К Герберту она зашла вечером перед следующим дежурством. Мужчина, сидя на кровати и глядя в сторону окна, с кем-то эмоционально разговаривал по телефону. При звуке открывающейся двери повернулся, сверкнул глазами… Потом уже осознал, кто зашёл.

— Зайду попозже, — сориентировалась Мари.

— Сядьте! — потребовал маг, прикрыв микрофон. — Я сейчас.

Решив, что время у неё ещё есть, девушка действительно присела на вторую кровать. Разговор, в котором Розмари мало что поняла, кроме того, что следователь чем-то недоволен, Киристе действительно завершил быстро.

— Как вы себя чувствуете? — опередил такой же вопрос мужчина.

— Благодарю, всё нормально, — для себя она решила держаться с ним в рамках светской вежливости. А значит вдаваться в подробности своего состояния совершенно ни к чему. — А вы?

— Словно по мне прошёлся каток асфальтоукладчика, — поморщился маг. — Вы сами точно в порядке?

— Точно, — заверили его.

— Я волновался, — поделился успокоенный её ответом и главное, вполне бодрым видом, следователь.

— Не о чем, лорд, — постдипломница взяла со столика карточку с анализами.

— Вот не надо этого, пожалуйста.

— Почему? — Пробежалась взглядом по показателям. Те нормализовались. Похоже, что бы там Герберт не говорил, он шёл на поправку. Об этом же свидетельствовали и полностью вернувшиеся в волосы магические пряди. — Вы маг, я простая смертная. Между нами ничего общего.

— Вообще-то это как минимум искажение фактов.

— Разве? — она вскинула брови. — В биографии Розы Ари нет ничего общего с магами.

— В биографии Розы Ари есть спасение моей магии. А может и жизни, — он смотрел серьёзно. — И от этого вы уже никуда не денетесь. Я имею право переживать за вас. Даже если вы отвергли мои чувства. Тем более они никуда не делись.

— Все ваши чувства это инстинкт охотника, — не сдержалась она. — Вы выдаете желаемое за действительное.

— Боюсь, это делаете как раз вы. У меня был опыт отношений. Разных отношений. Так что я сумею отличить физическое влечение или вызванное, инстинкт охотника, как вы его назвали, от действительно искренних чувств. Другое дело, если вы ничего по отношению ко мне не чувствуете. Хотя мне казалось, что чувствуете.

Тяжело вздохнув, она присела на кровать напротив и признала:

— Я никогда не соглашусь стать просто вашей любовницей, а ваш клан не примет магиню без магии.

— Мой клан — это мои проблемы.

— К сожалению, в данном случае он станет и моими проблемами тоже. — Помолчав, призналась: — Я не хочу повторить судьбу матери и не желаю своим детям своей. А тем более ещё более сложной. Быть бастардом даже в клане, где тебя так в глаза никогда не называют и воспитывают наравне с другими детьми, сложно, а уж бескланику, когда на тебя любой может указать пальцем и попрекнуть происхождением…

— Вы же понимаете, что, скорее всего, ваши дети будут магами? Даже от человека? Им нужен будет клан.

Она и сама недавно считала именно так, но последние события заставили это мнение пересмотреть. Клану, кроме Леонарда и, может быть, наставника, она была безразлична. За небольшим исключением он ничего для неё в момент нужды не сделал.

— Главное, что им будет нужно — полноценная семья. А вы — взгляните правде в глаза — своему слову в вопросах брака не хозяин. — Его лицо исказила болезненная гримаса, но с ответом он не нашёлся. И этим видимо подтвердил её мысли. Девушка чуть заметно кивнула и поднялась: — Поэтому давайте оставим наши отношения как есть?

— Если вы так этого хотите…

— Хочу.

Пришёл его черед тяжело вздыхать:

— Хорошо.

Снова кивнув, она уже хотела выйти, но всё же остановилась, чтобы задать вопрос, который не давал ей покоя уже несколько дней:

— Кто на вас напал? Или это тайна следствия?

Он покачал головой. Наверное, посвящать её даже в минимальные подробности расследования не стоило, но отделаться отговорками означало её оттолкнуть, а этого он не хотел. Даже не потому что ему не хотелось общаться со светски холодной магиней, не позволяющей себе ни малейших чувств по отношению к нему, а потому что он знал, что это маска и, когда Мари её «надевала», ему хотелось сделать что угодно, лишь бы её «сорвать».

— Судя по всему, я просто сунулся, куда не стоило, и нарвался на неприятности. Это, к сожалению, случается.

В это верилось с трудом. Особенно в сочетании с блокиратором.

— О, да. Только почему-то это случилось аккурат, когда вы были под блокиратором. Использование которого, между прочим, сами же и осуждали!

В такой подаче его ответ действительно звучал слабо. Но что он мог сделать, если сказанное было чистой правдой?

— Дурацкая случайность, согласен. Но поверьте, это всего лишь совпадение. — По взгляду следователь видел, что она не слишком-то верит. — Что до блокиратора… Это действительно было необходимо для расследования. И я не использовал его по долговременной схеме. Вообще взял часовую дозировку.

Ей было что на это ответить. Скрестив руки на груди, Мари сообщила:

— Зато использовали в близкой к токсической концентрации. И это была не часовая дозировка, уж поверьте. — Лицо мага вытянулось. — Вы инструкцию вообще каким местом читали, идиот?

— Я не читал, — признался в страшном Герберт, безропотно проглотив оскорбление. Если Розмари не врала, а врать ей не было никакого резона, он бы себя ещё и не так назвал. — Дозировка у меня в рецепте была, я его в аптеке показал, а потом то количество, какое целитель департамента говорил, выпил.

— Вдвойне идиот, — констатировала факт выгоревшая магиня. И любезно просветила: — Фармацевт явно вручила вам не облегченный блокиратор, а обычный. А вам то ли не сказала про дозировку от усталости, то ли вы по дурости мимо ушей пропустили. Может, просто про облегченный не знала, его сложнее найти. А вы, не глядя на инструкцию и даже на надписи на коробке, и глотнули три таблетки вместо одной. Ещё и магией, я так подозреваю, под блокиратором воспользовались? — Следователь несчастно вздохнул. — Ну вот. В результате ещё немного и рисковали отхватить все «прелести» передозировки. И кровопотеря этот риск только усилила, так что, если бы я не перелила вам свою кровь, никакой антидот бы вам не помог, — встав, она направилась к двери. Уже около неё замерла: — И это было, пожалуй, ещё глупее, чем под блокиратором сунуться туда, куда вы, видимо, сунулись.

