Внимание к деталям. В кино каждая деталь кадра – это часть повествования. В театре тоже важно замечать, как актеры взаимодействуют с декорациями, как используется свет и звук. Например, в постановках А. Могучего каждая деталь сценографии несет смысловую нагрузку. Тоже самое у Дмитрия Анатольевича Крымова или Льва Абрамовича Додина. Крайне важное сходство в деталях между кино и театром заключается во втором плане актерской игры и эпизодах. Константин Аркадьевич Райкин на своем мастер-классе для магистрантов курса великого петербургского театрального педагога Вениамина Михайловича Фильштинского, сказал: «Настоящих артистов очень мало, все хотят играть главные роли. А маленькие не хотят, эпизоды не хотят. А ведь без этих малых ролей не будет больших». Артист, по мнению Константина Аркадьевича, только думает, что в любой момент времени может сыграть главную роль, и не надо размениваться на маленькие. Не сможет, он будет просто не готов. Я полностью согласен с мэтром нашего театра. И предлагаю обратиться к опыту Голливуда. У нас могут быть разные вкусы и представления о кино, но невозможно спорить, что фабрика грез – остается и останется главной в индустрии кино, хотя бы потому, что абсолютное большинство лучших актеров мирового кино стремится там сниматься. Так вот, обратите внимание, как часто звезды первой величины, которые сами по себе являются теми, кто делает кассу фильму и славу, играют второстепенные роли или вообще эпизоды. Даже такие актеры как Брэд Питт (для примера его роль в «После прочтения сжечь» братьев Коэн, камео в «Дедпуле» или то, что он охотно сыграл второй план в «Однажды в Голливуде» у Квентина Тарантино и это принесло ему премию «Оскар»). Там нет понятия – «не моего уровня хронометраж роли», там есть понятие наполнение роли. Попытка найти даже в эпизоде зерно, и полезное, интересное для себя. Так же и в театре, присмотритесь к спектаклям. Можно начать со своих любимых, которые вы уже видели, сходите еще раз и смотрите не на передний план, а на актеров эпизодов, второстепенных персонажей, отдаленные декорации. Вы удивитесь, как многого вы не замечали, как полноценно и подробно играют многие актеры, которых с трудом можно рассмотреть без бинокля или если вы не сидите совсем близко. Дьявол в деталях, это знает любой большой режиссер кино и театра.
Кино учит нас чувствовать ритм повествования. В театре ритм задается не только текстом, но и движением актеров, сменами сцен и паузами. Попробуйте обращать внимание на то, как меняется темп действия в спектакле, и как это влияет на ваше восприятие. Как ни парадоксально, но мой абсолютный кумир в режиссерской профессии Алексей Октябринович Балабанов, не любивший в целом голливудское кино, сетовал, что в нашем кино не умеют снимать погони, потому что она позволяет резко увеличить в моменте темп картины, а Балабанов очень любил играть с темпоритмом своих фильмов. В театре соблюдать баланс между вспышками и паузами – высшее искусство. Для меня тут образчиком является нашумевший и возможно уже великий – спектакль А. А. Могучего – «Холопы» в БДТ. Там совершенно медитативный эпизод может соседствовать с вихревым, ничем не уступающим по напряжению знаменитым триллерам или боевикам.
В театре нет камеры (за исключением ряда спектаклей), но есть сцена, которая тоже может быть «кадрирована». Наблюдайте, как режиссер расставляет актеров, как они двигаются в пространстве. Это поможет вам понять, куда направлено внимание и как создается композиция. Это любопытный персональный эксперимент, наблюдая за расстановкой декораций, актеров, их движениями, попробовать увидеть композицию, идею, глазами режиссера, побыть им, попробовать смотреть через его призму. Это не значит, что вы должны ей следовать, но как опыт, и особенно, если он успешный – это очень интересный кейс.