МИБИ, час до полудня, комната клуба Лень

Сидя за столом, я гипнотизировал взглядом огонек свечи. По-другому это и не назвать. Ректор говорил, что мировое «ци» проще почувствовать именно в огне, потому что он горячий, яркий и вечно голодный. Вот только понимание ко мне пока не приходило. Может потому, что сидел я так меньше часа? Занятие с группой иностранных студентов сегодня закончилось немного раньше, а от тренировки с Максом я был освобожден на неделю. Зато, глядя на огонь, можно было подумать о разном. К примеру, вчера вечером я допоздна читал новости о мировом кризисе, о войне на Ближнем Востоке и о серьезных боях за спорные острова между Японией и Китаем. Дошло до того, что впервые за сорок с лишним лет на полном серьезе в войну втянулись два Великих мастера и едва не стерли один из островов с лица земли. По сети гуляли видеоролики этого сражения, правда, на них кроме вспышек в ночном небе ничего не было видно. Но если верить заявлениям сторон конфликта, Мудрец Ма умудрился утопить два японских корвета и несколько катеров. Японцы в долгу не остались и пустили на дно крупный фрегат и пару кораблей сопровождения. Эх, посмотреть бы воочию на это сражение. В Совете Безопасности ООН уже начали разбирательство по поводу инцидента. По международным правилам Великие мастера могут использовать силу только на территории своей страны. Таисия говорила, что пара необитаемых островов не стоят того, чтобы из-за них так надрываться. Мне же казалось, что вопрос здесь был не только в самой земле, но и в добыче газа рядом с островами. В общем, все, как всегда, из-за денег.

Подняв взгляд, я увидел наследника Николая, сидевшего рядом со столом и тоже наблюдающего за огоньком свечи.

— Это такая особая тренировка? — спросил он. — Или хочешь изучить несколько огненных техник?

— Нет, — я улыбнулся и пальцами потушил свечку. — Просто думаю о всяком и пытаюсь почувствовать энергию мира в маленьком огоньке.

— Семь из десяти Великих мастеров изучали огненные техники.

— Потому что огненных среди одаренных — больше. Привет, — я пожал протянутую руку. — Чем занят? Лекции, тренировки?

— С утра занимался географией и иностранными языками, а после обеда у меня по расписанию литература и физкультура.

— Кстати, насчет обеда. Девушки обещали меня сегодня накормить вкусной домашней едой, присоединяйся.

— В другой раз, — он улыбнулся, подумав о чем-то забавном.

— Никаких других «разов», — решительно сказал я. — Сегодня Цао Чжэнь напросилась помочь с обедом, так что опять приготовят на семь человек. Проверено на практике, что мне одному все это не съесть.

— Тебя в Китае за это обязательно побьют, — рассмеялся он. — Единственный из мужчин, кому принцесса собственноручно может приготовить обед — это ее отец.

— А супруг?

— Тогда она уже не будет принцессой, а это совсем другой статус. Так что я бы на твоем месте в Поднебесную летал реже. Говорят, — он сделал голос немного тише, — что ее старший брат очень вспыльчивый. Посмевшему обидеть принцессу он голову открутит. Ну и сам Император Цао… Ты же встречался с ним, какое он впечатление оставил?

— Суровый, умный и хитрый, — ответил почти не задумываясь. — Плохого ничего не могу сказать, идеальный правитель.

— Идеальный, — Николай покивал. — Тиран и деспот. Держит всех министров в кулаке. Говорят, что петухи в самых далеких деревнях по утрам кричат только потому, что он им разрешил. А если закон издаст, чтобы молчали… ты понимаешь. Просто, огромная империя была на грани существования, разорена и разграблена почти подчистую. Только твердой рукой и суровыми мерами можно было ее спасти, построить промышленность, восстановить армию, наладить отношения и торговлю со всем миром. У меня дед такой же был. Думаю, он бы с Цао нашел общий язык.

— Лучше скажи, как тебе в МИБИ? — решил перевести тему я. О политике говорить перед обедом — только аппетит портить. — Слышал, что тебе комнату совсем небольшую выделили. Не царские хоромы, в общем.

— Две комнаты: спальня и рабочий кабинет. Но я понял, к чему ты клонишь, — его это почему-то развеселило. — Это одно из распространенных заблуждений. У нас в семье принято детей воспитывать в спартанских условиях. Только летом, когда выбираешься в загородный дворец, можно почувствовать себя немного свободным. А так моя комната в царском доме по размеру не больше, чем здесь. Для сестер небольшие поблажки сделаны, но мне телевизор смотреть разрешалось полчаса в день. До четырнадцати лет — только правильное питание, без изысков и сладостей. Никаких гаджетов, а компьютер исключительно во время урока информатики. Книги — вот основное развлечение наследника, и еще нечастые встречи с друзьями. Но с отцом мы и на рыбалку ездили, и на охоту, и на море. Только это редкие события и каждую поездку начинаешь ценить. Дедушка сыновей так воспитывал, отец меня, ну и я традицию продолжу. Ты знаком с моим братом двоюродным?

— Кхм, только с Разумовским пересекался, — поморщился я.

— Он в десять лет выпал из-под влияния отца и уехал жить к матери. И вырос большим эгоистом. Я случайно подслушал, как дядя жаловался отцу, что не уследил и мать его избаловала.

— До он вырос настоящей сволочью и засранцем, а не эгоистом! — фыркнул я, подняв руку и сжав кулак. — Я бы его за яйца…

Дверь открылась и в комнату шагнула незнакомая девушка в светлой длинной дубленке. Изящным движением откинула капюшон. Красивая, черты лица правильные, волосы длинные, цвета темной меди, глаза голубые или светло-серые.

— Привет, — я опустил руку, зависшую в воздухе.

— Я не вовремя? — голос у девушки оказался мягким и приятным.

— Ульяна! Давно не виделись, — Николай встал, поспешил к гостье, чтобы помочь снять дубленку. — Вот так неожиданная встреча. Ты к Кузьме в гости?

— В общем, да, — кивнула она. — Только мы еще не знакомы.

— Не беда, — улыбнулся парень, — я вас сейчас познакомлю. Это Матчин Кузьма. А это Воронцова Ульяна Игоревна.

