Нужно заметить, что запуск аэростатов – это очень распространенный метод исследования верхних слоев атмосферы и астрономических объектов. В начале 1990-х только на территории СССР работало более 200 аэрологических станций. На каждой из них ежедневно производились два запуска радиозондов, а на некоторых станциях – даже четыре. Всего на земном шаре тысячи таких станций. Баллон радиозонда поднимается на высоту 20–45 км, а значит, наземным наблюдателям он виден с расстояния от 400 до 700 км!

Аэростаты запускают во многих странах, а ветер может переносить их практически в любую точку Земли (но, как правило, в пределах одного полушария). Например, в 1970 году был зафиксирован рекорд продолжительности полета аэростата: находясь в воздухе более четырех лет, аппарат совершил более ста кругосветных путешествий на высоте почти в 35 км.

Аэростаты имеют разный диаметр (от 2–3 м до 130 м) и форму. Например, во Франции часто запускают простые в изготовлении аэростаты, оболочка которых имеет форму тетраэдра. Иногда используются цилиндрические оболочки или связки из нескольких десятков небольших шаров. Появление в воздухе подобного сооружения может вызвать самую неожиданную реакцию у неподготовленных зрителей.

Особенно эффектно смотрятся аэростаты в сумерках, ярко освещённые солнцем на фоне потемневшего неба. Днем в ясную погоду они тоже легко различимы на небе. Но бывает, что аэростаты дают о себе знать даже ночью: для целей геодезии иногда на высоту 20–30 км запускали баллоны с импульсными источниками света. Их одновременно фотографировали из разных точек на земле и по полученным изображениям определяли точные координаты этих мест.

Как правило, крупные аэростаты запускают со специальных полигонов, на которых есть для этого все необходимое. Но бывают и исключения.

В 1968–1971 годах для проведения советско-французского геофизического эксперимента «Омега» аэростаты диаметром 60 м запускались на высоту 40 км, причем не со специального полигона, а из района села Карпогоры (Архангельская область).

Место было выбрано не случайно: именно там находится одна из двух магнитосопряженных точек; вторая – на французском острове Кергелен (в южной части Индийского океана), с которого одновременно осуществлялись точно такие же запуски. Поднятая на аэростатах аппаратура изучала физические процессы на концах одной и той же силовой линии магнитного поля Земли, упирающейся в поверхность планеты в районах Карпогор и Кергелена. Однако если запуски с крохотного островка, затерянного в южной части Индийского океана, мог наблюдать лишь персонал небольшой научной станции, то полет огромных аэростатов над Архангельской областью, разумеется, способен был привлечь внимание множества случайных очевидцев.

В конце прошлого века частота запуска высотных аэростатов резко увеличилась: кроме традиционных метеорологических задач на них была возложена и новая – наблюдение за разрушающимся озоновым слоем. Поскольку озоносфера расположена на больших высотах, для подъема аппаратуры используются необычайно крупные баллоны.

Например, 4 июня 1990 года американские ученые запустили шар диаметром 110 м на высоту около 40 км для исследования озона над штатом Нью-Мексико. Для наземного наблюдателя этот шар имел отчетливо различимую форму, поскольку его угловой размер был около 8 минут дуги (примерно четверть лунного диаметра). А с середины ноября 1991 года до конца марта 1992 года ученые европейских стран, в том числе России, активно изучали озоновый слой над Арктикой.

Кроме наземных станций, спутников и самолетов для наблюдений использовалось множество аэростатов. Регулярно, по 2–3 раза в неделю, с каждой из 20 наземных высокоширотных станций выпускались баллоны со специальными приборами для измерения высотного распределения озона в атмосфере. Кроме этого, над территорией Швеции, Финляндии и России более 20 продолжительных полетов осуществили большие аэростаты с аппаратурой для измерения химического состава стратосферы. Это особо крупные шары-зонды, гондолы которых могут нести до 500 кг научных приборов. Они способны работать на высотах до 22 км, а их полет в тропической зоне длится до 60 суток, а в арктической – до 22 суток.

Как мы видим, несмотря на запуски метеорологических ИСЗ, присутствие шаров-зондов в атмосфере не прекращается. Более того, они становятся всё более крупными и высотными, а поэтому всё чаще играют роль НЛО. Со временем у таких аппаратов появляются новые специальности. В 2002–2004 годах в небо Канады на высоту около 23 км неоднократно поднимался воздушный шар BESS диаметром около 130 м (объем 1,1 млн кубометров) для изучения космических лучей. Проектируются шары-ретрансляторы и шары-радары. В будущем они преподнесут нам ещё немало сюрпризов.

А вот ещё совсем простая история, в которой тоже был замешан воздушный шар. Вероятно, она покажется вам тривиальной, но на меня она произвела сильное впечатление.

Я с детства интересуюсь небесными явлениями. А став профессиональным астрономом и прочитав многое о всевозможных атмосферных и космических «чудесах» (и даже увидев некоторые из них своими глазами), я был уверен, что в этих делах уже собаку съел. И вдруг…

Как-то летом под вечер я возвращался с работы домой. Шел пешком через наш московский микрорайон, застроенный однотипными высотными домами. Вдруг боковым зрением я заметил в воздухе что-то необычное. Поднял голову и в просвете между домами на фоне чистого тёмно-голубого неба увидел маленький перламутровый шар. Он бесшумно двигался почти горизонтально и имел размер в половину лунного диска. Края шара светились ярче, чем середина, а по его поверхности пробегали еле заметные волны с голубоватым отливом.

Меня как будто бы пронзил разряд: я ощутил сразу и испуг, и восхищение. Мой опыт наблюдателя неба не подсказывал мне ничего определённого. Я не мог даже приблизительно оценить ни природу шара, ни его истинный размер, ни расстояние до него, ни степень опасности. Я растерялся – передо мной было неведомое.

Секунды через две-три я опомнился, но шар уже исчез из виду. Ещё пара секунд на раздумье, и я бросился в проход между домами: в ту сторону, где видел его. Выбежал на открытое место. Небо чистое, не заметно никаких признаков летающего шара.

Немного расстроенный, я повернул назад, и… вновь в просвете между домами что-то блеснуло. По небу опять летел шар, а за ним второй, поменьше. Проследив направление полета, я увидел целую эскадрилью разноцветных шаров, улетающих с балкона 10-го этажа: там двое мальчишек пускали мыльные пузыри.

Рассмеявшись, я ещё немного полюбовался мыльными шарами и отправился домой. Но теперь, вспоминая тот случай, думаю: а что, если бы у меня не было тогда возможности обежать вокруг дома и самому увидеть причину загадочного явления? Ну, скажем, если бы я проезжал мимо в автомобиле, или сидел на балконе соседнего дома, или просто нёс бы в руках тяжелые сумки, с которыми не побегаешь. Какое бы впечатление оставил у меня этот случай и что бы я тогда смог рассказать своим коллегам об увиденном?

А теперь вернемся к технике.