– Ты уверен, что нам нужен правый туннель? – произнес Пенн таким тоном, будто не спрашивал, а утверждал. – Насколько помню, дуэльный зал налево.

Артур точно знал, что им нужно свернуть направо. Левый туннель – короткий путь к гнездам с детенышами.

Но и дураку понятно: если Артур покажется чересчур осведомленным насчет планировки улья, то навлечет на себя лишние подозрения. Пенна хотелось поставить на место просто из принципа, но действовать нужно с умом.

Артур старался втереться в доверие к аристократу. А лучший способ угодить аристократу – дать ему почувствовать себя умнее всех.

– Думаю, ты прав, – немного помешкав, отозвался Артур.

– Природа наделила меня превосходным чувством направления, – самодовольно заявил Пенн и уверенно повел Артура не туда.

Вскоре они вышли к драконьим гнездам.

Артур не любил здесь бывать и уже давно не заглядывал. Детеныши каждый раз с надеждой смотрели на него, а потом эта надежда меркла, стоило им почувствовать несовместимую карту у него в сердце. К тому же всегда оставался риск наткнуться на особо чувствительную серебристую кроху, которая почует его мощную магию и начнет донимать неудобными вопросами.

Потому-то перемены его поразили. В пещере появилось еще три загона, и все они были заполнены детенышами обычного и необычного рангов. Некоторые уже выросли размером с осла. А значит, провели в гнезде немало времени.

Артур вспомнил, как Кензи рассказывала, что администрация улья требует от них с Мартин новых рекрутов.

Что вообще творится с драконами обычного и необычного ранга?

Увидев пещеру, Пенн резко остановился.

– Что… О, здесь молодняк. – Он неловко запнулся. – А они… миленькие.

Артур кивнул, наблюдая, как несколько фиолетовых клубком катаются по земле.

Один красный дракончик заметил их, выпустил рваное одеяло, которое перетягивал с зеленым, и тоненьким детским голоском позвал:

– Сюда! Сюда!

В гнезде тут же все стихло, и десятки голов повернулись в их сторону.

Стоящий неподалеку бурый дракончик так и сник, распластав крылья по земле.

– Не надейтесь. Они пахнут неправильно.

Вслед за его словами раздался дружный протяжный вздох.

Пенн поежился, чувствуя себя не в своей тарелке.

– Как думаешь, что они имеют в виду?

– Что у нас редкие карты, – ответил Артур.

Измученная смотрительница подошла к ним и неуклюже поклонилась. К счастью, Артур ее не знал.

Он кивнул женщине.

– Вы не знаете, как пройти в дуэльный зал?

– О да, милорд. Вам нужен туннель после третьего поворота направо. – Сделав реверанс, она поспешила прочь.

Хм, она приняла его за аристократа. Раньше такого не случалось. С другой стороны, Пенна точно не спутаешь с простолюдином, так что Артура, скорее всего, записали в аристократы за компанию.

– Странный ты какой-то, – заметил Пенн на обратном пути.

– Это еще почему? – Артур не удержался от подколки. – Потому что у меня лучше с чувством направления?

– Ты не приказал, а просто попросил прислугу показать дорогу.

Артур закатил глаза.

– Она не моя прислуга, если ты не заметил.

– И все же.

Пенн умолк. Артуру пришлось изо всех сил делать вид, будто ему нет дела до мнения кузена.

– И все же, – добавил Пенн, – ничего дурного в этом нет. Некоторые из нас просто невыносимы.

Артур нервно усмехнулся, не желая загонять себя в угол согласием или несогласием.

К счастью, Пенн не стал развивать тему.

В дуэльном зале Артур тоже бывал нечасто. Во время праздников и турниров они с Горацио предпочитали главную городскую арену. Дуэльный зал улья был куда меньше и использовался лишь наездниками, которые не могли уладить спор мирным путем, или, что чаще, скучающими отпрысками благородных семейств.

Сегодня большая часть вечера сведется к бахвальству и притворным поединкам. Артур предпочитал официальные турниры.

