Фёдор Курицын так проникся антицерковными текстами, что в зените своей карьеры решил сам составить подобный текст, стирающий различия между католицизмом и православием, облегчающий реализацию проекта Папы Римского по присоединению России к унии с латинянами. Обмакивая перо в чернила, Курицын представлял себя чуть ли не апостолом Павлом, назвав свои вирши «Лаодикийское послание».

Когда-то в III веке в Европе появился странный безымянный апокриф, якобы являющийся посланием, которое апостол Павел отправил одной из христианских общин. За тысячу лет этот текст присвоили себе все кому не лень, от разномастных западных еретиков до католиков. Например, этот еретический текст римский престол внёс в основу официальной латинской Библии. Курицына не смутило даже то, что сами же католики на Флорентийском соборе его раскритиковали и отвергли. Глава московских еретиков решил переписать послание к уже тысячу лет не существующей Лаодикийской общине, но, конечно же, на свой лад.

Начитавшись еретических европейских текстов, Курицын начал критиковать саму Церковь и христианские каноны. Прошёлся он и по основе христианства – Священному Писанию. В его тексте ставился знак равенства между Писанием и любыми нехристианскими пророками и античными философами. Также Курицын пришёл к странному выводу об отсутствии разницы между католиками и православными, став главным тайным униатом при дворе Ивана III.