Подхватив Ульяну на руки, я бросился к окну, выходящему в переулок. Она даже вскрикнуть не успела, а мы уже падали с третьего этажа. Пришлось щедро расходовать силу для кинетического поля, чтобы немного приглушить звук вылетевшей рамы и звон стекла. При этом ощущения были такие, словно я губка и меня кто-то сжал, чтобы выдавить последнюю влагу. Но это должно было дать нам небольшую фору. Падение только получилось не очень удачным. Не рассчитал уклон тротуара, и мы растянулись на земле в грязной снежной каше. Потребовалась секунда, чтобы подняться, вновь подхватить девушку на руки и бросится бежать. Когда человек испуган, когда нет времени думать, он поступает инстинктивно, и подсознание обычно говорит, что надо бежать вниз, потому что так быстрее и легче. Именно поэтому я помчался вверх, мимо высокого забора храма, едва не сбив с ног женщину в платке. Второй раз в жизни бежал так, словно за мной волки гнались, кусая за пятки.

Мы промчались по проулку и выскочили на темную улицу, где в это время суток людей почти не было. Какой-то мужчина с пакетами в руках, едва успел отпрыгнуть в сторону и разразился грубой бранью. Затем была еще одна длинная и улица, потом широкий бульвар, заполненный людьми и машинами. Далеко впереди на светофоре остановился автобус, привлекая внимание яркими окнами. Вроде бы за перекрестком виднелась остановка. Порыв силы подтолкнул меня в спину и бежать стало немного легче. В какой-то момент мы даже обогнали поток машин и пролетели перекресток вслед за автобусом. Успели! Поставив Ульяну на ноги, я подтолкнул ее в салон, поднимаясь следом. В последний момент бросил взгляд на бульвар, но погони не увидел и облегченно выдохнул.

Мягкий женский голос сообщил о следующей остановке на Сретенском бульваре и автобус неспешно поехал дальше. Людей в салоне было совсем мало, и мы спокойно заняли сидения в конце салона. Я тяжело дышал, пытаясь перевести дух, Ульяна разглядывала что-то на треснувшем экране телефона. Довольно неожиданно он зазвонил.

— Алло, — спокойным голосом произнесла Ульяна. Я только головой покачал, удивленный такой выдержкой. Несколько секунд она что-то слушала, даже бровки приподняла. — Спасибо, я Вас услышала.

Нажав кнопку отбоя, девушка посмотрела на меня.

— Нас только что обещали убить, — сказала она, дернула плечиком. А вот это уже нервное.

— Не бойся и не переживай. Мне нужна максимум неделя, чтобы прийти в себя, и мы посмотрим, кто кого пугать будет, — ответил я, все еще не в силах перевести дух. — Надо только схорониться где-то на эту неделю. Можно у Наумовых…

Телефон в руках Ульяны снова зазвонил. Она посмотрела на экран и почти сразу нажала кнопку, принимающую вызов.

— Алло. Да Александр Николаевич, это я. Нет, со мной все в порядке. Все хорошо. Сейчас мы в автобусе. Нет, меня не похитили. Нет!

Девушка даже ножкой топнула. Судя по всему, звонил великий князь Воронцов. Ульяна целую минуту слушала его, смешно хмуря бровки.

— Меня. Не. Похитили, — разделяя слова, сказала она. — На нас с Кузей напали и мы едва смогли убежать. Мы в городском автобусе. Я не знаю, куда он едет. По…

Она посмотрела на телефон.

— Трубку бросил? — спросил я.

— Нет, — удивленно сказала она. — Сигнал пропал. Показывает, что «не в сети».

— Это плохо. Выключи его, а то отследят по геолокации. Давай я попробую…

Достав телефон, я нажал кнопку быстрого набора. Тася ответила на втором гудке.

— Кузя, ты где? Ты ведь знаешь, еще полчаса и твоя супруга останется голодной.

— Тася у нас большие проблемы, — устало сказал я. — Мы сейчас к Наумовым поедем, если что, ищи меня там.

— Хорошо, — ее голос резко посерьезнел. — Что случилось?

— Помнишь девушку из твоего отдела? Она на нашей свадьбе была. Невысокая, в круглых очках…

— Да, Елена Миронова, — подсказала Тася.

— И там еще был такой, долговязый мужик, мастер второй ступени в жилетке.

— Помню, Валера, он не из нашего отдела, а из криминального. Вместе с нами какое-то время работал, потом перевелся.

— Так вот, этот Валера только что убил Елену и хотел прибить нас с Ульяной. Мы сбежали. Если он к тебе придет, я прошу, сначала вбей его по пояс в бетон, а потом беседы веди. Или ректора пригласи, пусть его крутит, он это умеет.

— Хорошо, — голос Таси стал еще более тяжелым.

— Ну и созвонись с Наумовыми, надо бы шум поднять, а то меня тут обвиняют…

Я не договорил, так как в трубке раздался странный звук и связь оборвалась.

— Батарейку надо убрать, — подсказала Ульяна, пытаясь разобрать свой телефон, но не понимала, как он открывается. — Слышала, что так делают, чтобы уж наверняка не нашли.

— Дрянь эти телефоны, — я приподнялся, приоткрыл окно.

С хрустом стекла сжал смартфон в руке, затем выбросил его наружу. Потянул руку к Ульяне и повторил процедуру уже с ее телефоном. Бабка, сидевшая недалеко зыркнула на нас подозрительно и злобно, проворчала что-то про окно и холод.

— Ульяна, слушай, — я опустился рядом с ней на сидение. — Выйди на следующей остановке, найди такси и езжай к Наумовым. Петр Сергеевич во всем разберется.

— А ты? — не поняла она.

У меня перед глазами плавали яркие искорки, а салон автобуса медленно вращался против часовой стрелки.

