По дороге к Краснорудному их ещё два раза проверяли на стационарных постах, впрочем, всё проходило по одному сценарию. Только один раз Костя сказал инспектору, что в сумке не пачки баксов и кокаин, а пирожки с капустой, а другой раз назвал всё блинчиками с творогом. Наверное, по ассоциации.

В машине по радио передавали популярную музыку и раз в час новости. Звучали они как сводки с фронта. Главной новостью стала погода в Москве. Вернее непогода. В столице объявлено чрезвычайное положение, отменили занятия в школах и вузах, все службы перевели в состояние полной готовности.

Ураганным ветром валит деревья, срывает рекламные растяжки, опрокидывает баннеры. Крупные фрагменты металлической кровли и большие куски шифера запросто летают по улицам. Ими повреждено много автомобилей, покалечено или убито несколько прохожих, а ведь власти всех вежливо попросили пока не выходить из дома!

Хотя оно не касается работников неотложных служб, всех мобилизовали и выдернули из отпусков. Люди под сильным ливнем борются с наиболее опасными последствиями непогоды.

В ряде мест оказалась засорённой канализация, затопило несколько подземных переходов. Обломками порваны провода, ураган повалил несколько опор линии электропередач – обесточены целые районы.

Вода идёт по асфальту, как река, а обычно смирные Неглинка и Яуза возомнили себя настоящими явлениями природы и вышли из берегов. Зона подтопления расширяется – затоплены туннели метро, подвалы жилых домов, в ряде случаев вода поднялась до уровня первых этажей.

Транспорт парализован. Работники без всякой помощи делают всё, что в их силах, и дружно молятся, чтобы это всё когда-нибудь закончилось. Люди в коротких интервью даже клянутся бросить пить и курить, только бы оно прекратилось и больше никогда не повторялось.

Ведущие новостей в своих уютных студиях с сомнением говорили, что они, конечно, горячатся. Курить-то ладно, всё равно всё размокло, но это ещё не повод не выпить…

– Вот мы не пьём и не курим, поэтому вовремя уехали! – задорно сказала Ленка.

За окнами машины расцвело среднерусское бабье лето. Голубело небо, ласковый ветерок лениво погонял лёгкие белые облачка. Леса оделись в жёлтое с красным.

– Мама у меня тоже не пьёт и не курит, – проворчал Костя. – Как она там?

И в другую секунду его телефон запел известную мелодию, Костю вызывали. Он взял правой рукой из кармана куртки мобилу, приложил её к уху и сказал:

– Алё.

– Алё, это Миша, ну, племянник дяди Васи, – ответили ему. – Ты мне, вроде, получаешься троюродный брат. Или четвероюродный…

– Где-то так, – согласился Костя.

– Я на северном въезде в Краснорудный, – продолжил Миша. – На обочине у стелы синий сорок первый «москвич». Подойдёшь и поговорим. Я тебя узнаю, тёть Нина прислала твою фотографию. Тебе, правда, всего пятнадцать лет?

– Не, фотография устарела, – сказал Костя. – Но по ней меня узнать можно, хотя мне скоро двадцать два. Мы подъедем на белой японке.

– А ты с кем? – удивился Миша.

– С одной девушкой, познакомлю, – проговорил Костя. – Жди, мы скоро.

– Хорошо, – сказал Миша и отключился.

Костя убрал трубку обратно в карман и продолжил управлять машиной. Примерно, через четверть часа они заметили большие буквы «Краснорудный», и вначале надписи трёхгранный тонкий шпиль.

Старая краска облезла, указатель давно не красили. Раньше над стелой была красная звезда, но общественность заявила, что так оно напоминает кладбищенский памятник, и тогда боролись с наследием коммунизма.

Впрочем, Косте жаловаться не приходилось. Группировка папы его вовремя присоединилась к экологическому движению за закрытие в Краснорудном опасных и убыточных шахт, а став мэром, папа с партнёрами удачно приватизировали оставшийся без сырья комбинат в Чудоевске.

Ну, не вписывался тот в рынок, так общественники и бандиты его вписали – теперь там торговые площадки металлических изделий из других регионов, прочих стройматериалов, дилерский центр зарубежных автомобилей, просто супермаркеты и зона отдыха.

