– Врач-уролог цинсянской городской больницы Мэн Сянпин, тридцать один год; пропал четырнадцатого мая, а девятнадцатого июля его тело было обнаружено у обочины дороги в пригороде Лунфаня. Генеральный директор телекоммуникационной компании в Наньцзяне Фан Цзян, тридцать два года; пропал второго июня, а шестого июня фрагменты его тела были обнаружены в мусорном контейнере густонаселенного жилого района в Лунфане, – перечислял следователь. – По результатам дознания, а также совместной проверки органов общественной безопасности Цинсяна и Наньцзяна при жизни не имели никаких подозрительных связей. Кроме того, погибшие не были знакомы и не имели никаких личных контактов.

Особо важное дело «Резня третьего июня» находилось в процессе работы уже несколько месяцев, следственно-оперативная группа выделила лучших бойцов, чтобы провести все необходимые проверки, но следователи всё еще твердили, что подвижек нет.

Заседание по особо важному делу стало проводиться регулярно. Каждый вечер вторника, четверга и субботы группа собиралась в конференц-зале Министерства общественной безопасности по городу Лунфань, но следствию это не особо помогало. Преступление произошло два месяца назад, поэтому наши областные следователи и техники-криминалисты спешили в Лунфань, внимательно слушая предварительный доклад по делу.

Беспрерывная борьба с жестокостью отражалась усталостью на лицах следователей, но ниточка, ведущая к разгадке, так и не находилась, мелькая тревогой в глазах изможденных сотрудников.

– Мы изучили все видеоматериалы, – сказал начальник отделения видео- и фотоматериалов. – Тщательно просмотрели каждую запись, и не один раз. К сожалению, из-за нехватки снабжения у нас установлено много бутафорских камер, и мы можем полагаться только на записи трасс камерами дорожной полиции и на записи тех, что установлены на входах в банки. Поверка показала, что около шести часов вечера четырнадцатого мая Мэн Сянпин в полном одиночестве прогуливался в районе перекрестка шоссе Чанцзян и улицы Фаньхуа; на записи он появился один раз. В восемь часов вечера второго июня Фан Цзян поймал такси у входа в гранд-отель «Лунфань», который расположен на улице торгово-промышленного банка «Хуаюань». Такси поехало в северном направлении. Далее о судьбе двух погибших ничего не известно.

– У меня вопрос, – обратил на себя внимание Дабао: – А Фан Цзян после не заходил в отель?

– В отеле имеются работающие камеры; Фан Цзян зарегистрировался в полдень второго июня, а в пять часов вышел на улицу. С тех пор там его больше никто не встречал.

– Взял такси… – Я потирал короткую щетину на подбородке. – Нашли машину?

Следователь с грустью в глазах помотал головой:

– Качество съемки не позволяет рассмотреть номерной знак автомобиля, и мы можем полагаться только на записи с камер дорожной полиции, установленных на ближайшем перекрестке. О таксисте мы узнали спустя две недели после происшествия. Но даже если б мы показали ему записи с камер видеонаблюдения, вряд ли он вспомнил бы, куда возил конкретного человека.

– Шоссе Чанцзян находится в северной части города, гранд-отель «Лунфань» – на юге, расстояние между ними приличное; как они состыковались?

– Погибшие умерли одинаковым образом: им перерезали шею, когда те находились под воздействием яда, после чего вспороли животы и расчленили, – сообщил следователь. – По поводу крысиного яда, мы тоже проделали большую работу в попытках найти источник, точку сбыта, – но все без толку.

– Может, это все-таки убийство с целью обогащения? – предположил я.

Большинство преступлений происходит на материальной, сексуальной, эмоциональной почве – либо враги, либо страстные любовники. Памятуя о социальных противоречиях и статистике, если погибшие являются мужчинами, то хочешь не хочешь, а надо рассмотреть вариант убийства из корыстных побуждений.

