Главные усилия по колонизации новых земель предпринимали ионийские греки Эгейских островов и Малой Азии. Из дорических городов только Коринф, Мегары и некоторые другие принимали серьезное участие в этом процессе.

Коринф, однако, располагался на перешейке и смотрел с одной стороны на Малую Азию, а с другой – на запад, на Сицилию. Это было удачное место для торговли, и весь классический период (и даже несколько позже) Коринф был процветающим городом, временами имевшим довольно сильный флот.

Этим он отличался от всех других дорических городов Пелопоннеса, которые традиционно занимались завоеваниями на суше и не стремились выходить в море. И среди них самой несостоятельной на море и стремящейся побеждать на земле была Спарта.

Спарта, которую также называли Лакедемон в честь ее мифического основателя, располагалась на реке Эврот (Эвротас) в 33 километрах от моря (так что это был не морской город).

В микенские времена Спарта стала важным городом, но после того, как около 1100 г. до н. э. ее захватили дорийцы, она на время утратила свое влияние. В последующие триста лет Спарта возродилась и еще больше увеличила свое влияние на соседние города. И уже около 800 г. до н. э. Спарта была хозяйкой всей долины реки Эвротас, а вся область называлась Лаконика.

Дорийцы (потомки завоевателей) и небольшое количество потомков ассимилированных ими ахейцев стали полноправными гражданами Спарты и тех территорий, над которыми она господствовала (в дальнейшем одна из двух одновременно правивших в Спарте царских династий считала себя по происхождению дорийской, а другая – ахейской. – Ред.). В Спарте сложился специфический для нее строй так называемой «общины равных». Принадлежавшая Спарте земля считалась собственностью государства и была поделена на равные участки земли (клеры), переданные в пользование отдельным семьям спартиатов (членов «общины равных») без права отчуждать или дробить. Клеры обрабатывались не самими спартиатами, занятыми только военным делом, а прикрепленными к их участкам бесправными илотами (потомками покоренного населения), причем принадлежали они не отдельным рабовладельцам, а всему государству. Вторую группу подвластного Спарте населения составляли периэки – лично свободные, но лишенные политических прав люди. Периэки владели некоторым имуществом и землей, принадлежавшей им, в отличие от спартиатов, на правах частной собственности. Периэки занимались также ремеслами и торговлей (которыми, по законам Спарты, не могли заниматься спартиаты), были обязаны нести военную службу.

Иногда илот мог получить свободу за заслуги перед Спартой и перейти в ранг периэков. В целом же с илотами обращались очень жестоко, как с бесправными существами, что, впрочем, относилось и ко всем рабам в греческом мире (для того чтобы уменьшить опасность восстаний илотов, спартанское правительство регулярно проводило криптии – организованные массовые убийства тех илотов, которые казались наиболее опасными и неблагонадежными. Такие «профилактические» бойни безоружных илотов рассматривались как «военная подготовка» спартанской молодежи. – Ред.).

Спартанцы были, наверное, самыми консервативными из греков и последними, кто воспринимал перемены. Они сохраняли своих царей, несмотря на то что имелись органы самоуправления – Народное собрание (апелла) и совет старейшин (герусия), состоявший из тридцати избранных мужчин старше шестидесяти лет. В Спарте был не один, а два царя (входивших, если не были в походе, в герусию), то есть, другими словами, диархия.

Власть спартанских царей была ограниченной. Их главной функцией было управление армиями. Он были в первую очередь военачальниками и имели власть только за стенами Спарты – во время военных действий.

Были еще пять эфоров, избираемых Народным собранием. Эфоры обладали большим влиянием и властью. Они имели решающий голос в случае разногласий между царями, а в известных случаях могли даже отменять решения царей. Эфоры созывали апеллу и герусию, председательствовали на них, ведали внешнеполитическими делами и финансами государства, им принадлежали судебные функции и надзор за поведением граждан. В поход каждого царя сопровождали два эфора. В численном отношении полноправные спартиаты вместе с семьями составляли около 10 процентов от общего числа жителей государства. По преданию, первоначально их насчитывалось 9 тысяч семейств.