2150 год

Три дня спустя

Лаборатория маркерной и геномной селекции растений «Планта Витам» была лидером в своей области, работающая на стыке биотехнологий и экологических исследований. Здесь применяли цифровые симуляции, закрытые биокупола и наукоемкие ИИ-модели для того, чтобы предсказывать будущее растений, их развитие, воздействие на климат, а также разрабатывать новые виды. Глава лаборатории Кай Эшвуд был амбициозным учёным, одержимым своей работой. Он был поглощен идеей создания устойчивых экосистем с гибридными растениями, которые смогут адаптироваться к самым экстремальным условиям, перерабатывать загрязненные материалы окружающей среды и производить биоэнергетику. А ещё Кай был «гнилым орком».

План Визара заключался в том, чтобы выманить Кая из его убежища в место, где не велось видеонаблюдение – туда, где Охотники не смогли бы их засечь. Доктор Эшвуд, как его называли в профессиональной среде, редко бывал за пределами Независимой территории. Его распорядок дня был крайне скучным для обычного наблюдателя: дом – лаборатория, лаборатория – дом. Каждый день был похож на предыдущий. Никого бы не удивило, если бы Кай однажды просто вычеркнул дорогу из своей жизни и окончательно поселился на работе. Эшвуд не любил праздники. Веселье было не для него, словно он наказывал себя за то, что в свои пятьдесят шесть лет все ещё не сделал открытия, способного вписать его имя в историю. Единственным исключением была игра «Средиземье». Почему он её любил и часами пропадал в ней, было загадкой. Игра была очень популярна, и встретить там высокопоставленных лиц было обычным делом.

Как и предполагал Визар, доктор был слишком тщеславным, поэтому запрос об исследовании растения, выжившего в мертвой зоне, решил взять на себя лично, дабы кто-то другой не увел его шанс на научную сенсацию. Информация о том, что в одном из самых экстремальных регионов планеты, где биологическая активность сведена к минимуму, обнаружен редкий гибрид, считавшийся потерянным, заставила Кая Эшвуда изменить свои планы и пойти на риск. Он отправлялся на ледник Шеклтона.

– Экзоскелеты доставили, – сказал Дарго, подходя к Визару, который был поглощен работой за компьютером. – Ждут вас в БИПе.

Отношения между ними всё ещё были напряженными, и общение ограничивалось короткими диалогами по работе. Лэрина сидела рядом с Визаром и изучала местность, куда им следовало скоро отправиться. Температура на леднике могла опускаться до минус шестидесяти градусов по Цельсию, но мысль о путешествии будоражила её. Лэрину не пугали ни экстремальные холода, ни длительные полярные ночи – ею двигало любопытство. Её исследовательская натура вошла в азарт, вырвавшись из идеальной клетки, которую она называла домом.

– Отлично, – отозвался Визар на реплику Дарго, не отрываясь от своего занятия. Его пальцы быстро скользили по сенсорной панели, прокручивая данные, будто разговор был для него второстепенным. – Скоро выдвигаемся. Мы всё подготовим, а ты с заказчиком прибудешь, когда объект будет готов.

– Как скажешь, босс, – произнес Дарго и, помедлив, добавил: – Ада недовольна тем, что её не подключили к заданию.

Визар на мгновение замер, затем медленно поднял глаза.

– Ада жаловалась на меня тебе? – спросил он, посмотрев на Дарго. – Может, тебе стоит возглавить отдел заботы?

– Она не жаловалась, я понял это по её поведению, – возмущённо ответил Дарго.

– Ах да, ты же теперь у нас психолог… Знаешь, кто с кем должен быть и почему, так? Правильно я говорю? – он сделал паузу и чуть прищурился. – Только, кажется, ты забыл, в чём состоит твоя настоящая работа. Сколько людей ты привёл за последние три дня?

Дарго вскинул подбородок, готовый защищаться.

– Вообще-то психология – часть моей работы! Сейчас я внедряю новую агитационную политику. Думаю, она будет более эффективной. Я изменил места поиска и точки контакта.

Лэрина, до этого молча наблюдавшая за перепалкой, слегка подалась вперёд, опершись локтями о стол.

