– Ты уже доел?

Хэнк взял со стола маленькое глиняное блюдо с остатками лучшей сальсы, которую когда-либо пробовал. Он попросил бы рецепт, если б был уверен, что его испанский, оставшийся на школьном уровне, хотя бы понимают. Возможно, добрая сеньора и позволит ему посмотреть в следующий раз, как она ее готовит. О да, еще сальсу и те штуки, которые тут называют пупуса[18]. Почти как кесадилья, только лучше: толстая тортилья из кукурузной муки, с начинкой из мяса и специй, обжаренная на хорошо нагретой сковороде. У Хэнка появилось новое любимое блюдо. Влажной тряпкой он смел крошки со стола и слегка задел локтем ноутбук. На экране высветился заголовок новостей: «Состоялись похороны местных мужчин, погибших при взрыве яхты».

Андре поправил свои бифокальные очки.

– Поверить не могу, что они написали мое имя неправильно! Пять букв всего-то. Ну и журналисты пошли в наше время… Не могут проверить даже простейшие вещи.

Хэнк потянулся за бутылочкой с острым соусом, когда в дверь постучали. Он застыл на месте. Андре и Ларри тихо отодвинули стулья. Еще один мужчина прошел по коридору и осторожно приблизился к двери. Хэнк, Ларри и Андре прижались к стене и тихонько спрятались за углом. Хэнк покрутил в руке бутылочку с соусом, словно намереваясь использовать ее в качестве оружия. Время шло, и он сжал ее покрепче. Мужчина у двери прислушался, потом посмотрел в глазок. И тут же распахнул дверь.

– Гектор! – Мужчины обнялись и тут же затараторили по-испански.

Мать Гектора уже бежала из кухни, на ходу вытирая руки полотенцем. Она обняла сына, и тот нагнулся к ней. Хэнк затылком почувствовал, как Андре выдохнул от облегчения, и сам уже не так сильно сжимал бутылку с соусом. Все они вышли поприветствовать Гектора.

– Все в порядке? – Тот, протянув руку, обменялся с каждым рукопожатием, обнял и похлопал по спине.

– Да. Рад тебя видеть, – сказал Хэнк. И это было искренне.

С тех пор как они в последний раз видели своего парикмахера, многое могло пойти не так. Казалось, они только спрыгнули из лодки Гектора метров за сто от берега в темные воды Атлантики. И вот они уже в гостиной его матери в Сальвадоре, где все стены увешаны семейными фотографиями, а это значит, что им, всем троим, удалось ускользнуть. Им приходилось вести себя осторожно, но почти все цели были достигнуты.

За те шесть дней, что они провели в этом месте, к ним никто не заходил, не стучал угрожающе в дверь, не любопытствовал, заглядывая в окна. В самое первое утро Хэнк выглянул через плотные шторы и решетки на окнах и обнаружил, что ровно те же меры безопасности были и в других домах на этой уютной опрятной улице. Маленький сад на заднем дворе был огорожен высокими бетонными стенами, а по вечерам, прежде чем закрыть дверь в патио, они запирали на засов металлические ворота. Ларри усаживался под потолочным вентилятором и принимался изучать новости на ноутбуке их хозяйки. В череде новостных лент не было ни одного упоминания о казино; судя по всему, расследование кражи не велось. Их план работал.

Гектор сделал шаг назад и улыбнулся.

– Ключи нашли сразу?

– Да, на заднем колесе, как ты и сказал.

Гектор кивнул.

– А долетели как?

– Я вообще без проблем, у Ларри немного задержали рейс в Чикаго, Андре добирался из Далласа и натерпелся страху на иммиграционном контроле, но мы справились.

Гектор посмотрел на Андре.

– А что случилось на контроле?

– Шерстили со знанием дела, долго крутили в руках мой паспорт, потом отвели в какую-то комнату без окон. Там было адски жарко, с меня пот лил в три ручья. Но я держал себя в руках и внешне сохранял спокойствие. Я помню, что ты нам говорил. Просто сидел и ждал. И через несколько минут меня пропустили.

