Первым, кого я увидел, как только пришел утром на работу, был Дабао, травящий байки девчонкам из ДНК-лаборатории:
– Где-то лет десять назад одной темной мрачной ночью – тогда я еще учился в университете – услышал, как из ванной комнаты общежития доносится какой-то странный металлический звук. Мы с соседями по комнате собрались с духом и пошли проверить, что там такое. Зашли туда и видим – старшекурсник моет в раковине что-то похожее на мачете. После этого он разрезал дыню и поделился со всеми нами…
Увидев меня, Дабао кивнул и продолжил свой рассказ:
– Мы все, естественно, начали за обе щеки уплетать эту сладкую сочную дыню, а он все никак не мог налюбоваться на свой мачете и вдруг говорит: «Как же он хорош!» А нам-то что, нам до ножа никакого дела не было, поэтому мы все просто кивнули. Но старшему было мало, и он жутким голосом сказал: «Я спер его из анатомички». Мы сразу же перестали жевать и уставились на него. Но тот равнодушно добавил: «Не парьтесь, я смыл с него весь мясной фарш».
– Фу… – Девчонки одна за другой скорчили лица от отвращения.
А довольный собой Дабао добавил:
– Мы используем такие ножи для расчленения трупов во время обучения. Тела подготавливает сам университет, обеззараживает, фиксирует, а потом мы на них практикуемся. Мы все видели эти ножи, но их никогда не мыли. Обычно после расчленения этот нож убирали обратно в ящик, даже не вытирая налипший на него жир, мышечные волокна и все остальное. Теперь понимаете, почему мамы учат детей не брать еду у чужих?
В ДНК-лаборатории в основном работают биологи и генетики, а не врачи, и после красочного описания Дабао девушкам стало невыносимо. Одна из них даже сказала:
– Я теперь не то что есть из чужих рук – к дыне даже не притронусь.
– Уверены? – Дабао лукаво улыбнулся. – А я вот видел у вас в кабинете две дыньки… Может, тогда мне отдадите?
– Ну ты и обжора! – Я уже давно знал, что если Дабао рассказывает историю, то у этого есть скрытая цель. – Еду у девчонок обманом выманиваешь…
Эта неделя была спокойной; мы занимались освидетельствованиями травм, определением возраста костей и писали отчеты по обращениям граждан. Без убийств рабочая нагрузка небольшая, но это не значит, что у нас не возникает сложностей. Да и к тому же голова все время была забита «Резней третьего июня».
Выходные только закончились, а меня уже одолела лень. Я сел на стул, потянулся, включил компьютер и приготовился писать очередной отчет, а еще мне нужно было выписать два новых и более функциональных чемоданчика криминалиста для осмотра места преступлений. Я только создал в «Ворде» новый документ, как зазвонил давно забытый внутренний телефон. Дабао, который в это время грыз дыню, выпучил глаза и, продолжая жевать, затряс рукой, чтобы я взял трубку. Мне было забавно наблюдать его перепачканную дынными семечками моську. Наконец я сжалился и снял трубку.
– Алло?.. Здравствуйте, начальник Сунь. Что? Четыре? Несчастный случай?
Дабао прекратил жевать, с нетерпением ожидая моих инструкций. Я повесил трубку и сказал:
– Уезд Цин. Погибла семья, четыре человека.
– Убийство? – спросил с набитым дыней ртом Дабао.
– Произошел взрыв; возможно, несчастный случай. Жертв слишком много, поэтому нам тоже нужно присутствовать. Я позвоню Линь Тао и Хань Ляну.
Дабао, улыбаясь, медленно проглотил кусочки дыни:
– Зато геморроя не будет!
Уезд Цин подчиняется Цинской волости и является его самой слабой экономической зоной. Место происшествия находится в восточном районе уезда Цин. К тому времени как мы приехали, по меньшей мере тридцать полицейских машин наглухо перекрыли въезд в маленький поселок, поэтому нам пришлось выйти из машины и идти пешком. О серьезности этого инцидента можно было судить по количеству машин, прибывших на место.