– Всегда было интересно узнать, как заставить человека выйти из зоны комфорта. Поделись, что ты им говоришь? – спросила она с искренним любопытством.

Дарго оживился. Он разжал скрещенные руки и выпрямился, словно готовясь вещать перед большой аудиторией слушателей.

– За одну беседу сложно кого-о привлечь… Разве что тех, кто уже давно сомневается в правильности своего образа жизни и ждёт перемен. Они уже готовы к переходу к нам, стоит только немного надавить, точнее – подтолкнуть. Есть и те, кто сам ищет нас…

Он прошёлся по комнате, размахивая рукой.

– Но в основном в разговоре с кандидатом я настаиваю на том, что их неудачи в личной жизни или профессиональной сфере связаны с тем, что они не могут понять себя. Как можно найти свое место в жизни, если ты даже не знаешь, как выглядишь на самом деле? Аргумент «я выгляжу так, как ощущаю себя» – всего лишь самообман.

Дарго остановился и заговорил тише, словно обращался к кому-то невидимому.

– Постоянные ссоры в семье? Вы задумывались, почему так происходит? Ваш внутренний голос кричит вам о том, чтобы вы проснулись! Вы живёте с человеком, которого вам подобрал компьютер. Вы достойны большего, чем жить по чужой указке. Возможно, увидев реальную внешность своего партнера, вы бы в жизни не согласились вступить с ним в отношения. Ваше внутреннее чутьё, влечение – заблокировано ИИ. Нарушена гармония с источником жизни – с природой. Неспособность почувствовать собственное тело, прикоснуться к нему – разве это справедливо? Человеческое тело прекрасно в том виде, в каком его создала природа. Разве вам не интересно узнать, кто скрывается за оболочкой? Разве вам не хочется узнать, кем вы являетесь на самом деле? Вы имеете право сделать выбор: жить в собственном теле или жить в теле, которое выбрало за вас государство.

Дарго усмехнулся и пожал плечами.

– Что-то такое я говорю. Эта речь рассчитана на тех, кто от рождения обрамлён оболочкой и ни разу не видел себя. Я всегда импровизирую в зависимости от того, кого надо вербовать, – довольный собой произнёс Дарго.

Визар всё это время молча наблюдал, затем слегка наклонил голову.

– Так сколько ты привёл за эти три дня? – переспросил он, заметив, как Дарго распинается перед Лэриной, стараясь произвести впечатление.

Дарго замялся и почесал затылок.

– Немного пока… – ответил он.

– То есть никого? – уточнил Визар.

– Пока одного… Но остальные в обработке. Что-то сейчас туго у людей с решительностью. Все слишком пугливые, всего боятся. Хотят гарантии и так далее. Как будто я им технику продаю. Да и дел было много … – ответил Дарго, поглаживая заострённые кончики волос.

– Всё ясно: ты теряешь хватку. Надеюсь, куш за «гнилого орка» взбодрит тебя. Где ты оставил БИП?

– У тренировочного лагеря, – констатировал Дарго.

– Отлично, – произнёс Визар, поднимаясь. – Лэрина, выдвигаемся. Ты же готова? Дарго, займёшь моё место, когда мы уедем. Следи за заказчиком. Ормунд сейчас, как всегда, в лаборатории.

– Угу, – ответила она, кивнув.

– Принято. Я быстро подкреплюсь, пока вы собираетесь, – сказал Дарго и моментально улетучился, не дожидаясь ответа.

– Антонио, я тут раздумывала… Объясни, зачем нам понадобился айди Эшвуда, если заказчик и так рассказал нам о нём?

– Потому что следить за ним в виртуальной среде проще, чем вживую. Получив его айди, мы фактически поставили на нём маячок. Теперь можем отслеживать все его перемещения как в цифровом пространстве, так и в реальной жизни.

– Логично, – задумчиво произнесла Лэрина. – Охотники повсюду. Да и сам Эшвуд живёт почти как затворник: домой к нему не подступиться, а на работу не попасть.

– Вот именно, – подтвердил Визар.

Немного помедлив, Лэрина придвинулась ближе и тихо спросила:

– А что такое БИП?

Он посмотрел на неё с лёгким удивлением.

