Сознание к Виталику вернулось… ну, почти. Вернулось оно с трудом и неполностью, и Шуга подумал, что так нажираться не следовало. В голове ощущалась знакомая тяжесть, и она, при попытке ею пошевелить, начинала кружиться, даже появлялись приступы тошноты.

Странно, где это он так набрался… Сьюзи точно бы не позволила злоупотребить виски… стоп! Он же уехал из Чудоевска! И на радостях выпил? Не, уехал он по делам…

Значит, всё получилось, и они в честь успеха надрались? Опять не, кажется, дела пошли паршиво… Ну да, проиграл он на тотализаторе сто тысяч баксов, такое бы точно не праздновали.

Другие какие-то дела? А! Пошли они похищать Костю Фестинала! Выходит, похитили? А что тогда так ноют ладони? Шуга превозмог головокружение и, приоткрыв глазки, посмотрел на кисти рук и увидел сквозь нахлынувшую муть бинты.

Блять! Кажется, Костю похитить не получилось. Виталик вспомнил, как взорвалась в руках обойма пистолета, потом Костя пропал из вида, и в голове что-то вспыхнуло. Наверное, этот мальчик ударил его в голову, а ощущения Шуги совсем не с перепою.

Симптомы сотрясения головного мозга. И лежит он на казённой койке в больнице. Пока валялся тут без сознания, врачи наложили на ладони швы, сэкономили на новокаине. Или чем сейчас обезболивают?

Хотя неважно. Главное, лежит он в больнице, а у дверей палаты дежурит полицейский с автоматом. В руках у него ведь взорвалась обойма пистолета… в общественном месте…

Для обессиленного и раненого Виталика эта мыслительная работа была ещё непосильной, он повернулся на правый бок и снова заснул или потерял сознание. Сколько-то он проспал, и очнулся от женского голоса:

– Эй! Давай просыпайся! Соседи говорят, что ты уже открывал глаза и ворочался!

Он открыл глаза, в поле зрения попал почему-то хмурый парень в форме полиции, что стоял у его кровати в ногах и держал в руках наведённый на него укороченный автомат.

– Не корчи мне тут больного! – сказал он грубо. – Поворачивайся на спину и протяни девушке ласту, – и ещё грубее добавил. – Одно лишнее движение и стреляю!

Виталик лёг на спину и попытался оглядеться. Рядом с ним действительно стояла очень серьёзная молодая женщина в белом халатике рядом с какой-то медицинской блестящей хренью на колёсиках.

Она взяла кривые ножницы и ловко разрезала повязку на его правой руке. Намотала на кончики ножниц ваты, окунула в некую бутылочку и смочила прилипшие к ранам обрезки бинта. Девушка полностью очистила ладонь, смочила ранки перекисью и собрала влагу комком бинта. Она выдавила на лоскуты бинта мазь и приложила бинтики к ладони, после чего принялась ловко завязывать.

Медсестра закрепила бинт на узел бантиком и со своей тележкой обошла кровать и полицейского с автоматом, подошла к левой руке Виталика. Полицейский всё время держал его на прицеле, Виталик чувствовал себя неловко под тяжёлым взглядом человека с таким недобрым лицом.

Девушка шустро перевязала левую руку Виталика и сразу пошла на выход.

– А есть как? – спросил её Виталик.

– Уже можно держать ложку, – милым голосом ответила девушка.

– На край пастью похлебаешь из миски, – жёстко усмехнулся полицейский.

Девушка выкатила из палаты свою тележку, за ней вышел парень с автоматом. Шуга отважился оглядеться в палате. На оба окна установили решётки, похоже, палату давно оборудовали для таких случаев. Ещё трое мужчин лежали на кроватях вдоль стен, у двоих забинтованы ноги, а к руке третьего пристегнули гирьку.

– Мужики, дайте телефон позвонить! – сказал Виталик.

Дядьки уныло захихикали. Один небритый чернявый тип снизошёл до объяснений:

– Отбирают тут телефоны. Мы как бы задержанные, только при задержании пострадали.