— Очень приятно, — девушка, скинула дубленку, поднимая повыше воротник теплого белого свитера.

— Ты проходи, садись к столу, — предложил Николай.

Мне показалось, наследник питал к девушке теплые чувства. Ну а что, такая милая девушка вызывает только положительные эмоции.

— А кого вы хотели за яйца что-то там? — спросила она, усаживаясь в кресло. С любопытством оглядела помещение.

— Артема, — пояснил Николай, повесив дубленку на вешалку. Вернулся к столу, прикидывая куда лучше сесть и выбрал второе кресло.

— Он в столице? — уточнила девушка, сразу поняв, о ком идет речь.

— Не знаю. Просто разговор о нем зашел.

— Будете вешать — меня позовите, — хихикнула она. — Просто из любопытства посмотрю.

— Никакого к нему сочувствия и жалости? — спросил я у Ульяны.

— Никакого, — подтвердила она. — Мне он неприятен. На последнем празднике, где пересекались, он за пять минут успел утомить нас с подругами.

Мне показалось, что в глубине светлых глаз проскочила холодная искорка.

— А мы только обедать собрались, — сказал Николай, посмотрев на меня, шевеля бровями.

— Да, присоединяйся, — подтвердил я. — Сейчас уже девушки должны прийти. Только нам бы второй стол. Тесновато будет всем разместиться.

Стоило только вспомнить, как в кармане зазвонил телефон.

— Кузя, у нас все готово, мы тебя ждем в общежитии, — раздался в трубке голос Алены. — Нас комендант с едой не выпускает. Поймала рядом с кухней и сказала, что клубная комната — это не столовая.

— Хорошо, мы сейчас будем. Приведу гостей на обед, так что готовь запасную ложку.

— Только бежать не надо, мы тут старую столовую пытаемся в порядок привести.

— Хорошо, — повторил я и положил трубку. Задумчиво посмотрел на Николая. — Сегодня еды на вынос не будет. Ладно, это не беда, отдам тебе свою ложку, а Ульяне запасную. Но чур охрану не звать, еды на всех не хватит.

— Тогда придется через окно сбежать, — улыбнулся Николай.

— Не, мы их просто в общагу не пустим. Натравим злого коменданта. Время, — я посмотрел на часы, — полдень без трех минут.

Стоит сказать, что Николая в теплой куртке, вязаной шапке и шарфе узнать было сложно. Только если совсем близко подойти. Поэтому наша прогулка к общежитию прошла спокойно. Последнее занятие перед обедом закончилась, и студенты спешили в столовую или в общежития, поэтому на улице было многолюдно и шумно. Мимо нас промчалась группа девчонок, громко обсуждая, смогут ли они сегодня застать наследника в столовой. Вроде бы ему специально выделили стол в учительской зоне.

Что касается коменданта общежития, то она устала получать жалобы от студентов, что мы часто обедаем в клубной комнате и мешаем им, поэтому решила открыть небольшую столовую, которой не пользовались лет десять. Комната оказалась самой обыкновенной и немного пустой. На окнах отсутствовали занавески, поэтому в помещении было необычно светло. Сестры Юй и Алена провели быструю уборку, протерли полы и смахнули пыль со стульев и столов. Закончили как раз к нашему приходу.

— Отличное место, — выдал я заключение. — Занавесок не хватает и цветов на подоконнике. А где вешалка?

— Пока не нашли, — в столовую впорхнула Алена со стопкой тарелок. — Бросайте верхнюю одежду на стулья, все равно кроме нас тут никого нет и не будет. Надежда Николаевна говорит, что комнатой никто не пользовался с того самого момента, как она в МИБИ пришла работать.

— Судя по мебели, комнату заперли еще лет за тридцать до нее, — рассмеялся я.

Зато здесь была раковина и даже горячая вода. Девушки принесли рулон бумажных полотенец и большой флакон с жидким мылом.

— Скатерти еще не хватает, — сказал Николай.

— Ерунда. Главное — стол на месте.

— Скатерти есть, — вставила Алена. — Только они старые и пыльные. Отдам сегодня в химчистку, чтобы постирали и накрахмалили как следует. И занавески тоже.

В столовую вошла Юй Ми, неся кастрюлю. Следом Чжэнь с большой бамбуковой корзинкой. Судя по запаху, ее фирменные паровые булочки. Я был прав, когда говорил, что сегодня наготовят много всего. Просто, утром сестры Юй тренировку пропустили, сославшись на то, что им нужно помочь Чжэнь.

— Тася сказала, чтобы ее не ждали. Она может задержаться и на десять минут, и на час, — Алена быстро расставила тарелки на большом столе. — Что-то у них важное проходит. Семинар вроде.

— А я думал она вам помогала готовить.

— Все очень вкусно, — сказала Алена, выходя из столовой. — Я попробовала.

— Это обнадеживает, — я рассмеялся, показал Николаю на стулья.

Главным блюдом на обед был суп с рисом, уткой и грибами. В него добавили какую-то пряность и получилось действительно очень вкусно. На второе подавали свинину в остром и сладком соусе с зеленью. Учитывая, сколько туда добавили перца, готовила Фэйфэй. Мне кажется, у нее чувство вкуса острого отсутствовало, потому что мясо обжигало губы, а во рту начинался настоящий пожар. К слову, все приправы были необычными, приехавшими прямиком из Китая на заказ. Как потом рассказала Алена, привезли не только специи, но и остальные продукты, включая особый рис. Из местного в сегодняшнем обеде была только вода и посуда. Даже соль и ту умудрились доставить какую-то особую.

Тася немного припозднилась, появившись, когда мы переходили ко второму блюду. То, что Николай решил с нами пообедать, ее не удивило. Сказала только мне на ухо, что к обеду нужно было лучше все подготовить. А вот Ульяна ее заинтересовала, но вопросами девушку она засыпать не стала, ограничившись знакомством и парой дежурных фраз. Таисия знала, зачем мы были приглашены к Воронцовым, я ей все сразу рассказал. А вот Алена была уверена, что Ульяна подруга или родственница наследника.