– Почему ты говоришь шёпотом? БИП – это скоростной беспилотник, – ответил он, и, выдержав паузу спросил: – Ты же ознакомилась с досье доктора Эшвуда? Помнишь, как он достиг таких высот?

– Да, я всё прочла. Он загадочным образом устранил своих соперников, которые один за другим обезумели. Говорят, они подхватили вирус. Однако многие полагают, что это Кай подсуетился. А почему ты спрашиваешь? – ответила Лэрина, разворачиваясь на стуле к Визару, который доставал рюкзаки из чёрного ящика.

«Я была права: в ящиках – снаряжение, оборудование, всё необходимое для дела. И как только мне в голову пришла мысль про трупы… Подумать только: прошло чуть больше недели с тех пор, как я оказалась за пределами Идиллиума, а такое ощущение, что я здесь уже целый год. И совсем скоро я буду на Антарктиде…» – размышляла Лэрина, наблюдая за действиями Визара.

Он протянул ей рюкзак.

– Отлично. Тогда ты знаешь, что Кай небезобиден и не будешь жалеть его. Ты же не испортишь нам дело? – спросил Визар, посмотрев Лэрине прямо в глаза.

Она на секунду задержала взгляд, затем уверенно взяла рюкзак.

– Я не подведу.

– Тогда пошли, – сказал Визар и направился к двери.

Беспилотный индивидуальный перевозчик (БИП) не был машиной в старом смысле слова. В нём не было ни агрессии скорости, ни демонстративной мощи – он не «ехал», он перемещал. С виду БИП напоминал вытянутую каплю, застывшую в движении. Гладкий корпус без единого шва, выполненный из умного композита и адаптивного стекла, мягко отражал город. Ни фар, ни колёс, ни привычного «лица» – у БИПа вообще не было ни переда, ни зада. Дверь БИПа не открывалась – она растворялась, расходясь бесшумно, как поверхность воды. Внутри не было ничего лишнего: четыре кресла-кокона, повторяющих форму тела, отсек для вещей и несколько панелей ручного управления, которыми обычно никто не пользовался. Управление осуществлялось мысленно – для этого на лоб нужно было прикрепить специальный датчик, – или голосом. Транспорт реагировал только на команды приоритетного лица, который вбивался в систему после поступления на борт. Для смены приоритетного лица – требовалось ввести кодовое слово и занести новые данные. Эта мера предотвращала путаницу в маршруте, если между пассажирами возникали разногласия относительно места назначения. При этом ручное управление оставалось доступным для любого из экипажа.

Пока Лэрина с удивлением рассматривала транспортное средство, Визар проверил оборудование, задал БИПу координаты движения и стал копаться в рюкзаке.

– Надень защитный костюм, – скомандовал он, показывая на браслет, который достал из рюкзака. – Повторяй за мной.

Визар разъединил жёсткие браслеты, похожие на обручи, достал из каждого по небольшому датчику, прикрепил их к вискам, затем надел браслеты на руки. После этого части костюма начали собираться на нём: они выходили из каждого браслета и соединялись в центре тела. Костюм напоминал обтягивающий комбинезон с длинными рукавами и прозрачным шлемом, обрамляющим голову. На его поверхности едва заметно проступали тонкие светящиеся линии-капилляры, фильтрующие воздух и доводящие его до комфортной для дыхания температуры.

– Активируется силой мысли. Просто произнеси «активировать» у себя в голове или нажми на эту иконку, – пояснил Визар, указывая на нужное место на браслете. – Можешь сменить цвет с базового чёрного на любой, если хочешь. Просто задай команду мысленно. Этот костюм подходит для всех экстремальных условий: как для арктического холода, так и для изнуряющей жары. Он огнеупорен и не пропускает опасные излучения. В нём ты в безопасности. Не снимай его до тех пор, пока мы не окажемся дома.

– А где экзоскелеты? Его тоже нужно надеть? – уточнила Лэрина, оглядываясь.

– Вон они, в багажном отсеке. Нет, мы выйдем прямо у заброшенной станции. Думаю, они нам не понадобятся. Мы взяли их на всякий случай – вдруг придётся бродить пешком.

– Поняла. Я надела костюм. Мне садиться в кресло?

– Да, садись. Кстати, ты видела снег?