Ответить ему на это было нечего. Разве что порадоваться, что Никлас Сортэне появился до того, как он успел выпить четвёртую таблетку.

Ночь прошла в обычном цейтноте. Мари уже даже начинала к этому привыкать. Тем более рабочих рук здесь было больше, и все знали, что и как делать. Нужно было только войти в ритм.

По окончанию смены всё же заглянула к Герберту, но тот спал, так что тревожить его не стала. А в раздевалке встретила Артура, переодевающегося в форму. Прикинув, чья именно из старших врачей сейчас должна быть смена, сделала вывод:

— Значит, Томас?

— А, это вы, — мужчина не сдержал улыбки. Взгляд скользнул по лицу, ища возможные признаки побочных эффектов блокиратора. Вслух ничего сказано не было, но она поняла и чуть качнула головой. У неё их не было. — Как прошла ночь?

— Как обычно безумно. — Отмахнулась Розмари. Сейчас её интересовало вовсе не обсуждение дежурства, а давно мучивший вопрос, кто же именно её выдал Артуру. — А вы, получается, замещаете Томаса?

— Ингвара, — огорошил бывший коллега. — Но я поменялся так, чтобы не совпасть с вами сменами. Так будет лучше для нас обоих.

— Пожалуй.

— Тогда увидимся вечером?

— В смысле? — не поняла девушка.

— В смысле я приглашаю вас погулять. Или можем где-нибудь посидеть, если не хотите гулять.

— Не знаю, — честно говоря, предложение заставило её растеряться. После того, как он ночевал у неё, не рискнув оставить в том состоянии, в котором она была, после того поцелуя у подъезда, как к нему относиться она пока не знала. Это ведь оставался всё тот же Артур, от общих смен с которым ещё несколько месяцев назад ей хотелось завыть. И одновременно другой, нашедший даже в другом городе ради того, чтобы убедиться, что она в порядке.

— Что вы теряете?

Вопрос был явной провокацией. Но она не поддалась:

— Позвоните мне вечером. Если у вас будут силы после смены. Они здесь гораздо напряженней, чем вы привыкли.

— Я в курсе. Так что и не надейтесь, что не позвоню.

Розмари скептически хмыкнула и, прихватив одежду, ушла в кабинку для переодевания. А когда вышла, Артур раздевалку уже покинул.

Как ни странно, вечером Артур действительно позвонил. Она как раз успела выспаться и занималась домашними делами, так что ответила сразу.

— Ну что, собирайтесь? Я заеду где-то через полчаса, — отвратительно бодрым тоном сообщил врач. Кажется, ему то ли выпала смена гораздо легче обычного, то ли даже со всей её напряженностью далась куда проще, чем ей. — И не пытайтесь отказаться, если не хотите, чтобы я завалился в гости.

Вздохнув, Мари заверила его, что и не собиралась, выключила булькавший на плите суп, решив, что доварит, когда вернется, и пошла собираться.

Но прежде чем куда-то её везти, мужчина всё же зашёл к ней.

— Как вы? — захлопнув за собой внешнюю дверь, совершенно другим тоном спросил он. — Блокиратор, кажется, помог?

— Кажется.

— Готовы погулять? Или предпочтёте провести вечер дома?

— Я уже настроилась на прогулку, — не позволила лени себя победить девушка. И подколола: — Или вы всё-таки умотались на работе и ищите повод никуда не ходить?

Мужчина рассмеялся, покачал головой и первым покинул квартиру. На этот раз он был на машине, так что одним районом они могли не ограничиваться. И хотя в прошлый раз казалось, что все местные достопримечательности они уже успели посмотреть, Артур нашёл те, что ещё не показывал. Уже далеко не самые известные и туристические, но оттого не менее интересные: в родном городе он знал, кажется, каждый закоулок. Розмари ни на мгновение не пожалела, что согласилась.

По окончании прогулки он снова проводил её до самой квартиры. Словно опасаясь, что сама она не сможет подняться.

— Чаю? — не зная, что ещё сказать, предложила она. И сама его испугалась.

— Пожалуй, — согласился мужчина, не дав ей пойти на попятную. Дождался, когда девушка отопрёт дверь, и следом за ней вошёл в маленькую квартиру.

— У меня, правда, наверное, ничего кроме печенья нет… — спохватилась выгоревшая магиня. — Давно нужно сходить в магазин, но как-то всё не соберусь.

— Это не страшно, — заверили её. Заперли дверь и вдруг, наклонившись, поцеловали. Легко и почти целомудренно, но поцеловали. Отстранившись, мужчина заметил: — Я пойму, если вы меня выставите.

Девушка коснулась губ и медленно покачала головой:

— Я же обещала вам чай.

Он не стал отказываться, прошёл следом за ней на кухню, сам наполнил из фильтра и поставил чайник. Мари повернула переключатель и чиркнула спичкой.

— Вы же понимаете, что мне нравитесь, правда? — спросил он, когда на старенькой плите загорелся газ.

Розмари, не поворачиваясь, кивнула. Всё она понимала. Но что с этим делать понятия не имела.

— Я не буду вас торопить, — словно прочёл её мысли бывший коллега.

Она снова кивнула и зарылась в старомодный шкафчик в поисках чего-нибудь к чаю. Артур занял табуретку. И чуть с неё не сверзился, когда девушка выложила на стол упаковку печенья и, не глядя на него, попросила:

— Поцелуйте меня ещё раз. Только по-настоящему.

— Уверены?

Постдипломница смущенно кивнула. Он поднялся, обошёл стол, медленно, давая ей время передумать, приподнял её лицо за подбородок и наклонился к губам. На этот раз поцелуй был глубже, но всё так же осторожно корректен. Артур явно сдерживал себя, боясь её напугать. Словно она совсем юная девчонка. Впрочем, наверное, в его понимании она и была совсем юной. Почувствовав, что мужчина собирается отстраниться, она подалась к нему, не желая разрывать поцелуй, и начала неумело отвечать. Руки как-то сами собой скользнули в его волосы. Его ладони тут же оказались на её талии. Она сама не заметила, как оказалась прижата к его тёплому и твердому телу…

Наконец Артур заставил себя вырваться из этого безумия и отстраниться:

— Давай не будем спешить. Не хочу, чтобы потом ты жалела о том, что поддалась сиюминутному порыву.

Тяжело дышащая с плывущим взглядом девушка едва ли его поняла. Тогда он просто обнял её и прижал к своей груди, давая, кажется, так необходимое ей сейчас чисто человеческое тепло. Мари притихла.