— А я сейчас уйду в отключку… Ты не пугайся, это защитная реакция организма. До утра точно в себя не приду, так что рассчитываю на тебя.

— Кузьмы, не смей! Слышишь?..

Алена еще что-то говорила, но в голове зашумело, салон автобуса качнулся, и я провалился в темноту.

Воронцова Ульяна, поздний вечер, центр Москвы

— Кузьма, слышишь меня?! — повторила девушка, но парень поплыл, сваливаясь с кресла в проход.

Ульяна немного замешкалась, успев поймать его за руку в самый последний момент, но удержать не получилось, и он сполз на пол.

— Черт! — тихо выругалась девушка, поспешив ему на помощь.

— Наркоманы, прокля́тые, — тихо проворчала бабушка, сидевшая напротив средней двери. Она даже встала, чтобы пересесть поближе к водителю и другим пассажирам.

Автобус тем временем подъезжал к остановке недалеко от торговой площади, где в любое время было многолюдно, а на площадке перед магазинами постоянно крутилось несколько машин такси. Ульяна отлично знала этот район, часто гуляя здесь с подругами. Подняв совсем не легкого парня, она поспешила к дверям. Несколько человек, собирающиеся подняться в салон, расступились, провожая ее удивленными взглядами. Ульяна же, шагнув в ледяную снежную кашу, поняла, что ходить босиком зимой, пусть даже в теплых носочках — не очень приятно. К тому же именно сегодня мороз решил вернуться в столицу, вытесняя снегопад.

Бросив быстрый взгляд в сторону автобуса, Ульяна поспешила к остановке, так как там была лавочка и небольшой участок, чистый от снега. Она могла поклясться, что вредная бабушка решила позвонить в полицию, чтобы сдать их. И это вызвало небольшой приступ страха, смешанного с новым и очень неприятным чувством бессилия и обреченности. Вот только истерить девушке не хотелось совершенно. Одна мысль, как на нее при этом будут смотреть окружающие, довольно быстро отрезвила и придала сил. Ульяне удалось посадить Кузьму на лавку. Она быстро осмотрелась, прикидывая, в какую сторону лучше идти. Вроде бы она даже увидела бело-желтую машину такси.

— Хей, у вас все нормально? — раздался сзади голос. На остановку заглянула тройка парней лет восемнадцати или двадцати. Они с любопытством и улыбками смотрели на парочку, решившую прогуляться без верхней одежды и обуви.

— У нас все нормально, — ответила Ульяна выпрямляясь. Попыталась стряхнуть грязь со свитера, довольно сильно испачкавшегося, когда они выпали из окна.

При этом несколько взрослых мужчин и женщин, ожидавших транспорт, решили держаться подальше от странной парочки и возможных неприятностей, отступая поближе к уличному фонарю. Парни же, напротив, смотрели с любопытством. Самый маленький из них даже криво ухмыльнулся, глядя на носки Ульяны. Одеты они были в спортивные пуховики, на голове почти одинаковые вязаные шапочки и высокие ботинки. Ульяне всегда казалось, что именно так и должны выглядеть уличные хулиганы.

— Предупреждаю, — сказала девушка, — я эксперт третьей ступени.

— Ага, — рассмеялся парень, стоявший первым и, скорее всего, заводила в компании. — Еще скажи, что вот он — мастер.

Ульяна отвечать не стала. Посмотрела на них хмуро и без замаха ударила кулаком по верхней перекладине лавочки. От сильного удара доска громко хрустнула и немного выгнулась. С козырька остановки вниз посыпался снег, а люди у фонаря вздрогнули и отступили еще дальше.

— Ладно, ладно, — поднял руки парень, отступая на шаг. — Мы просто так спросили, может, у вас случилось что.

Он пожал плечами, разворачиваясь и толкая в плечо друга, таращившегося на сломанную лавочку. Подтолкнув его в спину, он направился к освещенному участку остановки.

— Подожди, — окликнула парня Ульяна. — Постой! Слушай, а ты можешь нам такси вызывать? Очень нужно. Пожалуйста…

Парень обернулся, посмотрел немного удивленно, затем достал телефон из кармана куртки.

— Да без проблем, — он пожал плечами. — Куда едете?

— Банковская улица, дом — тридцать.

Где-то минуту парень листал что-то в телефоне.

— А чего вы без обуви-то? — спросил второй, поднимая шапку, сползшую на брови.

— Так получилось, — вздохнула Ульяна.

— Ограбили вас, что ли? — не понял он.

— Есть такси, — сказал первый, не отрывая взгляда от телефона, положил руку на плечо любопытному другу. — Через минуту подъедет. На «тридцать два» номер заканчивается. Восемь рублей и сорок копеек.

— Я отдам, — Ульяна запустила руку в карман, поздно поняв, что оставила кошелек в сумочке.

— Ладно, не надо, ерунда, — парень хмыкнул.

— Восемь рублей, — заволновался третий, пару раз дернув того за рукав.

— Ну и что? Пиццу поесть и газировкой запить, — парировал он.

— Ты бы лучше мне пиццу купил…

— Жмот ты Вадик, — наставительно сказал первый, затем повернулся к девушек. — Кстати, тебя как зовут?

— Ульяна.

— А я Артем. Будем знакомы. А ты, правда, эксперт? — он показал на доску.

— Правда.

— Вон ваше такси, — Артем показал на оранжевую машину с крупными цифрами на весь кузов. — Если что, мы тут постоянно тусуемся. Приходите, пиццу покушаем, в киношку сходим. Если знакомые девчонки есть, приглашай, будет здорово.

— Спасибо, — кивнула Алена. — Я запомню.

Подняв Кузьму, она направилась к машине. Артем поспешил ей на помощь, открывая дверь и даже помахал рукой вслед, когда машина поехала.