К его облегчению, когда они с Пенном вошли в зал, на арене никто не сражался. Молодые аристократы болтали друг с другом в простых дуэльных костюмах, только ткань и крой выдавали их настоящую стоимость. С его нарядом, конечно, не сравнить.

Он почувствовал, как взгляды окружающих скользят мимо него и задерживаются на Пенне, одетом куда лучше.

Артур поспешил снять блокировку с карты «Само очарование» и перенести на карту-ловушку.

Некоторые взгляды вновь скользнули к нему, но ненадолго.

«Я тоже аристократ, – напомнил он себе. Эти слова задумывались как ложь. – Сегодня нужно расположить к себе Пенна. Втереться к нему в доверие».

– Идем. Посмотрим, кого тут можно взбаламутить.

Пенн подвел Артура к компании парней с бокалами вина в руках.

Один парень поднял бокал в знак приветствия.

– Пенн! Вот кого я ждал.

Он повернулся к боковому столику и наполнил для них бокалы, ловко заслонив бутылку. Затем протянул вино, глядя на Пенна.

– Ну-ка, попробуй.

Пенн поднес бокал к носу и с видом знатока вдохнул аромат. Затем пригубил и скривился.

– Уж точно не в моем вкусе.

– Тянет время, – усмехнулся другой парень.

– Я бы сгорел от стыда, если бы такая бурда вышла из моих виноградников, – сказал Пенн.

Трое парней одобрительно рассмеялись.

Из любопытства Артур сделал глоток. Мгновенно сработал навык сомелье. Пенн оказался прав. Вино и правда не лучшего качества, годится разве что для готовки.

Более того, этот сорт он уже пробовал.

– Это же местное пойло?

Все тут же переключили внимание на Артура. Он притворился, что не заметил, и, поиграв темно-красным вином в бокале, сделал еще один глоток.

– Да? И с какой винодельни? – спросил парень, наливший вино.

Артур улыбнулся.

– Не хочу забегать вперед. Полагаю, мы все еще ждем ответа от Пенна?

В глазах кузена мелькнула искорка изумления. Артур прекрасно понимал, что Пенн не знает, откуда вино, но дал ему ценную подсказку.

В северном климате Волчьей луны выращивали только самые стойкие сорта винограда. И это отражалось на вкусе. Местные вина больше подходили для готовки, а не распития.

Знатоки уже могли сделать вывод: поблизости от улья не так много виноделен.

– Это «Полумесяц». С живописных полей на склонах северных гор, – ответил Пенн. А затем перекинул метафорический мяч Артуру. – А ты что думаешь?

Артур сделал еще один глоток.

– Согласен. Я чувствую нотки сосновых иголок.

Парни снова снисходительно рассмеялись. Какая наивность.

Тот, который предложил угадать вино, театрально вздохнул и показал бутылку. Оказалось, это и правда местная марка «Полумесяц».

– Кто твой друг? – спросил он Пенна.

Тот широко улыбнулся.

– Позволь представить тебе Эрнеста Кейна, сына барона Кейна.

– Кейн? – переспросил другой парень.

– Это небольшое баронство на границе, – пояснил Артур. – Делать там особо нечего, кроме как сидеть да пить вино.

– Понятно, – сказал дружелюбный на вид парень. – Я Мэтью, четвертый сын барона Рокхаунда.

Артур познакомился и обменялся рукопожатиями с остальными. Все имена были ему неизвестны.

Пенн вдруг отставил бокал в сторону.

– Ну что, будем и дальше чесать языками или все-таки перейдем к дуэлям?

– А я и так неплохо устроился. – Мэтью указал подбородком на стайку благородных девиц.

Пенн закатил глаза.

– Девиц мне и дома хватает. Кто хочет сразиться? – Его голос прокатился по всему залу.

Разговоры моментально стихли, все взгляды обратились к ним.

С кривой ухмылкой Пенн вышел на середину зала, свободную от мебели. В полу виднелся утопленный круг с глубокими бортиками – арена для поединков.

– Ну? – Он развел руки и обвел взглядом всех в зале, бросая вызов. – Кто первый?

