Сайндер был на знакомой территории: притворялся мебелью, подслушивал то, что незаметно для себя говорили люди. И машинально фиксировал разные подробности насчет Тэммы и Микото. Они, безусловно, представляли оперативный интерес.

Один – спаситель.

Другой – преемник.

Но его пресыщенному взгляду оба казались балованными домашними детишками. Возможно, он завидовал тому, что они находятся в безопасности. Возможно, ему следовало гордиться, что он принадлежал к числу тех, кто обеспечивал их безопасность.

– Призма? – Микото выглядел слишком смущенным, чтобы Сайндер заподозрил, что он что-то скрывает. – Вы о цветах?

Внимание Гинкго было приковано к молодому старосте.

– Тэмма, ты уверен, что не ошибаешься? Он точно человек.

– Вот я! – воскликнул Зиса, вставая между мужчинами. – Посмотри на меня.

У Сайндера появилось ощущение, что дерево точно знает, в чем дело. Отойдя в сторону, чтобы видеть сразу всех, он сосредоточился, пытаясь понять, что значит ошибка Тэммы.

– О-о-о, – выдохнул Тэмма. Он посмотрел на Ваасейаа и Зису, а затем улыбнулся Микото: – Вы Сородич дерева?

Зиса хихикнул.

– Н-нет? – Микото подхватил на руки щенка, словно хотел спрятаться за ним. – Я обычный наблюдатель.

Гинкго поднял руку:

– Может, начнем сначала?

Они принялись повторять скучные и бесполезные факты, и Сайндер выскользнул во второе – и последнее – помещение, имевшееся в домике Зисы. Он был немного – не без ехидства – удивлен его наличием, поскольку деревьям не нужны туалеты, но оценил по достоинству просторную душевую кабину, которая, несомненно, делалась в расчете на Первого среди собак.

Плеск горячей воды по кафелю заглушил бестолковую болтовню, доносившуюся из-за двери, и Сайндер принялся аккуратно раздеваться. Потом, вспомнив, начал расплетать косу, но вторая рука не поднималась достаточно высоко.

Тихо ругаясь, он повернулся и едва не подскочил до потолка. Сидя на раковине, за ним наблюдал Зиса.

– Ты вообще не знаешь, что такое приватность? – проворчал Сайндер.

– Знаю. Брат много раз мне это объяснял.

– И что? Ты считаешь, что она не нужна?

– Я не вижу в ней необходимости, – мило улыбнулся Зиса. – Ты не зачаровал это помещение от меня.

Сайндеру это и в голову не пришло.

– Могу я помочь тебе с волосами? Брат мне позволяет. У него волосы даже длиннее, чем у тебя.

Сайндера охватило облегчение, и он пробормотал:

– Очень любезно с твоей стороны.

Зиса спрыгнул на пол и подошел к Сайндеру, а тот повернулся и наклонил голову, чтобы дерево смогло распутать его волосы.

Дерево обращалось с ним почтительно, как хорошо обученный банщик в гареме повелителя драконов. Ногти, не царапая, почесывали кожу головы круговыми движениями. Сайндер наслаждался теплом и вниманием.

Только закончив расплетать косу, Зиса заговорил снова:

– Сегодня на тебе больше синяков.

– Ты что, считаешь?

– Над тобой издеваются? Над детьми иногда издеваются.

Вот еще.

– Я не ребенок.

– Правда? – усмехнулся Зиса.

Сайндер поднял голову:

– По-твоему, я похож на ребенка?

– Сколько веков ты живешь на свете?

Сайндер поднял три пальца. Он немного приврал.

Зиса покачал головой и загнул один из поднятых пальцев.

– Я знаю, что молод, – нахмурился Сайндер. – Обычное дело среди вундеркиндов.

– Готово. Спасибо за доверие, прекрасный дракон.

Сайндер протяжно выдохнул. Было так легко сдаться и привалиться к Зисе, который удерживал его на ногах, твердый и надежный, как стропила.

– Тимур идет, – пробормотал Зиса. – Он знает, что делать.

Сайндер вздохнул:

– Ну да, конечно. Думаю, он мог бы просто избавить меня от страданий.

– Ты покажешь ему свои травмы, выпьешь его чай и доверишься ему так же, как доверился мне, – сказал Зиса и строго добавил: – Или я все про тебя расскажу.

– Ну, может быть.

– Обещай.

Сайндер улыбнулся, поскольку в роли командира Зиса был не слишком убедителен. Не то что Цзуу-ю с его четкими приказами и Бун с его рыком. Но поскольку в этот момент любой из них встал бы на сторону Зисы, Сайндер поднял лицо и прошептал:

– Обещаю.

Зиса отступил на шаг и исчез.

Собираясь с духом, Сайндер пытался решить, упоминать ли Зису в отчете. Было известно, что амарантийские деревья могут манифестироваться, но Сайндер никогда не думал, что они могут деманифестироваться. Или разманифестироваться? И вероятно, реманифестироваться в другом месте. Насколько быстро? И насколько далеко?

Несомненно, способность Зисы имела стратегическое значение. Наступательный и оборонительный потенциал? Средство защиты как для самого дерева, так и для его близнеца? Если кто и разберется, так это Халлоу. Сайндер просто не станет сообщать, при каких обстоятельствах сделал свое маленькое открытие.

Когда он, помывшись, вышел из ванной, Гинкго кивнул ему. Полулис как раз пытался объяснить, каково это, когда в тебе одновременно течет кровь амарантов и наблюдателей.

Зиса невозмутимо стоял у двери, держа руку на ручке. Судя по его лицу, Гинкго, Тэмма и Микото пока еще блуждали в потемках, но постепенно подбирались к ответу. Если никто не догадается спросить у дерева, в чем дело, Сайндер спросит сам.

