# Октябрь

Варя дожидалась Вику перед входом в школу. Едва та выбралась из родительской машины, как Варя подскочила к ней и громко зашептала, делая большие глаза:

– Мне кажется, кто-то чужой заходил в мою комнату!

Вика зевнула. С утра она туго соображала.

– Когда? Ночью?

– Нет, позавчера, когда мы после выступления выдыхали. У меня обычно дверь закрыта, и табличка висит, что нельзя. А тут я вдруг заметила… Нет, ну точно кто-то был.

– Следы на полу, – понимающе кивнула Вика, заметно оживая. Ну да, она ведь обожает всякие там детективы…

Варя замялась.

– Нет. Фотка пропала.

– Какая фотка?

– Ну та, где мы всем кружком по музыке на фоне школы, помнишь? Ты сама её тогда предложила сделать. А Паша всем распечатал.

Вика скорчила рожицу.

– Фу! Ты зачем её хранишь? Мы же там все жутко вышли. Фрики и их друзья.

– Ну-у. – Варя замялась, а потом добавила непонятное: – Потому и храню.

Вика притормозила и уставилась на неё. Они дружили всего полгода – Варю перевели из другой школы весной, в конце третьего класса, – но одно Вика уже знала точно. Если Варя вдруг начинала разговаривать тихо-тихо и прятала глаза, значит, дело было нечисто.

– Та-ак. И что там на фотке? Кроме нас.

– Подписи, – вздохнула Варя. – Много смешных подписей.

На первой же перемене Вика потащила Варю в укромный угол под лестницей.

– Ну, рассказывай, что там за подписи! – выдохнула Вика.

Варя опустила голову. Густая тёмная чёлка съехала ей на глаза.

– Ну, там, Миша – «попугай», у него смешно волосы торчат и нос большой. Катя – «миньон», Анисия…

– Кто? Миньон? Ой, не могу! – Отсмеявшись, Вика вдруг нахмурилась: – Так. А я кто? Я же там тоже есть.

– Тебя я не подписывала. Ты у меня просто хемела.

– Чего?

– Ну, хемела, по-испански «сестра-близнец». Мама испанский преподаёт, ты же знаешь. Так вот, она недавно сериал смотрела, там были такие близнецы, вроде вас с Никой. Вы у меня хемелас.

– Похоже на химеру, – поморщилась Вика. – Но вообще обидно. Могла бы меня и отдельно подписать. Согласна даже на попугая.

– Хорошо. Вот найду фотку и переподпишу тебя попугаихой, – пообещала Варя. Помолчала и добавила: – Вообще-то не нужно было так делать, конечно. Просто меня в предыдущей школе… Ну, я рассказывала, там девочки были так себе. И мама посоветовала придумать им смешные имена, чтобы я их меньше боялась. Вот я решила и тут придумать… заранее как бы.

Вика понимающе закивала.

– И что, помогли тогда смешные имена? – спросила она.

Варя поморщилась.

– Если учесть, что я здесь, а не в той школе… Не-а, не помогли.

Они замолчали.

– А может, это твоя мама фотку взяла? – предположила Вика, облокотившись на перила лестницы. – Или брат?

– Точно нет. Во-первых, я комнату запираю. Хотя её, конечно, легко открыть. Но, во‐вторых, мы договорились насчёт личного пространства: я к Паше не хожу, а он – ко мне.

– Везёт. – Вика вздохнула. – А мы с Никой – в одной комнате. Это кошмар. Она всё сваливает в кучу, может мои вещи взять, хотя они ей большие. Один раз я ночью проснулась, смотрю – на стене чья-то тень. Как будто кто-то лохматый стоит. Я так орала! А оказывается, это Ника свою куртку с пуховым капюшоном на рюкзак набросила, а рюкзак поставила на стол. Но тень получилась как от человека. Представляешь?

– Жуть, – согласилась Варя. – Но Паша мои вещи точно брать не будет, и фотка ему не нужна. Она у меня уже давно на столе валяется.

Вика пожала плечами:

– Тогда, может, и ладно? Пропало и пропало. Не страшно.

