Дабы не запутаться, кто и что в группе Колчина исполнял, какова была иерархия, в прочих сведениях, важных исключительно для забытого уголовного дела, составим обзорную справку в вольном стиле. Приложим краткий комментарий Юрия Николаевича Колчина, 1968 года рождения, уроженца города Дятьково (ударение на первый слог) Брянской области, до сих пор отсвечивающего в оперативных базах как «Юра Брянский».

Обложка уголовного дела, где еще остался КГБ

Показания арестованного за мелкие кражи Вячеслава Петрова (1980 г. р., Ленинград), родственника жены Колчина, вы слышали. Непутевый, а в деле Старовойтовой он сыграл неоценимую роль первого гида и остался свидетелем. Так что без него.

«Материалы уголовного дела свидетельствуют о том, что убийство Старовойтовой совершено организованной преступной группой, в которую вошли Колчин, Мусин, Акишин, Федосов, Богданов при пособничестве Краснова, Ионова, Стехновского, Воронина и Лелявина», – указано в обвинительном заключении. Считай, десять человек. Со всеми поговорить не получится, да и цели такой не было. Некоторые имена уже мелькали в тексте. Разумеется, Колчин и Акишин – стрелок-исполнитель Галины Старовойтовой – главнее во всех отношениях. Ведь второго стрелка – Федосова – нет и не будет.

(Акишину вскоре будет предоставлено слово.)

Первыми прилипают к делу ленинградцы. Питерских двое: Сергей Мусин (1979 г. р.) и Павел Стехновский (1964 г. р.). 24 октября 2001 года Мусина, стоявшего в роковой вечер напротив дома Старовойтовой и давшего сигнал стрелкам по радиостанции – «тридцать три», что означало – «цель подъехала к дому», – объявили в розыск. Туда же объявляют Стехновского – он доставал знаменитый пистолет «Аграм».

Мусин до сих пор не найден, а в секретных материалах указано, что искать его без толку. По всем очевидным причинам его убили Федосов и Богданов. Но тут уж Мусин сам напросился – впав в панику после медийного взрыва по Галине Старовойтовой, он буквально требовал покончить с собой, в противном случае угрожая явиться в соответствующие органы.

Что касается Стехновского, то он отделался большими, а все-таки лишь хлопотами. Для начала 18 ноября 2002 года в Минюст Королевства Бельгии был направлен официальный запрос ФСБ с обращением: «Уважаемые господа!» Далее шла фабула: «После появления в подъезде Старовойтовой и Линькова Федосов из пистолета-пулемета „Аграм–2000“ с глушителем дважды выстрелил в Старовойтову, оружие заклинило, и производство из него выстрелов стало невозможно. С целью скрыть другое преступление – убийство Старовойтовой – Акишин произвел из пистолета с маркировкой „Беретта“ с глушителем два выстрела в Линькова, причинив ему тяжкий вред здоровью. Будучи уверенным, что Линьков мертв, Акишин выстрелил в голову Старовойтовой, после чего вместе с Федосовым скрылись». В связи с тем, что у ФСБ РФ есть все доказательства о соучастии Стехновского, Госбезопасность просит бельгийскую полицию зайти за обвиняемым по адресу – Королевство Бельгия, 1040, Ruxelles, Place Saintpierre, 7/8. Сотовый телефон: № 10–3249–847–98–85 – и отправить Стехновского на родину.

В конце концов, это было выполнено, но суд над Стехновским прошел уже после осуждения Колчина и группы. Стехновскому вменили соучастие в убийстве, он ограничился отсиженным за время ареста. Сегодня проживает в Петербурге.

До сих пор в розыске также вечно находится друг детства Колчина: Евгений Богданов (1968 г. р., Дятьково), задача которого изначально была стрелять в Старовойтову, но по причине объективно плохого зрения вахту делегировали Акишину. Его роль заключалась в малом – он привез двух стрелков, расставил и ушел. По мнению Колчина и оперативников ФСБ, расследовавших дело, Богданов мертв.

Его судьбу разделил и первый стрелок, двоюродный брат Колчина – Олег Федосов (1967 г. р., Дятьково). Тот самый, кто в конце 80-х примчался в военное училище к Колчину и убедил его снять погоны. Ему заочно вменяют задачи, аналогичные Мусина, – он его напарник. И он вечно в розыске – предположительно, мертв.

25 октября 2002 года задерживают Алексея Воронина (1978 г. р., Дятьково) – он занимался наблюдением за квартирой Старовойтовой, записью ее телефонных разговоров. Воронин стал главным свидетелем обвинения – с первых дней перепугался всласть и давал искренние показания. По приговору он отделался отсиженным сроком под следствием, так как не имел умысла на соучастие в убийстве Старовойтовой.

25 октября 2002 года задерживают Юрия Ионова (1967 г. р., Дятьково). Он, как и Воронин, был не в курсе всего плана, а после убийства отвез Федосова с конспиративной квартиры. Его отпустили после приговора. Он проучился в православной школе, помогает служить в петербургской церкви святителя Василия Великого, на полпути к монастырю.