– Нет… Я жила в искусственном мире, как выяснилось.

– Ничего. Скоро ты увидишь много снега.

«Будьте внимательны. Транспортное средство начинает движение. Направление ледник Шеклтона. Время в пути — двадцать три минуты двенадцать секунд», – доложил бортовой компьютер.

– Переключи режим на панораму. Скорость движения – средняя, – скомандовал Визар.

Капсула моментально стала прозрачной, и Лэрина увидела, как город уходит вниз. Сначала движение почти не ощущалось. Она посмотрела в панорамное стекло – за ним медленно уплывали знакомые очертания города: парящие магистрали, воздушные сады на крышах, кричащие рекламные щиты, достигшие небес, будто нацеленные привлечь божественную аудиторию. Здесь время теряло привычную шкалу: они двигались с огромной скоростью, но ощущалось это так, словно и часы, и километры больше не имели значения.

Скорость нарастала. Ветер, который должен был быть раздирающим, исчез, оставив только мягкое давление кресла, удерживающего тело. БИП не просто скользил над поверхностью – он будто отменял гравитацию. На середине пути под капсулой остался только океан – тёмный, холодный, испещрённый льдинами. Полюс приближался стремительно: белизна вытесняла цвет, небо становилось глубже и суровее. И вскоре она увидела ледник – гигантскую замёрзшую волну, где ветер вырисовывал тени, а солнце скользило по льду, как по стеклу. За двадцать минут она словно пролетела через всю планету – переместившись из тёплого будущего в холодное прошлое, к абсолютной тишине.

В пути каждый из пассажиров был занят собственными мыслями. Визар прокручивал в голове задание, снова и снова убеждая себя, что не совершил ошибку, взяв Лэрину с собой, хотя вполне мог выбрать более подготовленную Аду. Он понимал, что руководствовался вовсе не профессиональным расчётом, а нежеланием оставлять Лэрину без присмотра. Если ошибся и из-за этого задание провалится, его авторитет может серьёзно пошатнуться – и эту мысль он старательно отталкивал.

Лэрина же задумалась о том, насколько красива их планета и как мало она о ней знает. Она смотрела сквозь панорамную оболочку БИПа, наблюдая, как под ними медленно исчезают следы цивилизации, и почти физически ощущала масштаб происходящего. Цель поездки отступила на второй план. Она позволила себе просто наслаждаться полётом – этим редким чувством свободы, которое не могло дать ни одно виртуальное пространство.

Когда БИП приземлился, ледник Шеклтона стал виден полностью: глубокие трещины, блестящие поверхности с острыми ледяными пиками. Бортовой компьютер сообщил о прибытии на место назначения. Визар первым выбрался из кресла-кокона, на ходу подхватил рюкзак и направился к выходу. Лэрина задержалась на секунду. Её взгляд скользнул по его фигуре – подтянутое тело отчётливо проступало под обтягивающим чёрным костюмом, движения были собранными, точными, без суеты. Когда его зелёные глаза на мгновение остановились на ней, Лэрина поняла: время отдыха закончилось. Она резко выдохнула, быстро схватила свой рюкзак и поспешила следом.

Перед ними простиралась бесконечная белизна ледника, без единого ориентира, без привычных линий города. Мир здесь не нуждался в декорациях – он был самодостаточен и безмолвен.

– Хорошо быть призраком при жизни, правда? – произнёс Визар, глядя вдаль. – Кровь всё ещё течёт в наших жилах, мы может делать всё, что захотим, и никто об этом не узнает.

– Да, хорошо. Но я бы хотела, чтобы меня заметили, – ответила Лэрина и тут же, словно испугавшись собственных слов, поспешно добавила: – Я имею в виду не Охотников, а чтобы общественность заметила мои способности и дала возможность самореализоваться.

Визар усмехнулся, не оборачиваясь.

– Да-да, ради своей выгоды, конечно, они тебя заметят. Поработят так быстро своими сладкими речами, что и не заметишь. Забудь. Когда тебя не существует, ты выходишь из-под власти мира – и обретаешь свою. Почему ты не можешь реализовать свой потенциал без общественного одобрения? Тебе нужна лаборатория? Найдём. Всё решаемо.

