Война идёт с переменным успехом. К весне поляки начинают побеждать. Вскоре польская армия подходит к самому Кёнигсбергу – столице Тевтонского ордена. Из своего замка почти осаждённый Альбрехт начал активно рассылать посулы и бумаги с просьбой о помощи Василию III и Плеттенбергу. Последний быстро смекнул, что ещё немного, и орденские земли в Пруссии будут завоёваны поляками. Тогда Плеттенберг начинает саботировать военную и денежную помощь Альбрехту. Европейский принцип расчёта и выгоды бьёт по последнему, лишая его необходимой поддержки.

В середине лета 1520 года Альбрехт в своих посланиях начал просить Сигизмунда о срочном заключении мира. Однако, узнав, что неожиданно ему на помощь прибыли четыре тысячи датских наёмников, ободрился и продолжил военные действия. На благо Сигизмунду свою роль сыграл финансовый вопрос: датчане, не получив аванса, пограбив окрестные города, просто разбежались из тевтонской армии.

Отправленные из Москвы несколько обозов с золотом и серебром не решили вопрос об эффективном антипольском наступлении войск Альбрехта. Последними магистру доехали повозки с серебром на сумму 1627 прусских марок. Альбрехт ещё несколько раз присылал в Москву настойчивые требования финансирования наёмных армий. Пока войска Тевтонского ордена находились в полуразложившимся, небоевом состоянии, в Москву от Альбрехта приехал некто Георг Клингенбек. Тевтонский посол требовал новых и новых сумм, за что получил резкий ответ русской боярской думы.

Пока Клингенбек клянчил деньги, сам Василий III уже договаривался о перемирии с польским послом Станиславом Довгирдовом. Эмиссар Сигизмунда просил: «Мир вечный как бы пригоже было на обе стороны вчинити, або перемирие без выпускания пленных».

В августе 1522 года в течение пяти дней в Кремле проходили переговоры Василия III и великих послов Сигизмунда. Сначала польские послы Пётр Кишка и Богуш Боговтинович не соглашались на мир без возвращения Смоленска. Однако московский князь стоял на своём: древние русские земли должны быть в России! В итоге между Краковом и Москвой было заключено пятилетнее перемирие.

Пройдёт ещё несколько лет, и Альбрехт окончательно признает вассальную зависимость от Польши. Собравшиеся на городском рынке Кракова первые лица Польско-Литовского государства в один из весенних дней 1525 года увидели, как некогда могущественный Тевтонский орден перестал существовать: Альбрехт Гогенцоллерн принёс Сигизмунду присягу.