Варя вздохнула и полезла в карман.

– Ещё как страшно. Вот, вчера в рюкзаке нашла.

Вика взяла у неё тонкий квадратный листок бумаги, сложенный вчетверо. На нём печатными буквами было написано:

«Нехарошо предумывать кличьки однакласникам».

– Ничего себе! – ахнула Вика и осмотрела листок со всех сторон. – Да-а, похоже на угрозу.

У неё аж глаза загорелись – и Варя подумала, что Вика читает слишком много триллеров.

– И что делать? – спросила она взбудораженную подругу.

– Нужно найти маньяка раньше, чем он найдёт тебя, – уверенно заявила Вика.

– Какого маньяка? – окончательно перепугалась Варя.

– То есть не маньяка, а воришку. Воришку, конечно. – Вика помахала запиской перед Вариным носом. – Что необычного ты здесь заметила?

– Три ошибки, – сразу же ответила Варя.

– Да? Странно. А я всего две нашла. Хотя если их три, то это даже лучше. Значит, воришка у нас безграмотный. Но самое важное – надпись сделана фиолетовыми чернилами с блёстками. У кого из наших они есть?

– Не знаю. У кого угодно могут быть.

– «Кто угодно» к тебе в дом не ходит! Короче, у Анисии такая ручка. Я заметила на математике.

Варя округлила глаза.

– Анисия? Но она же…

– Кстати, под ней у тебя что написано? Даже интересно.

– «Мисс Сноббс». Она когда смотрит на меня, то кажется, что не видит. Как будто меня нет.

Вика ухмыльнулась.

– Что ж, давай проверим.

Анисия, как всегда, торчала в библиотеке. Когда девочки её нашли, она доставала с верхней полки новый том из серии «Химеры звенящих долин».

– Анисия, привет, – начала Варя, но Вика её перебила:

– Верни Варе фотографию, которую ты в понедельник у неё стащила.

Анисия уставилась на них, прижав к груди книжку.

– Я… Я не брала, – промямлила она. – Какую ещё фотографию?..

– Ты ведь заходила к Варе в комнату, так? – напирала Вика.

Анисия затравленно кивнула.

– Я ошиблась, думала, что это туалет. Но я сразу вышла и никакой фотографии не видела.

– Она на столе лежала, у входа, как ты могла не видеть? – вмешалась Варя, шагнув вперёд.

Анисия шарахнулась от неё, как от огня.

– Я не собираюсь драться, ты чего… – Подняв перед собой ладони, ошарашенная Варя отступила.

Анисия замотала головой:

– Я не поэтому, извини. Ты… Ты подошла слишком близко. – Она потёрла глаз. – У меня плохое зрение, и обычно вы все довольно размытые. А когда вдруг подходите, то для меня это… некомфортно.

– Надо же, я и не знала, – удивилась Варя, разглядывая Анисию. – Как ты так живёшь вообще?

Та пожала плечами.

– Привыкла. Я даже линзы не могу носить и очки – голова начинает болеть.

Подруги переглянулись.

– Ладно, фото ты увидеть не могла, верю, – вздохнула Вика. – Попробуй вспомнить, кто-нибудь брал твою фиолетовую ручку?

Анисия задумалась, потом энергично кивнула.

– Брали, на русском. Она пропала, а потом после звонка снова нашлась.

Варя нервно сцепила пальцы.

– Кто-нибудь из нашей музыкалки к тебе подходил на русском?

– Да многие. Миша рядом проходил, Катя… Я же сижу около двери, все мимо ходят.

– Да-а, что-то мало нам это помогло, – подвела итог Вика, когда они возвращались из библиотеки в класс. – Любой человек с фотографии мог взять ручку.

– Зато мы исключили Анисию. – Варя задумалась. – Она вообще неплохая, вон «Химер» читает. А из-за зрения своего кажется злюкой. Наверное, тяжело, когда ничего вокруг не видишь.

– Это да. Она нормальная. Но остались ещё пятеро. Миша, Катя, Денис, Лёня и Соня. Ну что, на кого ставим?