Лэрина сжала ремень рюкзака.

– Да чего же ваша система несовершенна! Неужели люди до сих пор не знают о существовании призраков? Сколько ещё преступлений вы должны совершить, чтобы они услышали ваши голоса? – заявила она.

Визар резко повернулся к ней.

– О чём ты? Хочешь, чтобы нас поймали? Власти знают о нашем существовании. О том, чего мы хотим, им тоже известно. Но менять систему, приносящую миллиарды, никто не станет. Поэтому нам приходится брать всё в свои руки. Лэрина, ты передумала идти на задание? Если да – тебе лучше лететь обратно. Потому что сейчас не только я буду совершать преступление, но и ты. Я понимаю: виртуальная реальность – это одно, а настоящая жизнь – совсем другое. Решай, пока есть время.

Она выдержала его взгляд.

– Нет, я не передумала. Я же сказала, что не подведу, – ответила Лэрина. – Идём, – добавила она, шагнув в сторону станции.

Визар несколько секунд молчал, словно проверяя её решение на прочность.

– Тогда ладно, – тихо сказал он и, обогнав её, первым вошёл в здание станции.

Старая исследовательская станция на леднике Шеклтона выглядела как большой капсульный организм, наполовину вросший в лёд: гладкие овальные модули были соединены герметичными переходами, а их потемневшие за столетия поверхности хранили следы штормов и морозов, словно шрамы. Она не была развалиной – наоборот, цельная, замкнутая, рассчитанная на выживание, станция дышала автономностью: мягкий рассеянный свет пробивался сквозь бронированные иллюминаторы, система жизнеобеспечения тихо гудела, и казалось, что этот изолированный от мира «отель» всё ещё ждёт новых обитателей, готовых прожить здесь дни среди белой бесконечной тишины.

– Здесь что-то не так… Почему станция активна? – спросил Визар и инстинктивно сместился ближе к стене. Его плечи напряглись, а взгляд быстро прошёлся по ближайшему коридору. Ровный звук системы жизнеобеспечения действовал на нервы сильнее, чем полная тишина.

Лэрина тут же повторила его движение, прижавшись рядом.

– Может, Ада приехала? Она знала про план? – тихо спросила Лэрина, немного испугавшись.

– Снаружи нет БИПа. Если она и узнала что-то, то её подбросили сюда и улетели. Нужно осторожно осмотреть станцию. Держимся вместе, – ответил Визар.

– А вдруг Кай приехал раньше нас и сейчас осматривает местность? – предположила Лэрина.

– Нет, судя по маячку, он быстро движется над океаном – летит сюда. Надо поторопиться. Сейчас просканирую лабораторию – узнаем, есть ли здесь кто-нибудь живой.

– Угу… А вдруг тут кто-то поселился, но сейчас в отъезде? Например, такой же призрак, как и мы, – предположила Лэрина, не переставая оглядываться, будто ожидала, что кто-то выскочит из-за угла.

Прибор в руках Визара тихо щёлкнул.

– Чисто. Мы тут одни, – произнёс он, показывая на данные сканера.

Лэрина не выглядела убеждённой.

– Надо пролететь над ледником. Может быть, Эшвуд отправил своих обследовать местность, – сказал Визар. – Сейчас дам указания БИПу и подключусь к камере. Пойдём, сделаем обход станции, – сказал он, активируя схему станции.

– У меня ещё одна мысль, – продолжила Лэрина, идя рядом. – А вдруг Эшвуд понял, что мы его обманываем? Его люди или помощники иики тщательно обследовали ледник – и не обнаружили гибрида. А станцию просто забыли отключить. Здесь же нет камер, мы не сможем проверить. Или … – она понизила голос, – они установили свои камеры, чтобы наблюдать за нами.

Визар остановился.

– Минуту. Сейчас проверю на наличие камер.

Пауза затянулась. Лэрина затаила дыхание.

– Может, связаться с Дарго? – осторожно предложила она.

– Нет. Подожди, – спокойно ответил Визар. – Камер нет.

– Отлично… Можно успокоиться, – выдохнула Лэрина, хотя напряжение никуда не исчезло.

– Возможно, стоило захватить экзоскелеты, – неожиданно сказал Визар.

