У Сони не было друзей. Собак во дворе хватало, но настоящей дружбы с ними не получалось. Соня пробовала подружиться с таксой, которая жила на четвёртом этаже. Такса считала себя очень умной и всё время говорила и говорила. А если Соня что-нибудь хотела сказать, заявляла:

– Не перебивай старших!

«Ну, какая это дружба, – думала Соня, – когда один всё время говорит, а другой должен только слушать?»

В соседнем подъезде жил бульдог Макс. Он, может быть, и играл бы с Соней, но его никогда не спускали с поводка.

А ещё во двор часто забегали бездомные собаки Шарик и Бобик. Жители двора подкармливали их, а дворник Седов гонял метлой от мусорных баков. Держались Шарик и Бобик всегда вместе, и Соня с завистью смотрела, как они деловито шныряют туда-сюда.

«Вот настоящие друзья!» – думала Соня.

Как-то она подошла к ним и предложила:

– Давайте дружить!

Но Шарик презрительно фыркнул:

– Мы и так дружим! Нам третий не нужен.

А Бобик сказал:

– Иди отсюда! Это наша помойка!

Иногда во время прогулки Соне удавалось поиграть то с одной, то с другой собакой. Но на этом всё и заканчивалось.

«Собакам трудно дружить, – думала Соня. – Все сидят в своих квартирах. Для правильной дружбы нужно время и место, где дружить, а не случайные встречи на лужайке или в кустах. И вообще, что это за дружба – пятнадцать минут утром и полчаса вечером?»

Но однажды у Сони появился друг. Точнее, она так решила. В их доме поселилась симпатичная дама с собачкой. Даму звали Маргарита Сергеевна, а собачку – Пуфик. Иногда они встречались во время вечерних прогулок.

Соне новая соседка очень понравилась. Она приятно пахла духами, и у неё было пальто с воротником из настоящей лисы. Ивану Иванычу соседка тоже понравилась. Он стал убирать свои носки.

И тортики покупал чуть не каждый день. Потому что приглашал соседку на чай.

Маргарита Сергеевна тоже пригласила Ивана Иваныча в гости.

– Приходите со своей Соней, и моему Пуфику будет веселее. А то он меня всё время ревнует и даже поговорить толком ни с кем не даёт.

«Настоящая дама», – подумала Соня. И ещё она подумала, что если хозяева будут дружить, то и они с Пуфиком тоже станут друзьями.

Вскоре выяснилось, что это не так просто. Пуфик целыми днями лежал на диване и смотрел телевизор.

– Давай во что-нибудь поиграем? – предложила Соня. – Например в прятки…

Но ни в прятки, ни в облака, ни в жмурки новый друг играть не хотел:

– Если я зажмурюсь, то как я буду телевизор смотреть?

– Будет здорово, если наши хозяева поженятся, – сказала Соня. – И у них появятся дети…

Пуфик фыркнул:

– Не люблю детей. Прыгают, вопят. Не дают спокойно полежать на диване…

– А если всё-таки дети появятся?

– Ни за что, – нахмурился Пуфик. – Я ей сказал: или я, или дети!

– А она что сказала?

– А что она может сказать! Я ведь в доме главный!

Соня про себя подумала, что если бы у Ивана Иваныча были дети, то она бы за ними следила, и сказки читала, и кашу за ними доедала… И облизывала бы их, когда Иван Иваныч не видит.

Соня считала, что у друзей всё должно быть общим. Ну, если не всё, то многое.

– Хорошо, что у нас много общего: и общий дом, и двор, и собак твоя хозяйка любит…

– Собак она не любит, – сказал Пуфик. – Она меня одного любит. А больше – никого. Я ей не разрешаю.

Когда Маргарита Сергеевна с Пуфиком заглядывали к ним в гости, Соня всегда оставляла для нового друга что-нибудь вкусное в миске. Ведь друзья должны делиться. Но когда Соня с Иваном Иванычем приходили, миска Пуфика была пустой.

– Мы рано ужинаем, – говорил Пуфик.

Так продолжалось целый месяц. Но однажды Иван Иваныч вернулся домой грустный-грустный, бросил посреди комнаты носки и, даже не поужинав, уткнулся носом в подушку.

– Что случилось? – встревожилась Соня. – Ты не заболел?

– Я поссорился с Маргаритой Сергеевной. Больше к ним в гости мы не пойдём…

Как ни старалась Соня узнать, что случилось, хозяин не хотел об этом говорить.

– Ну и ладно! – сказала она. – Значит, мы не будем с ними дружить. Этот Пуфик редкая жадина!.. И собак твоя Маргарита Сергеевна не любит!.. И воротник из лисы у неё противный!