Работников из закрытых шахт и комбината выгнали, и они значительно оживили местный рынок труда. Забавно, что те же люди, кто винил Костиного папу в своём бедственном положении, за него сначала искренне голосовали.

Теперь это понять трудно, но тогда делать себе гадости во имя общечеловеческих ценностей, демократии и прав человека считалось благородным и возвышенным.

Нынче все стремятся только к собственной пользе, нет в людях веры в возвышенные идеалы – они больше никогда не будут голосовать за дураков или бандитов.

Впрочем, давно минувшие дела Костю не волновали, он встал на обочине за «москвичом», и они с Леной вышли из машины. Из синего автомобиля вышел мужик около тридцати лет и сделал навстречу несколько шагов.

– Костя? – спросил он серьёзно.

Константин кивнул, и парень, протянув вперёд ладонь, сказал:

– Тогда Миша.

– Очень приятно, – заявил Костя, пожал ладонь и кивнул на Лену, проговорив:

– А это Лена.

– Тоже очень рад, – заявил Миша. – Сейчас проедем к тёть Вале, у неё свой дом, она сдаёт комнаты и не болтает. С ней я уже договорился, не беспокойтесь. Езжайте за моей машиной.

– Хорошо, – проговорил Костя, и Миша направился к своему «москвичу».

Ребята вернулись в Ленину японку, поехали за Мишей. Въехали в посёлок и спустя короткое время Миша остановился у новых ворот. Просигналил, створка ворот отъехала в сторону, и он заехал во двор. Костя проехал за ним следом, ворота за ним закрылись автоматически.

У ворот стояла худощавая пожилая женщина со строгим лицом. Миша вылез из машины с какими-то бумагами в файлике и громко ей сказал:

– Привет, теть Валя. А это твои постояльцы, я звонил.

– Пойдёмте тогда в дом, – сказала она строго и пошла к крыльцу.

Костя открыл багажник, и Лена с ним прошла за сумками. Костя взял спортивку с баксами и кокаином, а Лена сумку с продовольственными запасами и разным санитарным.

За бабушкой поднялись на крыльцо, прошли сени, в прихожке стянули кроссовки и надели тапочки. Дома поддерживался порядок, ребята оценили чистоту и опрятность небогатого интерьера.

За хозяйкой прошли по самодельным половикам в большую комнату, и она пригласила располагаться за столом. Расселись, и бабка заговорила властным голосом:

– Мне безразлично, сколько вы у меня проквартируете, месяц или сутки, цена не меняется. Тысяча долларов.

У Лены сама собой отвалилась варежка, Костя сурово посмотрел на Мишу. Тот лениво пожал плечами:

– У нас везде такие цены. Не верите – прошвырнитесь по рынку, спросите, да боюсь, с вами и говорить не станут. К нам же едут только по знакомству небедные люди, кому очень надо в Чудоевск. Ведь вам туда?

Костя молча поднял сумку, достал пачку долларов, отсчитал тысячу и положил возле бабушки.

– Вот и славно, – проговорил Миша. – Теперь поговорим о вашей машине. За ней кто-нибудь приедет?

Лена помотала головой.

– Перетащить её через туман нелегально не выйдет, – продолжил Миша. – Лучше продайте. Напишите на меня доверку, как продам, сообщу, – он вынул из файла документ и протянул Косте. – Вот заполните и подпишите.

Тот передал листик Лене, она его просмотрела, горестно вздохнула и полезла во внутренний карман за паспортом. Пока она работала с документом, Миша благодушно продолжил:

– Сейчас тёть Валя покажет вам комнату, отдохнёте с дороги. А вечером я за вами заеду, поедем к проводнику. За проход через границу он берёт с человека от десяти тысяч долларов вперёд, не удивляйтесь. Соберитесь как в поход, если что-то забудете, вернуться не выйдет. Коли договоритесь, этой ночью и пойдёте.

– Хорошо, – сурово проговорил Костя.

Тётя Валя поднялась и сказала:

– Тогда я сейчас провожу Мишу и покажу вам комнату.

