Дорогой сэр!
Вольность, с которой я позволю себе дать вам совет в деле, по праву касающемся только вас, послужит лучшим доказательством того, как высоко я оцениваю вашу беспристрастность; я знаю – вы столь искренне любите справедливость, что всегда готовы прислушаться к мнению ближнего.
Мадам Дюваль предложила план, который поверг всех нас в смятение и против которого я поначалу выступила вместе со всей семьей. Однако признаю, что по зрелом размышлении мои возражения почти полностью отпали.
План заключается не в чем ином, как начать судебный процесс против сэра Джона Белмонта, чтобы доказать законность его брака с мисс Эвелин, вследствие чего его дочь сможет претендовать на отцовское состояние и имущество.
И почему же, мой дорогой сэр, этого не сделать? Я знаю, что в первую минуту такой план вас непременно шокирует, но я также знаю, что человек вашего ума не пойдет на поводу у предрассудков и не станет препятствовать делу столь важному, пусть и сопряженному с рядом неприятных обстоятельств.
Ваша прекрасная воспитанница, что сейчас только вступает в жизнь, обладает достоинствами, которые не должны быть погребены в безвестности. Она ведь рождена для того, чтобы украшать этот мир. Природа щедро осыпала ее всеми своими дарами, а заботливость, с которой вы подошли к ее образованию, наделила Эвелину превосходными душевными качествами, равных которым не найти среди юных девиц ее возраста. Ей не хватает лишь состояния, и сейчас для нее открывается возможность обрести недостающее.
Резоны, по которым вы, мой любезный сэр, так старательно скрываете происхождение, фамилию и права милой девушки и не выдвигаете никаких требований к сэру Джону Белмонту, мне совершенно неизвестны. Но даже не зная их, я уважаю ваш выбор, поскольку высоко ценю вас и отдаю должное вашей рассудительности. Однако, надеюсь, ваши возражения преодолимы. Я не могу удержаться от мысли, что та, которая создана для украшения мира, не должна прожить жизнь в уединении.
Конечно же, сэр Джон Белмонт (каким бы негодяем он ни был), увидев свою наделенную многими достоинствами дочь, с гордостью признал бы ее и охотно сделал бы ее своей наследницей. В столице ее встретили с таким восхищением, пусть и вызванным лишь ее внешними достоинствами, что миссис Мирван уверяет меня, будто Эвелина могла бы получить самые блестящие предложения руки и сердца, не будь ее происхождение окружено тайной. Ведь моей дочери известно, как старательно, хоть и тщетно, некоторые джентльмены пытались разузнать о происхождении вашей воспитанницы.
Разве это правильно, мой дорогой сэр, что подающая такие надежды юная девушка должна быть лишена состояния и высокого положения, которые причитаются ей по закону – не вы ли подготовили ее к тому, чтобы она достойно ими воспользовалась? Презирать богатство – это, конечно, философский подход, но распоряжаться им во благо ближним куда важнее для человечества.
Возможно, через несколько лет или даже гораздо раньше план мадам Дюваль может стать неосуществимым. Хотя сэр Джон и молод, он ведет слишком разгульную жизнь, чтобы прожить долго. А когда будет слишком поздно, мы, вероятно, пожалеем, что ничего вовремя не предприняли. Ведь после его смерти будет почти невозможно что-либо доказать его наследникам и душеприказчикам.
Простите мне мою настойчивость, но ваша очаровательная воспитанница стала мне так дорога, что я не могу остаться равнодушной в вопросе, столь важном для ее будущего.
Прощайте, мой дорогой сэр, ответьте мне поскорее на это увещевание.
Остаюсь и т. д.,