Идиллию разорвал засвистевший чайник. Магиня вздрогнула и вывернулась из объятий. Смущенно отвела взгляд, метнулась к плите. Он перехватил её дрожащую руку:

— Сядьте. Ещё ошпаритесь. Я сам всё сделаю.

За это она, пожалуй, была ему благодарна. Как и за полный одновременно безумства и нежности поцелуй. Хотелось… чего-то большего, и как медик, да и просто достаточно взрослый человек, она понимала, чего, но Артур был прав. Спешить, идти на поводу у взбрыкнувших гормонов, стимулирующих инстинкт размножения, не стоило.

— Как так вышло, что вы до сих пор даже не целованная? — всё-таки не удержался от вопроса врач, разлив чай по чашкам. Хорошо, спросил он прежде, чем она успела взять свою в руки, иначе бы точно облилась.

Сама не зная почему, возможно, потому что он оказался настолько понимающим, готовым остановить её даже, когда она сама остановиться, кажется, уже не могла, ответила, глядя в чашку:

— У меня банально не было времени на чепуху вроде приёмов. Сначала я училась на пространственницу, потом на врача. Позволить себе сближаться с кем-либо из людей, чтобы не выдать себя, я не могла: даже через блокиратор при определенных условиях магия просачивается. Да и я же не постоянно была под ним. А при длительных отношениях не заметить или магию, или какую-нибудь оговорку мог бы только слепой и глухой. И не факт, что он бы не стал меня шантажировать.

— А Крис? Я думал, вы…

— Нет. Я же говорила вам, мы просто приятели. Отношения магини и человека обречены, и он это понимал.

— А сейчас?

— Что сейчас? Сейчас у Криса есть девушка, да и наши с ним отношения скорее приятельские, максимум, дружеские.

— Я не про это, — как можно мягче остановил её Артур, — Сейчас, когда вы выгорели, вы бы смогли попытаться построить отношения с немагом?

Она пожала плечами. Этого она и сама не знала.

— Клан, Совет и условности меня больше не сдерживают, если вы об этом. И с магом у меня сейчас будущего точно нет. Я и раньше-то была не самой удачной партией, а уж теперь, когда за мной ни клана, ни силы… — она вздохнула.

— Не говорите так.

— Это правда. Среди магов всё определяется либо родством, либо силой. Ну и магической совместимостью, конечно. А она или есть, или её нет. Даже размер приданного для большинства — дело второстепенное.

— И вы с нашим следователем совместимы, иначе бы не рискнули перелить ему свою кровь. — Да, говорить сейчас о следователе было, наверное, не самым верным решением, но Артуру хотелось расставить все точки над и. Девушка кивнула. — Вы ему нравитесь.

— Может быть. Но у нас с ним никогда не было шансов: его клан мою кандидатуру ни за что бы не одобрил, — она отхлебнула чаю.

— Он, кажется, считал иначе.

— Он может считать как угодно, — довольно резко ответила Мари. — Решают такие вопросы главы кланов. И если глава моего ещё согласился бы меня отдать, то глава клана Ладер, к которому принадлежат Киристе, точно не пошёл бы на этот брак. Бастард, не признанный отцом — не та партия, которую кто-либо из них одобрит. И никакая совместимость или мои навыки как пространственницы не стали бы в этом вопросе аргументом в этом вопросе. А теперь нет и их. Я могу даже не передать магию детям, о каком уж тут замужестве с Киристе может идти речь?

— Даже если он вас любит?

— Даже если так, — подтвердила выгоревшая магиня. И зачем-то уточнила: — Но он не любит. Я просто его отвергла, и он закусил удила.

Артур в этом так уж уверен не был. Помнил, как выглядел следователь у Мари в квартире, когда та пропала. Но спорить с ней не стал, спросил другое:

— И при этом вы всё равно рискнули своей жизнью ради него?

— Это был мой долг, — пожала плечами девушка. — И как врача, и как мага, и как возможно обязанной ему собственной жизнью.

Они оба понимали, что такой ответ явно не полон, если и вовсе не является лишь отговоркой, но развивать тему не стали. Свою позицию по отношениям с Киристе Мари уже высказала, теребить ей душу, указывая на то, что чувства мага взаимны, было бы жестоко. Возможно, девушка этого не говорила, но мужчина успел достаточно хорошо её узнать и достаточно разбирался в людях, чтобы видеть, что она всё знает и сама.

В этот раз оставаться ночевать он не стал, ушёл вскоре после того как допил чай. Когда дверь за ним закрылась, Мари ещё долго стояла в прихожей. Мужчина разбередил те мысли, которые она старательно от себя гнала. Киристе действительно ей нравился, но будущего у их отношения не было даже призрачного. Было ли оно у отношений с Артуром? Этого она не знала.

В личном общении, не как придирающийся к мелочам старший коллега он оказался вполне приятен. С ним ей было интересно, у них были общие темы для разговоров, он был ей симпатичен и в целом его внимание льстило… Его поцелуи были приятны. Впрочем, в поцелуях она не разбиралась, возможно, с ними всегда так. Но не будешь же просить следователя поцеловать, чтобы проверить?.. Вот только к Артуру она такого как к Герберту и близко не испытывала. Наверное, они бы смогли стать друзьями, а может и кем-то большим. Попробовать, пожалуй, стоило.

Прежде чем зайти к Герберту, она на пару мгновений замерла, собираясь с духом.

— Вы не зашли вчера утром, — это прозвучало с упреком, но гораздо спокойнее, чем она ожидала. И спокойнее, чем при прошлой их встрече.

— Зашла. Вы спали, — пожала плечами девушка.

— Могли бы разбудить, — проворчал мужчина, успокаиваясь.

— Вам нужно больше отдыхать, если хотите скорее восстановиться, — возразила на это постдипломница. Пробежалась взглядом по результатам анализов и успокоенная ими, поинтересовалась: — Как сила? Откликается? — Да, волосы снова были двуцветными, а в глазах проскальзывали искры, но это ещё не было гарантией того, что всё нормально.

— Вроде бы. Я не пробовал колдовать, как вы и говорили.

Так было, пожалуй, даже лучше. Поэтому она попросила его пока и не пробовать. Он честно пообещал. Девушка встала, явно намереваясь снова от него сбежать. Позволить ей это сделать Герберт не мог.

— Присядьте, мне нужно с вами кое-что обсудить, — попросил он.

Кое-что оказалось помощью с его текущим делом. Следователь мало что понимал в пространственной магии, а там, похоже, была задействована именно она.

— Меня учили снимать следы, пространственные в том числе, и я их снял, но расшифровать у меня не выходит, — пояснил свой интерес огневик.

— У Сортэне должен быть свой пространственник, — холодно заметила выгоревшая магиня.