– Вот предъявят обвинение, назначат адвоката, тогда у него попросишь трубу, – сказал лысоватый больной с другой кровати.

– А надолго это всё? – уточнил Шуга.

Мужики снова захихикали, чернявый опять пустился в пояснения:

– Тут у каждого по-разному. Мы вот с Петровичем сдуру побежали не туда и поймали по пуле в ляжки, вон тот с гирькой говорит, что сам неудачно упал и сломал руку. В больничку при СИЗО нас пока нельзя, лечат как всех, только охраняют и телефоны отобрали. Ну а потом нормальной дорогой – в суд и в тюрьму.

– Но положен же звонок! – возразил Шуга.

– Следак придёт, ему расскажешь, – проворчал лысоватый «Петрович».

На этом беседа закончилась. Виталик уставился в потолок и принялся думать о своей сложной жизни. Мотал он себе нервы с полчаса, и снова дверь открылась. Вошли моложавый мужчина в белом халате, а за ним два полицейских с автоматами наизготовку.

Один автоматчик встал у дверей, а второй подошёл с моложавым мужчиной к чернявому и небритому. Халат носил, несомненно, доктор, и он, не обращая внимания на полицейских, завёл с больным разговор о самочувствии.

Он добродушно побеседовал со всеми обитателями палаты и, наконец, подошёл к Шуге. Заговорил бархатным баритоном:

– А вы у нас новенький? Как к вам обращаться?

– Виталий, – ответил тот.

– А я Павел Георгиевич, ваш лечащий врач, – сказал доктор, вынул из кармана молоточек и велел. – Смотрите на молоток.

Он поводил молотком перед лицом Виталика, постучал под коленями и попросил закрыть глаза и пальцами коснуться носа. Виталик посмотрелна него, как на идиота, и сказал:

– Да как же?!

– Ах, да! – улыбнулся доктор. – У вас же бинты на руках! Кстати, раны не болят?

– Не, зудят немного, – сказал Виталик.

– Так и должно быть, – кивнул врач. – А в остальном обычная картина для сильного сотрясения. Перед обедом сестричка даст вам кулёчек, пожалуйста, выпейте таблетки.

– А ходить можно? – спросил Виталик.

– Лучше не надо, – серьёзно ответил Павел Георгиевич. – Полицейские же пристрелят, – он похлопал Виталика по руке. – Да и зачем вам? Утку и бутылочку выносит санитарка, обед привезут сюда. Если совсем станет невтерпёж, можете походить в палате.

Виталик грустно вздохнул и кивнул.

– Выздоравливайте, – велел врач добрым голосом и направился к дверям.

За ним, не сводя с них настороженных глаз, двинулся один автоматчик. Второй в это время в полной готовности стоял у дверей, он вышел из палаты последним.

* * *

Виталик лежал в больнице и выздоравливал. Даже не курил. Всех пациентов тщательно обыскали при задержании, сигарет ни у кого не было и к полицейским обращаться бесполезно. Они не выводили даже в туалет.

Шуга привык пользоваться уткой, хотя и старался это делать как можно реже. Виталик иногда ходил по палате, особенно когда стала меньше кружиться голова. Он приноровился держать ложку забинтованной ладонью и без сильных эмоций съедал всё, что привозила санитарка.

Уши уже привычно опухали, но это не самая главная его проблема. Взяли Шугу с оружием в руках, несомненно, его опознали по данным с камер, ствол отстреляли, а он из него застрелил Олега. Тут никак не отпереться.

К тому же ему совсем не хотелось на волю, и чем дальше, тем меньше он туда рвался. Без курева, оказывается, тоже живут, а ведьма Джина дала ему всего две недели, и ему отчего-то казалось, что без его участия Костик за это время сам в Чудоевск не приедет.

А тут ведь автоматчики не только охраняют общество от него, но и его от общества Джины. А в тюрьме будут ещё и толстые, высокие стены с колючей проволокой! Шуге так не хотелось становиться зомби и жрать собственную требуху, что он решил во всём сотрудничать со следствием.