– Я! – крикнул один парень и вышел вперед.

Когда он спрыгнул на арену, от толпы отделилась девушка и, уперев руки в бока, огляделась по сторонам.

– Так, джентльмены, без грязных приемов. Бой до первой крови…

– А если есть кровяная карта? – выкрикнул кто-то под общий смех.

Девушка смерила перебившего сердитым взглядом.

– Значит, дерутся, пока кто-то не сдастся. Любой может выйти из поединка, не теряя чести. Все же понимают, зачем мы здесь собрались.

Артуру эти правила показались беззубыми. С другой стороны, это отпрыски благородных семейств. Кто бы ни заполучил редкого детеныша, их всех ждет жизнь в достатке и спокойствии. Рисковать незачем.

По залу прокатился одобрительный гул.

Пенн и его противник поклонились друг другу, и Артур приготовился к зрелищному представлению.

Он рассчитывал, что дуэлянты немедленно воспользуются своими карточными якорями – кисетами или татуировками на руках.

Вместо этого парень, ответивший на вызов, рванул прямиком к Пенну, будто собираясь сбить его с ног.

На втором шаге он исчез и спустя мгновение появился в пяти шагах справа, не снижая скорости.

Стоило Пенну повернуться, как парень опять исчез и появился с другой стороны, на шаг ближе.

У него была карта-телепорт.

В карточном сообществе способности к телепортации неизменно вызывали споры. Телепорты обычного и необычного ранга требовали огромных затрат маны и долгой перезарядки, а также имели ограничения по расстоянию.

Его собственная карта «Возврат к началу» была редкой, но даже она нуждалась в перезарядке и зависела от довольно неудобного условия активации. Правда, не нужно тратить ману и можно перемещаться на любое расстояние. Артур мог бы оказаться на другом конце королевства, если бы выбрал нужную точку возврата.

Карта у этого парня, скорее всего, тоже редкая, раз уж он пришел за яйцом. Но Артур был готов спорить на деньги, что дальность переноса ограничивается всего несколькими футами.

Парень мельтешил вокруг Пенна, появляясь то ближе, то дальше, но никогда не удалялся от исходной точки больше, чем на двадцать футов. Он просто пытался сбить Пенна с толку.

Судя по тому, как тот чуть запаздывал поворачиваться, тактика работала.

Наконец парень исчез и появился прямо у Пенна за спиной с ножом в руке.

Артур едва успел сделать вдох и понадеяться, что лезвие тупое, как Пенн перехватил запястье, когда противник попытался его резануть.

А затем, извернувшись, перекинул его через плечо. Парень глухо ударился спиной и распластался на полу.

Его хрип был слышен на весь притихший зал.

Не отпуская руку, Пенн вынул нож из обмякших пальцев.

– Сдаешься?

– Сдаюсь, – прохрипел парень.

Пенн поднял взгляд на выжидающую толпу.

– Кто следующий?

Вторым противником Пенна стала знатная девушка с мечом, объятым магическим фиолетовым пламенем. По бокам от нее плясали язычки огня, похожие на кинжалы, отчего казалось, что она стоит прямо в сердце огненной бури.

Похоже, Пенн знал, на что она способна. Увидев, как она вошла в круг, он извинился и на секунду покинул арену, чтобы позаимствовать деревянную ножку у ближайшего стола.

С одной стороны ножки торчали деревянные штифты, что придавало ей довольно варварский вид. Артур ожидал, что Пенн будет использовать ее на манер дубинки.

Но как только начался поединок, Пенн закружился с ножкой так ловко, будто это был короткий, идеально сбалансированный посох. Он отбивал все удары огненного меча, и противнице удалось лишь немного опалить ножку с одного конца. Другим концом он теснил девушку назад. Она атаковала огненными кинжалами, но Пенн скользил меж них, будто они просто висели в воздухе.

Наконец он прижал противницу к краю арены. Ее каблук зацепился за бортик, и девушка упала на спину.

Победа за Пенном.

– Кто еще? – прокричал Пенн ликующей толпе.

