Юти давно про себя заметила, что порой жизнь складывается весьма забавным и даже непоследовательным образом. В Весерине она пусть и пробыла совсем недолго, однако жила там в роскоши и достатке. Вместе с этим, Одарённая чувствовала себя подобно пленённому ради забавы дикому зверю в городе Вельд.

Вместо тёплой постели Книрон дал ей жёсткую солому в хлеву, изощрённые яства заменил похлёбкой с плавающими в ней кусками сала, а горячая ванна превратилось в грязное ведро с дождевой водой, где Юти и умывалась. Но Одарённая чувствовала себя здесь свободнее, чем будучи Наместницей.

Книрон был обширен, как бывает всякий базар, не стеснённый законами и скудностью земель. И кровью города являлись люди, которые сменяли друг друга быстрее, чем летит стрела, выпущенная из короткого изогнутого лука. Мелькали в толпе их лица, слышались различные диалекты и языки, разносились вокруг запахи дальних земель. Если Весерин представал могучим озером (хотя скорее болотом), то Книрон был широкой судоходной рекой.

Здесь всех интересовали лишь собственные дела. Поначалу Юти подобное даже пугало. Когда она надела серое Кольцо, а резные фигуры на нём окрасились цветами Силы, её долгий и протяжный стон слышали далеко за пределами хлева. И всё же никто не поинтересовался, чем занимается старик с молоденьким пареньком, за которого по-прежнему принимали Юти.

Стражники торгового сердца Империи ходили с самым равнодушным и сонным видом, вспоминая о своих обязанностях в крайних случаях. Хотя, по мнению девочки, справлялись со своим долгом из рук вон плохо. Столько карманных воров, торговцев поддельными товарами и откровенных мошенников Юти не видела никогда в жизни. Они чувствовали себя здесь свободнее, чем коршуны в её родных землях.

И несмотря на это, к концу второго дня пребывания в Книроне, с Одарённой случилось и вовсе невероятное событие. Она стала получать истинное удовольствие от нахождения в большом городе. Юти была молоденькой ярочкой, попавшей в огромную отару. Сначала она тушевалась и держалась в стороне, но постепенно стала частью этого стада.

Одарённая разгадала главную особенность Книрона, как города большого, многолюдного, где ничего не стоит на месте. Здесь всем было плевать друг на друга. На чужака не смотрели искоса из-за его цвета кожи, с островитянами не разговаривали сквозь зубы из-за их диковинного диалекта и на бедную одежду покупателя не обращали никакого внимания. Здесь гостям прощали всё, если только ты соблюдал одно, самое важное условие — имел намерение что-нибудь купить. Оставалось всего ничего — сделать серьёзный и независимый вид, будто ты ищешь что-то своё.

Потому довольно скоро Юти поняла, что остаётся незамеченной, находясь при этом у всех на виду. Роскошь, ради которой раньше приходилось прикладывать немало усилий и селиться в невероятно отдалённых местах. Теперь Одарённая с самым серьёзным и важным видом бродила среди многочисленных базаров, по наказу Ерикана, выполняя сразу две цели — справляясь со своим страхом толпы и привыкая к способности нового Кольца.

Применение интуиции представилось одновременно лёгким и вместе с тем сложным делом. Разве можно научиться ощущению беды, опасности или правильности выбора? Юти казалось, что с этим рождаются, не иначе.

Но Ерикан сказал, что научиться можно всему, если у человека есть для этого достаточное желание. И теперь Одарённая пыталась подобное практиковать, выполняя поручения старика. К примеру, сегодня она должна была украсть самого жирного, свежего рейхе. Мало того — ещё и с икрой.

На первый взгляд, казалось, что это невыполнимое задание. Рейхе нерестился месяц назад, теперь пришла пора другой рыбы. Однако Ерикан был неумолим. Как и всегда, когда дело касалось очередной глупости. Потому Юти неторопливо шла вдоль рыбных лотков, обращаясь внутрь себя.

Левый сапожок горел огнём, от пылающих на пальцах Колец. Одарённая решила, что способность логического умозаключения здесь тоже сыграет свою роль.

Она взглядом цеплялась за торговцев, их одежду, повадки, руки, обращаясь к товару лишь в последнюю очередь.