Вот прошла в больнице неделя, как раз закончился данный ведьмой срок, и он стал чувствовать себя лучше, как открылась дверь, и полицейский сказал:

– Шугов, на выход.

Виталик встал с кровати и вышел в двери.

– Руки за спину, – подсказал парень с автоматом.

Виталик последовал рекомендациям, и охранник сказал:

– Вперёд.

Прошли по больничному коридору, возле каких-то дверей конвоир велел:

– Стоять, лицом к стене.

Виталик встал, как сказали. Конвоир коротко стукнул в двери, открыл и сказал кому-то:

– Задержанный Шугов доставлен.

– Задерживаемый, – послышался мужской баритон.

– Извините, так точно, задерживаемый, – поправился полицейский, посторонился от прохода и сказал Виталику. – Заходи.

Он зашёл в небольшой кабинет. За одиноким столом сидел подтянутый мужчина средних лет в сером костюме, перед ним лежала некая открытая папка. Мужик посмотрел на Виталия синими пронзительными глазами и сказал:

– Конвой, свободны пока. А вы проходите, присаживайтесь.

За спиной Виталика полицейский прикрыл двери, а он прошёл к столу и уселся на стульчик.

– Виталий Игоревич Шугов тысяча девятьсот восьмидесятого года рождения? – спросил мужчина.

– Да, – проговорил Виталик.

– А я Бабайский Николай Васильевич, ваш следователь, – представился мужик и вынул удостоверение. Развернул и показал Шуге.

Тот его внимательно рассмотрел и спросил:

– Какой в дупло задерживаемый?

Николай Васильевич сдержанно улыбнулся и пояснил:

– Задержанному многое полагается, например, звонок адвокату, а свободному пока человеку никто ничего не должен. Нигде ж не определено время задержания. Вас всё ещё задерживают, медленно-медленно, – улыбнулся следователь и продолжил. – Итак, вернёмся к делу. Допрашивать вас без адвоката я не имею права, но это не допрос, а так, ознакомительная беседа. Тем более вы не можете пока подписывать свои показания. Вы согласны просто поговорить?

– А сигарету дашь? – хрипло осведомился Виталий.

– Тут больница, и вообще курить вредно, – сказал следователь. – Так согласны?

– Согласен, – горестно вздохнул Шуга.

– Предупреждаю, что разговор наш записывается, и каждое ваше слово может быть использовано в суде, – задушевно проговорил Николай Васильевич. – Продолжаем?

– Да, – кивнул Виталий.

– На этом месте я обычно предлагаю во всём признаться и оформить явку с повинной, – доверительно сообщил следователь. – Будем признаваться?

– Да, – твёрдо сказал Шуга. – Только там всякого много. Спрашивайте.

– Хорошо, – кивнул следователь и спросил. – Какое отношение вы имеете к Всеволоду Хорошилову, Николаю Дубцову и Станиславу Портному?

– А это кто? – изумился Виталик.

– Станислава задержали у входа в академию в «ауди», Николая и Всеволода в холле, у них тоже взорвались в руках обоймы пистолетов.

– А! – обрадовался Шуга. – Пистон, Босой и Амер! Ну, я знаю их лишь по кликухам. Со мной они приехали на «ауди»!

– А они утверждают, что вас и друг друга не знают, просто гуляли мимо. Пистолеты нашли недавно, вытащили просто так, а отчего они взорвались, не ведают, – сообщил Николай Васильевич.

– Пиздят! – резко заявил Виталик. – Всё они знали!

– То есть вы готовы их опознать? – вкрадчиво спросил следователь.

– Готов! – твёрдо проговорил Шуга.

– Хорошо, – покивал следователь и осведомился. – Кстати, а зачем вы приехали в академию?

– Хотели захватить Костю Фестинала, сынка мэра Чудоевска, – ответил Виталий.

– И зачем он вам? – уточнил Николай Васильевич.

– Приказала доставить пацана Джина, ведьма из Чудоевска, а то превратит в зомби, – смутился Виталик. – Там полно всякого колдовства, и разных ведьм.

