2150 год

Этот день был наполнен унижениями, и он никак не хотел заканчиваться. Бунтарский нрав Лэрины ещё не переварил издевательств тренера, а она уже успела опозориться в двойном размере прямо на виду у Дэвида.

Свой день рождения Ева отмечала в кафе, которое в народе называли «молодёжным». Это было простенькое заведение с видом на море. Внутри было тесно, но молодые люди предпочитали больше проводить время на веранде. В честь праздника кафе нарядили в яркие цвета с помощью светящихся точек-липучек, которые в темноте делали его похожим на новогодний шар.

Арман и Лэрина пришли к моменту открытия подарков. Одногруппники и друзья именинницы приступили к еде, которая в основном состояла из миниатюрных закусок и напитков. После изнурительной тренировки Лэрина готова была проглотить целого слона, а учитывая то, что она являлась любителем поесть, – даже двух. Еды было мало, поэтому мозг Лэрины отдал команду: решить проблему с восполнением энергии в срочном порядке. За этим занятием и застала гостью Ева, которая дошла до открытия её подарка. Она оказалась в восторге от книги и захотела уточнить, почему Лэрина выбрала именно её, попросив рассказать немного о ней.

Просьба была пустяковая, но только не для человека, который в спешке заворачивал в обёрточную бумагу книгу, выбранную матерью. Единственное, что играло в её пользу – Лэрина успела зацепить взглядом аннотацию. Доли секунды было достаточно, чтобы текст отпечатался в её памяти.

Ева, сидевшая за столом с разложенными на нём подарками, светилась под лучами прожектора, которые выделяли именинницу среди гостей. Она была одета в короткое платье горчичного цвета с открытой спиной и завязками на шее. Наряд ей шёл, подчёркивая стройные ноги и прикрывая небольшой животик. Макияж – вечерний, не характерный для Евы. Он словно говорил, что сегодня она имеет планы на Дэвида. Но в её глазах не было ни капли злобы или хитрости, и заданный вопрос никак не был рассчитан на то, чтобы застать гостью врасплох. В её горящем от радости взгляде читался искренний интерес. Франческа определённо угадала с подарком.

Наступила минутная заминка. Ева продолжала неловко вертеть книгу в руках и смотреть на гостью. Остальные, внезапно замолчав, словно происходило нечто важное, тоже повернулись в её сторону. Жадно прожёвывая остатки мясного рулета, Лэрина прокручивала варианты ответа и, не найдя ничего стоящего, просто пересказала в развёрнутом виде аннотацию. Кажется, Ева была удовлетворена (или сделала вид), но тут интерес проявил Дэвид, что совсем не обрадовало Лэрину. Оказалось, он давно хотел прочесть эту книгу и много слышал о ней. Он говорил и говорил, а когда замолчал, то ожидал услышать комментарий от неё. Лэрина закрывала все его вопросы однотипными ответами в надежде на то, что тот не догадается о её невежественности по отношению к этому литературному произведению. Ей даже стало немного стыдно.

На помощь, как всегда, пришёл Арман, который напомнил о своём уникальном подарке. И сделал он это намного громче, чем следовало, специально, чтобы услышала Анна, находящаяся на веранде. Его попытка была засчитана: он смог завладеть её вниманием. Она зашла внутрь и остановилась рядом.

Анна была одета в белое платье с перьями и походила на пушистое облако. К лицу «лесной нимфы» шли любые наряды, даже самые нелепые. Главное, что было неизменно в её образах, так это дизайнерские безделушки, которые непременно присутствовали в качестве аксессуаров.

Все отвлеклись на обсуждение вазы, а Лэрина тихонько выбралась наружу, предусмотрительно захватив с собой пару-тройку рулетов.

– Ты же не читала книгу, да? – спросил Маркус, никогда не упускающий возможность подколоть её.

– С чего ты взял? – ответила она, усаживаясь на стул.

– По твоим ответам. Может, если бы кто-то другой так ответил, прокатило бы, но не всезнайка Лирик. Ты бы не упустила шанса блеснуть знаниями. Особенно перед Дэвидом.

– Маркус, у меня выдался тяжёлый день. Шёл бы ты по своим делам. Сам-то ты что подарил?