Но потом Зиса впустил Тимура, который тут же устремил на Сайндера пугающе пристальный взгляд.

Он знал. Но откуда?!

Потом Сайндер заметил, что Майклсон держит Грегора, которого, очевидно, ему передал Ваасейаа. Тут наводка, там угроза доноса – не отвертеться. Проклятье. Он ненавидел объяснять вещи, которые не касались никого, кто не бывал на высоте.

Прибытие Тимура вызвало цепную реакцию. Гинкго вскочил с места и, перестав притворяться пьяным, представил ему Тэмму. Микото заметно оживился. Он явно стремился привлечь внимание Тимура – заметь меня, сэмпай!

Ваасейаа подошел к двери и спросил, не помогут ли Микото и Тэмма приготовить ужин. А затем пригласил всех остаться поесть. Гинкго забрал Грегора и объявил, что им нужно разыскать Кирие и Лилю.

Зиса с улыбкой закрыл за всеми дверь, подмигнул Сайндеру и исчез, оставив его наедине с Тимуром и Фендом.

Первый двумя длинными шагами пересек комнату и навис над драконом:

– Скажи, что тебе нужно.

– Кто сказал, что мне что-то нужно? – Сайндер покосился на Фенда и проворчал: – Ты, да?

Тимур посмотрел на обоих и медленно спросил:

– Сайндер, ты меня боишься?

Вот еще.

– Нет. Я хотел видеть тебя больше, чем кого-либо другого.

– Хорошо. – Лицо Тимура смягчилось, и он повторил: – Хорошо. Кто тебя украсил?

Сайндер не понял.

– Твои волосы.

Тимур медленно протянул руку и приподнял тяжелую косу Сайндера. Зиса не просто помог ему распутать волосы прядь за прядью, но еще и успел вплести ему в косу сверху донизу собственные цветы.

– Коварное дерево. – Сайндер закрыл глаза. – Один я бы не справился.

– Покажи.

Сайндер приподнял подол туники. Тимур быстро опустился на колени и принялся осматривать его, проводя руками по кровоподтекам и ссадинам.

– Кости целы, – заверил Сайндер.

Во всем есть светлая сторона.

– Кто тебя бил? – спросил Тимур низким угрожающим голосом.

– Неважно. – От бойца веяло гневом, и Сайндер вздохнул. – Слушай, я сам напросился. А драконы обычно получают то, о чем просят.

Выражение лица Тимура резко изменилось – он закрылся.

– Сайндер, ты боишься меня? – повторил он.

– Нет… не тебя самого.

Боец встал и тихо уточнил:

– Того, что я собой представляю. Ты назвал меня истребителем драконов.

– А кто же ты?

– Я член Ордена Споменки. – Голос Майклсона стал более глубоким, а акцент – более выраженным. – Это мое наследие. Этому меня учили. О нас ходят легенды, да? Растут ли маленькие драконы в страхе перед бурями, которые мы можем обрушить на них?

– Я не ребенок, – пробормотал Сайндер.

– Какой у тебя комфортный цвет?

– Что?

Тимур схватил его за шею сзади, но прежде, чем это движение было воспринято как угроза, его пальцы ущипнули Сайндера за один из позвонков. Затем за другой, пониже. Он усилил нажим, и Сайндер засвистел, сведя глаза к носу.

– Можешь поднять свои гребни в человеческой форме? – спросил Тимур.

Сайндер подался к нему, опустив голову, и издал тихую протестующую трель. Считалось, что люди не знают таких вещей.

Тимур продолжал:

– Какому из ветров ты отдаешь предпочтение? Когда тебя в последний раз умащали как следует?

– Почему?

– Почему я хочу знать? Ради тебя.

Сайндер покачал головой:

– Почему ты вообще это знаешь?

К первой руке Тимура присоединилась вторая.

– Я член Ордена Споменки. Мы знаем только то, что нам доверено. Кто, по-твоему, учит нас нашему пути?

Сайндер догадался и уныло выругался:

– Драконы.

– Я поселился среди драконов, когда мне было четырнадцать. Большая часть моих первых тренировок была посвящена ублажению драконов. Был целителем на высоте. Я завел друзей и помог трем твоим собратьям обрести небо.

Сайндер ошеломленно поднял глаза:

– Тебя пустили на высоту?

– Немногие люди учатся тому, что знаю я.

– Выслеживать, отлавливать и ставить метки.

Тимур утвердительно хмыкнул:

– Не забудь про педикюр.

– Только после Фенда, – фыркнул Сайндер.

Молчание Тимура окончательно его убедило. Таких вещей не знал даже Цзуу-ю. А если бы он и спросил, Сайндер, наверно, не ответил бы. Но этот боец из Ордена Споменки поймал его на крючок. Всколыхнулись инстинкты, которым он давно не давал воли, и Сайндер сломался под тяжестью этой потребности.

– Пожалуйста, – всхлипнул он.

– С удовольствием, – пообещал Тимур.

Поскольку этот человек знал, о чем речь и как много это значит, Сайндер прошептал:

– Желтый.

– Так. А дальше?

– Восточный.

– А, встречный ветер. Ничуть не удивлен. – Улыбке Тимура легко было поверить. – И какие масла мне следует припасти?

Сайндеру никогда раньше не задавали таких вопросов. С его работой приходилось либо подлаживаться, либо обходиться так. Как странно, что о нем так заботятся в разгар худшего лета его жизни. Издав низкую трель и протяжно вздохнув, он спросил:

– Слышал про спикенард?

– Да. Он у тебя будет, – пообещал Тимур.