Повторюсь, что все было очень вкусно, а острая свинина особенно понравилась Николаю. Он с огромным удовольствием умял две порции и, если бы мог, съел третью. Затем все начали разбегаться по делам. Алена умчалась на занятия по иностранным языкам. Она учила английский и нацелилась на испанский. А вечером у нее занятия по экономике и праву. Второй ушла Тася, упомянув семинар и какие-то сборы. И как-то так получилось, что минут через десять после обеда мы с Ульяной остались наедине. Я предложил прогуляться к малому спортивному залу, где у меня была запланирована тренировка.

Зал, который я когда-то взорвал, полностью восстановили, заменив зеркала и стекла небьющимися аналогами. Мне Тася чек показывала, сказала, что ректор обещал вычесть стоимость из нашей зарплаты, если я их разобью или испорчу. В целом же комната осталась точно такой же, как и была, разве что добавилась высокая металлическая вешалка. Ее Кристофер принес, говоря, что общая раздевалка его не впечатлила. Дело было в том, что несмотря на магнитные замки, открыть которые можно было только студенческой карточкой, время от времени кто-то умудрялся воровать оттуда вещи. Таинственный вор шарил по карманам верхней одежды, оставляя деньги, но забирая всякую мелочь вроде брелоков, зажигалок и прочего. Причем заглядывал вор и в мужскую, и в женскую раздевалку. Пока вычислить крысу не удавалось и единственный способ — это установка камер видеонаблюдения, но на этот отчаянный шаг руководство идти не хотело. Ограничивались слежкой за комнатами, но, как я говорил, безрезультатно.

— Приятное место, — сказала Ульяна, разглядывая зал. Она разулась и ходила по теплому полу в белых носочках. — Ты здесь тренируешься?

— В том числе, — я прошел к привычному месту, сел по-турецки. — Просто здесь мешают меньше всего.

— Да? — она посмотрела с интересом.

— Поверь мне, даже если я начну запираться, они будут без перерыва стучать или ключ запасной найдут.

Она села напротив, скопировав позу, поправила свитер. Нет, определенно красивая девушка. Легкая улыбка, любопытный взгляд.

— Мне всегда казалось, что стать мастером к тридцати годам — это уже достижение, — сказала она. — Не знаю, как бы я себя сейчас чувствовала, если бы могла пропустить поток силы, способный создать даже простенькую молнию первого класса.

Насколько я знал, такая молния считалась минимальным пределом, чтобы сдать экзамен на вторую степень мастера. И она была способна расколоть дерево прямым попаданием. Говорилось что-то про двадцать или тридцать миллионов вольт и десять тысяч ампер. И это было почти достижением, так как многие мастера могли создавать лишь электрические разряды далекие, от этого показателя. А вот один из китайских мудрецов в ходе эксперимента выдал разность потенциалов аж в миллиард вольт. Только там что-то пошло не так и даже кого-то убило.

— Быть мастером не означает выпускать ладони из молнии, а правильно понимать природу этого процесса.

— Кого из чего? — не поняла она.

— Молнии из ладоней, — быстро поправился я. — Слушай, давай начистоту, а?

— Давай, — она пожала плечами.

— Я Великому князю Александру Николаевичу так сразу отказать не смог, но… Не до политических браков мне сейчас, понимаешь?

— Догадываюсь, — Ульяна кивнула. — В том смысле, что ты за все время не сделал мне ни одного комплимента.

— Не улавливаю логику…

— В умной книге читала, что, когда мужчина хочет видеть женщину в своей постели, он делает ей комплименты. И наоборот, если не делает, значит, холоден к ней.

Я не нашел что ответить сразу и задумался. Вообще, ситуация довольно волнительная и необычная. Но я действительно не думал о подобном, хотя оценил, что она красивая и очень привлекательная девушка.

— Да, хочу тебе сказать спасибо, — улыбнулась она. — Год назад мою близкую подругу едва не выдали за мужчину, ровесника моей мамы. Но случился большой переполох под названием: «Возвращение Матчиных» и все сорвалось. Он был очень обходительным, комплименты ей делал, цветы дарил.

— А плюнуть на все и по любви выйти замуж?

— О, — протянула девушка и посмотрела на меня искоса. — Применительно к благородным и княжеским родам, я примеров такой смелости знаю — два. Когда в благородной семье рождается мальчик, лет с шести он уже знает, чем будет заниматься в будущем. Политика, бизнес, банковское дело, заводы и фабрики. За него уже решили буквально все: образование, брак, карьера. Так же и девочка годам к шести уже знает, что выйдет замуж за достойного мужчину, чтобы укрепить род. Про любовь там ни слова.

— А мы с Тасей?

— Этот пример под номером два, — она улыбнулась. — И, если мы говорим начистоту, ты в этом совсем не разбираешься. Моя сестра любит Александра Николаевича и в детях души не чает. Хотя они познакомились незадолго перед свадьбой. Все как-то внезапно для нее случилось. Да и ты не Бармалей из Африки и не арабский шейх, которому тридцать седьмая жена нужна только для плотских утех.

Помолчали. По коридору прошла шумная компания девушек, спешащая на тренировку. Я протянул руку Ульяне. Девушка немного подумала, и положила ладонь поверх моей. Как я и предполагал, девушка была на уровне эксперта и при этом обладала солидным запасом сил и потенциалом. Уделяла тренировкам достаточно времени, но не спешила, чтобы развитие не навредило здоровью.

— Разрешите войти, — со стороны двери послышался знакомый голос.

— Входи, Морока, — отозвался я, сидя с закрытыми глазами. — Подождите немного, сейчас еще ученики придут и начнем.

Они с Тамарой прошли, сели недалеко от нас.

— А вы уже тренируетесь? — любопытствовал Денис.

— Парной культивацией занимаемся, — сказал я, отпуская ладонь Ульяны.

Тамара при этих словах смутилась, опуская глаза, а вот Морока заулыбался во все тридцать два зуба. Даже большой палец мне показал. Ульяна посмотрела вопросительно на него, затем на меня. Очень интересный взгляд получился, в нем и любопытство, и осуждение, и еще что-то непонятное. В это время в зал вошла Чжэнь, а следом за ней испанцы, Рейна Ортега с сыном. Присутствие Хавьера, главы семейства, я не почувствовал, но мне почему-то показалось, что он где-то недалеко. С того момента, как он раздавил последователя культа черепа, мы с ним не говорили. У меня к нему было дело, но я пока не придумал, как подступиться.

