разломов. Поручику Храброму тоже дайте задание: пусть поговорит с охотниками. Возможно, они заметили что-то странное.

— Я своим тоже прикажу собрать информацию, — сказал Долгоруков, пристально глядя на меня. — Не спроста вы, князь, даёте такое задание. Что случилось?

— Если бы я знал, то сказал бы, — вздохнул я. — Но предчувствие у меня нехорошее. Будет информация — сразу сообщайте. А пока — держите всё в секрете.

Князь и Беркут кивнули. Я вернулся к Егорычу и девушкам, ненадолго прислушался к их оживлённым предсвадебным разговорам, а затем тихо вышел в коридор и открыл портал к Восточному разлому.

Помня о своём утреннем необъяснимом путешествии, я не стал рисковать: вышел из портала в десяти километрах от разлома и сразу активировал стихию Земли для поиска. Тёплая, пульсирующая энергия растеклась по нервам, соединяя меня с каждым камнем, каждым корнем, каждой песчинкой в округе. Кроме животных — лосей, зайцев, пары рысей — поблизости никого не было.

Я двинулся в сторону разлома, стараясь держаться лесистой местности. Шаги были бесшумными: я обходил звериные тропы, чтобы не вспугнуть обитателей леса и не выдать своё присутствие. Воздух пах хвоей и сыростью, солнце пробивалось сквозь кроны редкими золотыми лучами.

Примерно через три километра я замер, уловив движение. Впереди, в километре от меня, за густыми зарослями можжевельника, были люди. Припав к земле, я усилил поисковое заклинание стихии Земли.

Однозначно — дозорные. Несколько групп, рассредоточенных вдоль периметра перед разломом. Они двигались по строго выверенным маршрутам: одна — вдоль кромки леса, двое других — зигзагами, периодически останавливаясь, чтобы осмотреть окрестности или, возможно, обменяться сигналами.

«Как их незаметно пройти?» — размышлял я, прикидывая варианты.

Влив ещё больше маны в заклинание поиска стихии Земли, я расширил радиус восприятия. Под ногами запульсировала энергия: я чувствовал каждый камень, каждую трещину в почве, каждый корень на глубине до десяти метров. Земля шептала мне о движении — о лосях, укрывшихся в чащобе, о лисе, крадущейся к норе, о мышах, снующих под опавшей листвой. Но главное — она рассказывала о людях.

За дозорными, как я и опасался, тянулась непрерывная цепь постов — чуть ли не каждые двести метров. Между группами явно существовала связь. Система оповещения. Любой прорыв — и через минуту весь периметр будет на ногах.

Брать пленника тоже нельзя: это сразу выдаст мой интерес к разлому и спровоцирует ответные действия. А если они поймут, что я здесь… Нет, рисковать не стоит.

Я отступил глубже в лес, прислонился к стволу вековой ели и закрыл глаза, обдумывая ситуацию. Кора под ладонью была шершавой, холодной; сквозь неё я ощущал медленное, размеренное биение жизни дерева. Вдохнул — запах хвои, сырости, прелой листвы. Выдохнул — и вместе с воздухом из меня вышло напряжение.

«Ладно, не буду искушать судьбу. Сначала разберусь с армией, стоящей возле родового замка Долгорукова. Потом — с замками Бокеевых. А затем уже займусь этим разломом — если, конечно, они не объявятся раньше».

Открыв глаза, я достал амулет связи и тихо произнёс:

— И снова добрый день, князь. Как там армия Бокеевых?

— Стоит, что ей сделается, — засмеялся Долгоруков. — Ни штурма, ни отступления. Будто ждут чего-то.

— Кофе угостите? — спросил я.

— Конечно, милости прошу, — ответил он.

В тот же миг я шагнул в открывшийся портал и оказался в рабочем кабинете Долгорукова.

Князь жестом указал на кресло возле стола, а сам вызвал слугу:

— Передай на кухню, пусть сварят кофе и принесут сладости.

Слуга кивнул и удалился.

— Рассказывайте, — произнёс Долгоруков, усаживаясь напротив и скрестив руки на груди. Его взгляд был внимательным, почти испытующим. — Что вы увидели у разлома?

— Да нечего рассказывать. До разлома я не добрался. Там везде дозоры, каждые сто-двести метров. Даже с порталом незаметно не проскочить, — вздохнул я. — Но, собственно, я не за этим. Предлагаю не ждать армию князя Голицына, а самим разобраться с нашими «друзьями».

— Заманчивое предложение. Какой план? — Долгоруков сразу подобрался, но в этот момент в дверь постучали.