Кажется, напоминания о потерянной магии были для неё пока что слишком болезненны. Герберт даже почувствовал себя виноватым. Но отступать не стал:

— У них нет пространственников. Они же обреченные, причем полноценной инициации на главенство у них не случалось уже десять поколений. Так что они не то что бы изгои, но ведут несколько непривычный нам образ жизни. Да даже если бы пространственник был, я не стал бы его привлекать: слишком велик риск того, что он замешан.

— Покажите пространственнику департамента.

Будь этот след достаточно перспективным, он бы так сразу и сделал, но в тот момент таковым он ему не казался, а появляться в столице лишний раз означало получить пресловутое приглашение на бал невест. Когда же он решил этот след разрабатывать, у пространственников департамента случилась запарка. Можно было бы кого-нибудь из них поторопить, но делать это нужно было лично, а Тиберий, похоже, не слишком верил, что это что-то даст. Но говорить об этом Розмари Герберт не стал, иначе шанс отказа возрастал многократно. А он не хотел терять повод увидеться с ней ещё раз. Мари, кажется, что-то такое и подозревала.

— Для этого мне нужно выбраться отсюда. А это, похоже, будет не скоро.

С этим она была согласна:

— Дней через пять вас может быть выпишут. Но я бы не рассчитывала. Скорее, дней через семь.

Такой вариант следователя не обрадовал.

— А, может, вы дадите мне контакты целителя? — это прозвучало даже как-то просительно.

— Поверьте моему опыту, вам лучше обойтись без этого ненормального, — помрачнела девушка. — Он, боюсь, сделает только хуже. Так что если хотите ускорить выздоровление, воспользуйтесь служебным положением и порталом в столицу, отлежитесь там.

Герберт об этом уже думал и сам. Вряд ли его больного заставили бы идти на бал. Хотя зная матушку… Впрочем, тому были и другие препятствия.

— Хотел бы, но мы не на линии. И ближайшая далеко.

— Представьте себе, я в курсе. — Она отчасти поэтому и выбрала этот город.

— Так вы посмотрите мои записи?

Розмари вздохнула:

— Если вы переведете их в вид, который я смогу воспринять либо примените на меня «Посторонний Взгляд». Ну или что-то сходное по эффекту, мне без разницы, что именно. Сама я магию вряд ли увижу.

Об этом он не подумал. В принципе тот же «Посторонний Взгляд» он знал и даже пару раз применял, но на магах. Как это заклятье скажется на выгоревшем предсказать было сложно.

— Я подумаю, что можно сделать. — Стоило подумать, готов ли он так рисковать. И, если готов, озадачиться теорией. Благо подходящая литература у него была накачана в телефон.

— Это не самое простое заклятье. А вам в любом случае пока стоит повременить с магией. — Она снова поднялась. — Так что отдыхайте.

После заседания Младшего Совета в коридоре к Леонарду попробовал снова пристать с вопросами о «кузине Миле» представитель отдалённо связанного с Герт клана Летри, но с его позицией по этому делу наследник клана Кримос был уже знаком. Та явно была продиктована входящими в клан Летри родственниками Флоренс Герт, в девичестве Нэйтел, и преследовала исключительно интересы Флоренс.

— Я бы на вашем месте, Седрик, подумал о том, что Герт — обреченный род, и если что-то случится с его главой, вполне может пойти цепная реакция по родственникам. Понятное дело, в первую очередь это коснётся Перес, тем более что провести полноценное принятие в свой клан мужа предыдущая глава не смогла, но и вас затронуть может. А что ждать от Флоренс, думаю, вы и сами можете представлять.

— Вы угрожаете?

— Я предупреждаю. Девочка под защитой моего клана и передавать кому-либо опеку я не планирую. Тем более расследование смертельного ДТП до сих пор не закончено. И представители тайной канцелярии очень просили меня сообщать о любом интересе к девочке со стороны других кланов.

Побледнев, Седрик Летри поспешил завершить разговор и сбежать. Интерес тайной канцелярии мог выйти боком даже если за душой не было никаких грехов, что среди верхушки кланов почти не встречалось. Даже у Леонарда нарушения на совести были: те же документы на второе имя для Мари он далеко не сразу согласовал с Советом и оформил официально. Были и другие мелочи, прижать за которые в принципе могли попытаться. И это при том, что с чем-то в корне незаконным он в отличие от других принципиально не связывался. Даже с выстроенной Амелией Герт и уже работающей схемой контрабанды он предпочёл не связываться и Герде запретил.

Больше никто задерживать наследника клана не стал и тот уже начал надеяться, что хотя бы сегодня успеет пообедать дома вместе со всеми, но надеждам его не суждено было сбыться: около оставленного на стоянке автомобиля его уже поджидали. Решить вопрос быстро не удалось, так что на обед он опять опоздал. Впрочем, можно было ещё попытаться пообедать не в столичном доме, а в поместье. Там, из-за разницы во времени, обед, наверное, ещё был в самом разгаре. Ему всё равно надо было на днях туда наведаться, надолго Милу без присмотра он старался не оставлять. Да, в резиденции клана Кримос хватало взрослых магов, которые, после того как Леонард получил опеку, занялись обучением юной главы клана Герт, но это всё же было не то, это он по себе помнил. Девочке, как и любому ребенку, требовались не только наставники, но и близкие. Лучше бы тут подошла Мари, но без кузины её место предстояло занять ему.

— Лео! — обрадовалась Мила, когда он вошёл в столовую. Прислуга при его появлении тут же метнулась за ещё одним набором приборов.

Девочка начала приподниматься, чтобы как положено его поприветствовать, но он махнул рукой:

— Сиди. Говорил же, дома этикет можно и не соблюдать, — мужчина пожал руки присутствующим старшим магам и опустился на своё место, на столе перед которым расторопные слуги уже расставили посуду. — Тем более я, честно говоря, сейчас больше хочу поесть, чем не вести разговоры о погоде и природе.

Начальник охраны фыркнул. Леди Марисса поморщилась, но промолчала. Алхимик вскинул бровь и вновь уткнулся в свою тарелку. Целитель от своей и не отрывался.

Остаток обеда прошёл в тишине, завуалированную просьбу подождать с делами и светскими беседами до конца приёма пищи все услышали. И Леонард был им за это благодарен.

Очередная смена прошла как обычно. Травмированные, болезные и их количество уже не удивляли. Ничего интересного тоже не было, все стандартно и обыденно, как это обычно и бывало.

— После того, как вы выгорели, к вам кто-нибудь применял направленную магию? — спросил Герберт, стоило ей войти к нему в палату вечером после смены.