Через пару шагов от входа в деревню уже было выставлено оцепление из более чем ста сотрудников полиции. Сельская тропинка и так была неширокая, а сейчас на нее даже ступить было невозможно. Мы кое-как прошли вперед и увидели два двухэтажных дома, стоящих друг напротив друга по обе стороны тропинки; все окна в них были разбиты.
– Ай-яй-яй, ничего себе, какая мощность взрыва! – Дабао озирался по сторонам. – Стекла разлетелись так далеко… Я раньше никогда не работал на местах взрывов, как-то даже жутковато.
– Я тоже никогда не расследовал подобное, – сказал Линь Тао. – Скажи, безопасно ли здесь находиться?
– «Карьеристам – в другую дверь. Трусам – не в эту дверь», – процитировал я. – Это парные надписи на дверях Академии Вампу и Хуанпу, к полиции тоже относятся.
– Двадцать лет назад произошел один несчастный случай, – сказал Хань Лян. – Судмедэксперт осматривал место взрыва и случайно задел несдетонировавшее взрывное устройство, которое оставил преступник. На этот раз оно сработало, и он героически погиб, выполняя служебный долг.
– А, эту историю я знаю, – сказал я. – Мы с тем судмедэкспертом вместе учились, только он был старше.
Полицейские стояли на улице и допрашивали местных жителей кучками по два-три человека.
– Я вам все расскажу… Вы бы только знали, какой ужас мы испытали! – говорил все еще не оправившийся от испуга селянин. – Сегодня утром, где-то в пятом часу утра, когда мы еще спали, вдруг послышался грохот, но не такой, как от хлопушек, а как будто самолет сбросил бомбу; потом яркая вспышка света, и все загудело, а окна разбились. Когда произошел взрыв, у меня в ушах зашумело – я на жену смотрю, а она рот, как рыба, разевает, а что говорит, я не слышу… Подумал, что землетрясение началось, и потащил жену вниз, на улицу. Смотрю, а из дома старика Фаня дым коромыслом; тогда-то я и понял, что это не землетрясение было, а взрыв. В доме старика Фаня что-то взорвалось. Как до меня дошло, что произошло, я позвонил в полицию.
– Как же мне, твою мать, не свезло, – сказал селянин с повязкой на голове. – Я в это время вышел отлить, услышал грохот, и мне в голову прилетел осколок. У меня на башке семь или восемь швов, что ж я такой неудачник? Кто за это ответит? Будет ли компенсация какая-то? Все село пострадало, каждая семья; правительство должно позаботиться о нас…
– Старик Фань постоянно хвастался, что его дом стоит на самом лучшем месте в селе, – начал рассказывать другой житель. – Конечно, у него дом стоит с краю, из окна только природа, никаких заборов… Даже для того, чтобы взорвать что-то, удачнее места не найти.
Местом взрыва был самый восточный дом, которым владел Фань Цзиньчэн. Он находился на окраине, поэтому к деревне был обращен только вход в него, а из окон на других сторонах было видно бескрайнюю равнину. Если так подумать, действительно отличное местечко.
Криминальная полиция Цинского уезда организовала в гостиной семьи зал заседаний оперативной группы. Когда мы зашли туда, за огромным столом на восьмерых человек битком сидели полицейские. Трое молодых оперов подскочили, уступая нам место.
– Здравствуйте, товарищи эксперты, – строго сказал начальник Цинского управления Чжоу Цимин. – Спасибо, что приехали. У нас тут сроду ничего не происходило, а тут сразу после Праздника середины осени произошло дело такого масштаба… Ой, не дело, а инцидент.
В органах общественной безопасности любят преступления называть делами, а самоубийства и несчастные случаи – инцидентами. Так что сейчас мы имели дело (то есть инцидент) с несчастным случаем.
– Уже определились с характером преступления? – спросил я.