– Не знаю, – вздохнула Варя. – Соне вообще обижаться нечего, она у меня «Рапунцель».

– А Лёня?

– Э-э-э, ну, он столько ест…

– Ой, Виолетта уже зашла, бежим! – завопила Вика и бросилась к классу.

– Все, пожалуйста, заполните короткую анкету перед поездкой в Научный музей. – Виолетта Сергеевна прошлась между рядами парт, раздавая прямоугольные бланки. – Печатными буквами.

– Супер! – шепнула Вика. – На записке тоже печатными было написано.

Варя непонимающе на неё посмотрела.

– Потом скажу, – отмахнулась та и взяла ручку.

В конце урока все бланки были заполнены и сданы – сейчас они лежали на учительском столе большой стопкой. Вика подмигнула Варе, зачеркнула на своём листке пару слов и подняла руку:

– Виолетта Сергеевна, а можно мне новый бланк, пожалуйста, я всё неправильно написала…

Учительница глянула на стол, потом перевела взгляд на Вику.

– Прямо всё неправильно? Ну, поскольку бланков больше нет, зайди, пожалуйста, в учительскую, там возьми и завтра принесёшь.

– Нет, я сегодня принесу, после уроков. Вы пока не забирайте их, – попросила Вика.

Виолетта Сергеевна кивнула, а Вика шепнула Варе:

– Я приду сдавать, отвлеку училку и посмотрю бланки. Вдруг узнаю почерк. Дай мне записку.

Варя протянула ей сложенный листок.

– Ты мне потом позвони, ладно? – попросила она. – У меня сегодня танцы, не смогу тебя подождать.

– Конечно.

После уроков Варя пошла одеваться, а Вика побежала обратно в класс.

«Всё-таки здорово, что у меня такая хорошая подруга, – подумала Варя, провожая худенькую фигурку взглядом. – В предыдущей школе все девчонки только издевались, а здесь прямо повезло. Даже Анисия и та нормальная оказалась».

Варя уже полдня об этом думала и пришла к выводу, что подписи на фотографии она сделала зря, не разобравшись в ребятах. Неужели она никогда не забудет, как её обижали в прошлой школе, и во всех теперь будет видеть врагов? Как же тогда дружить? И захотят ли ребята с ней дружить, если узнают, что она над ними посмеялась? Хотя кто-то уже знает.

От всех этих мыслей на душе стало неприятно, словно кто-то залез туда и натоптал грязными ногами. Хотелось скорее вернуться домой, юркнуть к себе и запереться. Наконец почувствовать себя в безопасности.

Но не тут-то было.

– Хей, по-моему, это твоё! – крикнул ей Паша, когда она уже зашла в свою комнату и собиралась закрыть за собой дверь. – У тебя из рюкзака выпало.

Подошёл, протянул сложенный вчетверо лист бумаги.

«Был же сиреневый», – успела удивиться Варя, прежде чем поняла, что это новая записка.

«Абидна, когда тебе предумывают дурацкую кличьку».

– Это что? – Паша заглянул в записку, заметив, как мгновенно изменилось лицо сестры. – Грамотей какой-то писал.

Варя посмотрела на Пашу, потом приоткрыла дверь пошире.

– Зайдёшь? Мне нужно у тебя кое-что спросить.

Они сидели на Вариной кровати. Брат отрицательно качал головой.

– Катя? Точно нет. Она к твоей комнате даже не подходила.

– Откуда ты знаешь?

– Она сто раз спросила, где туалет, чтобы не ошибиться с дверью. И вообще сидела на краешке дивана, боялась даже стакан с соком взять. По-моему, у неё пунктик на приличности.

– Ой, точно! – вспомнила Варя. – Она же как-то рассказывала, что у неё три брата, и все еле на тройки тянут, и вообще хулиганы. Поэтому Катя должна быть лицом семьи. Так и сказала.

– Вот видишь, – хмыкнул Паша. – Разве такой человек будет воровать у тебя фотку, а потом писать записки? Да эта Катя, если бы даже увидела какую-то бумажку, только поправила бы её, чтобы ровнее лежала.

