Мне стало противно. Даже сперва не понял от чего. От самого себя или от того, что я услышал. Нет, я не оправдывал Диану.

Она сама привела к такому положению вещей. Еще тогда, когда мы с ней были женаты, она постоянно терпела подобное поведение матери. Молчала и не делала ни единой попытки остановить ее.

Никогда не задумывался, почему так.

Хотя моя мать тоже была хороша, но я хотя бы старался делать ей замечания. По крайней мере, мне так казалось. Единственное, что, как правило, происходило это не в присутствии жены.

Для мамы и так было большим ударом, что я поддерживал Диану порой, а уж если и защищать ее при ней… Это бы унижало ее вдвойне.

Вот только сейчас мне уже не казалось, что я был прав. Напротив, словно я пересматривал свою жизнь как старый кинофильм и видел новые нюансы. Подозревал, что, возможно, неправильного было гораздо больше.

– Папочка, а твоя мама тебя тоже так не любила? – неожиданно спросил Марк, когда Диана жестом указала мне на кухню.

Я нахмурился. Не такой реакции я ожидал. Не хотелось настраивать ребенка против единственной бабушки, но и промолчать я не мог. На помощь мне пришла сама Диана. Она беззлобно сказала:

– Это не так, сынок. Твоя бабушка любит меня. Просто… Ну, вот такая у нее любовь. Мои бабушка с дедушкой тоже так к ней относились и не научили ее.

– А тебя тогда кто научил? Ты же меня любишь и никогда плохими словами не называла, – спросил ребенок.

На этот вопрос Диана замялась с ответом, а я очень ему удивился. Вроде бы, все просто, но, с другой стороны, ребенок словно вскрывал застаревший нарыв.

Надо же, как подметил… Ведь и правда! Диана обращалась с Марком с неизменной нежностью и любовью. Мне даже иногда казалось, что она явно перебарщивала в этом. Слишком сильно его баловала и не могла отказать.

– Мама научилась, – сам не ожидал от себя, что скажу такое.

Да и бывшая жена покосилась на меня с подозрением. Понимал, что раньше я в такие разговоры не встревал и не вмешивался. Но все менялось. Я продолжил:

– Твоя мама очень любит тебя, и она много читала перед твоим рождением. Да и сейчас столько всяких книжек, психологов…

– Да, я помню! Мама меня водила туда из-за того, что я плакал тогда. По тебе скучал, – неожиданно сказал сын.

– Когда тогда? – удивленно спросил я, добавляя. – Диана?

Сказать, что я был в шоке, значило ничего не сказать. Стараясь не взрываться эмоциями, я посмотрел прямо на бывшую жену, что не сочла нужным сообщить мне о том, что мой ребенок настолько…

Не успев разойтись, неожиданно сдулся. Выдохнул, проходя мимо них в кухню. Нужно было остыть. Не хотелось наломать дров. Тем не менее разговора не избежать, и тема явно будет теперь другой.

Диана на мой вопрос не ответила, напрочь его проигнорировав. Мне это не понравилось, но я уже достаточно настроил в своей голове. И как показала практика, не все оказалось соответствующим этим конструкциям.

Спрошу ее напрямую, когда Марка не будет рядом. Выслушаю, что она ответит, и уже тогда решу, что делать с этой информацией.

Какой же напряженный день!

На работе завал и сложности, что словно по кругу вертятся в бесконечном хороводе, самочувствие дурацкое, как будто я выжатый лимон, да еще и вот это все…

– Садитесь кушать, – тихо сказала она, поглядывая на экран своего телефона.

Неожиданно понял, что не только для меня сегодня был действительно сложный день. Мы оба сейчас нуждались в отдыхе. Вот бы переключить внимание и что-то придумать для смены обстановки…

Идея пришла в голову спонтанно и понравилась мне. А почему бы и нет? Кстати, тогда мы бы смогли и пообщаться с бывшей вне странного напряжения, что сейчас регулярно царило между нами.

– Вкусно пахнет, – примирительно ответил я, вдыхая такой родной аромат.

Как же я отвык от запахов домашней стряпни! Тем более, домашней стряпни любимой женщины.

Эта мысль возникла быстрее, чем я смог откорректировать ее в своей голове. Сказать, что я удивился – значило ничего не сказать. Должно быть, это все флэшбеки из прошлого. Когда мы еще жили вдвоем.

Когда я приходил в наш маленький уголок для двух влюбленных и наслаждался общением с молодой супругой. Ее смехом, сексуальностью, манкостью. Снова эти воспоминания. Ведь, как раньше, уже никогда не будет.

Мы сели кушать, и еда действительно была очень вкусной и домашней. Не в пример того, чем я их кормил, когда Марк и Диана жили у меня. Поблагодарил ее. Но бывшая лишь пожала плечами:

– Ну, тут ничего сверхъестественного. Обычная наша еда. Как правило, стол у нас с Марком без изысков.

Мне очень хотелось ей сказать, что именно такого мне и не хватало, но я не стал. Успеется еще. Тем более, у меня складывалось впечатление, что она мне бы все равно не поверила…