Она резко повернулась к нему.

– Что? Зачем?

– К нам подлетает БИП. Точнее… два БИПа, – уточнил он, не отрывая взгляда от экрана.

– Эшвуд приехал не один? То есть он нам не верит?

– Похоже на то. Кажется, будет весело. И он знает, что мы здесь, – сказал Визар, производя быстрые манипуляции по планшету.

В воздух бесшумно поднялись крошечные дроны размером с ноготь. Они разлетелись по указанным точкам, закрепились на стенах, слились с поверхностью и исчезли, включая маскировку.

– Камеры установлены, – сказал Визар и резко потянул Лэрину за руку.

– Куда мы идём? И кто приехал с доктором? Ты ошибся, составляя его психологический портрет. Он оказался хитрее, – сказала она, с трудом поспевая за его быстрым шагом.

– Спасибо, что напомнила, а то я не осознал ошибку, – сухо ответил Визар и втолкнул Лэрину в кабинет. – Будешь сидеть здесь. Даю тебе доступ к камерам. Следи за ходом операции. Если дойдёт до критической точки – сваливай. Дарго не подключай до тех пор, пока мы не подготовим объект.

– Почему? Он же может помочь? Сколько с Эшвудом человек?

– Я разберусь, – сказал Визар, вытаскивая оружие из рюкзака.

– Ты же не собираешься… У меня тоже в рюкзаке есть оружие? – спросила Лэрина, побледнев.

– Да. Используй при необходимости, – ответил Визар и уже собирался выйти. – Только не против меня, – тихо добавил он.

– Ты боишься, что я переметнусь на их сторону? Зачем мне это? – возмущённо сказала Лэрина.

Он задержался на пороге.

– Хорошо, что ты уверена в своей позиции. Это обнадёживает. Тогда прикрывай мой тыл. А я пошёл.

– Антонио, стой! – резко вскрикнула она. – Ты же не будешь убивать их? Мы же крадём личность Кая и отпускаем его, так же по плану?

Он обернулся.

– Вообще-то, нет. По плану – точнее, уже по старому плану – мы должны были украсть его личность и запереть Эшвуда в комнате с замком, который открылся бы через сутки. Оставить ему БИП. А дальше – что с ним будет, его проблемы. Но теперь у нас новый план: крадем личность любой ценой, а дальше действуем по обстоятельствам. Импровизация.

– А если они нападут на тебя? Может, мне пойти с тобой? Голограмма же включена? Они не увидят наши лица?

– Лэрина, успокойся. Твоё лицо в безопасности: мы Безликие. Делай, как я сказал. Мне уже пора. Эшвуд уже ищет меня. Возможно, никто не настроен враждебно. Не стоит сразу паниковать. Я разберусь, – ответил он, поспешив удалиться пока не прозвучал очередной вопрос.

Оставшись одна Лэрина сосредоточилась на слежке. Она запретила себе думать о последствиях решений Визара. Сейчас в приоритете было одно – его выживание. В лаборатории всё еще находилось три человека: она, Визар и Эшвуд. А кто же тогда во втором БИПе, который прибыл с доктором? Почему они не выходят?

– Антонио, есть проблема, – доложила она. – Думаю, второй БИП – это подстраховка. Они не придут. Если ты что-то сделаешь с доктором, то они забьют тревогу.

– Да, я так и понял, – ответил он. – Поэтому нужно взорвать его.

– Что?! Нет, мы так не договаривались! Там же могут быть люди.

Визар не ответил. Вместо этого Лэрина услышала, как он обратился к объекту задания.

Эшвуд стоял примерно в двух метрах от выхода из станции, так, чтобы при необходимости экипаж второго БИПа смог быстро отреагировать. Однако в его позе не было ни напряжения, ни настороженности. Эшвуд просто ждал. Он не осматривал станцию, не изучал оборудование, не проявлял интереса к пространству. Вел себя слишком спокойно для первого визита. Визар сразу догадался, что доктор бывал здесь раньше, возможно, даже работал когда-то.

– Здравствуйте, доктор Эшвуд! – обратился Визар к гостю. – Вижу, вы приехали не один?