— Нет, — от неожиданности не иначе, отозвалась Мари. — Ну, если не считать портала. А что?

Тут в тусклом свете лампы она разглядела раскинувшееся около кровати бумажное море.

— Пытаюсь понять, как вы отреагируете на «Посторонний взгляд», — признался следователь, заметив её удивление.

— Думаете, это можно просчитать? — в голосе прозвучала горечь. И, когда он кивнул, разочаровала: — Вы это не предскажете. И ни один теоретик, даже самый лучший, не предскажет. Единственный способ узнать — это проверить на практике.

— А если начать с чего-то попроще?

— Всё равно не предскажите. Что-то может работать как обычно, а что-то причинять сумасшедшую боль. Закономерности нет. Разве что вероятность описанных побочных эффектов у выгоревших статистически достоверно возрастает.

— Я не могу так вами рисковать, — понял он. Побочные у «Постороннего взгляда» были вплоть до полной потери зрения. Просто вероятность их в обычном случае стремилась к нулю.

— Ваше право. Настаивать я не буду. В конце концов это нужно вам, а не мне.

У Артура сегодня снова была следующая за её сменой, так что домой она добиралась одна. Квартира встретила одиночеством. И от этого было неожиданно некомфортно. Недовольно фыркнув, Мари включила ноутбук и воткнула первый попавшийся фильм. Кажется, что-то из экранизаций человеческой классики. Впрочем, смотреть его она не стала, занялась готовкой, стиркой (в тазике, так как стиральной машины, как и холодильника, пока себе не купила, а потому вдвойне муторной) и прочими домашними делами. Что-то фоном вещали из динамиков актёры, но девушка не вслушивалась. Мысли её витали далеко. Наконец закончив с бытовыми вопросами, выгоревшая магиня закрыла остановившийся на титрах фильм и отыскала книги по теории магии.

В этот раз Мари зашла, когда Герберт уже закончил разговор с начальством и мрачно разглядывал содержимое подноса с завтраком.

— Держите, — на колени ему плюхнулась пухлая тетрадь.

— Что это?

— Расчёты иллюзии, позволяющей перевести магическую картинку в видимую обычным человеком.

Следователь вцепился в исписанные кривоватым, поспешным почерком бумаги, пролистал, вглядываясь в стройные выкладки, вчитался и поднял взгляд на посетительницу, чтобы выразить своё восхищение, но той уже и след простыл.

Её возвращения он дождался с трудом, несколько раз порываясь самостоятельно отправиться на поиски девушки, но каждый раз одергивая себя и напоминая, что та на работе и вряд ли будет довольна, если он станет её дергать.

Но, когда она вошла, все мысли мгновенно вымело из головы.

— Мари? — осторожно окликнул он спиной привалившуюся к двери девушку. — Вы в порядке?

Она медленно сфокусировала на нём взгляд и ещё медленнее покачала головой. По щекам катились слёзы. При виде них Герберт на мгновение замер. Потом подскочил, сам не помня как, преодолел несколько шагов до неё, обнял, прижал к груди:

— Всё будет хорошо. — Постдипломница помотала головой. — Не будет? — Кивок. — Почему?

Она не ответила, уткнулась в грудь мага и разрыдалась. Следователь растерянно провёл ладонью по её волосам.

— Кто вас расстроил? — когда выгоревшая магиня немного успокоилась, спросил Герберт, не отпуская её плеч. — Кто-то из коллег? — Мотание головой. — Пациентов? Тоже нет? Их родственников?

— Ццелитель, — кое-как выдавила девушка.

— Так. — Герберт помрачнел. — Что он сделал?

— Ничего. Он ничего не сделал! В этом и дело! Хотя мог!

— Так. Давайте с начала. Сможете?

Мари кивнула, вытерла слёзы и начала рассказывать. В её изложении история выглядела вполне обыденной и оттого ещё более страшной. Днём привезли пострадавших из-за пассажирского автобуса, врезавшегося в другой автобус. Автобуса было два, так что пострадавших из-за столкновения много. Но все люди, не маги. Кому-то повезло отделаться ушибами, кому-то не повезло, но по-разному. Нескольких привезли в больницу. И одному из них, мужчине с травмой головы, дежурные врачи, посовещавшись, вызвали целителя. А тот посмотрел и вмешиваться отказался. И, как не уговаривали, стоял на своём. Никак не объясняя свой отказ.

— Хуже всего тут то, что пока мы его ждали, время упустили. Там сделать-то нужно не так много. Хирургически тоже можно, но последствий будет больше. А магией это совсем просто, мне Гвен показывала, — объяснила Мари и замерла.

— Какая же он бесчувственная тварь! — зло поморщился следователь, ещё не заметив того полного надежды взгляда, которым смотрела на него девушка.

— Герберт, — окликнула Мари. — Направьте на меня силу.

— Что? — не поверил он своим ушам.

— Направьте на меня поток.

— С ума сошли⁈

— Я не могу оперировать своим резервом из-за выжженных каналов, но способность к творению заклятий ведь никуда не делась. И при наличии постороннего источника…

— Это безумие. Неизвестно как вы среагируете на сырую силу. И это уж не говоря о том, что даже магу с полноценными каналами колдовать на чужой силе сложно.

— Я колдовала на силе Герт во время инициации Милы. А там была чистая родовая.

— То, что мы совместимы, не означает, что вы сможете оперировать моей силой, тем более сейчас. И, что с вами будет от взаимодействия с ней, никто не скажет. А я не позволю вам так рисковать. Вы сами сказали, что тому мужчине можно помочь иначе.

— Так и скажите, что не хотите! — она подскочила.

Он успел ухватить её за запястье:

— Дело не в том, хочу я или нет, а в том, что это опасно для вас. И, может статься, для вашего пациента. Далеко не факт, что вы сможете сейчас правильно воспроизвести заклинание. Остановитесь, подумайте и вы поймёте, что я прав.

Согласилась с ним она не сразу, но всё же согласилась.

К этому разговору они вернулись через несколько дней, накануне обещанной выписки:

— И всё же направьте на меня силу. Хотя бы немного. Чтобы я понимала, насколько реально могу оперировать вашей силой.

Он с сожалением покачал головой:

— Моей вряд ли. Вот силой Милы или Леонарда, вполне может быть. Это должна быть сила вашего клана. — Её взгляд странно изменился, словно девушке пришла в голову какая-то идея. — Мари? Всё нормально?

— Да-да. Конечно, — несколько невпопад ответила она.