– Да я сам двери найду, – молвил Миша, поднимаясь.

– Надо же за тобой закрыть ворота, – проворчала бабушка.

* * *

Тут некоторые думают, что появление магической зоны настолько потрясло власти России, что они совершенно забыли о законах. Совсем-совсем нет! Всё обставили юридически безупречно.

Например, по Конституции никто не вправе запретить гражданину России пересекать административные границы её субъектов и вообще выбирать место жительства. То есть самовольное проникновение в Чудоевск не нарушало никаких законов.

Но никто же не скандалит, когда полицейские прям на улице просят предъявить личные вещи для досмотра. Люди понимают, что терроризм кругом, это для безопасности, работа у них такая и вообще легко получить «демократизатором» по почкам.

Тем более, когда зона магического тумана объявлена областью проведения специальной операции, работают силовики и учёные, не надо им мешать, там все и так нервные. Никто ж не виноват, что магический туман опоясал Чудоевск без просвета.

Потому, кстати, проводники никогда не возьмутся перенести какие-нибудь вещи, они проводят только людей, а что они несут – их дело. Если попадут полицейским живьём, проводники ничего не знали и ничего не нарушают, просто гуляют тут.

Но это только теоретически, практически законники шмаляют сразу на поражение. Ведь властям по большому счёту неинтересно, какую наркоту тащат в Чудоевск, их гораздо больше волнует, кто или что оттуда может вылезти.

Дима с Майей прилюдно сотворили в магическом тумане прореху, попросту отдёрнули его, как шторы. Как это возможно, все учёные только вертят пальцами и явно нецензурно мычат.

Кое-кто из работников силовых структур в командировках в Чудоевск пользовались порталами, видели в деле вампиров и рыцарей, наблюдали применение всякой другой магии и честно докладывали руководству.

Начальникам очень не хотелось, чтобы подобное расползлось по всей стране, они ещё не во всём разобрались и принимали превентивные меры. Кому-то они могут показаться резковатыми, но ведь нервы, и в такой ситуации лучше перебдеть.

Тем более простым исполнителям не мечтается встретиться в бою хрен пойми с чем. Солдаты просто стреляют из станковых пулемётов во все подозрительные силуэты на пределе дальности или вообще по наводке с беспилотных разведчиков кроют из мобильных миномётов. Применять более тяжёлую артиллерию и авиацию, к их сожалению, пока признано нецелесообразным.

* * *

Потому проводники весьма востребованы и зарабатывают довольно хорошо. Например, Владимир Дмитриевич Комаров простился с Виталиком и, пока тот гонялся за приключениями в Москве, сутки отдохнул в Краснорудном и повёл другого организованного преступника в Чудоевск.

Провёл нормально, отдохнул пару суток и повёл нового самостийного путника через границу. Сдал того в Краснорудном приятелям и приступил к отдыху с Олей.

Только отдых отчего-то затянулся. На третий день бездействия ему позвонил знакомый Миша. Комар предпочитал работать с мафией, пусть и преступная, но всё-таки организация. У них всегда были деньги и заявки…

Но в тот момент бандюги отчего-то на связь не выходили. Самому звонить знакомым представителям братвы Владимир Дмитриевич считал неправильным, это верный шаг к снижению гонораров за работу.

И у него всё-таки гордость! Интересная тенденция: магические способности открывались в основном у людей со сложными характерами. И чем больше они занимались магией, тем их характеры делались невозможнее.

Но даже Комар не мог трахать Олю без перерыва столько времени! И рыть подземный ход он не стал. Тайный подземный ход вёл почти до тумана из-за регулярных магических штормов и расширения аномальной зоны. От выхода из тоннеля до стены тумана оставалось всего двести метров. А если точка выхода неожиданно окажется в полосе тумана?!

И в этот момент позвонил знакомый Миша. Владимир Дмитриевич водил его через границу пару раз, говорит, ходил дядю повидать. Ну… Может и дядю… тёть-то в Краснорудном и своих хватает. Хотя это не Комара дело, главное, Миша взял его цифры.