– Вот это да, – пробормотал Артур.

– О, с ним всегда так, – отозвался Мэтью, потягивая вино.

В отличие от большинства парней он казался раздраженным, будто ждал, когда весь этот спектакль закончится и начнется настоящее веселье.

– В каком смысле?

Мэтью многозначительно посмотрел на Артура.

– Без обид, но твое баронство сейчас не в фаворе?

Артур напрягся. Но не потому, что оскорбился, а потому что беспокоился, не совершил ли ошибку.

– Да. Несколько лет назад… произошел один неприятный случай с картой.

Мэтью ухмыльнулся, но в итоге решил сжалиться.

– Так я и думал. Что ж, когда молодые аристократы вроде нас собираются вместе, обязательно начинаются поединки. И вот что я тебе скажу.

Он указал на Пенна.

– Каждый раз он разносит нас в пух и прах. Всем это уже порядком надоело.

Артур уставился на Пенна, который расхаживал по арене и разминался перед следующей дуэлью.

– Каждый раз?

Артур вдруг с облегчением подумал, как хорошо, что Пенн не застукал его в своих апартаментах.

Мэтью кивнул.

– С оружием, без оружия, никакой разницы. – Он сделал еще глоток и следующие слова пробормотал сквозь стекло. – Я бы не пожалел денег, чтобы узнать, какая у него карта.

Артур рискнул задать следующий вопрос, зная, что Мэтью вряд ли осудит новичка.

– Во всех дуэлях, что я видел, участники пользовались карточными якорями. Но не здесь.

Мэтью фыркнул от смеха, поперхнулся вином и пару секунд откашливался. А затем взглянул на Артура с нескрываемым изумлением.

– Ты правда из захолустья? Нет, не принимай на свой счет. – Он отмахнулся. – Я все понимаю. Сам такой. Меня сюда вообще пустили только потому, что отец недавно разбогател на шахте. Нет, карточными якорями пользуются только простолюдины и выпендрежники. Официально аристократы сражаются только с помощью карт, которые носят в сердце. Сердце к сердцу, ясно?

Мэтью многозначительно постучал по груди.

– И сам понимаешь, место в сердечной колоде далеко не безгранично. Строго говоря, использовать в дуэли больше одной карты считается плохим тоном, но доказать это, понятное дело, никто не может.

Артур кивнул и переключил внимание на арену. Следующая дуэль вот-вот начнется.

«Возможно, этот будет ему ровней», – подумал он.

В руках противника Пенна из ниоткуда появился сверкающий серебристый лук, а за спиной колчан с призрачными стрелами.

Пенн громко рассмеялся и поднял палец, мол, подожди минутку. Прежде чем противник успел возразить, он выпрыгнул с арены и бросился к столу с закусками. Изящные пирожные разлетелись в стороны, а он схватил тарелку и помчался обратно.

– Ладно. Теперь я готов.

– Это нечестно! – выкрикнул один из зрителей, вторя мыслям Артура.

– Мы же разрешили ему взять ножку, – отозвался другой.

– Так это дурацкая ножка стола, а не оружие.

– А он превратил ее в оружие. Может, это и есть способность его карты.

– Джентльмены, позвольте объяснить.

Пенн показал тарелку. Она была украшена цветочным орнаментом и казалась такой же хрупкой, как сахарная вата.

– Это всего лишь фарфор. Даже не армированный. Даю слово.

Девушка, которая все это время играла роль судьи, взглянула на противника Пенна.

– Есть возражения?

Вопрос поставил молодого аристократа в неловкое положение. Разумеется, у него были все основания возразить, но Пенн только что поручился честью за то, что держит в руках обычную тарелку. Кто же такого испугается?

После короткой паузы он покачал головой.

– Отлично, – заключила судья. – Честный бой, джентльмены.

Обращалась она, видимо, лично к Пенну, который лишь лукаво улыбнулся в ответ.