Гектор кивнул, снял куртку, повесил ее на спинку стула и жестом пригласил Хэнка, Ларри и Андре присесть. Хэнк выбрал кресло, чтобы не соприкасаться с пленкой, которой был обтянут яркий диванчик с цветочным орнаментом. Он на горьком опыте усвоил, что защитная пленка намертво прилипает к голой коже, а на ногах у него осталось совсем не много растительности. Ларри и Андре наверняка думали о том же, но сидеть в этой опрятной гостиной особо было негде, и они осторожно приземлились на диванчик, стараясь сидеть так, чтобы пленка не соприкасалась с их голыми ногами. Хэнк догадывался, что это был любимый диван сеньоры Чавес. Выглядел он достаточно новым и, скорее всего, был куплен на деньги с заработков Гектора – когда тот выполнял «то, что от него требовалось».

Мать Гектора принесла поднос с напитками – Хэнк уже знал, что это «чичас». За неделю он даже уже привык к этому сладкому, слегка резковатому напитку. Она расставила стаканы на столе, и Гектор передал их каждому.

– Ваше здоровье, – сказал он.

Поднимая бокал, Хэнк вспомнил, как они тоже пили за здоровье: тогда они с Ларри и Андре чокнулись банками с пивом и договорились следовать новому плану.

* * *

После того как Хэнк подслушал разговор Падмы и узнал, что по их души из Индии прибудут аж три киллера, у него прямо кровь вскипела. Когда он с визгом шин вылетал с парковки казино, перед глазами у него мелькали фото бывших сотрудников компании, которые он видел в интернете. Те самые, где они висели на мостах. Из этой ситуации был только лишь один надежный выход, и решать надо было быстро. Он предупредил Гектора заранее, чтобы тот успел все подготовить, а потом встретился на причале с Ларри и Андре, и они вышли на яхте в океан…

Хэнк наклонился к друзьям. Тихая музыка из колонок должна была заглушать их голоса на тот случай, если в тишине утра, переходящего в день, звуки далеко разнесутся над водой.

– Нам нужно поменять план.

– Почему? – Андре резко выпрямился, словно готовясь защищаться.

Хэнк спокойно ответил:

– Потому что казино все знает про нас, и пока они не вернут свои деньги, они от нас не отстанут.

– Но Гектор же их прикончит, – отвечал Андре.

– Можно и на это понадеяться, – ответил Хэнк, – но тогда приедут другие. Когда на кону миллионы, они не отстанут от нас после одной неудачной попытки.

Андре снял очки и провел рукой по лицу.

– Нет, все же это уже слишком дико. Ты точно уверен, что казино все про нас знает?

Да твою ж налево… И Хэнк принялся повторять:

– Я слышал, что сказала Падма. Она сказала «большой, лысый». Это про меня. И «банкир». Это она имела в виду Ларри. Потом она сказала «все трое». То есть имела в виду всех нас троих. Она знает. Андре, ты не видел тело Дэйва, а я видел. Кто-то его прикончил и оставил ту фишку на тысячу долларов как послание. С тем же успехом могли бы и записку оставить: «Мы знаем, что вы украли наши деньги, и мы за ними придем». Эти фишки Падма разложила у себя на столе, чтобы я понял, откуда взялась та, что лежала на Дэйве. Так она меня предупредила. Ты хочешь остаться и на своей шкуре проверить мои выводы? Хочешь закончить свою жизнь на полу в гараже с разбитой головой?

Ларри и Андре подумали пару секунд, и затем Ларри спросил:

– Ну и что ты предлагаешь?

– Единственный способ заставить их от нас отстать – это инсценировать смерть. Нам придется на это пойти.

Андре, дернув головой, перевел взгляд с Ларри на Хэнка.

– Ты шутишь, да?

Хэнк покачал головой.

– Дэйв-то мертв. И это не шутка.

Ларри медленно кивнул и сказал:

– Хэнк прав. Не хотелось бы сидеть и ждать, когда они явятся за нами. Надо бежать. И как бы безумно это ни звучало, лучший способ избежать преследования – умереть. – Ларри припал к пиву и потом спросил: – А что будет с нашими девчонками?

