Место преступления – мусорный контейнер перед стареньким жилым кварталом в центре города.

– Это вы обнаружили части тела, так ведь? – спросил сотрудник народной полиции с блокнотом в руках.

Старик в униформе дворника с зажмуренными глазами через силу помотал головой:

– Нет, нет, я просто увидел какие-то окровавленные штуки и сразу же позвонил в полицию…

– Это мы, – ответил участковый полиции, – когда поступил вызов по «сто десять», приехали и поняли, что внутри валяются части тела.

На земле перед мусорными контейнерами была расстелена белая клеенка. Судмедэксперт городского Министерства общественной безопасности складывал на нее части трупа, которые вытаскивал из помойки.

Мы с Дабао подошли к нему, кивнули и тоже принялись сортировать части на пленке. Линь Тао достал трехдиапазонный источник света и приступил к поиску следов вокруг контейнера.

На клеенке уже лежало немало останков разного размера.

– А вы оперативно работаете – за короткое время успели собрать так много… – заметил я, взяв перевязанную веревкой часть тела, предварительно натянув перчатки.

– Да, – ответил муниципальный судмедэксперт Хань. – Парни еще осматривают остальные мусорки в этом районе. Полагаю, я нашел всё, кроме головы и внутренних органов.

Я лишь угукнул и продолжил рассматривать два самых крупных куска в этой куче человеческих частей. Один из них – это таз и верхняя часть бедер. Верх таза был отделен стандартно – вдоль линии межпозвоночных дисков, низ же – посередине бедренной кости. Второй кусок – верхняя часть туловища без рук. Остальные мелкие части, вероятно, являлись останками раздробленных рук и ног.

Две самые крупные части имели общую особенность на внешних сторонах – убийца нанес несколько косых горизонтальных ран глубиной в несколько сантиметров. Веревка толщиной в большой палец руки была дважды обмотана вокруг и завязана на узел. Раны как будто были похожи на желобки для этой веревки.

– Хань, братец, смотри, какой необычный способ связывания, – сказал я.

Судмедэксперт Хань покачал головой:

– Наверное, он связал так, чтобы было проще нести. Эти борозды не давали веревке соскользнуть.

– Не нужно ломать голову, во что положить, – просто взял кусок тела и выбросил его в жилом районе, – произнес я. – У нашего убийцы неплохие умственные способности.

– Поэтому, я уверен, у преступника есть средство передвижения, – предположил судмедэксперт Хань. – Иначе его заметили бы.

– Но, если было на чем довезти, зачем тогда делать канавки под веревки? – спросил Дабао.

Немного поразмыслив, я ответил:

– Наверное, для надежности. Сам подумай, он мог за один раз выбросить сразу две крупные и заметные части, которые не удалось раздробить.

Судмедэксперт Хань прервался, вытер предплечьем со лба бисеринки пота и сказал:

– Кое-что я все еще не понимаю. Чтобы притащить сюда много мелких кусочков, нужно было их куда-то сложить. Но мы так и не нашли ничего типа пакета. Получается, убийца забрал его с собой, после того как высыпал куски тела. Но зачем? Не проще ли было оставить его вместе с останками?

– Крупные части тела тоже не были обернуты, – повторил Дабао. – Мне кажется, он сделал так специально – хотел, чтобы мы поскорее их нашли.

Мы с судмедэкспертом Ханем отреагировали одинаково: нас прошиб холодный пот, но изо рта не вырвалось ни звука.

– Нашли голову! – Судмедэксперт Ван бежал к нам, неся в руке черный пакет для улик.

– Она была в пакете? – хором спросили мы с судмедэкспертом Ханем.

Судмедэксперт Ван отрицательно помотал головой:

– Нет, ее выбросили прямо так, на выезде. Зато теперь можно с уверенностью утверждать, что в мусорных контейнерах этого района больше нет органов жертвы.

– Голову выбросили на выезде, – начал судмедэксперт Хань, – а все остальное – на въезде. Что это значит?

– Далекий бросит, ближний скроет, – сказал Дабао. – Есть такое правило.

Это типичный метод определения местоположения убийцы. Обычно если преступник спрятал труп – например, закопал, – то, скорее всего, место захоронения находится на небольшом расстоянии от места пребывания убийцы. Если труп был просто выброшен и его не пытались скрыть, то, наоборот, убийца находится далеко от места обнаружения тела.

– Хочешь сказать, убийца не отсюда? – спросил я.

– Определенно. Он же даже не пытался запаковать тело, – ответил Дабао.

Я одобрительно кивнул:

– Да. Но это никак не объясняет, почему он выбросил части тела именно на въезде и на выезде из жилого комплекса.

– Полагаю, он просто проезжал мимо этих двух мусорок, – вмешался судмедэксперт Хань. – Значит, точно передвигался на каком-то транспортном средстве.