— Банковская тридцать, — напомнила Ульяна водителю.

— Да, да, туда, — ответил тот с сильным грузинским акцентом. Умудрился повернуться, чтобы посмотреть на необычных пассажиров.

— Предупреждаю, я эксперт, — вставила Алена.

— Поздравляю, — ответил водитель с таким взглядом, словно в жизни он повидал очень много и такой мелочью его не удивить. Посмотрел на грязный свитер девушки, покачал головой и вернулся к дороге.

Ульяна пару раз сжала пальцы на ногах, затем попыталась растереть, понимая, что носки насквозь промокли. Пальцы неприятно покалывали, но в машине было довольно тепло. Кузьма же где-то умудрился один носок потерять, а второй был порван так, словно он бежал через поле по колючкам. Ульяна слышала, что когда через тело пропускают силу, то одежда обычно рвется, но сама с таким еще не сталкивалась. Откинувшись на сидение, она устало вздохнула. Подумала о бабушке, которая обязательно будет плакать, узнав об экономке. Представила, как за нее сейчас переживают мама и тетя, пытаясь дозвониться на сломанный телефон. А еще было жалко потерять несколько фотографий, которые там хранились. «Ведь не обязательно было его ломать» — подумала она. На повороте машина немного наклонилась, и Кузьма навалился на ее плечо. Ульяна даже вздрогнула от неожиданности. Затем нахмурилась, возвращая его в прежнее положение и облокачивая на другую сторону салона. Сделала вид, что не заметила короткий взгляд водителя в зеркале заднего вида. Несколько минут ехали молча. Водитель пару раз отвлекся на телефон, что на взгляд девушки было просто возмутительно. Поэтому она и предпочитала заказывать такси премиум класса, чтобы быть уверенной, что водитель не влетит в аварию из-за недосыпа или потому, что отвлекался на несколько телефонов разом, мониторя заказы.

За окном промелькнула знакома большая площадь. Ульяна еще раз вздохнула, поругала себя за эту вредную привычку, позаимствованную у бабушки. Выпрямившись, она потянула Кузьму за рубашку, облокачивая на себя. Взяла его холодные ладони, немного растерла, чувствуя, как они немного потеплели. Подумала, что глупо обижаться на какие-то пару синяков на боку и бедре. Она с велосипеда больнее падала. Но за то, что так неожиданно напугал ее, выпрыгнув из окна третьего этажа, он обязательно должен будет извиниться. У нее в тот момент сердце ушло в пятки. Ульяна до сих пор не понимала, как они умудрились не разбиться, рухнув с такой высоты на тротуар. А вообще, если присмотреться, Кузя очень даже симпатичный мужчина.

Такси плавно свернуло на банковскую улицу и принялось медленно протискиваться между припаркованными машинами.

— Вон там, у проезда остановите, — попросила Ульяна.

— Спасибо за поездку, — дежурно сказал грузин.

Ульяна сначала подумала, что он мог бы выйти и помочь, но потом решила, что так даже лучше, Она справится сама. Освещения на улице хватало, чтобы охрана у ворот заметила гостей. Едва девушка вышла и подняла на руки Кузьму, к ней подбежал охранник. Он заглянул в салон, убедился, что там никого нет, затем закрыл дверь и похлопал по крыше, как бы говоря, что пора ехать и не перегораживать узкую улицу.

— Мы к Петру Сергеевичу…

— Да, мы вас ждали, проходите, — он сделал приглашающий жест, собираясь забрать у нее Кузьму.

— Я сама, — девушка ловко обошла его и поспешила во внутренний двор.

В гостях у Наумовых Ульяна была несколько раз. Последний случился на день рождения Натальи Наумовой, младшей дочери главы рода. Быстрым шагом она пересекла двор, спеша к главному входу. Перед ее приближением двери приветственно распахнулись.

— Сюда его, — крепкий и высокий мужчина показал на диванчик в глубине прихожей. Нажал кнопку на рации, закрепленной на нагрудном кармане. — Доктор где? Пусть к главному входу идет.

Со стороны входа в коридор появилась полная женщина в теплом домашнем платье.

— Ульяна? Все хорошо, ты не ранена?

— Со мной все в порядке, — быстро сказала девушка. — А Кузьма сказал, что до утра будет без сознания, потому что это такая защитная реакция организма.

— Хорошо, хорошо, — Лилия Карловна подошла ближе, взяла девушку за плечи, осмотрела придирчиво, опустила взгляд на промокшие носки, ставшие темно-серыми.

Следом в прихожую вошел Петр Сергеевич и незнакомая Ульяне женщина.

— Таисия Павловна говорила, что никто, вроде бы, не пострадал. Кто на вас напал, где?

— У нас дома, в Звонарском переулке, — сказала Ульяна. — Мастер из полиции. Мы через окно сбежали.

— Потом все расскажешь, — Лилия Карловна посмотрела на супруга, затем повела девушку к коридору. — Сначала примешь горячую ванну и согреешься. Пойдем.

* * *

Матчин Кузьма, раннее утро, дом Наумовых

Я долго падал в ледяную темноту, не чувствуя ничего, кроме холода и тяжести. Даже когда открыл глаза, чувство полета исчезло не сразу, но стало тепло и уютно. Немного порадовало, что за ночь сил я восстановил примерно столько же, сколько потратил вчера. С одной стороны — хорошо, что скорость восстановления увеличилась, а с другой — этого все равно слишком мало. В голове даже промелькнула мысль о незабываемом коктейле ректора. Мне даже почудился знакомый аромат ягод.

Послышался звук переставляемого стула.

— Доброе утро, — я открыл глаза, посмотрел на Лилию Карловну. — Добрались, значит, вчера…

— Доброе утро, — ответила она, слегка улыбнулась. — Добрались. Как самочувствие? Истощение сил еще никому не шло на пользу. Ты должен понимать, что это опасное состояние и не доводить до подобного.