Один поворот сменял другой, предыдущий лоток перетекал в следующий. Порой казалось, что люди мелькали как осенние листья, гонимые ветром. Пока наконец девочка не остановилась возле одного из домов, поглядывая на странно одетого торговца. Светлая рубаха, свободные штаны, тёплый жилет, будто доспех, состоящий из нескольких слоев, и обрубленные тапки вместо сапог. Правда, как не старалась Юти, но так и не догадалась, что перед ней фалаец, житель другого материка, пока тот не открыл рот.

Одарённая долго наблюдала за торговцем, ловя каждое слово, произнесённое с жутким акцентом, и уже менее чем через час знала почти всё, что ей требовалось. Человека звали Дарик Охр-Арга Кой. Юти помнила, что Охр — это название провинции, а следующее за ним слово — земли, в которой родился человек.

Приехал торговец сюда с невероятно ценным и важным грузом — кораблем охлаждённой, а не замороженной рыбы. На это Дарик каждый раз обращал внимание, общаясь почти с новым покупателем. Оттого его рыба была необычайно нежна и жирна.

Человек по имени Дарик, предка которого звали Кой, приплыл с Фалы на своём корабле с полным трюмом льда, где хранилась рыба. Он хотел сбыть всю её в Великом Горле, но не сошёлся в цене с местными торгашами. Потому быстро купил ещё льда и отправился в Книрон, где, кстати, продажи шли намного лучше.

Хотя Юти делала ставку ещё и на то, что Дарик торговал диковинной рыбой, которая не водилась в водах Империи. К тому же купец, несмотря на жуткие усы и чудовищный акцент, умел расположить к себе людей. В этом Юти отдала ему должное. Оказались у него и рейхе, крупные, пузатые, лежащие в середине прилавка.

И вместе с тем Одарённая не торопилась. Что проще, нежели чем схватить рыбу и дать дёру, активируя Кольцо ускорения? Однако, как говорил Ерикан, лучше всего та кража — которую не удалось обнаружить. Юти про себя насмехалась над стариком. Тот категорически отвергал деньги, но возможность позаимствовать что-то себе во благо считал нечто самим собой разумеющимся.

Впрочем, это урок девочка усвоила. К тому же, знала, что не стоит недооценивать стражу, полагаясь на собственные способности. Несколько раз самоуверенность Юти уже приводила к плачевным последствиям.

Поэтому подобно хитрой ласке, она стала крутиться возле остальных продавцов, при этом не сводя взгляда с Дарика. И дождалась нужного момента. К фалайцу подошёл длинный худой человек и стал заказывать рыбу. И только торговец отвлёкся, как Юти проворно оказалась у прилавка и в следующее мгновение уже отходила прочь с толстенной рейхе в руках.

Даже если бы Дарик заметил пропажу, то не смог обнаружить вора. Потому что Юти в несколько ударов сердца оказалась в ближайшей подворотне, соединяющей две широкие оживлённые улицы, а после с самым спокойными и независимым видом зашагала к домам торговцев скотом.

Одарённая не торопилась, потому что знала ещё одно правило — бегущий человек, без разницы, пожилая матрона или молоденький паренёк, привлекают внимание. А подросток с толстенной рейхе на плече, шагающий со скучающим видом являлся частью обыденной и скучной жизни Книрона. Здесь даже самый последний оборванец мог купить редкий и дорогой товар, оказавшись сыном богатого купца.

Юти находилась в самом прекрасном расположении духа. Будто не было бесконечных путешествий и лишений, смертей близких, невидимой и протянутой руки Воронов, только и желающей, чтобы схватить её. Кольцо интуиции мягко подсказывала, что она нашла самую лучшую рыбу из всех возможных, а разноголосый гомон города напоминал овации арены, где она вышла победителем.

Одарённой на краткий миг даже показалось, что ей не хочется уезжать из Книрона. Раньше Юти думала, что когда всё закончится, она уедет в какую-нибудь отдалённую деревеньку среди Пределов. Теперь казалось, что именно в самом крупном торговом городе ей и место. Когда среди бесконечного шума ты перестаешь различать слова и можешь обратиться внутрь себя.

* * *

Ерикана девочка нашла в хлеву. Старик сидел, поджав ноги и полуприкрыв глаза. В том-то и дело, что полуприкрыв. Будто учитель намеренно сделал вид, что занимается созерцанием собственной Силы, а на самом деле только и ждёт, чтобы его кто-нибудь обнаружил.

Юти не выдала себя ни словом. Она знала, что будет дальше. Одарённая начнёт окликать старика, а тот станет делать вид, что не слышит её. И только когда Юти совсем разозлится, Ерикан «придёт в себя». Старая игра, правила которой знали все участники.