Бой начался предсказуемо: противник выпустил в Пенна одну из призрачных стрел. Мало того, что колчан оказался бесконечным, так и сами стрелы меняли траекторию прямо в воздухе и атаковали под разными углами. Он делал выстрел за выстрелом, и уже через пару секунд пять сверкающих стрел неслись к Пенну через арену.

Пенн использовал тарелку как щит, отбивая стрелы так быстро, будто заранее знал, где они окажутся. Одним ловким текучим движением он остановил все пять. При ударе стрелы рассеивались в пар, а от тарелки отлетали осколки – в руках Пенна и правда был самый обычный фарфор.

Прежде чем противник успел сделать еще хоть один выстрел, Пенн швырнул тарелку легким, обманчиво непринужденным движением.

Тарелка пронзила воздух, словно смертоносное лезвие.

Противник Пенна вскрикнул и инстинктивно попытался пригнуться, но потерял контроль над призванным оружием. Призрачные стрелы и лук испарились, как только тарелка ударила его в плечо.

От удара она рассыпалась на десятки осколков. Парень остался цел, но слегка опешил.

Пенн широко улыбнулся, обнажив зубы.

– Хочешь продолжить? В этой комнате еще много тарелок.

– Я… я сдаюсь, – пискнул парень.

– Держу пари, он применяет сразу несколько редких карт, – пробормотал Мэтью.

Похоже, найдя в Артуре благодарного слушателя, он был готов болтать и дальше. Само дружелюбие по сравнению с большинством знати.

Чтобы ему польстить, Артур кивнул, но сам в это не верил.

Внутри нарастали подозрения.

Судя по огромному разнообразию способностей Пенна, от атакующих до защитных, вкупе с владением самыми разными приемами, Артур заключил, что кузен пользуется навыками.

Хуже того, будучи сыном герцога, Пенн наверняка имеет доступ к картам легендарного ранга. И таких карт у них столько, что одну можно выставить на продажу.

А еще одну логично подарить наследнику.

Это объясняло, почему герцог позволяет сыну участвовать в променаде. На собственном опыте Артур знал, как легко одурачить неопытного серебристого дракона, заставив его думать, будто у тебя редкая карта. Либо администратор улья просто поверил герцогу на слово.

С легендарной картой в сердце Пенн не рисковал случайно связаться с редким дракончиком. Он пришел сюда ради личных связей. Ради продажи карт.

У него была легендарная карта навыков, очень похожая на карту Артура.

Возможно, даже почти точная ее копия.

Неужели он пользуется картой из того же набора, что и «Мастер навыков»?

Проиграл Пенн только с пятого раза, причем не из-за мастерства противника. Похоже, его силы просто иссякли.

В дело наконец вступила девушка, игравшая роль судьи. Она призвала огненного медведя, и тот гонялся за Пенном по арене, пока тот не выдохся.

Пенн, впрочем, не сдался без боя и пытался атаковать беззащитную на вид призывательницу. Но прежде чем он успел ударить, огненный зверь рассеялся в дым и мгновенно появился перед хозяйкой.

Может, Пенн и владеет боевыми навыками, но его все же можно обжечь.

Тяжело пыхтя от усталости, а еще наверняка надышавшись дыма, он широко улыбнулся девушке.

– Сдаюсь.

Раздались аплодисменты с нотками облегчения.

Но когда Пенн выпрыгнул из арены, все вокруг стали его нахваливать и угощать выпивкой.

Доверившись навыку актерского мастерства, Артур последовал примеру остальных.

Кто-то коснулся его плеча, и он замер.

Обернувшись, он увидел плутовскую улыбку Мэтью.

– Ну так что? Как насчет дуэли между сыновьями мелких баронов?

– Я не собирался драться, – честно признался Артур.

– Пришел просто поглазеть?

Артур обрадованно кивнул: Мэтью его понял.

Тот хлопнул его по плечу.

– Поверь, лучший способ удержать акул на расстоянии – нырнуть в самую гущу.

Он развернулся и спрыгнул в середину арены.

– Я, Мэтью Рокхаунд, четвертый сын барона Рокхаунда, вызываю Эрнеста Кейна на дуэль. Что скажешь, Эрнест?

