До чего же приятны первые часы, проведенные в этом доме! И этот первый, такой душевный завтрак. И первая попытка одеть Саймона… в темпе рок-н-ролла. Мы с ним вдвоем в его детской, малыш смотрит на меня; ему пора сменить подгузник. Открываю стенной шкаф: он битком набит разноцветными сверхмягкими детскими одежками. Это уже готовые комплекты «верх-и-низ». Беру один из них наугад. Выбрасываю использованный подгузник и ищу, чем бы вытереть малышу попку. Саймон, в наполовину надетом свитерке, не дается, изгибается, брыкается, пробует вырваться у меня из рук. С низом та же история: едва я натягиваю штанишки на одну ножку, как ребенок, вывернувшись, удирает. Бегу за ним следом и замечаю Монику в комнате напротив. Она занимается Льюисом. Тот сидит на краю постели, и мать вроде бы массирует ему то ли ступни, то ли ноги сверху донизу. Чем же он болен? И что у него с ногой – повреждена, парализована, изуродована? Мне тяжело смотреть на это. Беру Саймона на руки, он играет моими волосами, такой жизнерадостный малыш. Как же мне хорошо в этой семье!