Вместо этого девочка бросила рейхе на солому, а сама уселась рядом, очищая пальцы от крупной чешуи. И надо же, Ерикан тут же заговорил.

— Всё получилось? — он открыл глаза, но посмотрел не на рыбу, а на ученицу.

— Как видишь, — ответила Юти. — Можешь взять мой нож и разрезать ей живот, чтобы убедиться.

Только теперь Ерикан перевёл взгляд на крупноголового рейхе с толстыми боками. Хотя не стал долго задерживаться на рыбе.

— Хорошо, отнеси её Кайрашу.

Кайрашом звали хозяина хлева и дома, одного из многочисленных торговцев, который и приютил их. Помимо скудной еды и крова, вечером он выпивал с Ериканом. Причём, делали они это почти без всяких слов, будто старые знакомые. Хотя у Юти сложилось ощущение, что Кайраш был одним из многочисленных должников старика. По крайней мере ей казалось, что торговец спит и видит, когда его незваные гости уберутся из Книрона.

Юти выполнила приказ старика, сходив в главный дом и передав жене Кайраша, толстой женщине с вечно озадаченным лицом, рейхе. Та без всяких слов благодарности взяла рыбу, что стоила больше десятка серебряных храмовок и кивнула Юти. Затем девочка выбралась наружу, под мелко капающий, всё ещё бодрящий дождик.

И даже холодность приёма после принесённого подарка не испортила настроение Юти. Она не ждала ничего хорошего от Кайраша и его жены, и те её не обманули. Ерикан часто говорил девочке, что не стоить возлагать надежды, делая человеку добро. Потому когда оно вдруг вернётся, ты будешь чувствовать себя искренне обрадованной.

Захотелось ещё раз сбегать к центру города. Более того, она хотела, чтобы Ерикан сейчас дал бы ей очередное задание. Всё внутри Юти пробудилось, как после долгого зимнего сна просыпается по весне природа. Девочке хотелось действий, кровь разгорячённым вином с пряностями бежала внутри неё.

Она даже не подозревала, что её воодушевление может остыть так же быстро, как жидкая лава, достигающая берегов океана. Но именно так и случилось, когда она ворвалась в хлев и застряла на пороге.

Потому что Ерикан был не один. И в данный момент Юти имела в виду не тех бедных ослов, которые мирно спали поодаль.

Со стариком разговаривал длинный и худой, как жердь, человек. Ещё до того, как незнакомец обернулся, Юти вспомнила, где же видела его. У прилавка с фалайской редкой рыбой, когда она стащила рейхе.

Человек улыбнулся девочке, обнажив необычайно ровные, едва желтоватые, но вместе с этим крепкие зубы. Его нельзя было назвать неприятным. Большие, будто удивлённые глаза, аккуратная короткая бородка, прямой и ровный нос. Однако Юти чувствовала опасность, которая исходила от незнакомца. И когда учитель крикнул девочке: «Выйди», ощущение беды только усилилось.

Они разговаривали невероятно долго. По крайней мере, так показалось Юти. Одарённая отмерила пару лиг по внутреннему двору в ожидании исхода беседы. И даже не будь у Одарённой нового Кольца на левой ноге, она бы могла точно сказать, что ничем хорошим разговор не закончится.

Когда дверь в хлев скрипнула, Юти едва сдержалась, чтобы не броситься бегом ко входу. Она увидела Ерикана, который махнул девочке рукой, приглашая войти. Незнакомец стоял всё с той же улыбкой, будто как минимум находился во дворце Наместника.

Теперь, когда гость оказался лицом к ней, Юти смогла его рассмотреть. Само собой, используя Кольцо миели.

Несмотря на неброскость, одежда у незнакомца была добротная и, если отталкиваться от идеальных стежков и швов, сделанная на заказ. Второе, на что ранее обратила внимание Одарённая и что бросилось в глаза теперь — зубы, находившиеся в хорошем состоянии. Юти, несмотря на молодость и отличное здоровье, порой мучилась «лишним», как она называла его, зубом, который изредка резал десну.

К тому же, худощавость не являлась слабостью. Каждое движение незнакомца скорее выдавало в нем небывалое количество скрытой энергии, которое производило это тело. Съеденное мясо попросту не успевало осесть на костях. Потому Юти охарактеризовала гостя «вертлявым».