Как выяснилось, Мэтью не такой уж дружелюбный.

Здесь все акулы.

Артур почувствовал, как все взгляды сосредоточились на нем.

Те, кто не знал «Эрнеста Кейна, а таких было большинство, ведь в реальности человека с таким именем просто не существует, примерно поняли, кто он такой.

Если он откажется от поединка, то заклеймит себя трусом. Не то чтобы его заботило мнение знати, но Пенн вряд ли станет поддерживать с ним отношения.

Артуру нужно не просто согласиться на дуэль, но еще и впечатлить зрителей эффектным боем.

К несчастью, он владел только навыками общего назначения.

За годы, проведенные в улье, он научился у Кензи нескольким защитным приемам. Она была прирожденным бойцом, и до встречи с Мартин жизнь у нее, похоже, не отличалась легкостью.

Словом, Артур владел парой захватов и бросков – ничего особенного и ничего подходящего к его карте.

К счастью, он выдумал пару трюков, которые помогали обходить недостатки «Мастера навыков».

– Я не собирался драться, – повторил он громче для зрителей. – Не возражаешь, если я позаимствую кое-какой реквизит?

Он кивнул на столик с закусками.

– Рекомендую тарелки, – крикнул Пенн, одобрительно поднимая очередной бокал с вином.

Зрители рассмеялись, а Мэтью вежливо кивнул.

Артур подошел к столику и взял два ножа – сервировочный и для нарезки хлеба. Первый был широким, плоским и не отличался остротой, у второго имелось зубчатое лезвие, помогающее резать хлебную корку.

Придется обойтись тем, что есть.

Запрыгнув на арену, Артур проверил активные классы.

Ему требовались ловкость и восприятие класса «Вор», удача класса «Игрок» и все артистические навыки класса «Актер».

Но в первую очередь – класс «Кулинария».

К счастью, это класс второй ступени, а потому активен постоянно.

Артур и Мэтью встали лицом друг к другу. Несмотря на вызов, улыбался Мэтью искренне. Он производил впечатление человека, который знает правила игры и хочет как можно скорее покончить с формальностями и приступить к делу.

Девушка, выполнявшая обязанности судьи, еще раз проговорила правила и крикнула:

– Начали!

Артур сжал ножи.

Он знал, что победа ему не светит. Вариантов проигрыша не сосчитать. Лучшее, на что он мог надеяться, – дать достойный отпор и не опозориться.

Секунду дуэлянты пристально смотрели друг на друга, ожидая, кто дернется первым.

Мэтью неожиданно рубанул рукой. На арену из небольшой трещины в воздухе выпрыгнула рысь и послушно уселась у его ног.

Еще один рубящий жест, и по другую сторону возник серый волк. Послышались одобрительные хлопки и свист. Неудивительно, ведь они в Улье волчьей луны.

Звери казались нечеткими и размытыми, как акварельные рисунки, а не живые создания.

Они и были неживыми. У Мэтью карта призыва.

Артур понял, что ему очень повезло.

Сосредоточившись на навыке разделки мяса, Артур устремил взгляд на рысь и улыбнулся.

– Иди-ка сюда, кис-кис-кис…

Артур проиграл.

Однако показал себя куда достойнее, чем можно было ожидать. Благодаря навыку разделки мяса он инстинктивно понимал, куда и как бить ножами. И даже знал, как освежевать зверей, если бы они сидели на месте.

Проблема заключалась в том, что их было двое и сидеть смирно им совершенно не хотелось.

Когда рысь бросилась к его горлу, Артур сумел нанести пару ран. Будь перед ним существо из плоти и крови, нож прорезал бы его до костей.

Вместо этого рысь растаяла туманом и снова появилась рядом с Мэтью, целая и невредимая, а спустя пару секунд снова бросилась на Артура.

Похоже, существ редкого ранга можно призывать по несколько раз подряд. Неприятно…

Однако рысь не успела добраться до него во второй раз. Пока Артур отвлекся, волк обошел его со спины.