– Сейчас этого исключать нельзя, – согласился следователь. – Если это дело из кражи переквалифицировалось в убийство из корыстных побуждений, а сам убийца просто психически больной человек, то найти его действительно будет непросто.

– Какой следующий шаг вы планируете предпринять?

– Дальше мы продолжим изучать социальные контакты погибших, а также просматривать видеозаписи. Будем искать подозрительные машины, останавливающиеся в подозрительных местах, а потом пробивать владельца.

Я закивал:

– Нелегко вам приходится… В городе понатыкано камер, вы явно давно уже хорошо не высыпались…

– Боюсь, сегодня поспать тоже не получится… – В кабинет вошел начальник отделения Ху. – Пожар в элитном жилом комплексе, на данный момент погиб один человек.

– Мы тоже посмотрим, – Дабао сложил свой блокнот.

– Вам необязательно ехать с нами. Не факт, что это убийство.

– М-м, да без разницы; нам сегодня вечером все равно нечего делать, давайте съездим вместе. – Договорив, я похлопал по плечу следователя, ведущего «дело третьего июня». – Братья по оружию и так устали.

* * *

Это был роскошный жилой комплекс на востоке Лунфаня. Комплекс состоял из десяти с небольшим модульных двухсекционных домов в шесть этажей. В каждом модуле жила только одна семья, которой принадлежало два этажа.

Место происшествия находилось на втором этаже одного из зданий. Когда мы прибыли на место преступления, пожарный уже приводил в порядок трубопровод, окно на втором этаже было выбито водометом, но внутри помещения не было видно характерного нагара.

– Брат, тут же был пожар? – спросил я.

Пожарный помотал головой:

– Небольшое возгорание, даже огня толком не видно было, в два счета потушили.

– Получается, вы уже были на месте преступления?

Он снова помотал головой:

– Нет. Дверь прочная; пока мы тут тушили, другая группа пыталась взломать ее. Огонь вот потушили, а дверь все еще не поддалась…

Я прошел через охрану и подошел к 101-й квартире, находившейся напротив места преступления. Стальная рама двери, в которой произошел пожар, была слегка изогнута. Я покачал головой, а потом задрал голову:

– А откуда вы знаете, что внутри есть труп?

Пожарный прекратил сворачивать рукав и взглянул на меня:

– А-а! Точно, это же вы! Вы же судмедэксперт? Я читал вашу книжку «Немая улика». Я так восхищаюсь вашей работой…

У меня не хватило терпения поддерживать беседу, поэтому я снова спросил:

– Откуда вы знаете, что внутри есть труп?

– Э-э… – Пожарный почесал голову. – Ваши люди, полицейские, увидели с соседской террасы. – Он указал на балкон второго этажа напротив места происшествия.

В это время техник-криминалист лунфаньской полиции вышел из жилого здания позади того, в котором произошел пожар. Он поднял вверх экспертный свет:

– Здравствуйте, начальник Цинь. Я только что посмотрел с соседнего балкона: внутри точно есть мертвый человек.

Я кивнул, надел перчатки и подошел к двери, чтобы рассмотреть необычный дверной замок:

– Я такой замок впервые вижу, чудной какой-то… Материал двери, сразу видно, качественный, на совесть сделано. Неудивительно, что вы не смогли вскрыть ее.

– На ручке дверного замка есть следы трикотажных перчаток, – ко мне подошел Линь Тао, неся в руке коробочку. – В такую погоду ни один нормальный человек, кроме судмедэксперта, домработницы и сторожа, не будет надевать перчатки.

– Это не я. – Я поднял вверх руки в перчатках.

– Пока ты болтал с пожарным, я уже все посмотрел. – Линь Тао позабавила моя реакция, он усмехнулся: – По предварительному анализу, это свежие следы, вероятно, оставленные после выхода из квартиры.

– То есть это убийство? – Я пристально посмотрел на Линь Тао. – За чем ты ходил? Что собираешься делать?