Голос ее звучал укоризненно, как у учительницы, когда любая попытка оправдаться будет выглядеть глупо.

— Так получилось, — виновато сказал я.

— Понимаю, — она кивнула, протянула мне большую чайную кружку на пол-литра минимум. — Это лекарство.

Я принюхался к очень знакомому запаху черники. Вот, оказывается, откуда он мне мерещился.

— Иногда организм нужно стимулировать, — сказала она.

— Если у меня была хотя бы половина сил, я бы этого… негодяя в бараний рог свернул, — проворчал я, понимая, что бахвалиться силой после того, как сбежал с поля боя — не красит мужчину. Так говорит дядя Ринат. А еще было обидно сбежать от драки, даже не ударив противника ни разу.

Я приложился к кружке, делая большие глотки коктейля, кисельной консистенции. Если не думать о вкусе мыла, вполне даже неплохо, кисленько и немного сладко.

— Через полчаса завтрак, — сказала Лилия Карловна, забирая кружку. — И как раз Таисия приехала.

Я подождал, пока она выйдет из комнаты, затем сел на кровати, скрестив ноги, вздохнул поглубже и задержал ненадолго дыхание. В чем прелесть пить энергетики на голодный желудок, так это в том, что они начинают действовать практически сразу. В пустом внутреннем море сил словно шторм начался, принесший ливень. Можно почувствовать, как в желудке становится тепло, а затем по телу распространяются волны жара. Ладно, буду верить словам ректора, что раз в месяц эту химию можно принимать, не боясь последствий.

— Кузя, привет, — в комнату вошла Тася с большой дорожной сумкой. — Как здоровье, как настроение?

— Здоров и бодр, почти, — ответил я. — Вот, пытаюсь не предаваться унынию, думая, что не смог вчера раздать кое-кому на орехи.

— Кто-то обещал, что не будет покидать территорию МИБИ ближайший месяц и буквально на второй день убежал на свидание. Ты же еще не восстановился, ну как так можно?

— Ты мне скажи, как так вышло, что твой бывший коллега такое учудил?

— Действительно, странно, — сказала она. — Ты уверен, что Круглов убил Лену? Видел это собственными глазами?

— Если ставить вопрос так, то не видел. Только почувствовал, что он силу использовал и присутствие женщины сразу исчезло. Так бывает, только когда исподтишка бьют. А она довольно слабый мастер, можно убить с одного удара, особенно когда его не ждешь.

— Я до Лены не дозвонилась, но с полковником Дорошиным поговорила и сильно удивила. Он уверял, что отправлял Миронову на совершенно другое задание и Круглова никто не привлекал. Он в Санкт-Петербурге сейчас и вчера, говорят, был там же.

— Сразу скажу, обознаться не мог. Даже если бы он в противогазе был, его по отголоску силы узнать можно.

— Охрана дома, где живет Ульяна, уверяет, что мастеров из полиции не видела. Зато посмотрели, как ты с Ульяной в окно сиганул и умчался в неизвестном направлении. А когда в квартиру вошли, то обнаружили труп женщины, со свернутой шеей. Они сразу князю Воронцову позвонили, сказали, что ты набедокурил и девушку похитил. Придурки.

— Ага, — хмыкнул я. — А камеры? Там же наверняка десяток камер видеонаблюдения. И в подъезде, в том числе.

— Проверяют. Сегодня скажут, что было, — Тася открыла сумку и принялась выкладывать одежду.

— Очень интересно, — я задумался. — Слушай, надо бы за Ульяной присмотреть, как бы несчастный случай не произошел, как с нежелательным свидетелем.

— Ох, умный, — она потянулась, погладила по голове. — Оставь это тем, кто профессионально занимается расследованиям. Они умеют оценивать ситуацию с разных сторон и думать нестандартно.

— А ты что думаешь?

— Много всего. Но одна мысль покоя не дает. Лену не обязательно убили. Может, сейчас где-то держат. Переживаю я за нее, — она потянулась, коснулась моего лба. — Ты не заболел?

— Нет, просто энергетик выпил, отчего внутри все кипит. Да, хотел сказать о телефонах. Связь вчера очень не вовремя вышла из строя. Сначала у Ульяны, потом у меня.

— Это хорошая зацепка, — Тася кивнула. — Можно будет проверить по чьему сигналу оператор связи вас заглушил.

— Погуляли, называется… Знаешь, что самое неприятное, — я посмотрел на Тасю. — Когда Ульяна позвонила великому князю, он был уверен, что я ее похитил. И как мне показалось, ей не удалось его переубедить. Глупость какая-то. На кой ляд мне это нужно? Он меня что, за людоеда держит? Причем безумного и тупого.

— Эмоции, — сказала она. — Ульяна ему очень дорога, почти как дочь.

— Как мне к нему теперь относится? — я покачал головой. — Думал, что он умный и рассудительный мужик. Обидно.

— Кузьма, ведешь себя, как маленький. Ну представь, ему вечером звонит начальник охраны, докладывает, что ты приехал вместе с ней домой, а потом из окна выпрыгнул. Они вломились в квартиру и труп нашли со свернутой шеей. Что тут можно подумать? Скорее всего, все не так плохо, как ты себе напридумывал. Они Ульяне долго дозвониться не могли. Как ты сказал, что-то блокировало номер от входящих звонков. Я с князем вчера поговорила, и он действительно был взволнован. Давай помогу переодеться, а то так и будешь копаться. Лилия Карловна просила не опаздывать к завтраку.

— Мне надо в душ сходить, — я показал взглядом на грязные подошвы ног.

— И почему тогда время тянешь? — она грозно уперла руки в боки, посмотрела строго.