Он не любил таких знакомых, предпочитал бандитов ещё и потому, что жучкам принято платить комиссионные десять процентов, а мафия обходилась без таких формальностей.

Но что делать-то? У организованных преступников явно какие-то трудности, возможно, что надолго, не сидеть же всё это время без работы! Пусть и без радости, Владимир Дмитриевич принял вызов Миши и договорился встретиться вечером.

Миша привёз молодого паренька и юную девушку, оба со спортивными сумками с лямками через плечо. Одеты в камуфлированные комбинезоны, но впечатления на Комара не производили. Оба какие-то несерьёзные, слишком молодые, чуть, может, постарше самого Комара или одногодки.

Но он-то специализированный маг, людей чувствует! Пацан назвался Костей, а девушку звали Леной. Она верила в парня, а Костя уверен в себе. Без вопросов спокойно выложил двадцать тысяч долларов.

Комар отправил ребят в баню, дал слабительное и мочегонное – подчинялись беспрекословно. Выдал им рюкзаки и демонстративно вышел из комнаты. Никого не интересует их багаж.

Как стемнело, Мишу, уже знакомого с правилами, Оля прям в доме уложила спать, а путники надели плащи, рюкзаки и направились в подземный ход. Дошли до ведущего наружу колодца, Комар устроил краткий инструктаж:

– Идём гуськом, я впереди. Шагаете за впередиидущим след в след. Рот не открываете, если я не спросил. Тут да тумана немного, метров двести. Перед туманом следующая остановка, получите новые инструкции.

Ребята кивнули. Комар вытащил из ноздрей вату, выключил фонарик и полез вверх по скобам, Костя и Лена за ним. Поднялись на поверхность в каком-то заброшенном поле.

Может, раньше здесь и выращивали некие злаки, но как это делать, когда стена тумана в любую секунду может переместиться прямо на твой трактор или другую какую-нибудь сноповязалку!

Вот вылезли молодые люди, Комар поставил на место крышку и замаскировал полевыми растениями, а Костя и Лена огляделись. Вроде, поле, как поле…

Только на востоке пространство как отрезали ножом, просто чернильный мрак, не видно даже звёздочек. Лену передёрнуло, а Костик весело подумал, что так выглядит стена тумана ночью. Он в тумане не видел ничего неприятного.

– Туда пойдём, – сказал Комар, указав ладонью на восток. – Давайте за мной.

За Комаром пошёл Константин, а замыкающей двинулась Лена. Костя видел, что проводник нечто переступает или обходит, обнаруживал маленькую противопехотную мину нажимного или разгрузочного действия, что разбрасывали здесь федералы с летательных аппаратов, и для Лены указывал на неё пальцем. Девочкам же всё надо знать и понимать.

В умеренном темпе прошли около пятидесяти метров, и Костя вдруг почувствовал дискомфорт, словно некто с холодной усмешкой разглядывает его голого. Ну, почувствовал и почувствовал, бывает…

Но он ведь маг, ощущения магов – это всегда что-то серьёзное. Костя вполголоса обратился к Комару:

– Чувствуешь взгляд?

Володя обернулся и удивлённо начал спрашивать:

– А когда это тебе разрешали открывать твой сраный…

Его прервал грохот пулемётной очереди.

– Ложись! – воскликнул Костя и рухнул в траву.

Рядом упала Лена. Володя упал как-то боком, принялся тоненько выть и грязно ругаться. Пулемёт грохотал, рядом что-то противно свистело. Костя, не обращая внимания на выстрелы, попытался определить, откуда на них недобро смотрят.

Он по ощущениям выбрал участок тёмного неба, почувствовал там что-то электронное. Костя предположил, что это дрон или попросту видеокамера с прибором ночного видения. Он очень захотел, чтоб этот прибор поломался нахрен.

Враждебный взгляд более не ощущался, однако точно сказать, как подействовала на дрон волшба, Костя не мог – пулемёт продолжал стрелять. Его пули не позволяли подняться и осмотреться, Костя сумел разглядеть лишь силуэт некого бронеавтомобиля.