Варя хихикнула.

– Точно. А кто тогда? Кто ещё ходил по квартире?

– Денис – точно, Миша, Катя, ну, и вы с Викой тоже туда-сюда бегали. Я ходил.

Варя фыркнула.

– В тебе я уверена.

– А может, зря. – Брат угрожающе пошевелил бровями. – Может, я преступник. Ну-ка, покажи ещё раз записку.

Варя протянула ему записку.

– Между прочим, это бумага для оригами, – сообщил Паша, повертев листок в руках. – То-то я думаю, знакомая какая-то.

– Почему знакомая? – удивилась Варя. – У нас же никто оригами не увлекается.

– Так её как раз этот ваш… Лёня приносил. – Заметив, как удивилась сестра, Паша развёл руками. – Ты вообще со своими одноклассниками общаешься? Я думал, вы дружите, раз ты их в гости позвала.

– Я их не звала, – смутилась Варя. – Они сами напросились после концерта. А Вика уговорила меня их позвать. Я вообще после той школы ни с кем особо не дружу.

– Ну и зря не дружишь, – подвёл итог Паша. Потом снова глянул на записку: – А может, и не зря. Хотя с виду вроде этот Лёня безобидный. Как ты его назвала?

– Мишлен.

– Креативно, – хмыкнул Паша.

На кровати завибрировал телефон. Звонила Вика. Вытолкав брата из комнаты, Варя закрыла дверь и нажала «ответить».

– Это не Катя, – затараторила в трубке Вика. – Я тебе сейчас фотку скину. У неё почерк как у компьютера и ошибок ноль.

– Да, мы уже выяснили с Пашей, что она бы не стала. Она – лицо семьи! Бедняга. Всё, что задали, всегда делает и всем помогает.

– А, ну да, – протянула Вика. – Это из-за её братьев. Она же рассказывала. Не жизнь, а сплошная нагрузка. Так, я ещё посмотрела анкеты Дениса и Лёни – не сильно похоже, но безграмотность присутствует.

– Ой, а мне ведь ещё одну записку подкинули! – встрепенулась Варя. – Паша узнал бумагу, это для оригами. А оригами Лёня занимается. Он даже, когда к нам приходил, сделал нам парочку.

– Так чего ты раньше молчала? Про оригами? Это же зацепка! – воскликнула Вика.

– Да я об этом вообще забыла. Паша подсказал.

– Понятно. В общем, завтра подойдём к Лёне. Серьёзно поговорим, – пообещала Вика. – Пока.

Лёню они поймали на первой же перемене. Невысокий, кудрявый, не то чтобы толстый – скорее пухлый, как маленький ребёнок, с такими же тугими ручками и ножками и румяными щеками. Выглядел он точь-в‐точь как надувной человечек из рекламы шин. Зато Лёня мастерски играл на скрипке.

– Да, я делаю оригами, – испуганно пробормотал он, когда девочки прижали его к стене. – Но бумаги у меня сейчас нет. Я целую пачку у тебя, Варя, забыл, когда мы заходили. Ты, кстати, не находила?

Варя посмотрела в большие голубые глаза Лёни – и вздохнула.

– Не находила, – буркнула она и потянула Вику за руку.

– Ты чего? – удивилась та, когда они отошли на пару шагов.

– Это не он.

– Не Мишлен? – хихикнула Вика, но Варя только поморщилась.

– Хотите, в выходные у меня соберёмся, послушаем нашу запись с последнего занятия? Музичка советовала! – послышался голос у них за спиной. Девочки повернулись. Лёня стоял, нерешительно улыбаясь.

– Мы подумаем, – неожиданно крикнула ему в ответ Варя.

Вика удивлённо на неё посмотрела, но ничего не сказала.

Они спустились на первый этаж и направились к спортзалу. По пути их обогнал Миша Рыжков – как всегда, встрёпанный.

– Вот вы тормозите, а сегодня, между прочим, бег на время! – выпалил он.