Пришлось бежать в ванную комнату, благо в спальне, куда меня поселили такая была предусмотрена. Чтобы в быстром темпе привести себя в порядок и переодеться, понадобилось двадцать минут. Тася помогла, высушив волосы феном, только расчесать толком не получилось, поэтому я так и остался лохматым.

Завтрак в доме Наумовых проходил в просторной и уютной гостиной. Из наследников присутствовал только Кирилл. С утра пораньше парень выглядел на зависть бодрым и энергичным, словно только что закончил зарядку или даже тренировку. Была здесь и Ульяна. Я думал, что ее заберут домой еще ночью. В красивом домашнем платье она смотрелась очень мило. Разве что толком не выспалась и иногда касалась пальчиками губ, словно не позволяя себе зевать.

Почти одновременно с нами в гостиной появился Петр Сергеевич. Он был собран и задумчив, пожелал доброго утра и занял место во главе стола. На завтрак собравшимся предложили несколько блюд, от каши с молоком до запеченного в духовке жирного гуся. К примеру, Кирилл предпочел яичницу с салом и большой хорошо прожаренный стейк. В качестве салата был морковно-свекольный микс, приготовленный на крупной терке. Удивительное сочетание, на мой взгляд. Осталось все это только молоком запить, чтобы уж наверняка. Но нет, он выбрал крепкий кофе. Я как раз занял место справа от него и глядя, как он аппетитно на все это смотрел, не удержался и попросил то же самое.

Завтракали неспешно. Лилия Карловна спросила у Кирилла об успехах на работе, виделся ли он с Марией и как прошла эта встреча. На оба вопроса он ответил, что у него все под контролем. Мне показалось, о девушке он говорить не хотел, поэтому быстро проглотил завтрак и сбежал, сославшись как раз на работу. Таша рассказывала, что отец доверил ему должность заместителя начальника в техническом отделе развития банков. Они внедряли современные технологии и работы в этом направлении было очень много. А так как Кирилл не был программистом, то ему приходилось больше анализировать, слушать разных специалистов и искать толковых помощников. Надо будет поговорить с ним насчет работы, и по поводу Марии. Сдается мне, что его женят уже в этом году, возраст для этого самый подходящий.

После завтрака Петр Сергеевич пригласил меня и Ульяну для разговора в свой кабинет. Тася сразу решила поучаствовать, взяв меня под руку и не собираясь отпускать. Как выяснилось, в приемной главы рода уже десять минут ждал начальник отдела полиции по контролю за одаренными, полковник Дорошин Леонид Филиппович. Мне он был симпатичен, как профессионал и как человек. Может быть, слишком суров, но рассудителен. Ну и Таисия о нем отзывалась всегда положительно. С нашей прошлой встречи он ничуть не изменился. Крепкий мужчина лет пятидесяти, волосы темные, карие глаза, взгляд проницательный. Сегодня он был в форме полковника полиции. Мы обменялись рукопожатием, а Тася его даже обняла, поддавшись порыву.

Минут двадцать потребовалось нам с Ульяной, чтобы рассказать о вчерашнем дне во всех подробностях. Не стали упускать и неприятный момент на катке. Потом уже узнал про такси, и про злых бабушек, которые окрестили нас наркоманами. А я сразу заметил, что та бабка — злая карга. Вместо того чтобы помочь, только зря наговаривать горазда.

— Ульяна Игоревна, — Леонид Филиппович разложил на столе около двух десятков фотографий. — Кого из этих мастеров вы встретили в подъезде?

Ульяна пробежала по ним взглядом, вытянула пальчиком одну. Не самый удачный кадр, но узнать мастера Круглова — можно. Затем, рядом с первой, появилось фото улыбчивой женщины.

— Все понятно, — сказал полковник, собирая фотографии.

— А что камеры видеонаблюдения ничего не показали? — спросил я.

— Владельцы дома еще четыре дня назад решили обновить всю охранную систему, включая камеры, — сказал Леонид Филиппович. — Сейчас работает только одна, с видом на переулок. Охранник в здании тоже один и он целыми днями сидит в маленькой коморке, смотри телешоу, если не спит. Приход гостей он не видел, как и ваше с Ульяной Игоревной возвращение. Удивительно, что он заметил, как вы из окна выпали и выскочил на улицу. Затем он побежал в подъезд, где кроме взволнованных соседей никого не было. Дверь в квартиру была не заперта. Если там были Круглов и Миронова, то никто не видел, как они ушли.

— Тася говорила, что у Мироновой другое задание было, — вспомнил я.

— Было. Я приказал ей следить за группой мастеров из Индии. На днях прилетело четыре мастера из очень влиятельных кланов. Причем двое — военные с серьезным опытом из Бхарат Групп, слышали о такой фирме?

— Слышали, — сказал я. — Не сильно ошибусь, если предположу, что Круглов работает на ведомство, так или иначе, подконтрольное Разумовским?

— Совсем не ошибетесь, — сказал полковник.

— Поэтому пока у нас не будет железных доказательств, — вставил Петр Сергеевич, — сделать мы ничего не можем. Наша служба безопасности, совместно с Воронцовыми, занимается этим вопросом и осталось дождаться результатов.

Здесь он прав, мои домыслы и выводы — это не доказательства. Вот если бы Елену нашли, живой или… нет, лучше живой. Тогда можно было бы о чем-то поговорить. Или же подождать пару недель, пока приду в норму и самому найти этого Круглова? Мысль интересная, но очень опасная.

— Какой силой Круглов обладает? — спросил я.

— Воздух, — сказала Тася. — Может уплотнять его, используя как таран. Может запускать в полет острые предметы.

— Кузьма? — Петр Сергеевич посмотрел на меня так, словно мысли прочел.