Ну, броневой или простой, для мага не существенно. Мотор явственно чувствовался и работал на холостых оборотах. Константин магически устроил пожар под капотом, если что, работа двигателя и есть один непрерывный взрыв.

Вдали полыхнула зарница, донёсся грохот взрыва. Пулемёт умолк, стало слышно, как скулил Вова и трещали автоматы, хотя стреляли солдатики куда-то туда, не прицельно, для собственного успокоения.

Вскоре автоматы замолкли, и скулёж Вовы заполнил весь эфир.

– А что это больше не стреляют? – вполголоса спросила Лена. – Солдаты идут сюда?

Комар скулить перестал и насмешливо фыркнул.

– Скорее отсюда! – весело сказал он. – Кто захочет связываться с магом!? – Вова обратился к Косте. – Ведь ты маг?

– Немного, – глухо ответил тот.

– Угу, немного! – закивал Володя. – Как-то учуял в небе дрон, хотя мой детектор молчал. Потом на расстоянии взорвал бронеавтомобиль…

– Это всё философия, – недовольно прервал его Костя. – Что будет дальше?

Комар сел в траве, снял рюкзак и принялся в нём копаться, благодушно говоря:

– С раненым мною мы по идее должны возвращаться. Но это понимают и противники. Пошлют в квадрат ещё три дрона и два броневика, будут нас ждать. А мы сейчас подлечимся… – он ножом распорол штанину и на рану в голени положил невзрачный кругляш. Комар перебинтовал ногу, вколол что-то из шприц-тюбика себе в бедро и принялся прилаживать на ногу загадочное приспособление. – Это временный магический протез как раз на такой случай. Крепится к бедру и можно на него наступать, раненая нога просто болтается. Хорошо ещё, не в ляжку попало, так бы пришлось раскладывать его в костыль… – Комар сосредоточенно устанавливал прибор на ногу. Совершив манипуляции, он продолжил. – Вот подлечимся мы и пойдём к тайнику, надо на будущее зарядить. Потом через туман на ту сторону. Там надо пройти уже около километра, по лесу, плюс волки… – Вова мрачно помотал головой. – Будем надеяться, что местные вояки с той стороной не связаны, не предупредят о нас. Но волки всё равно далеко чуют кровь. Кровотечение я остановил, однако на штаны успело натечь.

– А что за волки? – спросила Лена.

– Большие, злые и хитрые, – пожал плечами Комар. – Увидишь, сразу узнаешь. Век бы их не видеть! – он поднялся на ноги и скомандовал. – Ну, пока военные тут думают, пойдём к туману.

Они пошли за Комаром, он ковылял впереди, Костя шёл за ним и указывал Лене на мины. Владимир Дмитриевич вышел к тайнику напрямую, не плутал. Просто присел вдруг в траву и положил под доски, укрытые дёрном, пластиковый пакет, что вытащил из рюкзака.

Приближение стены тумана все скорее почувствовали, впереди просто уплотнился ночной мрак до полной беспросветности.

– За правую руку меня держит Костя, а за левую Лена, – распорядился Вова.

– Не! – категорично сказала она. – Я буду держаться за Костю с другого бока!

– Да тебе что сказали? – неприязненно осведомился Вова.

– Пусть держится, – благодушно молвил Костик. – Ты же сам говоришь, что я маг.

– Туман это другое! – нервно возразил Комар.

– Да ладно тебе, – ответил Костя. – Пойдём уже.

Константина наполнило радостное узнавание, будто впереди его ждал старый друг. Он тоже узнал Костю и ждёт с нетерпением. За левую руку парня держал Комар, за правую схватилась Лена…

– Только не бегите! – проговорил Вова, и они вошли в магический туман.

* * *

Костик со всеми вместе вошёл в нечто… Зрение и слух пропали, он ничего не видел и не слышал. Однако Костя точно знал, что надо ему вперёд, и чётко понимал, где это.

Нечто вокруг искренне ему радовалось, он аж растрогался. Ну, действительно, какая прелесть! Точки в глазах мигали, рябили линии и начали складываться в силуэты, образы…

Только в этот раз совершенно не было Джины. Слева от себя он видел шаржи на Комара, а справа нарисовалась Ленка. Вова, вроде бы, просто боялся, что Костя их бросит – у него одного есть шансы выбраться из этой передряги. А Ленка тоже сильно боялась и верила в него, ей очень хотелось верить, что Костя не удерёт с деньгами и коксом. Ну, зачем ему Лена?