Хэнк пожал плечами.

– И что? Что вот это все значит? – Андре весьма похоже изобразил, как Хэнк пожимает плечами. – Ведь все затевалось ради них, чтобы вернуть нашу прежнюю жизнь. Все эти четыре года я участвовал в этом только с одной мыслью – вернуть мою королеву. А теперь ты предлагаешь нам умереть?

Хэнк снова пожал плечами.

– У нас нет выбора, – ответил он. – Что нам еще прикажешь делать? Остаться и ждать, когда нас убьют? Наши жены в любом случае будут предоставлены сами себе. А если мы сбежим, то, по крайней мере, останемся живы. Если будем сидеть на месте, то подвергнем опасности и их тоже. Так что это и для них самый лучший вариант.

– А что, если взять их с собой? Инсценировать три смерти или шесть, не все ли равно? – спросил Андре.

Хэнк снова покачал головой.

– Не успеем, времени уже просто нет. А у Гектора есть идея. Как раз сейчас он достает нам поддельные паспорта. Кстати, Андре, завтра надо сделать фотографии у тебя в фотобудке на работе и передать их Гектору. С этого и начнем. Нет, с девчонками мы далеко не уедем. Они не смогут быстро собраться, да и разболтать все могут. Нас убьют раньше, чем они соберутся.

– Мы им вообще ничего не скажем? – уточнил Ларри.

– Абсолютно, – ответил Хэнк. – Чтобы все сработало, они должны верить, что мы мертвы.

Ларри выдохнул и откинулся на спинку стула. Андре схватился за голову.

– Как это вообще возможно? Инсценировать нашу смерть? Да чтоб меня… Вы себя хоть слышите?

– Понимаю. Но такое уже прокатывало, – сказал Хэнк.

Андре скептически поморщился.

Хэнк вытащил телефон, что-то на нем набрал и показал экран Андре. В результатах поиска было о некоем Джоне Дарвине, бывшем учителе из Великобритании, который уплыл на своей байдарке, исчез, и его объявили мертвым. Спустя пять лет он «воскрес», и его арестовали и обвинили в мошенничестве.

– Про это даже сняли сериал. Довольно хороший. «Вор, его жена и каноэ». Кину тебе ссылку.

Андре посмотрел на Хэнка поверх очков.

– Тут написано, что его арестовали.

– Так не за то же, что он исчез или инсценировал свою смерть. Хочешь верь, хочешь нет, но просто исчезнуть не является чем-то незаконным. А арестовали его за мошенничество с деньгами по страховке. Так что если мы отменим наши страховые полисы по миллиону, да и все другие, то и мошенничества никакого не будет. Плюс меньше будет расследований, раз уж выплат не полагается. Мы ведь оформляли эти страховки только ради наших девчонок, чтобы им было на что жить, если б с нами что-то случилось раньше, чем мы достигли бы цели. А так мы уже почти с десятью миллионами, и страховка не нужна.

– Но если мы свалим с деньгами, а у них не будет страховки, то они останутся нищими.

– Мы переведем им деньги. Ларри придумает, как организовать электронный перевод.

– Сможешь, мужик? – Андре посмотрел на Ларри. – Ты сможешь отправить им деньги? Не хочу, чтоб мы шиковали на свои миллионы, а Шализа еле сводила концы с концами.

– Да уж найду способ, – кивнул Ларри. – Соберу всю информацию по их счетам. И тогда смогу сделать им переводы и подделать переписку, чтобы это выглядело как обычная выплата или пенсионные сбережения. Будьте уверены, мы о них позаботимся.

– Ну и жесть, – сказал Андре, глядя на Ларри. – Сам-то что обо всем этом думаешь?