– Торт.

– Сам, что ли, пёк?

– Нет, взял из нашей кондитерской.

– И после этого ты смеешь меня осуждать? Мой подарок хотя бы понравился Еве. К твоему сведению, эта книга – раритет.

– Ты такая милая, когда пытаешься оправдаться!

– Я не… Маркус, отстань! Я хочу есть.

– Не бойся, я тебя не сдам, но только если поделишься со мной, – произнёс он, протянув раскрытую ладонь в её сторону.

– Бери и молчи уже, – ответила она, положив в неё рулет.

– Объедение! – с набитым ртом прокомментировал он. – А ты сегодня выглядишь… Акула! – внезапно завопил он, показывая пальцем вперёд.

Лэрина оторвалась от рулета и косо посмотрела на него.

– Я что, похожа на акулу? Интересно, чем же? – произнесла удивлённо она.

– Вон там, – повторил он, снова тыкая пальцем вперёд. – Акула!

– В смысле?

– Она точно была там. Клянусь селезёнкой! Здоровая такая… – пояснил он, демонстрируя руками размер животного.

– Где? Как ты в такой темноте разглядел акулу в море? Да ещё и с такого расстояния? К тому же у нас не водятся акулы, – ответила она, вглядываясь в воду.

– Да не в море, а в небе! Вот только что была там, а сейчас исчезла, – пояснил он, снова указывая направление пальцем.

Лэрина проследила за рукой Маркуса и ничего не увидела. Потом поняла, насколько глупо себя ведёт. Возможно, он в очередной раз хочет подловить её, чтобы потом придумывать нелепые шутки.

– Оставлю твои слова без комментариев. Иди лучше прогуляйся. Кажется, твои мозги совсем выветрились. Может, тебе удастся собрать их по пути, – ответила она.

– Не веришь? – спросил он.

Лэрина ответила взглядом.

– Понял. Может, мне и вправду показалось. Что это на меня нашло? Кажется, я знаю, в чём дело… Это всё иики. Обиделись, что мы их не пригласили на праздник и решили подшутить: в напитки точно подмешали галлюциноген. Пойду выяснять.

Она проводила его взглядом и заметила, что внутри кафе успели убрать подарки и выключили прожектор. Внезапно зазвучала музыка, что напугало её. Официальная часть осталась позади; начиналась вечеринка.

В воздухе играли феромоны. Гости высыпали на веранду, весело болтая между собой. Темнота, сопровождаемая тусклым светом, исходящим от фасада здания кафетерия, располагала к открытому общению и непринуждённому поведению. Арман и Анна постоянно переглядывались и, придя к общему согласию, пошли танцевать. Лэрина была рада за друга, хоть и считала Анну немного чудаковатой. Такое мнение она составила, когда услышала, как та в полной уверенности утверждала, будто её украшения питают тело энергией, останавливающей процесс старения. А её друг, словно находясь под гипнозом, не отходил от «лесной нимфы» ни на шаг, совершенно забыв о Лэрине.

Несмотря на высокий градус настроения, царившего вокруг, Лэрина не чувствовала себя причастной к компании. Она прислушивалась то к одному, то к другому разговору, но ничего интересного для себя не находила. Ей не хватало человека, с кем можно было обсудить примитивное мышление одногруппников, присвоить им клички или просто посмеяться над выдуманными неловкими ситуациями, которые могли бы произойти с тем, кто в данный момент находился в их поле зрения.

Ей не хватало друга. Удивительно, что до этой минуты Лэрине никогда ещё не было одиноко. И она всегда думала, что ей никто не нужен. Быть одной – это прерогатива великих людей. Но это оказалось неправдой. В глубине души Лэрина хотела, чтобы к ней подбежал друг и рассказал, как помирился с Анной или поделился очередной нелепой историей. Однако, сколько бы она ни буравила взглядом затылок Армана, тот не поворачивался. Тогда она выбрала новый объект наблюдения.

Ева и Дэвид, растворившись в медленном танце, унеслись далеко от происходящего на земле. Они слились в страстном поцелуе, искры от которого успевали долететь до Лэрины. Ей было неприятно, но это был не первый их поцелуй, который она застала. Лэрина испытывала дискомфорт, досаду, возможно, обиду, что заставило её задуматься об истинных чувствах, которые она питала к Дэвиду. Он был ей симпатичен, но она определённо не была влюблена в него. Просто из всех возможных вариантов, с кем можно было составить пару, Дэвид был наиболее подходящим.