В голове билась короткая фраза «её клана». Как она сама об этом не подумала? Она ведь не признана отцом, а значит… Что это значит она пока точно сказать не могла, но смутное воспоминание о где-то встречавшемся упоминании позднего признания подсказывало, что возможно, это её шанс вернуть магию. Пусть очень призрачный, почти иллюзорный, но шанс.

— Я помогу вам с вашим расследованием, — вдруг ещё более невпопад сообщила выгоревшая пространственница. — С иллюзией же вы разобрались?

— Сложно было бы не разобраться, вы всё хорошо расписали.

— Ну вот. Вы покажете мне, что у вас там за следы, я их вам расшифрую, а вы потом, когда с расследованием закончите, поможете мне кое-кого найти. Договорились?

— Договорились, — не вполне понимая, о ком вообще сейчас речь, тем не менее пообещал Герберт. Любая работа должна оплачиваться и если Мари согласна на такой обмен, почему нет? Едва ли ей нужно было найти кого-то чтобы ему навредить. — Что вам нужно, чтобы все просчитать?

Она задумалась. Прежде делать расчеты подобного характера ей не приходилось, со следами пространственники клана работали редко, им это попросту не требовалось. Примерно восстановив в памяти теорию, озвучила:

— Мне нужен доступ туда, откуда были открыты порталы или как минимум точные координаты места.

— Это можно устроить, — кивнул огневик. Снимать координаты его учили.

— Если линия не рядом, то самое короткое расстояние до неё, чтобы сделать поправку и актуальная пространственная карта местности. Моя, к сожалению, успела устареть.

— Они так быстро устаревают?

— Конечно. Пространство — динамичная система.

— Достану.

— Лучше поставьте себе приложение, это проще и быстрее и там карты всегда актуальные.

— Держите, — ей протянули телефон. — Только никуда не лазьте, там хватает служебной информации.

— Мне она без надобности, — заверила пространственница, уже набирая название нужного приложения. Поставила его на установку и вернула мобильный, напичканный артефактами не меньше её собственного, хозяину. — Дайте знать, когда добудете координаты.

Сегодня у Артура был выходной, так что он её встретил. Около часа, пока коллега не заметил, что она устала, они гуляли по городу, потом ещё столько же сидели в кафе. По окончании прогулки мужчина снова проводил её до самой квартиры.

— Зайдёте? — даже наедине у неё не всегда получалось говорить с ним на «ты».

— А ты этого хочешь?

— Не знаю, — честно ответила Розмари. Она сама не вполне понимала, что именно чувствует к Артуру. Потому и плыла в их отношениях по течению.

— Тогда, наверное, нет. Тем более тебе завтра на работу, — наклонившись, он чмокнул её в щеку. И сбежал, махнув на прощанье: — Увидимся!

Мари покачала головой и отперла дверь квартиры. Улыбка не сходила с её губ до самого утра.

Всё необходимое Герберт достал быстро. Уже на следующий день после его выписки следователь и все данные ждали её в клановой машине Сортэне. Без гербов, но отличить гибридный маготехнический автомобиль от обычного Мари была ещё способна. Девушка зачарованно провела ладонью по гладкой обшивке. Пальцы закололо слабой магией.

— Куда вас отвезти? — за рулём следователь был сам.

— Сомневаюсь, что вам там понравится.

— И всё же?

Сдавшись, она назвала адрес. Выяснить его самостоятельно ему с его возможностями и знанием её нового имени, явно не составило бы большого труда. Когда они въехали в её район, на лице огневика возникло недоумение. Когда он увидел дом типовой постройки прошлого века явно знававший лучшие времена, маг явно с трудом сдержал брезгливость.

— Лучше активируйте на машине защиту, — посоветовала она, когда он вызвался её проводить.

Герберт как ни странно послушался. И, судя по напряжению воздуха рядом с ним, ещё и собственный щит заготовил.

Девушка первой поднялась по лестнице. Поздоровалась с пожилой соседкой и отперла дверь.

— Вы знаете, что это, мягко говоря, не самый благополучный район? — поинтересовался маг, когда за ними закрылась обшарпанная дверь квартиры. Маленькой простенькой скудно обставленной однушки.

— Знаю, просветили. Да и, когда покупала квартиру, подозревала что-то такое, — спокойно кивнула выгоревшая магиня. — Но в отличие от других вариантов она стоила не как столичная, а во вполне разумных пределах.

— Вы её ещё и купили⁈ — ужаснулся маг. Да, он помнил, что она говорила про покупку квартиры, но думал, что купила она не эту, просто, к примеру, сдала новую, а сама сняла что подешевле. Такое иногда практиковали.

— Лучше один раз выложить почти все деньги и получить своё жильё, чем за полгода их растратить на съём. С моей текущей зарплатой я бы не смогла оплачивать съёмную квартиру из неё.

В его взгляде ей почудилась жалость. Но только на мгновение, потом следователь с собой справился. Тем более того, что логика в этом была, он отрицать не мог.

— Если не возражаете, я повешу вам защиту. И лучше прямо сейчас.

— Не возражаю. Только, пожалуйста, без настроенной на вас сигналки.

— Хорошо.

— Тогда я пока посмотрю ваши данные, — девушка протянула руку за папкой.

Спохватившись, Герберт передал ту и, проводив выгоревшую магиню в комнату, сотворил иллюзию по её заклинанию. Для непосвященного получившаяся трёхмерная картинка выглядела бы мешаниной из красок, но пространственница в ней сориентировалась легко. Взяла карандаш, очередную тетрадь, вытащила из папки бумаги и углубилась в расчеты. Следователь тихонько отступил обратно в коридор, где и сосредоточился на своей задаче. Защита тут явно была нужна как воздух.

Мари закончила раньше него, но предпочла не мешать, молча наблюдая за тем, как маг машет руками около окна и балконной двери. Силовых линий она не видела, как ни старалась, но по жестам примерно представляла, как они сплетаются.

— Покажите мне, что сплели, — попросила девушка, когда Герберт закончил. Маг вздрогнул от неожиданности, но, сосредоточившись, выдал такую же по типу иллюзию, как недавно. Мари осмотрела получившуюся паутину и, подойдя, ткнула в один из узлов: — Вот тут что-то не то. По иллюзии что именно точно не скажу. У вас они выходят не подробными.

— Не иллюзионист, — развел руками мужчина.

— Да это в данном случае не страшно. Вот с вашей задачкой там да, один незначительный ляп и перелёт в пару километров.

— Вы разобрались со следами? — не поверил он.

— Разобралась. Там ничего сложного, хотя след и старый. Открывали по линии. Скорее всего, на сорок шестое Пересечение, но, чтобы сказать точно, мне нужны даты, когда был открыт портал и когда вы сняли следы.