Следователь добродушно покивал, как будто для него колдовство в Чудоевске в порядке вещей, и проговорил:

– Из вашего пистолета стреляли до того, как взорвалась обойма. Пулю нашли в штукатурке. В кого вы палили?

– Ну, Костик был с Ленкой, младшей сестрой Олега…

– Это кого вы застрелили из того же пистолета в больнице? – невзначай уточнил Николай Васильевич.

Виталий смущённо примолк, и следователь пояснил:

– Данные с камер сняли, пистолет отстреляли, результаты экспертиз в деле.

– Ну, того Олега сестра, – проговорил Шуга. – Я хотел прострелить ей затылок, да меня кто-то сильно толкнул.

– Значит, ещё и покушение на убийство, – глубокомысленно проговорил следователь и уточнил. – А почему вы застрелили Олега?

– Он не привёз мне партию кокаина, а деньги взял, – проговорил Виталик.

– Но до этого привозил? – спросил Николай Васильевич.

– Да, – сказал Шуга глухо. – Давал сначала на реализацию, потом с частичной предоплатой, а последний раз кинул.

– И что вы делали с кокаином? – спросил следователь.

– Продавал в Чудоевске, в клубе «Форт», – ответил Виталик. – Я там служу управляющим.

– Замечательно! – обрадовался чему-то Николай Васильевич. – Очень рад, что вы настроены на сотрудничество. Сейчас вы вернётесь в палату, продолжите лечение. Примерно через неделю с вас снимут швы, и мы встретимся снова. Заодно представлю вашего адвоката.

– Эй! – возмутился Виталик. – А если я найму своего?

– Только похвалил! – помотал головой следователь. – У вас же нет легальных средств нанимать юриста! Лучше вам довериться государственному защитнику и спокойно лечиться, чем не понять кто вам наймёт не понять кого, а вас отправят в изолятор временного содержания.

– Да я просто сказал, – стушевался Виталик.

А Николай Васильевич снял трубку проводного телефона, ударил по рычагам и проговорил:

– Уводите.

Дверь открылась, в кабинет вошёл полицейский и приказал:

– Встать.

Виталик поднялся со стула, а следователь добродушно проговорил:

– Всего хорошего, Виталий Игоревич, выздоравливайте.

– Руки за спину! На выход! – скомандовал конвойный.

Шуга убрал назад руки и пошёл из кабинета.

* * *

Виталий старательно выполнял указания следователя, то есть выздоравливал. Он пил таблетки, кушал, что приносили, и спал, сколько мог – не грузился всякой ерундой и не нервничал.

В результате у него перестала кружиться голова, и сняли швы, а потом и бинтовать перестали. Уже без швов на руках его сводили на опознание Пистона, Босого и Амера, они, оказывается, лежали в той же больнице.

Прямо при них рассказал про обстоятельства знакомства, и чем они связаны. Судя по рожам, парни очень удивлялись и решали про себя во всём признаваться. Да и корячилось им, максимум, соучастие – они ж кокаином не торговали и никого не убивали. Учитывая искреннее раскаяние и готовность помогать следствию, получат маленькие сроки, если их совсем домой не отпустят.

Ну, промухали «ауди», дорогие стволы, прорву времени, и Виталик им не заплатит по три тысячи баксов за работу. Так, может, он платить кому-то изначально не собирался, а сидя в тюрьме, тем более не рассматривал этот вопрос.

Он-то осознанно решил присесть надолго. Одно только преднамеренное убийство Олега тянет на пятнашку, плюс попытка убийства его сестры да торговля наркотиками. Итого ему светило пожизненное.

В принципе Виталик не возражал, но в тюрьмах пожизненников очень плохие условия, там заключённые долго не живут. Ему бы больше подошла двадцатка в лагере особо строгого режима, а для этого надо раскаяться и сотрудничать со следствием.

Всё это Виталику рассказал адвокат, его следователь представил перед первым официальным допросом, когда с ладоней сняли швы. Звали адвоката Андрей Владимирович Кац, и выглядел он как офицер силовых структур ни разу не в отставке.