Обернувшись, Артур увидел летящего на него зверя гораздо крупнее собаки. На мгновение он будто перенесся в другое место и время. Ему снова двенадцать лет, он стоит посреди леса перед моровыми волками с пастями, полными острых зубов.

Контроль над навыком разделки мяса дал слабину. Артур запаниковал и слепо ткнул волка ножом для хлеба.

Вот только этот нож был закруглен на конце, опасность таилась лишь в зубчатой кромке.

Призванному волку удар не нанес никакого вреда.

На предплечье Артура сомкнулись челюсти – плотно, но без риска сломать руку. Мэтью сдерживал своих зверей.

– Сдаюсь! – завопил Артур.

Волк и рысь тут же испарились.

– Победитель Мэтью Рокхаунд! – объявила судья под овации зрителей.

Проигрыш оказался не таким уж унизительным. Публика аплодировала ему за старания, а когда Артур выпрыгнул из арены, Пенн предложил ему бокал вина.

– Непростой поединок, – участливо заметил он.

Артур пожал плечами.

– Да не особенно. У меня карта общего назначения, и я выложился на полную.

– Предпочитаешь любовь войне? – поинтересовалась одна из девушек, кокетливо подмигнув.

Артур почувствовал, как щеки заливаются краской.

– Скорее уж работу, – выдавил он и сразу захотел провалиться сквозь землю. Зачем он это сказал?!

Девушка сжалилась и, хихикнув, ущипнула его за щеку.

Пенн посмотрел на него с сочувствием.

– Вести беседу с симпатичными девушками не так уж сложно, но нужна практика.

Артур залпом допил вино.

Позади них на арену вышла очередная пара дуэлянтов, и публика разразилась аплодисментами. Пенн воспользовался шумом, чтобы наклониться ближе.

– Слушай, если тебя вдруг интересуют боевые карты, я могу кое-что подсказать.

Сдерживая радостное возбуждение, Артур вежливо, но заинтересованно улыбнулся.

– Я уже посмотрел цены в местных карточных магазинах. Неплохо, но… – Он умолк.

Пенн состроил гримасу.

– Да, понимаю, о чем ты. Даже в магазинах улья продают карты, которые годятся разве что простолюдинам. А вот у меня есть кое-что особенное. Кое-что… – он огляделся по сторонам, – из личной библиотеки.

– А вот это уже интересно, – отозвался Артур. – Расскажи подробнее.

– Не здесь. – Пенн снова огляделся. – Если интересно, встретимся завтра на променаде.

Окрыленный успехом, Артур вернулся домой настолько поздно, что это можно было считать ранним утром.

Да, карты он еще не раздобыл, зато удалось выудить из знатного паршивца ценные сведения.

Открыв дверь, Артур замер: почти все свечи в комнате горели. И… с каких пор у них столько свечей?

Вообще-то…

Он моргнул и еще раз осмотрелся. Вино туманило разум куда сильнее, чем казалось. Скромно обставленная квартира, которую он делил с Горацио, теперь была завалена вещами: тарелками, кружками, одеялами. И все парами.

– Наконец-то вспомнил, что ты тоже здесь живешь? – проворчал Горацио.

Артур закрыл дверь. Шагать приходилось очень осторожно, чтобы ни на что не наступить.

– Почему ты еще не спишь? У тебя же утренняя смена в пекарне. И что все это значит?

Артур осекся, когда вдруг понял, что именно видит вокруг.

Повсюду были копии предметов.

Он вперился взглядом в Горацио.

– Ты оставил карту?

– Ну да. – Горацио словно объявил о собственной казни. – Сегодня утром вложил ее в сердце.

Важное известие.

– Тогда с чего ты такой мрачный? – удивился Артур. – Это ценная карта, даже для редкого ранга.

– Да знаю я! – огрызнулся Горацио. – И работает она идеально!

Он сердито указал на пару свечей перед ним, будто те лично оскорбили его мать.

Артур потер лоб. Терпение у него было на исходе.

Увидев это, Горацио будто сдулся.

– Да, потенциал у нее колоссальный. Просто… я узнал, что сюда летит Сэмс.