Среди шумной компании молодых людей девушка в зелёном комбинезоне, сидящая, закинув ногу на ногу, выглядела как член комиссии, целью которой было выставление гостям баллов за артистичность. Лэрина продолжала пялиться на влюблённую пару, пока случайно не встретилась взглядом с Дэвидом. От неожиданности, словно её застали за чем-то неприличным, она резко поднялась, от чего в глазах потемнело, и быстрым шагом пошла в сторону каменистой дорожки, уходящей вниз к морю.

Затёкшие и натянутые от напряжения мышцы ног затрудняли процесс сгибания конечностей, отчего походка Лэрины напоминала деревянную. Она не шла, а катилась по дорожке, с трудом контролируя ноги, и в какой-то момент, словно кто-то нажал на клавишу «стоп», функция поддержки тела выключилась. Лэрина покосилась вбок и плавно осела на песок. Мягкое приземление помогло избежать физических травм, а что касается душевных, то остаться незамеченной не получилось. Её падение увидел Дэвид, который тут же помчался на помощь.

Он так быстро оказался рядом, что Лэрина даже не успела перевернуться на спину и всё ещё лежала лицом в песке. И только когда почувствовала сильные руки на своих плечах, сопровождаемые характерным запахом мяты с ванилью, поняла, кто подоспел к ней на помощь.

– Что с тобой? – спросил обеспокоенно он. – Тебе плохо? Что болит?

– Нет-нет, я в порядке, просто ногу свело, – ответила она, стараясь подняться.

– Хочешь, я провожу тебя до дома? – предложил он, помогая встать на ноги.

– Я в норме. Правда. Возвращайся на вечеринку.

– А ты не идёшь?

– Пока нет, хочу прогуляться по побережью.

– Ладно… Тогда я пошёл. У тебя, кажется, песок в волосах.

От красиво уложенного пучка не осталось и следа. Причёска Лэрины растрепалась и была в таком же разболтанном состоянии, как и она сама. В безуспешных попытках стряхнуть песок Лэрина окончательно распустила пышные волосы и больше не стала укладывать их.

– Всё? – спросила она, посмотрев на Дэвида.

– Почти, – ответил он, убрав песчинку с её лица.

Они стояли так близко, что она могла почувствовать его горячее дыхание. Лунная ночь укутала пару в своих нежных объятиях. Их глаза застыли, как и время вокруг. А губы нерешительно приближались друг к другу. Но так и не встретились в поцелуе – голос Евы испортил момент. Дэвид быстро отпрянул от Лэрины, стряхивая с себя её чары, и направился навстречу своей девушке.

– Лэри, ты в порядке? – крикнула Ева, когда он сообщил ей о случившемся.

– Да, идите. Я хочу погулять по берегу, – ответила она.

– Ладно. Возвращайся скорее. Мы тебя ждём, – сказала Ева и, взяв за руку парня, исчезла из виду.

«Интересно, кто это – мы? – подумала Лэрина, зарываясь босыми ногами в песок. – Единственный, кто меня там ждёт, так это мясной рулет. Если, конечно, он уцелел».

Морские волны в привычном ритме отбивали ночную мелодию, наполняя душу теплом и умиротворением. Появление чужака могло бы разрушить эту хрупкую связь Лэрины с одним из самых прекрасных творений природы – но он оказался лишь песчинкой, которую мягко смыла очередная волна. Прогулка по пляжу всегда помогала ей собраться с мыслями и почувствовать, что мир, каким бы странным он ни был, всё ещё дышит в такт её сердцу.

Никакой суеты. Никаких тревог.