— Морока, вы английский язык знаете? — спросил я. — Не хочется мне на трех языках одно и то же рассказывать.

— Знаем, — кивнул он. — Май нейм из Дэнис, зэ сайн из шайнин.

— Очень смешно, — фыркнул я. — Ладно, что будет непонятно, переспроси потом.

Я жестом показал Чжэнь на место за Ульяной. Мы с ней вчера говорили по поводу особых тренировок, поэтому она понимающе кивнула.

— Госпожа Ортега, как у Вас дела? — спросил я на английском. — Вы подготовились?

— Доброго дня, — она подтолкнула сына к центру зала. На нем был точно такой же студенческий спортивный костюм, как и у Мороки. — Да, как Вы говорили, практиковались.

— Отлично. Денис, я сейчас покажу упражнение, которое поможет парню укрепить тело. До конца весны это будет основная ваша тренировка. Уделяйте ей как минимум три часа в день и увеличивайте физические нагрузки. Если за первый месяц вы сможете удерживать доспех духа в два раза дольше, чем сейчас, значит, все делаете правильно. Игнасио, становись сюда. Сейчас покажу, как нужно пропускать энергию через себя.

На объяснение простой практики ушло около получаса. Игнасио оказался смышленым парнем, сразу поняв, что от него требуется. Единственный недостаток, на который я указал, это спешка. Рейна обещала, что присмотрит за ним, чтобы не торопился. Обычно первые шаги самые опасные, поэтому я внимательно следил за тем, как он пропускает силу через тело. Чтобы было проще концентрироваться, показал простые движения дыхательной гимнастики. Цикл из двух переходов по пять движений каждый. Собственно, можно было изображать что угодно, но в любом деле важна эстетика, как любит повторять Фа Чжэн.

Мороке и его напарнице, в отличие от Игнасио, сдерживаться не требовалось, наоборот, нужно было прилагать максимум усилий, чтобы укрепить тело. Я когда-то давно уделял этому упражнению почти весь день. Начинал после утренней зарядки и шел в школу. К концу дня выматывался так, что засыпал, едва до кровати добирался. Сейчас иностранным студентам эта техника придется как раз, но я планировал показать ее чуть позже, в конце месяца. В любом случае если они решили изучать укрепление тела, то это пойдет только на пользу.

Где-то час потребовался, чтобы убедиться, что Игнасио все делает правильно, пусть и неумело. К концу занятия у него по лицу бежали крупные капли пота, а сам он выглядел бледным и едва стоял на ногах. Но парень оказался упорным и целеустремленным.

— Нормально, — подытожил я, положив руку на плечо Игнасио. — Как только подобные упражнения в течение часа перестанут вызывать усталость и утомление, значит, пора остановиться. Где-то за полгода тело немного окрепнет и можно будет уделять внимание практике с силой. Только не спеши, иначе все испортишь. У тебя сейчас внутренняя сила находится в беспорядке, поэтому постарайся отдохнуть. Завтра в это же время приходи, посмотрю, как справляешься. Если за неделю ошибок не наделаешь и серьезных осложнений не будет, то можете ехать домой и заниматься там.

Госпожа Ортега перевела мои слова сыну. Он покивал, устало пожал мне руку, сказав что-то на испанском. Его мама переводить сказанное не стала, просто взъерошила сыну волосы.

— Ну а вы что? — я посмотрел на Дениса. — Показывайте, как у вас получается.

Пока я был занят, Ульяна сначала понаблюдала за тренировкой, потом погрузилась в сотовый телефон, что-то печатая и читая. Чжэнь практиковала кинетический барьер, не разгоняя его сильно, чтобы не устать. Отпустив Мороку с подругой, я подсел к ним.

— Не скучно? — спросил у Ульяны.

— Нет, — она отключила телефон, убирая его в карман свитера. — У тебя неплохо получается объяснять. Даже я запомнила, как практиковать укрепление.

— Для классических мастеров подобные занятие лишь навредят. Лучше, если ты не будешь повторять за ними.

— Не буду, — заверила она. — Да, это самое необычное первое свидание, которое у меня было. Алена с тобой не тренируется?

— Утром немного и вечером. Учить что-то новое ей пока рано, поэтому она просто занимается развитием. Как перешагнет на следующую ступень, тогда и перейдем к серьезным тренировкам. Я еще где-то час уделю Чжэнь…

— Я никуда не спешу. Это гораздо интересней, чем поход в кинотеатр.

— Выходит, у нас, все-таки, свидание?

— Выходит, — улыбнулась она. — А потом тебе нужно будет проводить меня домой и обязательно спросить, не угощу ли чаем.

— И что ты обычно отвечаешь на такие вопросы?

— Не знаю, никто еще не набрался смелости попросить.

Хотел было пошутить, что намек понял, но не стал. Поднявшись, пересел к Чжэнь.

— Твоя старшая сестра хочет, чтобы ты добилась успеха и стала мастером до двадцати пяти лет, — сказал я принцессе. — Это серьезное испытание. Алена от такой перспективы отказалась, решив, что здоровье важней. Когда Цао Сяочжэй возвращается? Надо бы с ней на эту тему поговорить.

— Обещала приехать послезавтра, если погода сильно не испортится. Стать мастером… — она плотно сжала губы, затем ткнула себя пальцем в грудь. — Ты не хочешь стать главой клана, не хочешь взять супругой эту принцессу. Поэтому ей ничего не остается, кроме как стать сильной.

Я не знал, что на это ответить. «Вместо того чтобы давать советы, лучше помочь делом» — так говорит дядя Ринат. Но с Сяочжэй, когда она приедет, мы побеседуем на эту тему обязательно. Надо было сразу им отказывать и держать как можно дальше от себя, а теперь…

— Разберемся с этим потом, — подытожил я. — Сейчас давай перейдем к тренировке. Есть несколько путей быстрого развития силы. Тот, по которому следует Алена — самый оптимальный. Смысл в том, чтобы пропустить второй этап развития и сразу перескочить на третий. Для этого ты должна почувствовать внутреннюю силу и научиться ее контролировать. Фундамент у тебя подходящий, ломать ничего не потребуется. Тебе сейчас нужно создавать доспех духа, а я его буду разбивать. Процесс болезненный и синяков наставлю много. Если почувствуешь, что больше не можешь, говори. Но чем больше циклов осилишь сейчас, тем легче будет потом.