– Твой дракон? – потрясенно спросил Артур.

– Он не мой дракон. В этом-то и проблема. Но да, похоже, до него дошли новости, что у меня появилась редкая карта – наверное, Мартин растрепала. Драконы любят поболтать. Сэмс отправил весточку через фиолетового курьера. Так что теперь мне придется рассказать ему… – Горацио резко вздохнул, будто собираясь с силами. – Рассказать, что я променял его на хорошую карту.

Артур глянул на друга. Своего лучшего друга, который прошел с ним огонь и воду. Да, временами Горацио – та еще заноза. Но несмотря на постоянное ворчание и пессимизм, от которых Артуру порой хотелось выть во все горло, Горацио еще ни разу его не подвел.

И чем он отплатил? Просто исчез на несколько дней, оставив друга один на один с тяжелым решением.

– Может, покажешь, на что способна твоя новая карта? – предложил Артур.

Горацио слегка оживился.

– Я только начал ее осваивать. С ней чем больше практикуешься, тем сильнее магия. Она немного похожа на карты классов, про которые ты читал.

Артур кивнул в знак понимания.

– Пока я могу удваивать простые предметы небольшого размера. И только неживые. – Горацио покачал головой. – Утром я попытался скопировать яблоко, пока готовил пироги, и чуть не потерял сознание. Но думаю, если продолжу тренироваться, то все получится.

– Она расходует ману? – спросил Артур.

– Да, это еще одно ограничение. Но чем больше опыта с картой, тем меньше расход маны. Такую свечу я могу удваивать примерно раз в два часа.

Он взял незажженную свечу и бросил ее Артуру. Тот легко ее поймал.

Артур взвесил свечу в руке и внимательно осмотрел. По виду и не скажешь, что она создана при помощи магии. Рядом с фитилем даже застыл кусочек лишнего воска – скорее всего, этот крошечный дефект есть и у оригинальной свечи.

– И… они не исчезают?

Предметы, созданные низкоуровневыми картами, нередко существовали лишь короткое время, а затем исчезали. Порой они были ничем не лучше иллюзий.

– Пока что, – кивнул Горацио. А затем издал протяжный страдальческий вздох, которыми славился, и искоса взглянул на Артура. – Я подумал, что, если наберусь опыта, ты возьмешь меня в дело.

Артур дернулся так, будто в него угодил заряд молнии от карты необычного ранга.

– Какое еще дело? – В голосе прорезались визгливые нотки.

Горацио закатил глаза.

– Дело, из-за которого ты пропал на несколько дней. И вообще, Артур, ты постоянно что-то замышляешь. Ты либо ищешь новую подработку, либо мудришь сделки с торговцами за откат. Как в тот раз, когда ты сорвал конкурс бродячих артистов, победив их в жонглировании, и почти выиграл, хотя я ни разу не видел, чтобы ты хоть чем-то жонглировал…

– Я не настолько плох в…

– А теперь тебе досталась редкая карта с карманным измерением, – перебил Горацио. – Скажи, что не планируешь извлечь из этого выгоду. Давай, я подожду.

Горацио смотрел на него с самодовольным видом, и не без причины.

Артур отвернулся.

– Ну… есть у меня пара идей.

– Да? – Горацио оживился. По крайней мере, в своей манере.

Артур замешкался. Так много нужно ему рассказать, но тайная жизнь уже давно вошла в привычку.

К тому же не продуманная до конца идея была гораздо более рискованной, чем все его прошлые махинации.

Он покачал головой.

– Я все еще прорабатываю детали, но, как только все будет готово, обязательно дам тебе знать. Лучше расскажи про Сэмса.

– В каком смысле? – недоуменно спросил Горацио.

– Ты сказал, он прилетит сюда? Когда?

Горацио сник.

– Завтра. А что? Хочешь познакомиться?

– Да, – просто ответил Артур.

Дракон окажет его плану неоценимую помощь.

Хотя нет, не плану – ограблению.

Семя, дремавшее годами, наконец треснуло и пустило корни.