«Какие же мы все несовершенные создания – люди! Лжём, чтобы не обидеть. Лжём, чтобы подбодрить. Лжём, чтобы отделаться быстрее от кого-то. Лжём, потому что так легче. От того, что Ева солгала, ничего не поменялось. Меня по-прежнему никто не ждёт на вечеринке. Притворство Евы – это даже смешно. Так бы и сказала: „Возвращайся и будь паинькой. Я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось, и это негативное событие связывали с моим днём рождения“. Вот и вся правда! А то делает вид, будто беспокоится… Отчасти в этом виновата я сама. Но лучше лишний раз поразмышлять в одиночестве, чем вести бесполезную болтовню о романтических отношениях ииков. И как ей только в голову приходит этот бред?! Хотя, если подумать, вся наша жизнь похожа на убивание времени. Мы уже давно не создаём ничего важного, что помогло бы человечеству взойти на новую ступень своего эволюционного развития. Мы создаём роботов, потому что ленимся выполнять примитивные операции. Топчемся на месте и развлекаем себя, как можем, чтобы не умереть от скуки. Наш вид уже изжил себя. Надо это признать. Вот бы получилось вывести новое идеальное существо, нового сверхчеловека!»

Сказывалась усталость. Пройдя несколько метров, играя с убегающими волнами при свете луны, Лэрина с облегчением упала на песчаный берег передохнуть. Она уже решила, что не будет возвращаться на вечеринку и пойдёт прямиком домой – набираться сил. А что касается Армана, то она ещё припомнит ему предательство! Любовь имеет срок годности, а настоящая дружба – на всю жизнь.

«Как же хочется есть… Разве можно наесться этими рулетами? Моему мозгу нужна пища! Надо официально запретить устраивать вечеринки с миниатюрными закусками – это насмешка над желудком!»

Лёгкий треск привлёк внимание Лэрины, и она обернулась на место, откуда доносился звук. Она была уверена, что увидит Армана, который, как всегда, шёл ей на помощь. В данном случае, вероятно, с бутербродами в руках.

– Что, вспомнил, да? А ещё лучший друг называется… – начала она свою обвинительную речь, ожидая появления друга из темноты.

Но там никого не было. Сбоку исходило тёплое свечение. Лёгкий огонь зафиксировался на плоском камне и продолжал гореть. Он был буквально в нескольких шагах от неё. От неожиданности Лэрина быстро встала и начала оглядываться по сторонам. Ситуация её насторожила. Может, она и устала, но точно бы заметила приближение человека.

– Кто здесь? – крикнула она в темноту. – Ребят, если вы решили разыграть меня, то уже не смешно!

Не получив ответа, она медленно подошла к источнику света. Очаг был маленький, и к тому же на песке – ничего опасного, кроме того факта, что рядом с ней определённо кто-то находился. Огонь медленно затухал, и на камне стала отчётливо вырисовываться надпись: «Ты убийца».

– Что? – произнесла Лэрина, растерянно вглядываясь в ночную пустоту. – Кто вы? Что вам нужно от меня?

Никакого ответа.

– Это вы были в бункере? Ну же, покажитесь!

Ничего. Ответом служил только ленивый шелест прибоя.

– Я ничего не сделала! Слышите? Он уже был мёртв! Вы пришли с чужаком, верно? Поговорите со мной. Может, я смогу помочь вам…

Сколько бы вопросов ни задавала Лэрина, ответом всегда служила тишина. Невозмутимая пелена ночи погасила огонь, снова оставив её на милость лунного света. Постояв ещё немного, вслушиваясь в каждый звук, Лэрина решила поторопиться домой.

Но прежде она хотела захватить с собой доказательство. Опустилась на колени и взяла камень, на котором несколько секунд назад ярко пылала надпись. Теперь он ничем не отличался от других подобных камней. Пройдясь пальцами по гладкой поверхности, она убедилась, что её снова смогли провести. Ни следа… Теперь эта история принадлежала только ей и призраку. Больше никто не поверит – так же, как не поверили про человека, запертого в бункере.

Внезапно ею овладела злость. Лэрина сжала камень и со всего размаху швырнула его в воду.

– Я не боюсь тебя! – уверенно крикнула она. Затем тихо добавила: – Кто бы ты ни был.

Потом подхватила свою обувь и побежала в сторону города.