Рост немного выше среднего, спортивная фигура, на круглой голове ёжик пепельных волос. И карие глаза такие добрые-добрые! Когда следователь оставил их в кабинете одних, Виталик сразу попросил у него сигаретку.

– Курить вредно, а учитывая ваши обстоятельства, ещё и хлопотно. Где вы тут покурите? В этом кабинете? Я не курю, и вдыхать ваш дым не намерен. Лучше бросайте, будете здоровее.

Шуга горестно вздохнул и кивнул.

– Вот и славно, – благодушно проговорил Андрей Владимирович. – Поверьте, у вас есть ещё о чём переживать, кроме курева…

Вот адвокат обрисовал Виталику ситуацию и обозначил перспективы. Ему оставалось лишь сотрудничать со следствием и надеяться на лучшее. В присутствии своего защитника он опознал подручных, с ним вместе ездил на места преступления в больницу, где застрелил Олега, и в академию показывать, как пытался убить Лену и похитить Костю.

Похождения Шуги в Москве, таким образом, полностью расследовали и дали им юридическую оценку. Однако оставалась ещё торговля наркотиками. Следователь заявил, что для этого Виталика перевезут в Чудоевск…

В Виталика как ударила молния! Он же всё делал, чтобы оказаться подальше от ведьмы Джины, а его тащат практически ей под нос! Виталик отчего-то считал, что вся мощь государства не защитит его от ведьмы Джины в Чудоевске.

– Ой, ну что вы так побледнели?! – воскликнул следователь и, прямо глядя честными синими-синими глазами, заговорил с подъёмом. – Вас будет защищать вся сила России! И пусть я лично останусь в Москве, ваше дело будет вести местный следователь, но ваш адвокат направится за вами! Защищать вас его профессиональный долг!

«Ага. Заявит Джине протест, когда она будет превращать меня в зомби», – потерянно подумал Виталик и бросился на следователя с кулаками дабы разбить его честное-честное лицо. Уж лучше сесть в тюрягу в Москве!

Но тот явно к чему-то подобному готовился, и вообще такое в его работе случается регулярно – Николай Васильевич поддерживал хорошую физическую форму. Он уклонился от атаки Виталика и мощным боковым ударом отправил того в нокаут.

Когда Шуга упал на пол, следователь вызвал конвой. В результате Виталик прям с того места отправился в Чудоевск в смирительной рубашке и в строгих наручниках. Ехал Шуга сотрудничать со следствием и лечить новое сотрясение мозга в тюремной больнице.

* * *

А Лена и Комар после встречи с парой вампиров поджидали, когда Костик нарыгается и потом напьётся водички из фляжки. Он пил водичку и вспоминал недавнюю схватку.

Тогда события спрессовались в мгновенья, о чём-то думать, просто не было времени. Костя задним числом ужасался, какие эти враги живучие. После первых ударов охотничьим ножом они оставались опасными и стремительными.

Костик бил и бил, этому, казалось, не будет конца! Один пытался кусаться, даже когда ему почти отрезали башку, и после отрезания оной, она долго ещё клацала челюстями! На неё заторможено уставились Лена и Комар.

Вот только что появилось размытое серое облако, и через секунду вампирская голова кого-то пытается укусить, лёжа на боку отдельно от туловища.

Даже Лена почувствовала, как Володя успокаивается и наполняется странной для этого места уверенностью. Ну, самое страшное, вампиров, уже повстречали. И даже если эти не последние, Костик так же покрошит ножом и новых.

Константин же припомнил события недавнего боя, осознал, каким объёмом магии бессознательно оперировал в предельно сжатые сроки, решил, что осознанно сможет задействовать не меньше, и на новом уровне могущества закрутил крышечку на фляжке. Повесил её обратно на пояс, что и послужило командой продолжать движение.