– Мы силы экономим, – ответила Вика. – Чтобы всех обогнать.

Миша расхохотался.

– Это так не работает. В любом спорте нужен разогрев! Рванём до зала, кто первый?

– Нет, – отказалась Вика. – Нам с Варей кое-что обсудить нужно. Так что рвани сам. Хотя… стой. Как ты относишься к кличкам?

– Нормально. – Миша провёл рукой по волосам, но они снова встали торчком. – Меня мама называет ёжиком, старший брат – какаду, а в команде вообще страусом зовут, потому что у меня ноги крепкие и я бегаю быстро.

– Ты прямо зоопарк в одном лице, – развела руками Вика.

– Знаешь, я тоже решила, что ты похож на попугая, – вдруг сказала Варя.

Миша улыбнулся и вдруг проскрежетал:

– Скор-р-рее, скор-р-рее, опаздываем!

Когда Рыжков убежал, Вика сказала:

– По-моему, не он.

Варя кивнула.

Они еле успели переодеться и выскочили в зал, как раз когда физрук делил всех на группы.

Следующий час класс бегал на время, сперва группами, потом поодиночке, переходили из одной группы в другую – пока в конце концов почти весь четвёртый «А» не растянулся вдоль стен на матах.

Вика с Варей лежали рядом, закрыв глаза и тяжело дыша.

– Отличный результат, – выдохнула Вика. – Мы крутые! Да?

– Ага, – ответила Варя. – Верни фотку.

Вика резким движением села.

– С чего ты взяла, что это я? – осторожно спросила она.

Варя приподнялась на локте и посмотрела на подругу.

– Я не говорила тебе, что Лёня – Мишлен. Брату говорила, а тебе – нет. И… ты в тот день тоже ходила по квартире и могла взять бумагу для оригами. И сидим мы перед Анисией – тебе легко было повернуться и взять у неё с парты ручку…

Вместо того чтобы покраснеть или хотя бы сделать виноватое лицо, обвиняемая посмотрела на подругу с уважением.

– Зачем ты это сделала? – спросила Варя.

Вика пожала плечами.

– Обидно стало за ребят. Ты же их совсем не знаешь, а прилепила всем прозвища. Я понимаю, в той школе тебе не повезло, но это не значит, что надо заранее над всеми смеяться.

У Вари защипало глаза.

– То есть ты решила меня проучить? Тоже мне подруга.

– А вот и нет. – Вика протянула руку и тронула Варю за плечо. – Я решила показать, что ребята совсем не такие, как тебе кажется. И не похожи на эти дурацкие клички… ну, не все похожи.

– Могла бы словами сказать, – хмуро прервала её Варя.

– Могла, – согласилась Вика. – Но ты же не хочешь ни о чём «таком» говорить. И дружить ни с кем не хочешь. Так что мне пришлось совершить преступление!

Варя продолжала смотреть на подругу сердито, но вроде бы уже не злилась.

– Ну, извини, ладно? – Вика потрясла её за руку. – Фотка у меня в рюкзаке, я отдам.

– Не надо, – вырвалось у Вари. – Лучше порви.

Вика расхохоталась.

– Окей. Будет сделано.

Они встали и побрели в сторону раздевалки. Все вокруг тоже потихоньку поднимались с матов, один Миша продолжал носиться по залу с мячом. Варя проводила его восхищённым взглядом. Вика заметила это и вдруг заорала Мише вслед:

– Рыжков, бросай сюда, мы ловим.

Миша резко крутанулся на месте, улыбнулся и бросил мяч Варе. Она поймала его самыми кончиками пальцев и тут же услышала возглас Кати с другого конца зала:

– Варя, кидай мне!

Через пять минут четвёртый «А» снова носился по залу, как будто и не было только что часовой тренировки. Все перебрасывали мяч друг другу, хохотали, пытались попасть в кольцо или просто кинуть повыше – и Варя бегала вместе со всеми, толкалась, смеялась, подбадривала остальных.

Внутри неё всё пело и звенело, и не хотелось ни о чём думать, разве что только о хорошем.