Чжэнь кивнула, создавая доспех духа. Он был немного слабее, чем у Алены, но принцесса создавала его чуть быстрее и почти не напрягаясь. Видно, что она уделяет тренировкам много времени. Я приложил палец к ее спине, немного надавил, пробивая доспех. Чжэнь резко втянула носом воздух, выгнув спину, не ожидая, что будет так больно.

— Продолжим? — спросил я.

— Да, конечно, — она закивала и села удобнее. — Неожиданно, просто…

Осилила Чжэнь тридцать одно повторение, доведя себя почти до истощения. Не помню, сколько в первый раз смогла выдержать Алена, по-моему, меньше. Пришлось мне выходить из зала, чтобы найти мастера Че и попросить позаботиться о принцессе.

— Завтрашнюю тренировку она может пропустить, — сказал я мастеру Че. — Если есть мазь от синяков, можно смело использовать.

Мастер коротко кивнул, сказал, что отвезет домой и позволит хорошенько отдохнуть. Подняв Чжэнь на руки, он поспешил выйти.

— Кто она? — спросила Ульяна. — Наследница какого-нибудь древнего и влиятельного клана?

— Почти. Одна из младших дочерей Императора Цао.

— Цао? — Ульяна удивленно уставилась на меня. — Принцесса, здесь, одна, без слуг и?.. Это ее телохранитель?

— На все вопросы ответ — да. Мастер Че обладает редкой силой, связанной с воздухом, если я не ошибаюсь. Надо бы попросить его что-нибудь продемонстрировать.

— А что это была за тренировка?

— Для того чтобы она ловчее могла использовать доспех духа, нужно его несколько раз сломать. Во-первых, он станет значительно крепче, когда Чжэнь полностью восстановится. Во-вторых, только так она сможет перейти на следующий этап, когда я запущу процесс… хм, я ему еще название не придумал. В общем, это позволит внутренней энергии свободно циркулировать по телу. Тот самый процесс, который и называется: «укрепление». Император Цао обещал мне дворец подарить, если его дочь сможет стать мастером до двадцати пяти лет.

— Большой?

— Примерно как Александровский дворец, бывала там?

— Доводилось, — Ульяна кивнула. — Представляю, сколько будет стоить его содержать. Уверен, что тебе нужен дом такого размера и… в Китае?

— Ага, в Поднебесной, в довольно живописном месте. Нет, я еще не решил, нужен он мне или нет. Потом, когда дарить будут, я подумаю.

— Ага, — передразнила она меня, только использовала другую интонацию. Покачала головой, наверняка подумав что-то о моей скромности. — У тебя еще занятия?

— Нет, на сегодня все. Так бы я остался здесь еще на два часа, дождался, пока у Алены закончатся занятия, а потом мы бы вместе отправились ужинать. Пойдем, я отвезу тебя домой.

— Сейчас не так уж и поздно, может, сходим куда-нибудь?

— Например?

— Например, здесь, не очень далеко, есть парк, а там большой каток. Ненадолго, — она мило улыбнулась, видя сомнение. — А потом можешь отвезти меня домой.

— Хорошо, — сдался я. У нее было такое выражение лица, что отказать просто невозможно. — Сейчас позвоню Василию, чтобы нашел машину. Только он приедет минут через двадцать, минимум.

— Долго, — она махнула рукой. — Я сейчас закажу такси, и оно уже будет ждать нас у входа. Просто я уже два года не была на катке. Ты умеешь кататься на коньках?

— Не знаю, пробовал один раз, вроде умею… что?

Ульяна звонко рассмеялась, покачала головой. Пока она заказывала такси через телефон, я отправил Тасе сообщение: «Иду на свидание с Ульяной. Буду к ужину». Ответ пришел довольно быстро: «Будь осторожен, мне сон плохой приснился». Да, я помню, как она меня утром разбудила. Мне тоже снился поганый сон про автобус. Опять я куда-то ехал, зная конечный адрес, но не зная дорогу. И водитель, падла, сначала сказал, что подскажет, а потом поставил перед фактом, что я уже проехал и сейчас мы где-то очень далеко. И чтобы не возвращаться, можно проехать еще столько же до конечной остановки и развернуться. Хотел я ему рожу за это разбить, но сдержался. Вроде бы решил выйти из автобуса и пойти пешком и в этот момент Тася меня разбудила. О своем сне она ничего говорить не стала, но это было что-то неприятное. Она потом так и не уснула.

Если честно, чем больше я жил с Таисией, тем больше убеждался, что все мои мысли о многоженстве, когда стану главой рода — это полнейшая ерунда. Я сейчас был счастлив, как никогда раньше. А скоро у меня будет сын, или дочь, Тася еще не говорила. Может, поэтому и решил поехать погулять, чтобы окончательно убедиться. Ульяна, без шуток, красивая, очаровательная девушка, но в роли потенциальной супруги ее представить не получается. Только сиюминутный соблазн…

Как и говорила Ульяна, у выхода из МИБИ нас уже ждало такси премиум класса. Я успел заметить маршрут на навигаторе водителя, ехать нам было действительно недалеко.

— А как вы с Николаем познакомились? — спросила Ульяна.

— Он меня пригласил в гости, чтобы вернуть дневник моего отца. Это было почти сразу после того, как император умер. Да уж, неожиданное приглашение, помню. А потом он позвал меня для беседы в Зимний дворец в Санкт-Петербурге. Вы с ним хорошие друзья?

— Можно и так сказать. Он часто бывал у нас в гостях, но мы почти не общались. Но когда ему исполнилось двенадцать, то…

— Влюбился?