Володя поковылял первым, за ним Костя, и замыкала Лена. Она шла в сильном удивлении. Лена неожиданно для себя осознала, что чувствует Костю… то есть чувствует его не во время этого…

Плюс кроме Кости она чувствует настроение Володи и эмоции многих почти разумных существ в округе. Птицы и звери настороженно спали или охотились, она и не представляла себе, сколько вокруг разного зверья! И все очень хотят спать или кушать, а чужие трудности их не волнуют.

Лена ощущала этот обычный беспокойный покой леса и думала, что же значат эти новые ощущения. Она стала магом? Ну, Костя же как-то стал, чем она хуже! Она тоже прошла магический туман и сейчас в аномальной зоне – даже сражалась с волками! Правда, вампиры ещё…

Ну, пусть слабеньким она стала магом, с Костей не сравнить, но она и не претендует на многое. Костя ведь у неё вообще герой! Вон какой идёт, прям загляденье!

И любит её! Главное, что любовь реально существует, а остальное приложится. Лена пошагала уверенней. Ребята неспешно прошли ещё метров двести, и Комар присел в траву. Вынул мобильный телефон, кого-то набрал и через секунду заговорил:

– Алё! Поля, привет, как дела?

– Привет. Скучаю, тебя жду, – ответил абонент. – Этот, блин… абырвалг, вот! Мог придумать пароль попроще?

– В другой раз вместе подумаем. Я скоро, – проговорил Вова и выключил связь.

Он убрал телефон и открыл замаскированную крышку подземного хода.

– Обычно возвращаемся по земле, надо же кому-то крышку замаскировать снаружи, – проговорил Комар. – Но сегодня случай особый. Соседям же никак не объяснить, где меня ранило. И убежать уже не смогу.

Лена и Костя спустились за Комаром в тоннель, теперь Костя шёл последним, он и закрыл крышку. Володя включил фонарик и воткнул в нос вату. За ним недолго прошли под землёй.

В конце пути Вова отстучал в деревянную крышку явно условную комбинацию, крышка почти сразу открылась. Вылезли в подвале какого-то дома. Володя представил ребятам Полю, красивую девушку в джинсовом брючном костюме и с толстой русой косой.

Она проводила путников в комнаты. Вова на всякий случай продиктовал Косте свой номер телефона и попросил его вызвать. Затем потребовал у Кости свой охотничий нож и стал с ребятами прощаться, а то ему лечиться ещё.

Подвезти Лену и Костю вызвалась Поля. Они загрузились в её седьмую «бэху», и Поля поехала по названному Костей адресу. Ребята прошли в подъезд «элитной» многоэтажки, и машина сразу уехала.

Они поднялись на лифте на пятый этаж, и Костя открыл своими ключами двери собственной квартиры…

Такое простое дело, а, оказывается, он так этого ждал! Даже не понимал, как стремился сюда! Лена зашла в квартиру за ним следом, сняла кроссовки и отчего-то настороженно принялась обходить комнаты. Вот чёрт же знает, что она опасалась увидеть!

Костя же занёс сумку с кокаином и баксами в дальнюю комнату, сунул её пока под кровать и отправился на кухню. Судя по звукам, Лена уже обследовала там холодильник.

Он проходил коридором мимо дверей, когда они вдруг открылись, и в квартиру ворвались двое крепких парней в полицейской форме. Костя просто с перепугу поставил поперёк прихожей невидимую преграду. То есть её совершенно не видно, она как плёнка, только не-магу её не преодолеть, даже не определить, что это такое его не пускает вперёд.

Полицейские попытались к Косте приблизиться и не преуспели.

– Какого хрена вам тут надо? – нервно спросил Костик. – И как вы сюда попали?!

– Росгвардия! – громко заявил один. – Квартира под сигнализацией! Кто-то вошёл и не сказал дежурному по телефону кодовую фразу!

– Блять! – выразил Костя отношение к происходящему. – Это моя квартира! Живу я тут! И на сигнализацию не ставил!

– А прописаны где? – спросил другой полицейский.

Костя полез во внутренний карман комбинезона и вынул паспорт. Подошёл к магической преграде и показал его на расстоянии.