– Все части тела были найдены в этом квартале. Почему он не выбросил здесь же внутренние органы жертвы? – задумался я.

– Трудно сказать, – вступил в разговор Линь Тао. – Может, ему были нужны эти внутренности?

После этих слов все собеседники, включая меня, побледнели.

* * *

На секционном столе мы постепенно собирали воедино труп мужчины. Грудная клетка была вспорота и вычищена от внутренних органов. Один взгляд на дыру в теле трупа заставлял чувствовать себя неуютно, особенно после недавнего предположения Линь Тао.

– Я читал на форумах «Вэйбо», что иногда людей убивают, чтобы похитить их органы для пересадки, – сказал Дабао. – Но это всего лишь слухи. Я очень сомневаюсь, что без проверки на гистосовместимость, да еще и будучи изъяты таким варварским способом, органы остались жизнеспособными. Но даже если и так, то, очевидно, процедура проводилась в нестерильных условиях.

– Вероятно, дело не в этом, – ответил я. – Из убитого же достали полный набор органов.

– А может… – лицо Линь Тао выражало отвращение, – каннибализм?

Никто из присутствующих не смог сдержать позыв закатить глаза.

– Ну а зачем тогда убийце внутренние органы? – возмутился Линь Тао.

– Меня больше всего волнует не это, – продолжил я. – Если убийцу интересовали только внутренности, то для чего он расчленил тело? Можно же было просто вспороть живот.

Судмедэксперт Хань, потерев губы, тихо добавил:

– По разрезам можно сказать, что убийца кое-как разбирается в строении человеческого тела, но все же знания у него поверхностные. Он знал, что верхнюю часть таза нужно отрезать поперек межпозвоночных дисков, но не знал, каким образом отделить остальное, а потому потратил уйму усилий на расчленение. Он просто хотел, чтобы было проще его выбросить.

– Ну и силища у него, хоть отбавляй, – заметил Дабао.

– Это не самое главное, – перебил я. – Смысл в том, что если убийца разделал тело, чтобы выбросить или спрятать его, то он был очень хорошо знаком с жертвой. А вот если все это было только ради извлечения органов, то они с жертвой вполне могли быть абсолютно чужими друг другу.

– То есть вы считаете, что преступник был знаком с жертвой? – переспросил Дабао.

Все закивали.

– Все части тела, кроме внутренних органов, были обнаружены? – уточнил я.

Практикант взглянул на труп и помотал головой:

– В брюшной полости недостает одного куска мышечной ткани, а еще у трупа не хватает одного уха. Все остальное вроде на месте.

– Нормальная ситуация, – поспешил вставить Линь Тао. – Тут полно бродячих кошек и собак, которые могли утащить несколько кусочков и съесть. Как ни старайся, а их теперь только в продуктах метаболизма животных удастся найти.

– Ты такой красивый, пока рот не откроешь! – рассмеялся я, глядя на Линь Тао.

Тот вскинул свои густые брови:

– Кто бы говорил… Ты бы хоть оценил, какие умные слова я употребил!

– На теле нет ни ран, ни следов удушья, – сказал Дабао. – В данный момент невозможно определить причину смерти.

– Внутренние органы отсутствуют, а крови недостаточно для исследования. Как нам провести токсикологический анализ? – спросил судмедэксперт Хань.

– Ха-ха, выход всегда есть. – Дабао поправил очки. – Убийца не тронул мочевой пузырь, и в нем осталась моча.

– Отравление – нередкий способ убийства, и в подавляющем большинстве его выбирают женщины, – сказал судмедэксперт Хань.

– Не думаю, что это так, – возразил Дабао. – Какая женщина способна донести такое тяжелое тело?

– Если она подъехала близко к контейнерам, – предположил судмедэксперт Хань, – то у нее хватило бы сил закинуть куски в бак.

– Это просто невозможно, – продолжал Дабао. – Ни одна женщина не способна на такое хладнокровное убийство: вспороть живот, распотрошить, а потом еще и расчленить… Женская психика недостаточно крепка для подобных действий.

– Не обязательно, – ответил Хань. – Если присмотреться к отрезанным краям трубчатых костей конечностей, то видно, что все они были отсечены какими-то часто повторяющимися одинаковыми движениями, при этом срез получился очень аккуратным. Это возможно сделать только хорошо заточенным остеотомом. Однако при повторном осмотре фрагментов становится понятно, что пропил был сделан несколько десятков раз. Мужчине же достаточно сделать всего несколько нажатий на инструмент.

– Ты когда-нибудь встречал хоть одно дело, где женщина в одиночку расчленила бы тело? – спросил Дабао.

– В моем опыте таких случаев немало, – рассмеялся судмедэксперт Хань. – Времена изменились – женщина теперь исполняет не только роль прекрасной половины, но может и устроить расчлененку.