— Ты слишком прямолинейный, — она улыбнулась. — Но все именно так. Он стал приезжать к нам в гости гораздо чаще. Николай — хороший парень, очень умный, начитанный и проницательный. А еще он легко решает разные загадки. Проблема только в том, что у нас слишком большая разница в возрасте. Примерно как у вас с Таисией. А свободы выбора еще меньше, чем у меня. Уже сейчас все князья озабочены тем, кто станет его супругой.

Когда подоспеет срок Императору жениться, примерно через три года, Ульяне уже будет двадцать шесть, в то время как Николаю только восемнадцать. Придворные бояре такого непотребства не потерпят, и не важно, какая у него будет поддержка среди них.

Погода ко второй половине дня успокоилась и даже небо просветлело. Легкий мороз, градусов в пять, для активного зимнего отдыха — лучше не придумаешь. Людей в парке не так уж и много, так как рабочий день еще не закончился. Женщины с детьми прогуливаются по заснеженным аллеям, молодежь толпится у проката коньков и киосков с горячими напитками. Под словом «каток» я представлял себе нечто, по форме напоминающее поле для игры в хоккей, но здесь залили огромную извилистую площадку. Небольшая группа парней и девчонок развлекались, устраивая гонки и кружась на месте, показывая мастерство. Недалеко от них взрослая пара невесомом скользила по льду, держась за руки. Чуть дальше малышня под присмотром инструктора училась стоять на коньках в небольшом закутке. Еще одна группа пацанов носилась в хоккейной форме с клюшками, то ли тренируясь, то ли хвастаясь умением держаться на льду. Видя, как от них шарахаются отдыхающие, стало понятно, что это местные хулиганы.

— Я займу очередь? — я показал на здание проката снаряжения.

— Подожди, — Ульяна посмотрела на телефон. — Сейчас уже должны быть. Пара минут. Давай пока чаю горячего выпьем. А то мне кажется, что тебе холодно.

Ульяна имела в виду кроссовки и не самую теплую зимнюю куртку. Просто в такой одежде было удобно, когда приходилось постоянно переходить из зала в зал. Для многих студентов сделали поблажку на обувь в зимнее время, но я предпочитал тренироваться босиком.

— Мастера не мерзнут, — улыбнулся я. — Но зиме я предпочитаю жаркое лето.

Мы заказали по большому стакану чая с лимоном и медом, устроились за одним из высоких круглых столиков, наблюдая за отдыхающими.

— У тебя есть хобби? — задала довольно неожиданный вопрос Ульяна.

— Хобби есть, времени нет, — рассмеялся я, перефразируя слова Таси. — А если серьезно, то кроме тренировок меня ничто надолго не затягивало. В детстве как-то времени не было, не говоря уже про усидчивость. Я все время куда-то бежал, с кем-то дрался. Поэтому мама часто брала нас в морские поездки, чтобы мы привыкали к тому, что вокруг может ничего не происходить пару месяцев кряду. Помню, как во время очередного долгого похода я каждый день мечтал, чтобы на нас пираты напали. Было бы хоть какое-то развлечение.

— Хобби, оно не всегда про свободное время, — сказала Ульяна, грея в ладони бумажный стакан с чаем.

— Хочешь сказать, что ты увлечена чем-то необычным?

— Нет, хобби самое обыкновенное. Я монеты собираю, — девушка загадочно улыбнулась. — Любила в детстве разглядывать дедушкину коллекцию и решила продолжить ее собирать. Покажу, когда в гостях будешь. Мне недавно Николай подарил пару очень редких монет, греческого Аполлона и золотой Дарик.

— Аполлона я знаю, а второй кто такой?

— Персидский царь. А вот и девочки, — Ульяна помахала рукой трем девушкам, идущим по центральной аллее в нашу сторону.

Благородных барышень можно было узнать сразу, по одежде, по манере держаться и даже по разговору. Странно, что за ними не шла группа телохранителей с оружием наперевес. Хотя экспертам третьей ступени телохранители не нужны. Девяносто процентов студентов, выпускающихся из МИБИ, добирались только до второй ступени. Эти же милые девушки, вместе с Ульяной, уже поднялись на уровень, который был недостижим большинству наемников. Вот что значит хорошие гены и наследственность. Даже если у них нет боевого опыта, раскидать с десяток бандитов они вполне способны.

— Кузьма, очень приятно познакомиться, — сказала высокая блондинка, когда нас познакомила Ульяна. — Матчины — это семья, которая недавно с шумом вошла в род Наумовых?

— Все так, — кивнул я.

— Шумное событие было…

— Громкое, — поправила ее брюнетка, вздохнула. — Это разные слова и смысл у них тоже разный.

— Зануда, — улыбнулась блондинка, ничуть не обидевшись. Звали ее Валентина. При этом Ульяна не назвала фамилий, только имена. — Ну вы что, кататься пришли или чаи пить?

Девушки почти синхронно сняли рюкзачки. Валентина расстегнула свой, привычным движением вынула пару белых коньков и протянула Ульяне. Мне досталась черная пара, немного отличающаяся от остальных по форме, а вместо шнуровки были пластиковые фиксаторы.

— Размер должен подойти, — сказала третья девушка, которую звали Людмила. Хмурая какая-то и неразговорчивая.

— Можно и на прокат взять…

— Кузьма, — Валентина посмотрела на меня серьезным взглядом. — Ульяна и прокат — несовместимы. К тому же там вряд ли есть что-то даже приблизительно сносное, не говоря уже о приемлемом качестве. А это хорошие коньки. Для начинающих — лучший выбор. Туже…

Валентина подняла руки, как бы говоря, что не собирается мешать.

— Туже затягивай, — подсказала Ульяна, подсаживаясь на скамейке поближе. — Чтобы нога в ботинке не болталась.

Пока мы переобувались, к девушкам решили подкатить любители хоккея. Два парня с клюшками, наколенниками и тяжелыми перчатками. Выглядели они лет на восемнадцать, не старше. Крепкие, розовощекие от катания на свежем воздухе.

— Девчонки, привет! — широко улыбнулся один из них, стягивая перчатку, чтобы приветственно ею помахать. — Как насчет покататься вместе?

Девушки одарили его одинаково ледяными взглядами. Второго парня сразу заморозило, и он даже отступил на шаг. А вот улыбчивый то ли не понял, то ли жил по принципу, что наглость — второе счастье.

