Первый голос: «Помилуйте, тетушка, я не знаю, что делать».

Второй голос: «Я очень хорошо знаю, что делать».

Третий голос: «О чем тут еще спрашивать!»

Голоса раздавались в парадной, где упала Старовойтова. Но это было позже, при проведении следственного эксперимента для выяснения следующих вопросов: могли ли жильцы квартиры на первом и третьем этажах при закрытых дверях слышать разговор, определить участие в разговоре женщины, характер разговора и, в частности, эмоциональную окраску, разборчивость речи для определения содержания разговора или слов. Кроме статистов, понятых, участвовали специалисты по звукозаписям. Включаем секундомеры.

За закрытыми дверями никто ничего не разобрал. Вывод: поздно вечером 20 ноября соседи не могли ничего слышать.

А в лаборатории ФСБ пытались понять, мог ли Руслан Линьков в темной парадной разобрать, запомнить лица стрелков при вспышках от выстрелов. Там при аналогичном кворуме стреляли в частично затемненном помещении и полной темноте из штатного пистолета Макарова, из «Беретты» с бесшумным приспособлением для стрельбы и из того самого «Аграма–2000», брошенного на лестнице и изъятого при осмотре. Приступаем.

Следственный эксперимент в парадной

Кроме каких-то неясных контуров лица, понятые ничего не разобрали.

Первый допрос под видео, выход на место убийства с Русланом Линьковым прошел только в начале февраля 1999 года. Руслан еще слабый, еле говорит:

…вот здесь поднялись… Галина Васильевна шла впереди, первый хлопок… стрелял и шел человек. Когда стрельнул – вспышка, еще одна женская фигура. Я бросил вещи, успел крикнуть: «Сволочи, что вы делаете!» Он меня оттолкнул, дальше я не помню. Потом какая-то фраза: «Добей гадину!» – и гул. Потом я очнулся на лестнице. Позвонил «02» по радиотелефону.

Были положенные допросы соседей, их соседей, экспертизы. Монотонно, для постороннего человека очень скучно, формализованно.

Параллельно прослушивали нужных людей из круга Старовойтовой, группы уголовного розыска рыскали по группировкам и т. д., и т. д., и т. д. Потому как метод, потому что это принято делать всегда. Но только если особый контроль и следственная бригада лишь этим и живет.

Как всегда, в ходе такого бредня пострадали злодеи, не имевшие к убийству никакого отношения – по подмигиванию агентуры или оппонентов по теневому бизнесу изымалось оружие, раскрывались какие-то разбои, давались какие-то обещания, шли постоянные сепаратные переговоры с лояльными лидерами и авторитетными полулидерами. Бюро специальных технических мероприятий брало биллинги вокруг антенн по времени и месту убийства, а тогда мобильная связь еще не находилась на таком точном уровне, как сейчас. Случайно попавших абонентов изучали, дергали под легендами. Большинство оперативников понимало, что здесь рыбы нет, но прочесывали. Это было похоже на дотошный обход огромного жилмассива.

Никакого результата.