– Дай-ка посмотреть, – протянул руку первый полицейский.

– Идите на хуй! – заорал Константин и добавил тише. – Только двери закрыть не забудьте.

– Давайте не будем нервничать, – предложил второй полицейский. – Квартиру на сигнализацию мог поставить ваш родственник, когда вы отсутствовали. Если желаете расторгнуть договор на охрану или оформить его на себя, приезжайте в офис с документами, – он положил на тумбочку какую-то визитку. – Тут наш адрес и телефоны.

– Хорошо, – проворчал Костя. – А теперь до свиданья.

Полицейские вышли, послышались щелчки замков. Костя прошёл на кухню. Лена уже что-то разогревала в микроволновке.

– Кто это был? – спросила она.

– Полиция, – хмуро ответил Костя, присаживаясь на табуретку. – Квартиру поставили на сигнализацию, когда я был в Москве. Уже разобрались.

– А! – сказала Лена. – Ну, что у тебя за холодильник, кто так живёт!? Ни одного яйца! А я, может, только яичницу умею готовить!

– И всё? – поразился Костя.

– Ещё омлет, – застенчиво призналась она. – Но для него тоже нужны яйца… вроде бы.

– Погоди, – сказал Костя и вынул телефон. Он написал Мише на мессенджер, что они добрались нормально, пусть вышлет их вещи на его адрес почтой. Убирая телефон, спросил Лену. – А что греется в микроволновке?

– Тёть Валя дала же в дорожку пирожков и жареной курицы. Вот осталось ещё, – сказала Лена и добавила с вызовом. – А твёрдый сыр и колбасу из своего холодильника сам порежешь! Там только копчёная! Сухая!

– Ладно, разберёмся, – улыбнулся он. – Ты с дороги под душ пойдёшь?

Она кивнула.

– Двери в душевую в конце коридора, – подсказал Константин.

Лена сразу подорвалась, а Костя полез в холодильник. Вынул палку колбасы, кусок сыру и принялся резать. Накрошил полную тарелку и взялся за хлеб. В Краснорудном был ещё свежий, и шли они не очень долго – зачерстветь не успел.

Только закончил, вернулась из душа Лена в каком-то халатике. Она смущённо проговорила:

– Взяла пока халат, там ещё есть. Иди, мойся с дороги, я тут сама закончу.

Костик отправился в душевую. Сначала сполоснулся, намылился и энергично растёрся мочалкой. Затем для закаливания и укрепления нервной системы устроил себе контрастный душ – минута под нестерпимо горячими струями и сразу холодный поток. И так три раза.

Вылез бодрячком, будто и не пробирался в родной город с жутким риском. Накинул халат, почистил зубы и побрился… Ну, Лена же у него!

Когда пришёл на кухню, она уже разложила еду по тарелкам и накрыла кухонный столик. Костик присел на табуретку, и сразу приступили. Они и не догадывались, как проголодались в дороге! О еде как-то не думалось, больше гадали, когда и чем это кончится.

Чавкали долго, хватали сыр, колбасу, жареное мясо, пирожки и торопливо жевали. Но постепенно их движения замедлились, они стали задумчиво поглядывать друг на друга.

– А где тут спальня? – спросила Лена тихонько.

– Пойдём, покажу, – сказал Костя и, толком не прожевав, взял её на руки.

Лена считала, что она уже взрослая и тяжёлая, но Костя уверенно нёс её по коридору. Как здорово на ручках, а ведь в детстве не ценила! Он шёл без спешки, ведь надо было прожевать. Донёс до спальни, осторожно положил её на кровать и стал нежно целовать – успел-таки прожевать.

Они скинули халаты и распалялись всё сильнее. А когда у них дело дошло до самой сути, начался магический шторм. Аномальная ж зона, тут такое случается регулярно.

Лена и Костя двигались резче, это приносило им неведомое ранее удовольствие, тела их будто изнутри светились, а вокруг плавали искорки, по комнате змеились молнии. Ребята страстно стонали и наслаждались друг другом. Они смотрели на любимого человека и не могли насмотреться…