— У нас своя компания, — выпрямилась Людмила, смерив его хмурым взглядом. — Идите гоняйте… шайбу.

Мне показалось, что она специально сделала паузу в последнем предложении. Из здания, где выдавали коньки напрокат, выглянул бородатый мужчина, посмотрел на хоккеистов и те поспешили вернуться к друзьям. Людмила только фыркнула, глядя им вслед и вернулась к конькам.

Как выяснилось, утром и до обеда покататься можно было бесплатно, но после часа дня это удовольствие стоило по пять рублей со взрослого. Вроде бы студентам и детям делали скидку в пятьдесят процентов, но мы торговаться не стали. Опыт катания у меня был скудный. В Берлине с Тасей мы прокатились пару кругов в центре города, поэтому стоял я на льду более-менее уверенно, а вот двигаться в нужном направлении получалось хуже. Просто коньки имели особенность разъезжаться во всех направлениях, и даже вбок. А вот девушки легко скользили, так словно это было удивительно легко.

— Держишься? — спросила улыбающаяся Ульяна. — Подтолкнуть?

— Если с осторожностью, то можно. Просто если я упаду головой об лед, то появится непредусмотренная организаторами прорубь.

— Это вряд ли, — она рассмеялась. — Под нами воды-то нет. Просто большую площадку залили, и все.

Ульяна немного подтолкнула меня в спину, затем взяла за руку и уверенно потянула за собой. Надо отметить, что кататься на коньках — это довольно веселое и увлекательное занятие. Ты сразу ощущаешь некую легкость и свободу в движениях, нужно только приноровиться. Минут через сорок я уже сносно двигался вперед и даже останавливаться, не прибегая к силе. Надо будет обязательно позвать Алену сюда в следующие выходные. Увлекшись, мы даже счет времени потеряли и опомнились, когда начало темнеть, а на катке включили подсветку, а по всему парку зажглись уличные фонари.

Мы с Ульяной неспешно двигались вдоль края катка, нарезая очередной круг. Вечером, кстати, людей в парке немного прибавилось, как и желающих покататься. Вроде бы никто не мешает, но стало как-то тесно и неуютно. Не люблю толпу, особенно когда она мешает.

— Боевые у тебя подруги, — улыбнулся я. Удивляюсь, как у Ульяны получалось тянуть нас обоих, крепко держа меня под руку и двигаясь рядышком.

Спрашивал я про Люду, которая в очередной раз отшила того самого улыбчивого парня. Его друзья уже давно переобулись и пили чай, о чем-то оживленно беседуя. А он все не сдавался. Это была третья попытка за последние двадцать минут.

— Мы в колледже вместе учились, — сказала Ульяна. — С первого курса держались вместе, помогали друг другу. На них можно положиться. А у тебя такие друзья есть?

— В Японии остался один, на которого можно положиться в любом деле. А в России… даже не знаю, кому я первому позвоню, если будут проблемы. Может, только подругам, — я улыбнулся.

На помощь Людмиле пришли ее подруги и парню пришлось снова отступить. Они ловко его подрезали, совершая довольно опасные маневры. Если ему казалось, что он парень, а значит крепче телом, то это зря. Эксперт тебя с ног собьет и не заметит.

— Надо закругляться, а то меня потеряют, — сказала Ульяна. — Я никого не предупреждала, что с тобой встречусь.

— Хорошо. Машину вызвать или такси закажешь?

— Такси, — она улыбнулась. — А то увезешь…

— Берегись! — раздался рядом громкий крик.

Я успел оглянуться, разгоняя доспех духа. Заметил краем глаза мужчину в темной куртке, несущегося на нас по касательной. Вроде бы он даже сгруппировался, как это делают игроки в хоккей, тараня соперников. Не знаю, случайно так получилось, или он специально рассчитывал нас протаранить. Доля секунды, когда нас разделял уже метр, мужчина с громким и тяжелым ударом врезался в невидимую стену. Вошел в нее сначала головой, затем плечом и заскользил по льду, оставляя за собой кровавую ниточку.

— Ну дурак, — протянул я, отпуская Ульяну. Не заметил, как успел крепко схватить ее за плечо, прижав к себе.

Удар был неслабый, и слышен, наверное, на другом конце катка. Кто-то уже звал спасателей. Пожилой мужчина с женой или просто знакомой, опустились рядом, пытаясь понять, как сильно тот пострадал и чем ему можно сразу помочь. Ульяна подергала меня за рукав, показывая, что хорошо бы уйти. Со стороны здания пункта проката снаряжения выскочил бородач со специальными санками и, цокая шипованной подошвой ботинок, побежал в нашу сторону. Я сразу не обратил внимание, но рядом дежурила карета скорой помощи, поэтому доктор с большой красной сумкой уже мелькал у входа на лед.

— Что на него нашло? — спросил я оглядываясь.

— Кто его знает, — сказала Ульяна, увлекая за собой. — Таких везде полно. Разогнался, а останавливаться не умеет. Или специально…

Вокруг нас закружили подруги Ульяны. Валентина подцепила меня под вторую руку, а Людмила решила подтолкнуть в спину. Мы пулей промчались к выходу, где пришлось пробиваться через любопытствующую толпу. А еще я заметил, что отдыхающие с интересом снимают произошедшее на телефоны. Может поэтому девушки решили так поспешно сбежать, хотя на нас никто внимания не обращал. Активнее всего любопытствовали подростки, кто-то даже на лед без коньков вышел, чтобы снять лучший кадр. Вот сейчас он головой вниз рухнет и уже про себя в интернете ролики посмотрит.

— Ты видела, как он летел? — спросила Людмила, снимая коньки. — Я бы ему клюшку в задницу засунула.

— Люда, — Ульяна на нее серьезно посмотрела.

— А что? — девушка пожала плечам. — Дурак ведь. Или извращуга, который портит молодым парам свидание. Ты видела, как он профессионально сгруппировался? Пойду у парней клюшку возьму.

— Люда, — теперь уже в разговор вмешалась Валентина. — Давай в этот раз без драки обойдемся.