Начальник Чжоу помотал головой:
– Место происшествия опечатано; пока еще туда не заглядывали – техники-криминалисты ждали вашего появления, чтобы начать работу. Поэтому никакой конкретики по поводу места преступления у нас пока нет, характер преступления тоже не установлен. Однако я подозреваю, что произошла бытовая авария.
– М-м? – удивился я. – Хотелось бы услышать подробности.
Начальник Чжоу, прочистив горло, начал:
– Все произошло в доме старика Фань Цзиньчэна, где он жил вместе с супругой…
– Но полицейские после вызова сказали, что в доме четыре трупа. Был кто-то посторонний?
– Нет, только члены семьи. Опознание тел уже завершено. Внутри были обнаружены тела самого Фань Цзиньчэна, его жены Жэнь Суфэнь и их двух внуков: пятнадцатилетнего Фань Чэна и семилетней Чжао Лицянь.
– Двое детей… – Больше всего я не любил работать с убийствами и несчастными случаями, в которых погибли дети, – их мне всегда слишком жалко.
– Ага. – Начальник Чжао тоже выглядел печальным. – В выходные дети гостили у бабушки с дедушкой, родители собирались забрать их утром и проводить в школу. Никто и представить не мог, что еще до рассвета случится горе…
– А почему вы думаете, что произошел несчастный случай? – Я кое-как совладал с эмоциями.
– Во-первых, когда полиция прибыла на место происшествия, дверь в дом была заперта, и им пришлось ее выбивать. Предварительное расследование показало, что старик Фань очень весело провел выходные с внуками, так что для самоубийства повода не было. Во-вторых, полицейские, первыми прибывшие на место, заметили, что основной ущерб дому нанесен с восточной стороны, там, где раньше была кухня. В деревне проведен газопровод, поэтому полицейские сразу же проверили трубу – из нее все еще свистел газ. Они быстро скоординировали свои действия и перекрыли газ. Вполне могла произойти утечка; когда горючий газ вступает в реакцию с воздухом, в нем может накопиться довзрывоопасная концентрация. Если вдруг кто-то в таком пространстве зажжет спичку или из проводов выскочит искра, взрыв просто неизбежен.
– Угу, резонно…
– В результате у нас четыре погибших, двое из которых дети. В городе и уезде очень обеспокоены случившимся, требуют от нас немедленно узнать причину утечки газа и устранить ее. Сейчас нам перво-наперво нужно понять, почему произошла авария. Пожарный департамент уже был здесь, приезжал до вас, но они не смогли установить точную причину. Забрали на проверку некоторые материалы, но результаты придется ждать один-два дня.
Я взял схему места происшествия, которую уже начертил следователь, и начал внимательно ее изучать.
– Как собираетесь развертывать работу? – спросил начальник Чжоу.
– Сперва нам нужно осмотреть место происшествия. Пожалуйста, попросите коллег из морга, чтобы они забрали тела: если те останутся здесь, это может плохо на них сказаться. Ну и напоследок нужно обойти ближайшие окрестности, чтобы собрать остатки от того, что взорвалось. После этого посмотрим, что делать.
– Понял, – сказал начальник Чжоу. – Тогда вы, ребята, можете начинать, а мы пока дождемся результатов анализов. Следственный отдел сейчас занимается дознанием.
Мы вышли из гостиной – зала заседаний оперативной группы и начали переодеваться в специальные комбинезоны.
– Как-то странно это, не находишь? – заметил Линь Тао. – Почему четверо человек, тем более дети, в четыре утра были на кухне? Если б их от кухни отделяла стена, они не погибли бы… Не думаю, что они вскочили в такую рань, чтобы позавтракать. Первый урок в школе начинается в восемь, разве нужно подниматься настолько заранее?
– Ты верно подметил… – Я тоже насторожился. – Подозрительное какое-то время.
– Вот запара – все четверо мертвы, а мертвые не свидетельствуют; кого нам тогда спрашивать? – спросил Дабао.
– Спроси место происшествия, спроси труп, – ответил я.