И последнее, но не наименее важное — он был из благородных. Это Одарённая поняла по серебряной цепочке на шее, к слову, не очень дорогой. Скорее ценной незнакомцу чем-то иным. К примеру, являвшейся подарком родителей. Почему нет? Значит, он не джало, тогда бы цепь была золотой и толще. Обычный благородный с жёлтым камнем.

— Здравствуй, девочка, — не переставая улыбаться, произнёс гость. — Хотя с виду и не скажешь. Если бы твой учитель не объяснил мне…

— Да хранит Аншара под своей сенью благородного амиста, — слегка поклонилась Юти, впрочем, без должного почтения, скорее, исполняя свою роль. — Что привело вас в этот…

В южных землях, когда гостя хотели поскорее выпроводить, то так и говорили: «Что привело вас в этот дом?». Проблема заключалась в том, что домом хлев назвать нельзя было. Поэтому Юти сразу исправила себя.

— … в это здание.

— Меня зовут Грейх Лирд, я оказываю в Книроне особые услуги очень влиятельным людям.

Кольцо миели было готово сжечь костяшку пальца, а Юти усиленно думала. Ерикан говорил, что каждый человек, произнося даже исключительно то, что хочет, порой сам даёт ключ от своего дома. Потому тебе остаётся лишь увидеть то, что способно отпереть самый хитроумный замок.

— И эти услуги являются не вполне законными, так? — спросила девочка.

— С чего ты решила? — улыбнулся Грейх.

— Я вас видела возле фалайского торговца, и вы видели меня. Более того, заметили, что я подрезала у него рыбу.

— Украла, — поправил её Ерикан. — Не говори, как уличные мальчишки Конструкта. Во всём нужна точность.

— Хорошо, — быстро согласилась Юти с учителем, продолжая между тем вести беседу с незнакомцем. — Вы заметили, что я украла рыбу. И проследили за мной. Не знаю как, мне казалось, что хвоста нет. Потом вы приходите и разговариваете с моим учителем. Вы были незнакомы, это сразу видно. И после всего позвали меня. Значит именно я и должна что-то сделать. Вопрос что. Едва ли вас впечатлили мои действия у прилавка. Зачем благородному человеку заниматься всем, что я перечислила?

Юти оттараторила это за один присест и теперь тяжело дышала, глядя на вытянувшуюся от удивления физиономию благородного. Тому понадобилось двенадцать ударов сердца Одарённой, прежде чем он пришёл в себя. После чего манерное похлопал в ладоши и улыбнулся ещё шире. Хотя Юти казалось, что дальше уже просто некуда.

— Миели? — спросил он, глядя на Ерикана.

— Самую малость, — ответил старик.

— Так будет даже лучше. Что ж, ты права, я оказываю услуги, которые часто расходятся с законом. И люди, с которыми я сотрудничаю, невероятно влиятельные. Благодаря своим связям и происхождению, мне довольно легко удаётся всё это прикрывать. Ещё ты права в том, что я обратил на тебя внимание.

Грейх пожевал нижнюю губу, словно раздумывая над следующей фразой.

— Дело в том, что мне надо достать одну ценную штучку, которая очень здорово спрятана. И мне нужен подросток твоей комплекции. Хорошо сложенный, крепкий, но вместе с этим худой, чтобы пролезть в единственное окно нужной комнаты, а после выбраться оттуда.

— Зачем мне это? — нахмурилась Юти.

— Пугать стражей я, наверное, не буду. А вот местным объединением воров могу. Они очень ревностно относятся к своей репутации. И если выяснится, что на их улицах работает приезжий специалист, пусть и подросток, то не обрадуются. Вероятно, вы даже выйдете победителями в возможной схватке, но вряд ли кому нужна эта шумиха. Так?

Юти посмотрела на Ерикана, но тот не произнёс ни слова. Более того, вид старик был примерно таким же равнодушным, как когда тот утром ел пшённую кашу.

— Твой учитель сказал, что решать тебе, — заметил взгляд девочки Грейх. — Но не думай, что я пришёл лишь пугать. Когда ты принесёшь то, что нужно, то я отблагодарю. И дело, конечно, идёт не только о деньгах.

Теперь уже настала речь гостя посмотреть на Ерикана. Старик был сама невозмутимость.

— И куда надо залезть? — спросила Юти.

— А вот это весьма любопытно. Нужно забраться почти под крышу главной башни библиотеки. Так сказать, на самый верх Хера Нударута.