Девушка только фыркнула и принялась ожесточенно расшнуровывать ботинки. К этому времени я уже переобулся, вернул коньки. Посмотрел, как мужчину вынесли с катка, погрузили в карету скорой помощи, и она умчалась, сверкая проблесковыми маячками. Прощались девушки тепло, обнялись, расцеловали друг друга в щеки, обещая встретиться в ближайшее время. Мне показалось, что маленькая неприятность никому не испортила настроение. Пока мы шли к выходу и ждали такси, никто об этом и не вспомнил ни разу. Я даже не представлял, что в текущем состоянии способен поставить барьер. Видать, от испуга и неожиданности смог использовать одну из серьезных защитных техник. Меня даже немного укачало в машине и начало клонить в сон. Верный признак, что не стоило перенапрягаться и надо больше отдыхать.

До дома Ульяны мы добирались около получаса. Жила она почти в центре, в северной его части. Пока такси пыталась объехать пробку, я насчитал три церкви, напротив одной из которых мы вышли. В такси мы разговорились о ее подругах. Как оказалось, они все успели выйти замуж, а у Людмилы уже подрастала дочка. Но несмотря на это девушки старались встречаться чаще. Здесь главное слово «старались», так как после Нового года, это была их первая встреча.

— Тихое место, — сказал я, разглядывая переулок, имевший небольшой наклон.

Припаркованных машин здесь было много и, казалось, стоит подуть ветру, и они все покатятся по обледеневшей дороге. Любопытно, что проходов во дворы не было. Пятиэтажные дома стояли вплотную друг к другу. Недалеко виднелась вывеска входа в кафе.

— Я здесь с бабушкой живу, — Ульяна показала на окна третьего этажа. — Где свет горит, самое левое окошко. Только бабушка сейчас у родителей гостит и дома кроме экономки никого. Что, чаю? Или, может, поужинаем? Марина Вадимовна вкусно готовит.

— Нет, спасибо, я уже обещал поужинать дома.

— Понятно, — она печально вздохнула, подняла повыше воротник дубленки. — Проводи до двери, а то темно уже. А я такси для тебя закажу.

Действительно, освещения в переулке не хватало, но из-за обилия снега темно было только относительно. Мы как раз собирались уезжать из парка, когда солнце садилось. К тому же становилось прохладно. Температура воздуха опустилась градусов до десяти мороза.

— Конечно, — кивнул я. — Куда идти?

— Там проход во двор, — она показала на металлическую дверь.

Проход открывался специальным магнитным ключом, а за ним находился длинный коридор, ведущий в маленький дворик. Еще одна бронированная дверь вела в просторный и ярко освещенный подъезд. Я немного придержал Ульяну за руку, зашел первым. На площадке перед лестницей о чем-то разговаривала знакомая парочка. Невысокая миниатюрная женщина в черном пальто, и как противоположность ей — долговязый мужчина в пуховике.

— Доброго вечера, — поздоровался я. Из-за моего плеча с любопытством выглянула Ульяна.

— Кузьма Федорович, — обрадовалась женщина. — Привет. Давно не виделись.

— Привет, — поднял руку мужчина.

Собственно эта парочка — бывшие коллеги Таисии из отдела контроля за одаренными. Помню, они были на нашей свадьбе. Мужчина, выглядевший лет на сорок, на мой взгляд, был существенно сильнее Таисии. Силу он не сдерживал, поэтому я его почувствовал еще в переулке. Женщина же не добралась пока до второй ступени и скромную силу предпочитала скрывать. Полностью спрятать присутствие она не могла, но, в любом случае, я едва ощущал ее.

— Какими судьбами здесь? — спросил я.

— Поступило сообщение, что Воронцова Ульяна пропала из дома, — сказала женщина.

— Неожиданно, — удивилась Ульяна. — Пропала из виду на пару часов и сразу в розыск? Надо узнать, кто обо мне так беспокоится. Наверное, бабушка…

— Ульяна не пропала, а была в МИБИ, вместе со мной.

— Я телефон не отключала. Могли бы просто позвонить, — добавила девушка.

— Ну и хорошо, — миролюбиво улыбнулся мужчина, — если все так разрешилось. В любом случае мы должны были проверить.

Они отступили в сторону, давая возможность нам пройти. И пока мы поднимались на третий этаж, я прислушивался. Они, наверное, решили подождать на площадке, пока мы войдем в квартиру. Ульяна остановилась напротив квартиры под номером семь, хотела что-то сказать, но я приложил палец к губам, показывая на дверь. Девушка кивнула, ловко открыла первый замок длинным ключом.

— Проходи, только разувайся сразу. Тапочки бери любые, — она немного посторонилась, пропуская меня. — Они из полиции? Ты их знаешь?

— Да, это мастера особого отдела и все такое. Но странно это, — сказал я, оглядываясь на закрывшуюся дверь. — За нами точно ехала машина сопровождения. Кто-то следил все время, вроде бы даже от самого МИБИ. Я думал, что это люди Воронцовых. Ты точно никого не предупреждала, когда в гости ко мне поехала?

— Только экономку. Но она меня не выдаст даже бабушке. Проходи в гостиную, — она скинула дубленку, повесив ее на вешалку у двери. — Марина Вадимовна, мы дома!

Я прошел в гостиную, прислушался. Было как-то необычно тихо. Неожиданно раздался вскрик Ульяны со стороны кухни. Я бросился туда, застав девушку в дверях. На кухне, между стеной и холодильником находилось тело немолодой женщины в теплом платье и почему-то в одном тапке. Кто-то свернул ей шею, оставив здоровенный синяк и уже потом перетащил тело именно сюда.

— Не трогай, — сказал я, положив руку на плечо Ульяны. — Вот черт!

— Что? — она посмотрела на меня.

— Мне кажется, этот долговязый только что убил напарницу, — тихо произнес я. — Секунду назад я почувствовал, как сила мужчины резко возросла, а маленький отголосок присутствия женщины так же резко оборвался. И сейчас он поднимается по лестнице…

— Он и нас убьет? — Ульяна посмотрела на меня испуганным взглядом светло-серых глаз.

— Это вряд ли, — я подхватил Ульяну на руки, и мы вышли прямо сквозь окно кухни, смотрящее как раз на переулок.