27 октября задерживают двоюродного брата Колчина – Игоря Краснова (1961 г. р., Дятьково) – он также с Ворониным занимался прослушиванием телефона Старовойтовой и не вошел в группу ликвидаторов, ограничился отсиженным под арестом. Умер в 2021-м.

Тем же днем, 27 октября 2002 года, берут стрелка Виталия Акишина (1969 г. р., Дятьково). Того, кто работал вторым, запасным номером в парадной дома Галины Старовойтовой, того, кто добил ее и сделал неудачный контрольный выстрел в Линькова. На следствии и суде он не признал вины, получил 24 года. В 2025 году вышел досрочно. Сейчас зарабатывает небольшими грузоперевозками.

29 октября задерживают Игоря Лелявина (1979 г. р., Дятьково). Он отвез стрелков на конспиративную квартиру.

31 октября 2002 года приехали из ФСБ за Колчиным.

Брата Игоря Лелявина – Вячеслава – арестуют позже и осудят отдельно вместе со Стехновским. Им не вменят посягательство на жизнь государственного деятеля, осудят за убийство. Пресса назовет этот процесс «Старовойтова–2». Лелявину-брату впаяют 11 лет. Сегодня он живет в Питере.

Несмотря на громадность события, на первом процессе далеко и надолго уехали только Колчин с Акишиным. Остальные отделались – сроки давности за незаконное вмешательство в личную жизнь, отсутствие умысла на теракт. Более того: автору доподлинно известно, что между следствием и прокуратурой шли обсуждения самой квалификации по 277-й статье. Надзор не до конца видел политические мотивы Колчина, поэтому размышлял над переквалификацией дела в убийство в группе лиц общественно опасным способом. То есть в чисто гангстерское. Это я больше к тому, что в наши времена обострения идейно-религиозных конфликтов всем влепили бы столько, что не унесли бы. «Доставал проводок для прослушивания телефона Старовойтовой?» – «Десять!» Так что местами 90-е годы были не лютыми, а нежными.

На второй фазе – когда через десять лет Колчин, как он сам вызывающе заявит, перестает бороться с правительством из-за изменившейся политики самого правительства, Глущенко покажет на Кумарина как на заказчика. Тогда Колчин понял, что его пути с Глущенко разошлись, он махнет рукой – разбирайтесь сами, – и признал.

Всплывут еще двое фигурантов. Это Олег Самсонов из Дятьково, кто из аэропорта Пулково позвонил Богданову и сказал, что Старовойтова прилетела из Москвы. Самсонов прошел свидетелем, так как реально не ведал, что творил.

Из показаний свидетеля:

Также я хотел бы отметить то обстоятельство, что многие члены этой организации были очень верующие люди. С 1997 года в офисе стали постоянно проводиться молебны во время утренних совещаний. В офис часто приходили священнослужители. Между Колчиным и священнослужителями были очень тесные отношения. Мне известно, что у Колчина есть знакомые священнослужители в Юрьевом монастыре, расположенном в Новгородской области, в Сергиевом Посаде и других монастырях и церквях. У Колчина работал в качестве личного секретаря и охранника Самсонов Олег, который, как мне показалось, от этой религии стал как «зомби».

Второй всплывший – фигура серьезного порядка.

Это Владимир Беляев (1968 г. р., Кемерово), он же Боб Кемеровский, – однополчанин Колчина по спецназу. К моменту второй волны по делу он отбывал лошадиный срок за чисто гангстерские убийства. Беляев подтвердил, что второй ствол – «Беретту» – передал Колчину он. Но не для исполнения Старовойтовой, а по-братски. Много этих стволов мелькало, всех и не упомнишь. Сроки давности за эту шалость вышли, поэтому Беляеву было даже приятно из зоны прокатиться до Петербурга.

Не устали? А то по делу допрошен 721 свидетель. Перечислением их данных можно угрожать.

В нашем отчете указаны четырнадцать человек, тем не менее в главном обвинении – десять. Восемь – из Дятьково, двое – братья Колчина, и лишь двое из Петербурга. На данный момент четверо уже мертвы, причем трое – Мусин, Богданов и стрелок Федосов – исчезли из мира живых, скорее всего, еще в прошлом веке.

Вот такой состав. Цель всегда имеет состав.

Если всех слепить в одно целое, то на момент убийства Галины Старовойтовой этому в большей степени далекому от Невы коллективному «существу» было 28 лет. А вам?

Из показаний свидетеля:

Могу сказать, что значительное число людей, которые работали в организации, руководимой Колчиным, были родом из города Дятьково Брянской области. Питерских в этой организации было немного, и дятьковские не доверяли им.

Всё верно и везде будет так. Вспомним отлично изученный вопрос по коза ностра – сицилийцы не доверяли даже итальянцам из Неаполя, хотя репутация у каморры была более чем зубаста.

Финалим Колчиным. Ему я предложил обратиться к читателю с пояснениями. Обратился. В его мышлении много мистического:

Вряд ли вы усвоите все имена – да и надо ли вам это? Самому трудно вспоминать. Тогда будто у Булгакова – откуда ни возьмись Азазелло появляется из зеркала или еще что. Не прожив всё это, крайне тяжело воспринимать всех действующих лиц. Как в опере Вагнера: чтобы разобраться в характерах валькирий, надо самому побывать в их когтях.