Милиционер шёл, раскачивался, не по-милиционерски махал руками и делал такие широкие шаги, как будто в ушах у него гремела музыка.

И мы с Нункой тоже – шагали за ним по Тверскому бульвару. И падал снег! И опять никто не знал, где мы. Даже Мариам и Чипс не отыскали бы!

Я раньше тут жила, до школы, на старой квартире.

И вечно гуляла с какими-нибудь старушками.

А мама бежит к себе на радио! Разбежится и едет по льду!..

По чёрным ледяным каткам! И в конце бульвара становится такого роста – как я.

Я, когда тут иду, и дом вижу мой – с геодезической вышкой! И эти фонари на длинной ноге!.. Фонарь «сорок»! Фонарь «тридцать четыре»! Сами серым покрашены, а номера – жёлтые!.. Сказать не могу, до чего мне нравится здесь ходить!

– А у нас в Схоторашене, – заявляет Нунэ, – только стемнеет – лягушки квакают! Как волки завывают!

Тоже мне, сказанула, будто ей здесь плохо – на Тверском!

«Красная площадь» – стрелка направо.

«Трубная площадь» – стрелка вверх.

Валит снег! Трубной площади на небе не видно!

Переходим улицу и оказываемся перед будкой ассирийца – чистильщика ботинок.

У стекла снаружи висят шнурки.

Под шнурками на стуле – железные подковки.

– Почём подковка? – спрашиваю.

– Не продаётся! – отвечает ассириец. Он в шапке и пиджаке – синем с люрексом. – Хе! Хе! Бери любую! На счастье! Хе! Хе! Хе!

На руке у ассирийца написано «Миша». Сидя, стёртым веником он метёт из будки снег.

Угол Тверского и улицы Горького пахнет гуталином.

– Зайдём в «Армению»? – предлагает Нунка.

– Давай! – говорю я.

Вдвоём тянем к себе кручёную с серебряными шишками дверную ручку магазина «Армения».

На люстрах с ветками, гранатами и виноградными листьями – тоже такие же три шишки!

Мы стоим в «Сувенирах» и глазеем на «нарды». Хотя выставлена «ТОЛЬКО ДОСКА БЕЗ ФИШЕК И ЗАРЫ». Так на ней написано.

Ещё есть золотые туфли!.. Чеканка с профилем Давида Сасунского!.. Заколки!.. Потом – купаты и сосиски!.. Солёные огурцы!..

И банки с надписью: «АДЖИКА»…

«Армения»! – на круглых значках продавцов.

«Армения»! – на конвертах пластинок.

«Армения»! – отбивают кассирши на чеках…

Появилась уборщица с ведром – в белой пилотке и красной кофте с заплатками на локтях!

Она ныряет рукой в ведро, выуживает и выжимает пупырчатую тряпку.

От тряпки пар! В ведре пена! И разноцветные, как шнурки у ассирийца Миши, мыльные пузыри!

Я говорю:

– Нун! Купим чего-нибудь армянского!

– Давай! – соглашается Нунка.

Мы долго выбирали и купили сосиски.