— Сейчас, — он открыл на телефоне календарь. Ткнул в нужное число и продемонстрировал девушке. — В тот день пропал артефакт. В департамент они обратились не сразу, так что следы я первый раз снял, получается, через два дня.

Мари забрала у него телефон, открыла приложение и выставила нужную дату. Потом уверенно указала на точку:

— Вот здесь. Почти на Пересечении. Не удивлюсь, если потом тот, кто переносился, воспользовался радианой. Так что у вас есть немаленький шанс вычислить его по камерам: расстояние большое, так что едва ли он стал бы открывать второй подряд. Особенно если портал туда он открывал сам, а, судя по вашим следам, арки там не было.

— А если не сам?

— Если портал открывали по сигналу амулета вроде вашего, — она кивнула на висящий у него на шее камешек, — то аркой мог выступать искусственный или природный ограничитель. Дверь или вход в пещеру, к примеру. Это проще, чем просто провешивать портал в воздухе. И тогда пространственик мог сразу открыть новый портал по радиане или дальше по линии.

— А можно как-то понять, как был открыт портал?

— Можно. Пространственнику. И хотя бы тогда, когда следы снимали вы, сейчас уже вряд ли. А чисто по следам я вам наверняка не скажу.

— Значит, придётся проверять камеры и всех кто на них засветился. Прекрасно.

— Почему всех? Достаточно ведь, наверное, членов клана?

— Потому что, передав артефакт, тот, кто это сделал, вполне мог снова воспользоваться услугами пространственника. Тем самым, когда поднялась суматоха, оказавшись в поместье, да ещё и на виду у кого-нибудь из старших членов рода и этим обеспечить себе алиби.

— Логично, — признала девушка. — В этом случае я бы поставила на то, что пространственник всё же открывал портал по наводке. Но после двух таких порталов, он уже вряд ли стал бы открывать третий, так что шанс с камерами у вас есть.

— Надеюсь, — вздохнул Герберт. — А если я найду конкретное место и сниму следы, вы сможете…

— Попробую, — не стала ничего обещать Мари. — И давайте я напишу вам заклятье, которым лучше снимать старые следы порталов.

— Было бы просто отлично, — улыбнулся следователь, мысленно понадеявшись, что сумеет с ним справиться. Всё-таки специализация накладывала свой отпечаток и то, что пространственнице было легко, ему давалось с трудом.

— Поставьте чайник, — попросила девушка, снова берясь за карандаш.

Как он предполагал, заклятье оказалось сложным. Видимо, магиня всё поняла по его лицу. Вздохнула:

— Творите, я попробую поправить.

Как она собирается это сделать, не видя силовые линии, он представлял смутно, но видимо ей оказалось достаточно жестов. Сначала Мари попробовала объяснить на словах. Потом, просто усадила мага на табурет, подошла сзади и принялась крутить его руки так, как ей казалось правильным. Пока наконец не получилась нужная кракозябра. Несколько раз чётко, с ударениями и пояснениями произнесла заклинание сама и скомандовала:

— Пробуйте.

Он попробовал. Хорошо, успел поставить защиту в том числе и от пожара. Розмари закрыла лицо ладонью.

— Кажется, я безнадежен.

— Кажется, так, — согласилась девушка. — Похоже, если хотите что-то получить, вам всё-таки придётся попробовать выдать мне ровный поток силы, чтобы я смогла сотворить заклятье сама.

— Или вызвать пространственника департамента, — уже представляя, в какие дали его тот пошлёт за одно предложение прогуляться в такую глушь ради каких-то там смутных и уже безнадежно старых следов, вздохнул следователь.

— Или так, — кивнула она.

— Насколько было бы проще, если бы вы не выгорели, — не удержал вертящиеся на языке слова маг. И тут же сам понял, что ляпнул глупость. Розмари помрачнела настолько, что, будь она магом, в него сейчас бы кинули атакующим заклятьем. Но она только отошла к окну. Понимая, что это действительно было бестактно, попытался извиниться: — Мари… Я не хотел вас обидеть.

— Да сколько можно⁈ Я уже раз двадцать просила называть меня Роза! — всё-таки сорвалась выгоревшая магиня.

— Мари мне нравится больше, — улыбнулся он. Подошёл, сжал её ладони в своих: — Вам оно больше подходит. Да и привычней… — Заметив слёзы в её глазах, посуровел: — Я не должен был говорить этого. Простите.

— Вы просто сказали что думали, — она вырвала руки и отошла к плите, чтобы налить себе чаю.

— Это была моя вина, — повторил он то, что уже ей говорил, и то во что искренне верил. — Если бы я не оставил вас с Милой…

— Если бы не оставили, её бы похитили одну, и кто знает, что сделали?

Ответ на этот вопрос он знал. Потому вздохнул, забрал у девушки чайник, плеснул кипятка себе в чашку, налил заварки и, присев на табурет, сообщил:

— Силу бы у неё изъяли, вот что. Как у тех наследников обреченных родов, что были до неё. — Глаза Розмари расширились. Теперь она поняла то, что до этого никак не складывалось воедино. — Точнее попытались бы изъять: о том, что инициация была полноценной, они понятия не имели. А попытка изъять силу рода у полноценного главы никогда не приводит ни к чему хорошему. Она бы их там всех и уничтожила. Был бы у нас прекрасный и хорошо заметный ориентир в виде кратера и пара десятков преступников в мёртвом виде.

Об этом Мари не подумала. Но, пожалуй, в этом следователь был прав. Однако даже в этом случае оставались и другие негативные последствия.

— А также случайные жертвы и травмированный на всю жизнь ребенок.

— Она бы даже ничего не запомнила, — покачал головой Герберт. Пояснил: — Слияние с силой рода. Если вы знаете, что это, то должны понимать, что разум носителя в этот момент информацию не воспринимает. Не случайно преступления совершенные в состоянии слияния почти приравниваются к совершенным в состоянии аффекта. И «почти» это в сторону смягчения наказания, а не наоборот.

— Знаю, — вынуждена была признать Мари. Знала она и то, что он, скорее всего, был прав. И получается, она пострадала ни за что. — Но вы не можете наверняка утверждать, что они хотели именно этого.

— Могу, — заверили её. Блекло улыбнулся её удивлению и обрадовал: — Мы их поймали. Благодаря вам и вашей наводке всех. Включая даже проведшего их на территорию резиденции клана Герт предателя.

— Они могли успеть убить её, прежде чем она бы начала слияние или до того как закончила. Едва поняв, что перед ними полностью инициированная глава рода.