Я присел на корточки рядом со скороваркой, в которой как раз закипал лобковый симфиз, и продолжил слушать спор двух судмедэкспертов. Они оба были правы.

– Симфиз скоро сварится, – решил я прервать их дебаты. – Как только узнаем личность погибшего, дело решится само по себе.

Скороварка визжала под жаром индукционной плиты. Крышка приподнималась в попытках отдышаться и стучала о бортики кастрюли, выпуская клубы белого пара. Вся прозекторская наполнилась мясным ароматом. Вот только он не вызывал аппетита.

– После того раза, когда я сам сварил чьи-то кости, больше не могу есть бульон, – сказал Дабао.

– Неужели? – Я уменьшил мощность плиты и потихоньку открыл крышку скороварки, после чего помешал в ней кровоостанавливающим зажимом. – Карьера требует работы мозга, а пищеварительная система – желудка. Одно другому не мешает, да?

– А у тебя, по ходу, внутри автоматическая коробка передач с высокой производительностью, – пошутил судмедэксперт Хань. – Даже такое через себя пропускает.

Кости варят, чтобы легче было отделять друг от друга плотно прилегающие мышцы, хрящи и надкостницу. Таким образом можно хорошо отчистить поверхность кости для дальнейшего изучения.

Я выловил из молочно-белого бульона лобковую кость и с помощью зажима начал аккуратно отрывать кусочки мягких тканей. В скором времени показалось лонное сочленение.

– Скорее всего, ему около тридцати лет, – заявил я. – Нужно положить к остальным частям тела, потом определим точнее. А еще нужно побыстрее уточнить про отравление: мы уже так долго возимся с телом, а все еще не знаем причину смерти…

– Товарищи преподаватели, – вдруг прервал наши размышления один из практикантов, отвечавший за собирание конструктора из частей тела, – а почему здесь одиннадцать пальцев?

В эту же секунду мы окружили секционный стол. Если погибший окажется шестипалым, это значительно упростит поиски его личности.

– Но, – продолжил практикант, – кисти рук уже восстановлены, на них всего хватает, у него пять пальцев на руке.

Я долгое время не мог произнести ни слова. Наконец пробормотал:

– Как… как такое возможно?

– Это значит, – пояснил судмедэксперт Хань, – что среди останков погибшего есть палец, который ему не принадлежит.

– М-м, – протянул я. – Понятно. К слову, мы только что раскрыли дело, где случайно соединили части двух трупов в один, и только благодаря анализу ДНК узнали, что это были два разных тела.

– Но у нас тут другая ситуация, – заметил практикант. – С телом всё в порядке, кроме лишнего пальца.

В прозекторской воцарилась тишина. Вырезание внутренних органов, лишние пальцы, борозда для веревки – все это вводило в ступор и вызывало недоумение.

– Ну, – нарушил тишину Дабао, – в любом случае рост мужчины составляет метр семьдесят пять, телосложение среднее, возраст примерно тридцать лет. Это то, что мы можем сказать уже сейчас. Но когда придут результаты анализа ДНК, я уверен, что установить личность не составит труда.

– Верно, – будто утешая самого себя, сказал судмедэксперт Хань. – Учитывая, что мы предполагаем отравление, смерть, скорее всего, наступила в пределах двух дней, примерно третьего июня. Мы уже можем предоставить немало информации следствию.

Они пытались успокоить сами себя, но меня происходящее совсем не радовало. Неужели пострадала еще одна невинная душа, которая прямо сейчас следит за нами? Кто это? Как ее палец оказался здесь?

– Начальник Цинь, – внезапно в прозекторскую вбежал Сяоху из секретариата, – вы не ответили на телефонный звонок, поэтому я сразу же понял, что вас нужно искать здесь. Только что звонил начальник Чэнь; он хотел, чтобы вы передали данное дело в город. Вам срочно нужно выезжать в Цинсян.

– Снова произошло что-то вопиющее? – спросил я.

– Кажется, убили вице-мэра.

– Мы же не успели разобраться здесь; ко всему прочему, тут, похоже, появилась одна сложность… – Я взбесился; мне было очень жалко оставлять интересное и трудное дело, в которое я только начал погружаться. После небольшой паузы я продолжил: – Судмедэксперты работают в первую очередь ради народа, а не ради руководящих кадров.

– Я проясню, – ответил Сяоху. – Местный судмедэксперт – заинтересованное лицо, поэтому не может быть задействован. Более того, это приказ; если у вас имеется иное мнение на этот счет, то единственное, что вы можете сделать, – это оставить его при себе.

Я хотел было что-то возразить, но смог лишь беззвучно пошевелить губами, после чего молча снял с себя комбинезон для вскрытия.