Любит? Но любви не бывает… Господи! Пусть любовь будет! Пусть Костя её любит и не бросит! Ну, пожалуйста, Господи!

Лена и сама не понимала, что горячо молится, а Костя её чувствовал, стыдился и умилялся. Ему и в голову не приходила идея кого-то бросать, он после такого перестал бы считать себя человеком.

И магический туман его полностью в этом поддерживал. Да появись хоть тень таких идей у Кости, окружающее нечто презрительно бы отвернулось. А так парень умилялся с Лены и наполнялся магической силой – его ей наделял туман.

Правда, брал туман силы у других разумных, кто сдуру в него влез, но это же другое и его личное дело. А Володя и Лена просто находились ближе всех к Косте, даже за руки его держали.

Так первого туман выжал Комара, он же маг, и думает всякую бяку – фу! Немного поколебался и Лену выдаивать не стал, её искренность умиляла истинное пространство.

А Володя всё больше убеждался в том, что Костик ориентируется в тумане не хуже него, а может, даже лучше. И Лена с каждым шагом становилась увереннее, она всё больше верила Косте, в его силы.

И вот с очередным шагом появилось обычное пространство, а Костя проговорил:

– Вот всё и кончилось. Только не надо орать.

– Всё только начинается, – проворчал Комар, снял с пояса большой охотничий нож и протянул его Косте. – Пусть у тебя побудет. Волки любят появляться внезапно.

– Хорошо, пусть побудет, – согласился Константин, принимая клинок.

– А у тебя ещё оружие есть? – деловито спросила Комара Ленка.

– Как не быть, – усмехнулся тот. – Только «парабеллум» я тебе не дам, самому пригодится. Хотя вампирам без разницы – есть у тебя пистолет или нет. А против волков пойдёт.

Ребята задумались о своей сложной жизни и пошли за Комаром в прежнем порядке. Тот немного прошёл и снова присел у тайника. Вова вынул пакетик, достал из него батарейки и стал заряжать ими электронные устройства. Лене и Косте только заменил аккумуляторы в плащах, а телефоны их личное дело. Двинулись далее.

Комар не всё знал о разумных волках, что и немудрено – после встреч с ними почти не оставалось живых очевидцев. Напасть внезапно у них не вышло, маг Костя за сто метров уверенно ощутил три агрессивно настроенные особи. Больше в патруль по идее не требовалось, а кормить кого-то за красивые глазки свежим мясом волки не любили.

Тем более глазки у волков раскосые, маленькие и зрачки в бою горят красным. Псовые вообще подслеповаты, больше ориентируются на слух и обоняние.

Вот сказал Костя напряжённым голосом:

– Волки!

Комар вынул пистолет, снял с предохранителя и взвёл, что услышали и учуяли эти звери. Разумные волки в целом соглашались с Владимиром Дмитриевичем, что пистолет может им угрожать, потому атаковали его первого.

Они, конечно, волшебные создания, но магами не являлись и взорвать патроны в обойме не могли. Волки меньше чем за три секунды преодолели сотню метров и прыгнули на Володю.

Предупреждённый Вова, согнув руку в локте, сумел выстрелить в переднего, попал в брюхо. Подстреленный в прыжке зверь ударил Володю лапами, опрокинул и сунулся клыками к горлу, но перегрызть не успел, а принялся на человечке издыхать.

Тем временем зверь, что атаковал Комара справа, прыгать не стал, просто бежал к руке с пистолетом и получил от Кости по рёбрам ногой страшный удар. Константин вдруг ощутил, что эти создания пришли убивать его Лену, его ещё не рождённого ребёнка, и сам немного озверел. Рёбра волка трещали, ломаясь.