– Приветствую, доктор Ли! Не припоминаю, чтобы мы обговаривали количество присутствующих на встрече. У меня мало времени, давайте приступим к исследованию экземпляра. До вашего приезда мы просканировали местность, но ничего не нашли. Очень интересно узнать, как это удалось вам.

Он говорил спокойно, уверенно, словно разговор уже шёл по второму кругу

– Разумеется. Я тоже не намерен задерживаться, – отозвался Визар. – Мы обговорили сумму, но мне бы хотелось, чтобы вы подтвердили её лично.

– Оплата будет. Будьте уверены.

– Хорошо. Я вам верю, доктор. Можно вас звать Кай? Мы всё-таки коллеги.

Эшвуд едва заметно напрягся.

– Я привык, чтобы ко мне обращались «доктор Эшвуд».

– Как вам будет угодно, – кивнул Визар. – А ваши друзья… или коллеги… не хотят к нам присоединиться? Я приехал один, и, признаться, меня слегка напрягает их присутствие. Может, познакомите нас?

– Они не учёные, – холодно ответил Эшвуд. – Это моя охрана. Им лучше остаться в БИПе.

– Вы думаете, я нападу на вас? – Визар чуть развёл руками. – Зачем мне это? Это же нелогично. Вы ведь ещё должны мне заплатить. Хотя, если быть откровенным, я уже начинаю сомневаться, собираетесь ли вы вообще это делать.

Эшвуд прищурился, но голос его остался ровным.

– Доктор Ли, я человек слова. Если сказал – значит выполню. Давайте уже отправимся к месту, где вы обнаружили гибрид.

Визар сделал паузу – ровно на секунду дольше, чем нужно.

– Пожалуй, я совершил ошибку, – произнёс он, отступая на шаг. – Мне следовало сообщить о своей находке доктору Матеони. Думаю, мы не сработаемся. Прошу прощения за потраченное время.

Он развернулся, словно собираясь уйти.

– Хорошо, – раздражённо сказал доктор. – Если я отошлю свою охрану, вы покажите мне гибрид? Так вам будет спокойнее?

Визар остановился.

– Да. Пусть они улетят – и я покажу находку. Кстати, какой охранной компанией вы пользуетесь? «ИИ Корпорацион»? Спрашиваю просто ради интереса.

– Да. Я уже давно их клиент. У них хорошие обновления ПО. Держат марку, – с тем же недовольством ответил Эшвуд. – Всё. Они улетели.

– Отлично. Ваше оборудование в БИПе? – уточнил Визар.

– Да, доктор Ли. У меня всё готово.

– Только дело в том, что нам никуда лететь не нужно. Мы пойдем пешком, – сказал Визар чуть извиняющимся тоном. – Заберите, пожалуйста, из БИПа всё необходимое для проверки или я могу предоставить своё оборудование.

– Спасибо, но я доверяю только своей технике, – ответил Эшвуд. – Сейчас вернусь.

Он резко развернулся и направился к выходу, но дойти ему так и не удалось.

Визар ловко активировал замаскированное оружие почти без движения – выстрел оказался точным и бесшумным. Оболочка Эшвуда дала сбой. Визар мгновенно взломал интерфейс, начал считывание данных личности, затем ввёл седатив. Эшвуд обмяк. Закрепив гравитационный компенсатор на теле доктора, Визар отправил его в изолированную комнату. Вся операция заняла считанные секунды.

– Его охрана уже прибыла? – уточнил Визар по связи.

– Подлетает, – ответила Лэрина.

– Принеси мой рюкзак. Быстро. Беги!

– Почти на месте … – выдохнула она. – Держи.

– Активируй замок с таймером, а я уничтожу БИП охраны, – крикнул Визар на ходу, почти добравшись до двери.

Вся остальная часть операции прошла по плану. БИП с охраной был уничтожен. Дарго прибыл с заказчиком, некоторое время они изображали исследовательскую деятельность на леднике – на случай последующих проверок обстоятельств смерти Ормунда. Как и было обговорено, Визар, без зазрения совести, уничтожил его виртуальную личность. Затем перенёс данные личности доктора Эшвуда на новую оболочку, в которой находился Ормунд, и позволил ему проживать чужую жизнь. После поступления оплаты участники сделки разошлись. Заказ был выполнен.