— Могли, — не стал спорить следователь. — Но шанс этого был весьма мал. У неё ведь были все предпосылки к неполноценной инициации. То, что вы каким-то образом сумели провести полноценную, было сродни чуду.

Об этом ей уже говорили. Он сам в том числе.

— А те, кто за этим стоял? Их вы тоже поймали? Ведь не сами же они это организовали?

— Этим занялась тайная канцелярия. В том числе и делом о ДТП.

Это заставило её нахмуриться:

— Значит, вы всё ещё не знаете, кто убил Амелию?

— Нет. К сожалению не знаю. — Подозрения относительно Флоренс Герт он предпочёл девушке не озвучивать. Пока что они оставались лишь подозрениями, пускай и переданными начальству, а тем, как он надеялся, работающим по этим делам тайникам. Чтобы как-то смягчить послевкусие от этой новости сообщил: — Ваш брат добился опеки над девочкой.

Новость девушку явно удивила. Отхлебнув чай, она заметила:

— Не ожидала от него.

— Он сделал это ради вас. Потому что вы бы так хотели.

— Или, что вероятнее, потому что сила Герт, рухни она на меня, сейчас меня убьёт с гарантией, — Мари лучше представляла мотивы Леонарда.

Герберт вздрогнул. В карих глазах появилось понимание. Да, минимальная вероятность того, что родовая сила Герт пробьёт пережженные каналы, не убив при этом Мари, существовала, но она была в сотни раз ниже той, что сила чужого рода девушку просто сожжёт.

— Я не думал об этом, но, пожалуй, это тоже послужило аргументом, — хрипло признал следователь.

Розмари грустно усмехнулась:

— Лео вмешался в эту историю только потому, что подставилась я, и этого особо не скрывал. В противном случае сдался бы ему чужой клан!

— Он наследник, его дело в первую очередь думать о благе своего, — встал на сторону друга Герберт.

— Я этого и не оспариваю. Лео будет хорошим главой клана. И думаю, сумеет воспитать хорошую главу из Милы.

— Уверен в этом.

На этот раз с Леонардом они договорились встретиться уже на другом Пересечении, чтобы предугадать встречу было сложнее. Пришлось сделать несколько переходов, зато паранойя обоих осталась спокойна.

— Что на этот раз? — вместо приветствия поинтересовался наследник.

— Ты же сам просил о встрече! — возмутился следователь.

— А, да. Прости. Совсем замотался. Ты слишком долго с ней тянул.

— Проблемы, — не стал он вдаваться в подробности. — Но зато у меня есть для тебя хорошая новость: Мари нашлась. — Да, Герберт обещал ей не говорить никому, где она, но этого он говорить и не стал. А не сказать вообще было бы предательством по отношению к другу.

Тем более что его реакция этого стоила. Внешне Леонард ничем не выдал одолевающих его эмоций. Но вспыхнувшие в глазах синие искры и пробежавшая по волосам синяя же волна свидетельствовали о сильном эмоциональном всплеске.

— Она в порядке?

— Да.

Наследник клана Кримос сразу расслабился и уже гораздо спокойнее принялся выяснять подробности. Рассказ не занял много времени. При сообщении, что магию его сестра потеряла полностью и, по всей видимости, без шанса на восстановление, Леонард помрачнел. Да, он знал, что иначе бы ей не дали воспользоваться Правом, но смутная надежда оставалась. Разрушать её следователю было тяжело, но и впустую обнадеживать, когда всё уже очевидно, он не стал.

— Ни собственной, ни родовой силы в ней не чувствуется. Даже магические образы она видеть уже не способна. Какая-то энергия в крови ещё осталась, но каналы выжжены, так что… — он покачал головой.

Наследнику клана не нужно было объяснять, что это значит. Полное выгорание без малейшего шанса на восстановление.

— Она справляется?

Следователь кивнул:

— Пытается жить дальше. Работает в больнице, купила квартиру.

— Учитывая, сколько денег у неё было на счету, полагаю, в какой-то дыре и каморку?

Герберт вздохнул:

— В точку. Я, конечно, поставил доступную мне защиту, но не уверен, что это полностью решит проблему.

— И чек на предъявителя она от меня не примет, — мрачно констатировал наследник клана Кримос. — Слишком гордая.

— Не примет, — согласился следователь. — В том числе и из-за того, что этим покажет свою связь с кланом, а она этого не хочет.

Леонард помассировал виски. Проблему нужно было решать, но очевидные решения тут явно не подходили.

— Поговори с Сортэне, у них должна быть недвижимость в городе, я бы выкупил для неё. Где-нибудь поближе к больнице.

— И? Проблемы это не решит.

— А ей скажем, что клан выделил тебе за помощь в расследовании.

— Кримос, ты сам-то понял, что сказанул? Это звучит как взятка. Меня начальство вздрючит так, что мало не покажется, если узнает. Я уж молчу про то, куда Мари меня с такими инициативами пошлёт.

— Пожалуй. Вот ведь засада! — родственник Розмари снова потёр виски.

— Ладно, давай ты подумаешь об этом потом. О чём ты хотел поговорить, когда меня вызывал?

— Ах да. Я узнал насчет твоего артефакта, — ему протянули флешку. — Сортэне только не показывай. Им не слишком приятно будет узнать, что клановые тайны — совсем не тайны.

— Неожиданно.

— Можешь считать ответной любезностью, если тебе угодно. Ну или просто дружеской помощью.

— Спасибо.

Леонард отмахнулся. И сменил тему разговора на клан Герт и следователей из тайной канцелярии, теперь занимающихся делом о ДТП, с которыми наконец пересёкся. Узнав имена, Герберт успокоил приятеля:

— Эти разберутся, можешь не сомневаться. Но Милу держи от них подальше, церемониться что тот, что другой не станут, могут залезть в память девочки. Полномочия у них самые широкие, так что они вполне могут зайти дальше просмотра того, что она говорит, что помнит. Проблему с расследованием это, конечно, решит, но вот что после этого будет с психикой девочки, сказать сложно.

— Учту, — посерьёзнел Леонард.

Большая часть информации в документах на флешке оказалась Герберту уже известна. Но была и та, которую до него то ли не подумали донести, то ли сочли ненужным. Например, списки родов, чьи общие потомки с Сортэне артефактом воспользовались. Косвенно это следователь выяснил, но, во-первых, как оказалось, не обо всех, а, во-вторых, в таблице всё было подано более доступно. Другой важной находкой стала история создания артефакта. Как он и подозревал, без Ластре, из-за которых отчасти и вспыхнула последняя магическая война, там не обошлось. Где бы это не достал Леонард, помочь эта информация могла. Лишней точно не будет.