В руку Комара с пистолетом вцепился зубами третий волк. А Лена ведь спрашивала у Вовы оружие на всякий случай, если лишнее найдётся. Так то она из дома братца прихватила хороший выкидной ножик и Косте дала. Ну, через границу же собрались! Хотя по сравнению с охотничьим, что дал Комар, нож Лены не смотрелся.

Вот вцепился громадный разумный волк клыками в предплечье Комара с пистолетом и принялся его жевать, а Лена к нему подскочила и стала наносить в тушу волка колющие удары.

Это того несколько отвлекло и на третьем ударе волк рывком развернулся к Лене. Немного озверевший Костя поймал его левой рукой за ухо и большим ножом в правой руке вскрыл глотку.

Скорость восприятия и движения волков больше человеческой, примерно, на уровне бойцов спецназа, однако тех и других нельзя сравнить с озверевшим магом Костей. Для него всё происходило в комфортном темпе, казалось даже плавным.

Но, несмотря на всю неспешность, кончился и этот бой. Два волка издохли, третий со сломанными рёбрами лежал на боку, вздрагивал и жалобно скулил.

– Добить? – деловито спросила Лена.

– Не трогай, – строго сказал Костя. – Ещё укусит, – он скривился и продолжил. – Пусть живёт, если выживет. Так его оставим.

– Сука! – высказался Комар. – Никогда так не кусали, у меня ж и бинтов больше нет!

– Сейчас! – воскликнула Лена.

Она сняла свой рюкзак, развязала и вытащила две пачки стерильного бинта. Одну вскрыла ножом, предварительно вытерев лезвие об штаны, и подошла к Володе. Тот приложил к ране какие-то деревянные кругляши и велел:

– Мотай.

– А это что? – уточнила Лена.

– Амулеты останавливают кровотечение, от воспаления и боли, – пояснил Комар. – Пятьсот баксов за штуку, и только по знакомству.

– А от бешенства? – уточнила Лена.

– Это же магические звери! – сказал Комар и посмотрел на неё удивлённо.

– Ну, не знаю! – раздражённо проговорила она. – Может, у них какое-нибудь магическое бешенство! Всё равно походи на уколы!

Костя смотрел на них, улыбался и глубоко дышал. Он почувствовал, как волшебная сила вливается в него, трансформируется и накапливается. Они же перешли туман и вошли в зону магической аномалии.

А тут магия всё ещё просто плавала в пространстве, терпеливо дожидаясь, когда её приберёт какой-нибудь маг. Костик же и был магом, он даже не отдавал себе отчёта, как применяет в бою магию…

К сожалению всех честных проводников, федералы с местными силами наладили связь по оптоволоконному кабелю, и человеческих колдунов предупредили снаружи, что в данном квадрате, возможно, группа нарушителей преодолела туман и движется в Чудоевск.

С блокпоста в поиск отправили пару вампиров. Сами они магами не были, но магов видели очень хорошо. Потому сразу определили Костю как самого опасного и атаковали его.

Он стоял перед Вовой и Леной. Вдруг ощутил дискомфорт, потом появилось чувство направленной на него персонально агрессии. Он просто захотел отстранить угрозу, защититься, вампиров будто опутали невидимые нити. Они путы рвали, но замедлились, и Костя их увидел.

Вампиры попали в темп восприятия мага, и дальше от них ничего не зависело. Костя как-то отстраненно понял, что ранее он не зверел, только теперь всё начинается всерьёз. Эти существа действительно смертельная угроза.

Обычно вампиры укрыты костяной бронёй с шипами, против нарушителей они не утруждали себя перетаскиванием железа. Но, знай они заранее, для этого случая сделали бы исключение. Хотя им не помогли бы доспехи и ятаганы.

Для Лены и Комара Костя вдруг исчез, возникло мутно-серое облако. Через мгновенье оно пропало, и появились на траве странные существа с жуткими ножевыми ранами, одно вообще без башки, а Костя стоял на четвереньках и блювал. Он за доли секунды пропустил через себя страшные потоки магии, нормальная реакция юного неопытного организма.

– Вампиры, блять, – тихо молвил Комар. Он вдруг завозился, силясь подняться, ему помогала Лена, а Вова бормотал. – Ну, пошли отсюда, пока ещё кого-нибудь не принесло.