— Нет, нет, — я поднял руки. — Просто так спросил. Вдруг он еще раз придет по мою душу. Он ведь наверняка знал, что я не в лучшей форме, иначе побоялся бы нападать в замкнутом пространстве.

— Мастер Круглов один из сильнейших в ведомстве, — сказал полковник Дорошин. — Он начинал службу у нас, потом перешел в криминальную полицию.

— А им-то зачем мастера такого уровня? — удивился я. — Они же ни с кем не воюют. Или бандиты и уголовники сплошь мастера второй ступени?

— Это его решение. Он считал, что у нас рутина, а ему хотелось раскрывать запутанные преступления и ловить тени.

— Ловец хренов, — процедил я.

— Я думаю, что важным будет еще один вопрос, — немного нерешительно сказала Ульяна, словно вмешиваться в серьезный разговор мужчин ей не следовало. — Если они нас ждали, значит, следили. Я ведь спонтанно попросила Кузьму проводить меня домой.

— Точно! — вспомнил я. — Следили за нами. С того самого момента, как мы за территорию МИБИ вышли.

— И о том, что я в институт вчера пойду, знала только наша экономка… И, если дверь была открыта, то ключи у них были и карточки от подъезда. Там ведь карты именные, можно посмотреть, кто и во сколько открывал двери. Александр Николаевич настаивал, чтобы охрана фиксировала приход и уход каждого человека. Точнее, ему важно было только за мной присматривать, но все же.

— Проверим, — сказал Петр Сергеевич. — Поговорю с князем об этом. Они уже наверняка с пульта охраны всю информацию сняли, в том числе и эти списки.

— Я хочу сказать, что это наша экономка… — Ульяна не стала договаривать, опустила взгляд и задумалась.

— Это… большая афера, — поморщился я. — Если он был в Питере, в принципе, мог успеть сесть на скорый поезд, примчаться в Москву и вечером убыть обратно. Но его могли видеть сотни людей. В том числе вездесущие камеры на вокзалах. А сколько на машине ехать?

— Шесть часов, — подсказала Тася. — Но если сильно торопиться, то можно успеть и быстрее. Между городами хорошую дорогу построили недавно.

Если я не путал, то с того времени, как я вышел из МИБИ и до приезда домой к Ульяне прошло часа три.

— Не нужно сейчас ломать голову, — сказал Петр Сергеевич. — Подождем, пока появится новая информация. Леонид Филиппович, я буду держать Вас в курсе нашего расследования, надеюсь, и Вы поделитесь информацией, если что-то выясните.

На этом собственно небольшое совещание и закончили. В Комнату заглянула секретарь и сообщила о каком-то Никодиме Михайловиче. Полковник и Петр Сергеевич переглянулись и сказали, что мы можем идти отдыхать. Ульяна после этого разговора выглядела хмурой и задумчивой.

— Это все Марина Вадимовна, — сказала Ульяна, остановившись в коридоре. — Наша экономка. Она вела себя странно последние дни. И даже уговорила бабушку погостить у моей мамы. Я поговорю с Александром Николаевичем, он во всем обязательно разберется.

— Обязательно поговори, — кивнул я, видя ее настроение. — Я сейчас планирую вернуться в МИБИ, ну а ты обязательно дождись кого-то из своих, не стоит ехать домой одной.

— Да, конечно, — она кивнула, посмотрела решительно, словно что-то задумала. — Если я что-то узнаю, обязательно позвоню. Если ты номер телефона не поменяешь.

— Если поменяю, то дам знать.

— Спасибо…

— Не скучай. Ну и приходи в гости, буду рад тебя видеть.

— Обязательно, — она кивнула, нашла в себе силы улыбнуться. — До свидания, Кузьма, Таисия.

Повернувшись, Ульяна зашагала в обратном направлении. Тася посмотрела на меня прищурено, на что я только развел руками. А что Кузя? Девушка впервые в жизни попала в серьезную передрягу и, надо отдать ей должное, вполне достойно сквозь нее прошла. Ни истерик, ни скандалов, ни обвинений бог знает в чем. Она даже умудрилась доставить меня к Наумовым целым и невредимым. Догадываюсь, что сейчас гложет девушку, но с этим я вряд ли смогу помочь. Поэтому претензии Таси считаю необоснованными. Вслух, конечно же, ничего не сказал, взял ее под руку и повел к лестнице на первый этаж. Вместе мы нашли Лилию Карловну, поблагодарили за гостеприимство и предупредили, что уезжаем домой. Нам предложили остаться хотя бы до обеда, но уговаривать не стали. Даже машину большую выделили. Мы едва в нее сели, как на телефон Таси позвонила мама. Они обменялись парой приветственных фраз, затем трубка перешла ко мне.

— Кузьма, — голос мамы звучал бодро и жизнерадостно. — Ты почему маме не звонишь?

— Так мы же в гости к вам собирались на днях.

— Гости отменяются. Ты что, не в курсе? Бусидо добрался до нашего порта в Крыму.

— Бусидо? Что-то я эту новость пропустил. Как он?

— Нужен капремонт силовой установки, отделку внутренних помещений провести, еще по мелочи кое-что. Но это все потом. Сейчас он нужен, даже в таком состоянии. Нам серьезный заказ поступил на поставку оружия. В одном из портов Черного моря загружаемся и прямиком в Африку. Если все удачно сложится, то купим за копейки, а продадим по рыночной стоимости, почти.

— Я понял. Кто груз будет сопровождать?

— Раз ты у нас занят, то я пару местных мастеров наняла. А если конкретно, то Хованские предложили услуги по приемлемой цене. Я бы их на пушечный выстрел не пустила, но… ладно, потом расскажу. Постой, я чего звоню-то. Ты опять в передрягу попал? Не восстановился ведь еще с прошлого раза.

— Ерунда. Не переживай, я с этим разберусь. Ты лучше сама не подставляйся и будь осторожна.