Адреналин управлял её телом. Она забыла про тяжесть в ногах, про усталость и голод, и неслась как заведённая. В боку сильно кололо, но она продолжала игнорировать боль. Сердце протестовало и готово было выпрыгнуть из груди. Но только добравшись до улицы, на которой она жила, Лэрина дала своему телу минуту на передышку. Лёгкие моментально воспламенились, пропуская через себя быстрые потоки прохладного вечернего воздуха. Ей хотелось пить, и она была на грани обморока, но очертания дома на мирно освещённой улице вдохнули в Лэрину новую порцию сил.

Она торопливо, насколько могла, шла к дому. Дыхание постепенно нормализовалось. Теперь она была уверена, что чужак явился в их мир не один. И этот кто-то ошибочно полагает, что она убила его сообщника. Но почему именно она, а не Арман? Ведь труп они нашли вместе. Почему выбрали её? «Игрушка! – внезапно озарило её. – Они ищут брелок и хотят, чтобы я отдала им его. Они следят за мной!»

Паранойя – дама влюбчивая. Однажды выбрав мишень, паранойя медленно начинает разрушать её прямо до основания. И сегодня на столе выпала карта Лэрины. Осторожно оглядываясь, девушка старалась подмечать каждую деталь. Любая тень приковывала её внимание. Она была уверена, что чужак рядом. Наблюдает издалека, и стоит ему допустить хоть небольшую оплошность, Лэрина сразу же раскроет его. Быть жертвой не входило в её планы. И она должна была разгадать эту головоломку как можно скорее.

Было три часа ночи. Родители мирно спали. Лэрина заранее предупредила их, что день рождения Евы будут отмечать до рассвета, поэтому её не ждали. Стараясь производить как можно меньше шума, она добралась до своей спальни и рухнула на кровать.

Лэрина смотрела в потолок и думала над тем, что ей предстоит сделать завтра – точнее, уже сегодня. Но её сбило с мысли синее расплывчатое пятно, которого раньше не было. Она всмотрелась в него и сообразила, что на потолке – лишь отражение какого-то предмета в комнате. Проследив за траекторией света, она обнаружила на полу синюю линзу, похожую на лепесток.

– Что это ещё такое? Тут явно кто-то был…

Не совладав с собственным нетерпением, Лэрина с шумом вошла в спальню родителей и стала звать мать.

– А? Что? – спросонья произнесла Франческа.

Брэд проснулся следом и включил свет.

– Лэрина? Ты дома? Что-то случилось? – спросил отец, не до конца проснувшись.

– Вам знакома эта вещь? – сказала она, показывая линзу.

– Похожа на линзу. Откуда она у тебя? – поинтересовался отец.

– Лэри, ты в порядке? Три часа ночи. Твой вопрос не мог подождать до утра? – вздохнула Франческа, зевая.

– Я нашла её на полу у себя в спальне, но точно знаю, что у меня не было такой вещи. Может, она ваша? Это очень-очень важно! Пожалуйста, вспомните. Обещаю, больше не будет вопросов.

Родители переглянулись, затем повернули головы к дочери, стоящей перед ними в небрежно надетом, слегка подмокшем комбинезоне, с растрёпанными волосами, в три часа ночи тычущей им в нос неизвестным предметом.

– Она точно не моя. Никогда не видела её, но, кажется, будто линза выпала из чего-то, – ответила мать.

– Да, ты права, это явно деталь из какого-то прибора… Точно! – вспомнил Брэд, взбодрившись. – Такие штуки были в устройстве по кодировке. Франческа, помнишь, мы фильм снимали, а эта штуковина сломалась? Я пытался починить, и, кажется, там внутри были подобные линзы, но я могу и ошибиться. Всё же я не инженер.

– Пап, а то устройство всё ещё в студии?

– Нет, мы уже давно вернули его в Службу безопасности.

– Поняла… Как невовремя.

Повисла короткая пауза.

– Это всё? Ночной допрос окончен? Мы можем спать дальше? – с сонной усмешкой пробормотала Франческа.

– Да-да, спокойной ночи. И простите, что разбудила, – тихо ответила Лэрина, нахмурившись.

– Иди уже, – проворчал отец, устраиваясь поудобнее и нажимая на выключатель.

– Уже ушла! – откликнулась Лэрина, прикрывая за собой дверь. А сама подумала о том, что ей придётся снова идти на тренировку к человеку, которого она обозвала садистом.