Голодная пасть тоннеля проглотила Паркера с Кирой. Дверь медленно, со скрипом, встала на место. Тьма.

Кира отошла… было слышно, как она прохлопывает стену ладошками. Шлёп, шлёп, шлёп – и шаги… Наконец, найдя, что искала, она опустила руки на рубильник, потянула вниз… и после щелчка по всему тоннелю проползло электричество, зажигая лампы. Туф, туф, туф. Тоннель ожил. Похорошел. Тени легли за спинами путников.

– Нам нужно вытащить Санни.

– Без надобности.

Кира пошла вперёд. Паркеру пришлось её догонять, чтобы переспросить:

– В каком смысле?

Девушка не ответила. Страж взял её за руку, та попыталась вырваться, но не особо активно. Остановились.

– Объясни мне.

Паркер ослабил хват.

– Не спасём твоего Санни – придёт другой.

Паркер ждал продолжения.

– Мы мусор, понимаешь? Расходный материал для поля экспериментов. – задрав к потолку курносый нос, Кира всмотрелась в помигивающую лампу. – Мы как колода карт. Нами играют. Раздают, перемешивают, а как партия закончена – берут новую колоду.

– …я не понимаю.

Кира провела пальцем вокруг глаз.

– Что не понимаешь? Ты не один такой. Таких, как ты, знаешь сколько в каждом бункере сидит?

Паркер почувствовал, как заурчало в животе.

– Ты имеешь в виду таких же стражей с полномочиями на…

– Ой, заткнись ты и не перебивай! —обхватив себя руками, Кира прислонилась спиной на стену тоннеля. – В каждом бункере твоя копия. Не братец какой-то, а именно ты, один в один. С теми же воспоминаниями. Паркер, который считает, что он весь такой уникальный.

Страж сглотнул. Затем ещё раз. Вопрос всё никак не слетал с его губ.

Кира презрительно на него посмотрела.

– Что, неприятно?

– Я тебе не верю.

Она закатила глаза. Оттолкнулась от стены и пошла вглубь тоннеля, бросив через плечо:

– Ты никогда не веришь.

– Что?

Она не ответила.

– ЧТО?

Только шаги раздавались по тоннелю.

Паркер догнал её. Встал перед ней, перегородив путь.

– Что ты несёшь?

– Пусти. – она попыталась оттолкнуть его. – ПУСТИ!

Паркер и не думал уходить.

– Что значит «я никогда не верю»?

Перестав бороться, Кира устало вздохнула.

– Это уже наша четвёртая попытка. Ты четвёртый.

Паркер опустил руки.

– Как?

– Ты глухой и, в придачу, тупой.

Паркер ощутил, как злость поднимается во всём теле… Дать выход, дать выход… Он старался дышать, но позвоночник будто обвил огненный прут.

– Объясни мне, – процедил он.

– Хорошо… хорошо… – Кира стала тыкать в него пальцем после каждого слова. – Ты. Мать. Твою. Клон. Мешок. С костями. Который. Поверил. В свою. УНИКАЛЬНОСТЬ!

Обогнув Паркера, она в слезах сказала:

– Мы чёртова колода карт. Какой бы расклад ни был – нас перетасовывают.

Паркер остановился… перестал идти… Ему показалось, что мозг и ноги потеряли связь друг с другом. Что если он сделает ещё хотя бы один шаг, то просто рухнет и больше не сможет подняться…