— Со мной Джим. У нас еще две недели в запасе, так что, если надумаешь, то я могу тебя с грузом отправить. Три месяца спокойствия, тишины и пиратов. Все как ты любишь.

— Подумаю, — я рассмеялся. — А вы там с Джимом вдвоем, что ли? Саша не поехал?

— Он оружие покупает. А оттуда сразу полетит в Корею, контролировать, как идет строительство нашего сухогруза.

— Тогда желаю удачи. Передай ему при встрече.

— Сам позвони и скажи, — строго сказала она. — Все, я побежала, дела ждут. Джим говорит, что обязательно позанимается с тобой, как вернется. Он даже технику какую-то придумал… что… какие шары, куда кидать?

— Вечером позвоню, — я улыбнулся, нажал кнопку отбоя, возвращая телефон Тасе.

— А что за Бусидо, про который она говорила?

— Это имя нашего сухогруза. Император Японии очень злится, когда кораблям подобные имена дают, но мама его переименовывать в свое время не стала. Они с Сашей планируют перевезти оружие куда-то в Африку, в разгар конфликта — это как подбросить порох в костер.

— Так это же вне закона. Нельзя продавать оружие странам, где идет гражданская война.

— Законы — очень хитрая штука. Это мелким фирмам нельзя, потому что они ведущим государствам мира мешают делать то же самое. Сложно найти покупателя, а не сбыть ему оружие. Я только не понимаю, зачем они решили опять в подобном небезопасном мероприятии поучаствовать?

В общем, пока я рассказывал о тонкостях перевозки оружия, мы незаметно добрались до института. На часах было одиннадцать — удачное время, чтобы переодеться, прийти в себя и решить, что делать сегодня, а что можно отложить на завтра. У главных ворот немного задержались, пока Тася улыбалась новеньким охранникам. От дисциплинарного комитета дежурил теперь только один человек, проверяя пропуска у студентов. Посторонних сразу разворачивали или направляли к административному зданию в сопровождении охраны. Я не уточнял какое государственное ведомство сменило на этом посту частную охранную фирму, но крепкие парни в темной форме смотрелись очень даже внушительно. А еще недалеко от ворот установили небольшую будку, где дежурил аж целый мастер.

Мы немного не дошли до общежитий, когда навстречу выскочил довольно странный тип. Длинная черная шуба, едва не касающаяся земли, пышная меховая шапка, в руках боевой шест с утяжеляющими бронзовыми вставками. Он бежал нам наперерез, держа посох так, словно он рыцарь на турнире и ему только коня не хватает. Мы остановились, глядя на него с немного разными эмоциями. Я удивленно, Тася явно недружелюбно. Мастера в нем почувствовать было несложно, да и бежал он довольно воинственно, разве что боевого клича не издавал. Когда между нами осталось метров пятнадцать, Тася не выдержала, взмахнула рукой и этого странного типа снесло с дорожки на лужайку, засыпанную снегом на полметра. Молодой мужчина черной кляксой рухнул в сугроб и на несколько секунд исчез из нашего поля зрения.

— Тася, аккуратней, а то зашибешь.

— Ты его знаешь? — спросила она, следя за сугробом.

— Нет. Но что-то знакомое промелькнуло.

В этот момент сугроб с глухим хлопком взорвался, разбрасывая снег метров на десять вокруг. Едва мелькнула черная тень, на нее снова обрушилась невидимая сила, пытаясь отбросить дальше, но удар разбился о защиту, и вот теперь громыхнуло так, что с ближайших деревьев снег осыпался.

— Помягче, говоришь? — произнесла Тася, пытаясь высвободить руку.

Таисия в любом случае была гораздо сильней, если этот полоумный тип не собирался демонстрировать еще что-нибудь неординарное. Я всегда думал, что кинетический удар можно отразить только схожей техникой, но, как оказалось, есть еще способы.

— Палка у него в руках — необычная, — сказал я. — Слушай, тебе не кажется, что он на китайца очень похож?

Потревоженный шумом, к нам от ворот спешил мастер. А еще со стороны столовой мелькнули две фигуры, уже мчавшиеся в нашу сторону. Я сразу узнал в них Чандру и Шиву. По идее, они в МИБИ гости и вмешиваться в подобные проблемы не должны, но предчувствие говорило, что сейчас будет весело.

— А потом опять скажут, что это Кузьма во всем виноват, — хохотнул я.

Обстановка немного накалилась от близости довольно сильных мастеров, но все испортила хрупкая девушка в больничной пижаме, поверх которой накинула белую шубку. Промчавшись по дорожке, Цао Чжэнь остановилась прямо между нами и молодым мужчиной в черной шубе. Она что-то прокричала в его сторону, при этом тяжело дыша. Я, наконец, отпустил руку Таси и поспешил на помощь принцессе. На щеках у нее был болезненный румянец, при этом безрассудная девица умудрилась примчаться без шапки и теплой одежды. Подойдя к ней, я стянул с головы шапку, одним движением надевая на девушку. Затем уже привычным движением подхватил ее на руки и зашагал в сторону медицинского корпуса.

— Цао Ютан, — все еще тяжело дыша, сказала она, — мой старший брат.

— Да я уже понял.

— Он просто… вспыльчивый…

— И это, тоже, — кивнул я.

Нас догнала Таисия, оставив мастера охранявшего ворота разбираться с принцем. Индусы, увидев, что все разрешилось, издалека приветственно помахали нам и поспешили раствориться в толпе любопытных студентов, стекающихся к месту несостоявшейся драки.

На пороге медицинского корпуса нас встретил доктор Шимов.

— Кузьма Федорович, вы очень вовремя. Таисия Павловна, доброго дня. Второй этаж, первая палата.