Линь Тао встряхнул коробочкой, которую держал в руках:

– Вот за этим ходил. Как собираешься пробираться внутрь без отмычек? Все окна здесь с защитой от проникновения. Боюсь, что, даже если мы полностью снимем окна с рамами, ты с такими формами вряд ли влезешь внутрь.

– Черт бы тебя побрал, – выругался я. – Ты еще и замки умеешь взламывать?

– Естественно, – ответил Линь Тао, надевая налобный фонарик. После он достал все необходимые инструменты и приступил к взламыванию замка.

– Это нестандартный замок. – Я, сложив руки на груди, с интересом наблюдал за работой Линь Тао. – Если у тебя получится, буду называть тебя старшим братом.

– Не похоже на убийство… – К нам подошел начальник Ху вместе с судмедэкспертом Ваном. – Только что говорили с охранником, есть зацепка.

– М-м? – Я обернулся на пожарного, который все так же с откровенным любопытством наблюдал за нами, схватил начальника Ху за локоть и отвел в сторону.

Детали любого дела на этапе расследования должны тщательно скрываться. Многие считают, что сотрудники полиции специально держат ключевую информацию в тайне, чтобы подогреть интерес к своей работе, но на самом деле все совсем не так. Основная причина, почему мы не допускаем утечек, заключается не только в лишних хлопотах, которые за этим последуют, – у нас могут появиться большие проблемы во время определения подозреваемого. Например, если кто-то захочет взять на себя вину настоящего преступника, он будет знать основные особенности дела, благодаря чему следователь, без сомнения, поверит его «чистосердечному». В общем, даже от пожарных, которые точно так же, как и мы, служат на благо общественной безопасности, мы должны хранить все детали в секрете.

– Ну, дело обстоит так… – Начальник Ху с пониманием отнесся к тому, что я решил оттащить его подальше, и улыбнулся. – Охранник сказал, что в одиннадцать с лишним часов вечера во всем районе отключилось электричество…

Я посмотрел на часы у себя на запястье – они показывали без двадцати пяти минут первый час:

– А когда начался пожар?

– Вот послушай меня, я сейчас все расскажу. По словам охранника, вечером примерно в десять минут одиннадцатого на КПП отключился свет, они с коллегами вышли на улицу и поняли, что весь район обесточен. Кстати, тут надо добавить, что в районе всего одиннадцать домов, в каждом из которых по шесть квартир, всего шестьдесят шесть; здесь проживает сорок крайне обеспеченных семей. В одиннадцатом часу каждая из квартир должна была ярко освещаться светом, поэтому через пару минут на пост охраны начали поступать звонки от жителей.

– М-м… – Я кивнул. – Сейчас ночи жаркие, температура достигает тридцати семи – тридцати восьми градусов по Цельсию. Без кондиционеров этим богачам пришлось несладко.

– Охрана сразу связалась с управляющей компанией, которая в свою очередь сообщила энергетической компании, – продолжал рассказ начальник Ху. – Сотрудники последней в полдвенадцатого уже были здесь и провели проверку. Им повезло: оказалось, был вырублен главный переключатель, они врубили его обратно, и электричество снова вернулось в дома.

– Главный переключатель? – задумался Дабао. – Если он вырубился, значит, где-то абсолютно точно произошло замыкание. Уверен, они не пошли узнавать, в какой квартире это произошло.

– После короткого замыкания, вероятно, произошел скачок напряжения, – сказал начальник Ху. – Специалисты предположили, что это просто какой-то сбой; они повернули главный рубильник, убедились, что электричество есть, и ушли.

– А где главный рубильник? – спросил я.

– На стене рядом с КПП есть железный ящик, где и находится рубильник, – сказал начальник Ху.

