Для того чтобы понять обстоятельства, при которых погибли англичане, нужно вновь обратиться к записям «Судового журнала» Уиллоби.

Под датой 28 августа Хью пишет: «Увидев берег, подошли к нему… Однако, убедившись, что здесь очень мелко и увидев сухие песчаные отмели, мы снова поплыли вдоль берега к северо-востоку, пока не дошли до выдающегося мыса. Берег поворачивал к западу, и мы… вошли в отличную бухту». Получается, что в тех местах, о которых написано в «Судовом журнале», недалеко от мыса Ямасол есть удобная бухта под названием Находка. Именно туда и была отправлена та самая группа из трёх человек, про которую в позднем издании журнала написано: «Они проходили три дня». Судя по всему, текст с рассказом о выходе этой группы, был изъят или исправлен. Так куда же пришла эта группа покинув на три дня корабль?

Разгадка пришла только через 400 лет после гибели Уиллоби. В советской Москве на заседании Института этнографии Академии наук в 1967 году археолог и этнограф Лев Лашук делает неприметный доклад о ямальской экспедиции в район бухты Находка. В районе зимовки «Благой надежды» советские археологи нашли укреплённое поселение Сопка Харде-седе («имеющая жилье сопка»), которую называют «заброшенным священным местом». Так что территории эти в XVI веке были вполне обитаемы.

Народ, проживавший в тех краях, был известен и арабам. Их источники говорят нам: «За (страною) иура (находятся) береговые люди; они плавают в море без нужды и цели. Далее находится Чёрная земля, а в море водится рыба, клыки которой употребляются на различного рода поделки: ручки для кинжалов и т. д.».

Про этих людей, живущих на Чёрной земле, также говорит и неизвестный автор «Сказания о человецех наземных»: «На Восточной стране, за Югорской землёю… над морем живут иная Самоедь такова: линная словет; лете месяц живут в море, а сухе не живут того для». Интересно, что археологи установили: «самоедью» в то время называли более десятка разных племён, в числе которых было племя сиртя. Когда Уиллоби отпустил ту самую группу из трёх человек, то они встретили именно людей из сиртя. Они-то и вышли к их капищам, или к тому самому «заброшенному священному месту».

То, что англичане могли там увидеть, описал в XVIII веке путешественник Григорий Новицкий, когда в 1712 году вместе с сибирским митрополитом Филофеем посетил те места: «На высоких холмах в особых местах ставят свои кумиры, иногда далеко от своих жилищ… Места для кумиров большие. Там они съедают свои жертвы».

Каких только кумиров у самоедов не было: из дерева, меди, олова, серебра. Самым главным божеством был Обский старик, бог всех рыб: «Нос у него, как жестяная труба, глаза стеклянные, на голове серебряные рога». Помимо старика самоеды покланялись богу всех птиц, медному гусю и некоему Кондинскому истукану. Про Золотую бабу информации с того времени становится всё меньше.

Сами жертвоприношения с такими истуканами самоеды справляли ближе к осени. Это были пляски, после которых шаманы раздавали людям холодное оружие, которым рубилась трава и земля. Затем клинки из драгоценных металлов заботливо собирались жрецами и прятались неподалёку.

Незадолго до отплытия Хью Уиллоби составил для своей команды свод правил, которыми моряки должны были руководствоваться, общаясь с местным населением. Хью писал: «Запрещается сообщать какому бы то ни было народу сведения о нашей религии, но предлагается обходить этот вопрос молчанием». И самое интересное место в инструкции о «правилах коммуникации» «цивилизованных» англичан и местного населения: «Ввиду того что наши люди и корабли могут показаться местным жителям странными и удивительными… следует выяснить, как бы их использовать, изучив характер и взгляды через какого-нибудь одного человека, которого вы могли бы прежде всего заманить или захватить и привезти на наши корабли». Следуя этой инструкции, англичане вполне могли взять на корабль заложника из числа местных самоедов.