— Здравствуйте, Роман Игнатьевич, не скажете, что происходит? — Таисия слегка подтолкнула меня в спину, чтобы я не мешкал.

— Моя вина, не уследил за госпожой Цао.

— Что с ней случилось? Простуда? — Тася с доктором поспешили за мной, чтобы не потерять из виду.

— Небольшое осложнение после тренировки, — сказал я. — Просто внутренняя сила разбушевалась. Через неделю придет в норму.

— Так, — подтвердил доктор, отвечая на взгляд Таси. — Гематомы на спине — неприятно, но это не главная причина.

— Гематомы?

Я немного ускорил шаг первым войдя в палату и ожидаемо обнаружил там Сяочжэй, сидевшую на стуле у окна и читавшую книгу. Собственно шубка, в которой была Чжэнь, принадлежала ее старшей сестре.

— Ни хао, — произнес я, проходя к кровати и опуская Чжэнь. Та придержала меня за руку.

— Не надо так говорить, это… нехорошо и обидно. Так только малознакомые люди могут здороваться.

Судя по прищуренному взгляду Сяочжэй, все было именно так.

— Тогда скажи ей, что я прошу прощения за невежество. Ты отдыхай, завтра уже будет полегче. Такое иногда бывает после тренировки.

— Кузьма Федорович, вы не могли бы побыть нашим переводчиком, а то мастер Че куда-то запропастился, — в палату вошел доктор Шимов.

— Сейчас его найду, — быстро сказал я. — Он должен быть где-то поблизости.

Предчувствие подсказывало, что надо бежать. Попробуй сейчас останься с ними, ненароком увидишь обнаженную спину принцессы и все, заставят жениться. Или и того хуже, будут бить за странные методы тренировок. Я ведь предупреждал, что это может быть опасно и даже привести к серьезным травмам. Или забыл предупредить? В любом случае у Чжэнь были те же проблемы, что и у моей сестры. Полежит недельку или две в кровати, потом будет только спасибо говорить.

— Кузьма, — пока я размышлял, отступая к двери, встала Сячожэй и, кивнув Таисии, прошла ко мне, чтобы сцапать под руку. Показала книжицу, которую читала, что-то сказала.

— Обещанная техника «Духовного моря»? — догадался я.

Она помахала книжицей, что-то сказала очень хитрым и наигранно недовольным тоном. Произнесла еще что-то, но остановилась на половине фразы и нахмурилась. Взяла меня за запястье, прислушалась к чему-то, и ни слова больше не говоря, потянула из палаты. Собственно, далеко мы не ушли, остановившись напротив соседней двери, куда Сяочжэй меня втолкнула. Войдя следом, она закрыла дверь, вынула из сумочки что-то похожее на смартфон и, вооружившись пластиковым карандашом, принялась постукивать им по экрану, что-то быстро печатая. Я уловил в коридоре присутствие мастера Че и еще кого-то очень сильного, скорее всего телохранителя принца.

— Плохо, — сказала на русском Сяочжэй с сильным акцентом. Протянула мне смартфон и приложила палец к губам.

Перевод с китайского получился очень смешным, но если пытаться уловить суть, то она спрашивала: «Что с твоим „Духовным морем“? Я вижу волнение, хаос и пустоту». Я принял из ее рук стилус и набрал: «Подрался с сильным мастером. Может привлечь мастера Че, как переводчика? Сэкономим уйму времени».

Сяочжэй прочитала, покачала головой. Написала, что-то про секреты семьи. Переводчик в этот раз подкачал, и я не совсем понял, что она имела в виду. То ли она мастеру Че не доверяла, то ли присутствие брата ее смущало. Я рассказал о том, что случилось на улице, на всякий случай попросил прощения. Все-таки это один из наследников Императора Цао и просто так даже его одежд касаться нельзя, а Тася его неплохо в снегу искупала. Принцу было около двадцати восьми, и даже если он каким-то чудом сумел подняться на вторую ступень, то все равно от такого удара в голове у него будет звенеть долго. Я предположил, что это его так состояние сестры огорчило, на что Сяочжэй тихо рассмеялась. Она сказала, что здоровье и судьба младшей сестры его волнует не больше, чем меня беспокоит состояние спорных островов между Китаем и Японией. Император очень обрадовался, узнав, что я согласился учить Чжэнь, что не могли не заметить старшие наследники. И самым проворным оказался Цао Ютан, по словам Сяочжэй, скверный, хитрый и злой человек.

В палату Вошла Таисия, с интересом посмотрела на довольно забавную картину, как мы общались сидя с двух сторон от пустой кровати, как за столом. Улыбнулась, подошла и села на кровать с моей стороны.

— Кузьма, — мягко сказала она, — ты в своем уме? Ты спину императорской особы Цао видел? Ее как будто грузовик сбил. Там один сплошной синяк. Ты знаешь, какие могут быть последствия?

Я изобразил руками шар, как бы намекая, чтобы она использовала технику от подслушивания. Она понимающе кивнула, и воздух вокруг завибрировал, создавая едва слышный гул.

— Что ты хочешь, чтобы я сказал? — вздохнул я под ее взглядом. — Что никого не звал, они сами напросились? Или что мои техники не подразумевают развитие в спокойной и медитативной обстановке? Поверь, дальше будет сложнее и опаснее. Моя сестра сразу отказалась от такой перспективы, когда я ей все по полочкам разложил. А ведь до этого момента горела тренировками и хотела развиваться. Лучше не ругайся, а помоги мне… Хотя я думаю, что проще будет свое королевство основать, чем отговорить принцесс бросить эту затею.

Я показал на экран телефона Сяочжэй, лежащий на кровати. Последней фразой она говорила, что теперь это большая игра и их судьбы как разменные монеты.

— Вот почему все так непросто, скажи… — посмотрел я на супругу. — Что там у них творится?