Я закивал:

– Начальник Ху имеет в виду, что если бы причиной замыкания стала проводка в квартире, в которой погиб человек, то как ни пытайся, а свет там не включился бы; при этом искра, которая появляется в месте, где происходит замыкание, может спровоцировать пожар, если рядом есть легковоспламеняющиеся предметы. Если хозяин квартиры крепко спит или в отключке после выпивки, то он может даже не заметить, что его жилище горит. А когда пламя все-таки подберется ближе и человек его заметит, то поделать уже ничего не успеет.

Все то время, что я говорил, начальник Ху одобрительно кивал:

– Мне кажется, пожар не мог случайно совпасть с отключением электричества. Таких совпадений не бывает. Сейчас лето, в квартирах постоянно работают мощные электроприборы. Мы уже столкнулись с несколькими случаями пожаров из-за неисправной проводки, которые привели к травмам или летальному исходу.

– А когда заметили пожар? – спросил я.

– Значит так: когда электричество снова заработало, оба охранника легли спать. Однако одному из них не спалось: чем больше он думал о произошедшем, тем больше его терзали тревожные мысли – ведь совсем недавно он прочел в газете, как какой-то человек заживо сгорел в пожаре, вызванном коротким замыканием. Ну, он поднялся, взял фонарик и пошел осмотреться…

– В котором часу это было?

– В полдвенадцатого ночи, примерно через час после включения рубильника. Когда охранник подошел к зданию, где случилась трагедия, он заметил, как полыхают шторы, а из щелей окна валит дым. Тогда-то и позвонил в службы. Мы вместе с пожарными прибыли примерно через пять минут. Пока коллеги тушили пожар, мы с террасы соседнего здания заглянули в квартиру. Внутри на кровати лежал обуглившийся труп.

– Пожарный же сказал, что возгорание было слабым, даже пламени не было видно, – удивился я.

– Это правда, возгорание было необширным, но явным – шторы же загорелись.

– Но ведь между замыканием и пожаром прошел в общем где-то час, – засомневался я. – Вам не кажется, что это слишком много? Пожары вспыхивают за считаные минуты и в худшем своем проявлении способны всего за полчаса испепелить всю квартиру. Смотрите: между тем, как охрана заметила пожар, и тем, как пожарные его потушили, прошло около десяти минут. Наши техники-криминалисты без труда рассмотрели с соседней террасы все, что находится в квартире; получается, шторы к тому моменту сгорели дотла, а значит, пожар явно был весьма сильным.

– Угу, – согласился начальник Ху, – это, конечно, вопрос. Но, может быть, рядом с очагом возгорания не было никаких горючих материалов, поэтому огонь распространялся медленно, а к тому моменту, как подобрался к шторам, уже разгорелся…

– В этом ЖК полным-полно камер видеонаблюдения… – Дабао всегда испытывал особый интерес к проводке, электроприборам и высоким технологиям, а сейчас начал увлекаться разнообразными камерами наблюдения, которые устанавливаются в домах.

– Что, хочешь изучить, где здесь расположены камеры? Можно устроить.

– Отпад! Тогда я пойду поищу их, а потом сравню с чертежами. Интересно, у богачей с камерами видеонаблюдения лучше обстоят дела, чем у нас, нищих?

– Иди уже, – рассмеялся я. – В любом случае Линь Тао понадобится какое-то время, чтобы открыть дверь, а после криминалисты будут прокладывать путь, чтобы никто не испортил следы.

– Что вы возитесь с этим замком? – возмутился Дабао. – Разве не проще найти какой-нибудь топор и раздолбать его?

– Раздолбать топором? – удивился я. – Ты уже забыл, чем сейчас занимается командир подразделения Хуан?

– Начальник Хуан? – перебил начальник Ху. – Командир подразделения Юньтая?

Дабао покатился от хохота:

– Точно, он же сейчас денно и нощно ремонтирует колодец…

– Над чем смеетесь? Над тем, что ты, Цинь, теперь должен будешь называть меня старшим братом? – Линь Тао прошел внутрь квартиры, движением руки пригласив нас с собой, но и без того было понятно, что он все-таки справился с этим непростым замком.