– Да у меня голова сейчас взорвется, – ответил Ларри. – Прости за неудачный выбор слов… Но я не хочу закончить свои дни как Дэйв. Надо валить. Просто избежать встречи с этими индийскими парнями, и поэтому лучше уж нам умереть от несчастного случая до их приезда. Заляжем на дно, посмотрим, как будет действовать полиция. Если нас свяжут с кражей денег из казино и возникнет опасность загреметь за решетку, тогда придется пуститься в бега. Уже под другими именами. Не знаю, так далеко я еще не думал… А может, все нам сойдет с рук. Может, сможем где-нибудь тихо жить… Но слишком уж много этих «если». – Ларри принялся загибать пальцы. – Если казино точно поймет, что их ограбили. Если догадаются, как именно. И если допрут, что это были мы. И если поймут, что мы все еще живы. Если они найдут нас. Целых пять «если» в нашу пользу.

Андре потер виски.

– Когда все успело стать таким сложным? Мы же просто хотели вывести наличные. Обставить все так, будто мы получили наследство, или выиграли в лотерею, или еще типа того. Потом уйти на пенсию и махнуть во Флориду, как все нормальные люди. А теперь нам тут надо какое-то шпионское кино разыгрывать… Все выходит из-под контроля.

– Смотри, – сказал Хэнк. – Да, все усложнилось, и нам надо просто это принять. Выбора у нас нет. И для начала нужно остаться в живых. При этом действовать быстро, чтобы все подготовить. Ну так что, вы в деле?

– Похоже, выбора действительно нет. Андре, что скажешь? – спросил Ларри.

Андре оперся локтями на колени и сам весь согнулся, подперев голову руками. Он взглянул на Ларри.

– Ты должен гарантировать, что, если мы отменим страховки, ты сможешь переслать деньги нашим женам.

Ларри кивнул.

– Ладно, договорились, – сказал Андре.

Ларри порылся в кулере и посмотрел на Андре.

– Так, легкое пиво закончилось. Обычное будешь?

Андре усмехнулся.

– Ну хоть какая-то польза – мертвецы не считают углеводы…

Ларри кинул ему банку, каждый открыл свою, и они чокнулись. Потом Андре спросил:

– Как мы, черт подери, все это провернем?

Хэнк глотнул пива и ответил:

– Гектор уже над этим работает.

Андре выпрямился и спросил:

– Но было же Правило Номер Четыре? Не говорить никому. Вообще. Нельзя, чтобы он узнал, что мы убегаем из-за казино. Он поймет, о каких деньгах идет речь, и сам решит нас прикончить.

Хэнк улыбнулся – он об этом уже думал. И они с Ларри кивнули:

– Заметано.

– Так что мы ему скажем? – не унимался Андре.

– Он не задает много вопросов, – сказал Хэнк, – да и не должны мы ему все объяснять, раз уж нанимаем его для подобных дел. Ему просто нужны деньги. Но если уж нам и придется что-то ему рассказать, то ляпнем, что это наши жены пытаются нас убить.

– Че-е-его-о-о? – хором спросили Андре и Ларри.

– Сами подумайте. Людей постоянно убивают из-за денег по страховке.

– Что правда, то правда. Все всегда из-за денег, – согласился Ларри.

* * *

И теперь, сидя в гостиной в доме матери Гектора, Хэнк улыбался своему парикмахеру с чувством полнейшего облегчения. На каждом этапе своего пути они надеялись, что Гектор их не предаст. Начиная с самого первого платежа от Хэнка и заканчивая последним увесистым конвертом, который тот оставил на рабочем месте Гектора в парикмахерской, когда они изменили план. Оплату за инсценировку их смертей. Хэнк удивился, когда Гектор неожиданно вернул конверт и взамен предложил свою жену Бренду на должность начальника службы безопасности казино. Но вместе с удивлением Хэнк испытал и облегчение.

Потому что теперь и у Гектора был свой интерес в этой игре.

Хэнк был только рад нанять Бренду. Даже если б он не был так занят вопросами выживания, Бренда все равно бы была претендентом номер один на должность среди всех соискателей, с которыми он собирался проводить собеседования на этой неделе. Так что на предложение Гектора взорвать яхту и вывезти их из страны, если Бренда получит желанную работу, Хэнк с удовольствием согласился. И вот эта карта сыграла. Бренда работала в казино, а Хэнк официально мертв – и рычаги давления исчезли.

Он снова остался у разбитого корыта, полагаясь только на честность парикмахера – и снова надеясь, что Гектор их не подведет.