Зондеркоманда R покинула свою штаб-квартиру в Штансдорфе, пригороде Берлина, в середине августа 1941 года. Учитывая военные ограничения и дефицит ресурсов, это было амбициозное предприятие: караван насчитывал около ста транспортных средств, включая специализированные радиофургоны, полевые кухни, передвижные медпункты и даже мобильную фотолабораторию[110].

Через Лодзь зондеркоманда R прибыла в западноукраинский город Житомир, где ее командир – оберштурмбаннфюрер СС (позже штандартенфюрер СС) Хорст Хоффмайер – разделил штат численностью около 200 человек примерно пополам. Одна часть подразделения осталась в Житомире для последующего развертывания в зоне немецкой оккупации, Рейхскомиссариате Украина[111]. Под руководством заместителя Хоффмайера, оберштурмфюрера СС доктора Клауса Зиберта, остальная часть зондеркоманды R направилась в Транснистрию, оккупированную Румынией. Несмотря на то что Транснистрия оставалась зоной боевых действий, к началу сентября бои в основном были сосредоточены вокруг Одессы.

Зиберт выбрал в качестве штаб-квартиры подразделения транснистрийский город Ландау, поскольку он находился вблизи других поселений фольксдойче и подходил для размещения административных офисов зондеркоманды R[112]. Он организовал большую часть своего штаба в составе районных подразделений[113] – региональных команд численностью по четыре-пять человек. Данные подгруппы возглавлялись офицером СС среднего звена – командующим районным подразделением – и включали как членов СС, так и сотрудников НСКК, отвечавших за вождение и обслуживание транспорта. По приказу Зиберта эти командующие создали 18 опорных пунктов по всей Транснистрии в преимущественно немецких населенных пунктах: Александрфельд, Ананьев, Бишофсфельд, Гросс-Либенталь, Хальбштадт, Хоффнунгсталь, Яновка, Йоханнесфельд[114], Лихтенфельд, Мангейм, Мариенберг, Нойдорф, Растатт[115], Розенфельд, Зельц, Шпайер, Вормс и Одесса (см. карту 2.1)[116].

В Транснистрии подчиненные Хоффмайера были одними из самых изолированных немецких оккупантов на завоеванных территориях Советского Союза (см. рис. 2.1). Транспорт и, следовательно, связь были затруднены. Как и в других районах сельской Украины, дороги находились в плохом состоянии.

Карта 2.1. Этнические немецкие поселения в Транснистрии, 1942 год. Источник: карта подготовлена Брайаном Хартом

В хорошую погоду дорога из Киева в Ландау занимала два трудоемких дня. В ненастье размытые дороги делали поездку невозможной (см. рис. 2.2)[117]. Зимой передвижение по суше становилось еще сложнее. Некоторые Bereichskommandos (районная команда (подразделение), которая во время Второй мировой войны, в частности на оккупированных территориях СССР, входила в состав зондеркоманды СС. – Примеч. ред.) зондеркоманды R добрались до своих постов лишь в начале 1942 года[118]. Поскольку дороги часто были непроходимы для колесного транспорта, зондеркоманда R доставляла еженедельную почту и письменные приказы курьерами в сельские Bereichskommandos[119]. Своего рода «Пони-экспресс» зондеркоманды R перевозил даже шифровальное оборудование и кодовые книги из Николаева на радиопередатчик в Ландау[120]. За исключением офисов Фольксдойче Миттельштелле в Ландау и позднее в Одессе, отдельные Bereichskommandos не имели никакого коммуникационного оборудования[121]. Чтобы слушать сводки новостей вермахта, они использовали автомобильные радиоприемники[122]. Ежеквартальные совещания командиров Bereichskommandos в Транснистрии, которые проводились сначала в Ландау, а затем в Одессе, позволяли Хоффмайеру или Зиберту решать текущие проблемы.

Рис. 2.1. Мобильное подразделение зондеркоманды R встречается с местными жителями в Транснистрии, ок. 1941 года. Источник: LAV NRW W, Q 234 Staatsanwaltschaft Dortmund, Zentralstelle Nr. 2795

Рис. 2.2. Состояние дорог в Ландау зимой, дата не указана. Источник: LAV NRW W, Q 234 Staatsanwaltschaft Dortmund, Zentralstelle Nr. 2726

Такие встречи также предоставляли возможность для неформального общения и пополнения запасов[123]. Опираясь на инфраструктуру XIX века и редкие личные встречи, старшие офицеры зондеркоманды R имели крайне ограниченные возможности для повседневного контроля над подчиненными в Транснистрии. При этом у них, по сути, не было и желания вникать в повседневную деятельность подразделения. Стиль управления Хоффмайера отличался вялостью и безучастием. Будучи человеком действия и амбиций, он содержал целый обслуживающий штат для поддержания в готовности своих лимузинов с жесткой и складной крышей[124]. Он организовал сеть пунктов отдыха на маршруте из Берлина на Украину, включая два в Лодзи и Киеве[125]. Ходили слухи, что придорожный пункт Фольксдойче Миттельштелле в Лодзи был особенно любим женатым Хоффмайером благодаря привлекательности его управляющей – матери одного из его молодых протеже[126]. Хоффмайер время от времени устраивал инспекционные визиты в Ландау, Одессу или отдаленные районные командования, сопровождая их показной торжественностью[127]. Во время одного из визитов в Растатт его встречал почетный караул из местной народной немецкой самообороны, облаченный в специальные белые парадные мундиры[128].

Инспекционные поездки, однако, носили преимущественно показной характер. На них неизменно присутствовал фотограф подразделения, унтерштурмфюрер СС Георг Бауэр, чтобы запечатлеть нужный момент (см. рис. 2.3)[129].

За исключением ключевых решений, Хоффмайер делегировал полномочия своим подчиненным. Для его штаба Ландау – не говоря уже о Берлине – находился на огромном расстоянии. При ограниченных возможностях и отсутствии стремления к надзору, лидерам среднего звена в зондеркоманде R приходилось действовать самостоятельно. Местные жители прекрасно понимали, какой простор для действий был у местных администраторов Фольксдойче Миттельштелле, и впоследствии в шутку говорили, что их бывшие начальники вели себя как «маленькие бог»[130]. Венди Лоуэр метко охарактеризовала такую практику как культуру принятия решений на месте, характерную для немецкой администрации в оккупированном Советском Союзе[131]. В Транснистрии это было не только нормой, но и необходимостью.

Рис. 2.3. Хорст Хоффмайер, руководитель зондеркоманды R, выходит из одного из своих автомобилей, чтобы поприветствовать немецких оккупационных чиновников и местных жителей в Транснистрии, предположительно, в 1942 или 1943 году. Источник: LAV NRW W, Q 234 Staatsanwaltschaft Dortmund, Zentralstelle Nr. 2795