— Войдите!

Вошли слуги с двумя подносами — кофе и сладости. Быстро расставив всё на маленьком столике возле меня, они удалились.

Долгоруков переместился ко мне и налил нам кофе. Я взял крошечное пирожное, отправил в рот. Вкус оказался изумительным.

— Удивительно вкусное пирожное, — похвалил я, прожевав.

— Мне тоже нравится, но стараюсь не налегать. Держу форму, — усмехнулся князь. — Так что с планом?

— План прост: разбить их стационарные щиты и уничтожить солдат, — ответил я, потянувшись за вторым пирожным.

Князь рассмеялся и хлопнул в ладоши:

— Да вы просто великий стратег! А если серьёзно?

— А я серьёзно. Надо разрушить всего лишь один щит, а потом перебить солдат.

— Князь, у меня слишком маленький гарнизон, чтобы справиться с семидесятитысячной армией, — Долгоруков смотрел на меня, явно не понимая, чего я от него хочу.

— Мне не нужен весь ваш гарнизон. Только магистры и накопители маны — очень много маны, точнее, всё, что у вас есть.

— Хм… Ману я вам отдам. Магистров у меня здесь почти сотня. Но я не понимаю, что вы задумали, князь. Может, расскажете подробнее? — Долгоруков отпил кофе и тоже взял пирожное.

— Пока не расскажу. Сколько вам нужно времени на подготовку? — Я уже потянулся за третьим пирожным, но передумал.

— Пару часов, чтобы собрать все накопители и сложить в одно место, — задумчиво ответил князь.

— Ну и отлично. Тогда отдавайте приказ. И пойдём обедать. После обеда займёмся освобождением вашей территории.

Я допил кофе и поставил пустую чашку на стол.

Князь Долгоруков внимательно посмотрел на меня, но спорить не стал. Вызвал командира своего гарнизона и отдал необходимые распоряжения.

Как только командир ушёл, я открыл портал в гостиную моего замка.

Обед прошёл в оживлённом обсуждении предстоящей свадьбы Маши и Егорыча. Но сразу после трапезы я попросил всех задержаться:

— Через два часа мы атакуем армию Бокеевых возле замка князя Долгорукова. От вас мне требуется по двадцать-тридцать магистров. Они должны нанести совместный удар по стихийному щиту Бокеевых. Их там несколько, нужно снести один, чтобы я не отвлекался. Пусть ваши магистры возьмут накопители маны — чтобы гарантированно хватило запаса.

Беркут кивнул, готовясь приступить к организации.

— Беркут, собери наших магистров. Ли Юй и Елена, вы — как обычно, со мной. Порталы для магистров я открою прямо в родовой замок князя Долгорукова.

Все встали и, не задавая лишних вопросов, отправились выполнять приказ. Лишь Ярослав уточнил:

— Что нам с Михаилом нужно сделать?

— Ждать результатов, — коротко ответил я и открыл портал в замок Долгорукова.

Сразу по прибытии я открыл порталы в замки князей, а Ли Юй сформировала портал для наших магистров.

Собрались все на удивление быстро. Уже через час мы были готовы к атаке.

Я оглядел стоящих передо мной магистров:

— От вас мне нужно только одно: по приказу князя Долгорукова, с которым мы будем на связи, вы должны уничтожить один-единственный стихийный щит. Ударить надо одновременно — чтобы щит не успел восстановиться. В какой именно щит бить, князь вам скажет.

Повернувшись к Долгорукову, я добавил:

— Пойдёмте, князь. Прогуляемся по стене.

Мы поднялись на крепостную стену. Отсюда открывался чёткий вид на лагерь Бокеевых: ровные ряды палаток, дозорные посты, мерцающие контуры стихийных щитов. Я указал на самый крупный, пульсирующий голубым свечением:

— Вот этот щит. Разрушьте его — и к вечеру здесь не будет армии Бокеевых.

Открыв портал, я взял девушек под руки и шагнул в него, выходя с противоположной стороны от вражеского лагеря.

— Ли Юй, как только я скажу, передашь приказ князю, — произнёс я, усаживаясь на землю и привлекая к себе Елену. — А потом приглядывай за нами — на всякий случай.

Ли Юй кивнула и тут же связалась с Долгоруковым через амулет.

Елена обняла меня, и я ощутил взрывной прилив сил. Из трёх рюкзаков, которые мы принесли, я высыпал накопители маны и аккуратно разложил их в несколько стопок перед собой.

Глубоко выдохнув, я произнёс:

— Начали.