Говоря о мистике, нельзя не вспомнить о Якове Брюсе.
Некие Брюсы, выходцы из Шотландии, поселились в Немецкой слободе, как и другие иностранцы, принятые на воинскую службу.
Старший Брюс вскоре возглавил псковский полк и дослужился до генерал-майора, его сын, полковник Вильям, или Гвилем Брюс (Вилим в России) погиб в одном из Азовских походов, оставив двух сыновей. Младшим из сыновей был Джеймс Дэниэл, известный сегодня под именем Яков.
Яков Брюс стал изобретателем и дипломатом, но больше всего известен он как колдун и чернокнижник.
Наука интересовала Якова больше, чем воинская служба и политика, но в нужный момент он привел на подмогу бежавшему в Троице-Сергиеву лавру Петру I «потешный полк». Действовал он по приказу, а не по собственному душевному порыву, но Петр запомнил преданность друга детства и приблизил его к себе.
После двух походов на Азов под началом Петра, в 1696 году Яков составил карту территорий от Москвы до Малой Азии, впоследствии напечатанную в Амстердаме. Царь высоко оценил работу и присвоил Брюсу звание полковника.
Дальше карьера Брюса только набирала обороты.
В 1697 году из Москвы в Европу отправилось «Великое посольство», в котором участвовал инкогнито и Петр I. В числе переговорщиков и вербовщиков был и Яков Брюс, который заодно прошел ускоренное обучение у лучших европейских профессоров в сфере математики и организации артиллерийского дела. Царь поручил Якову создание новой артиллерии, которая могла бы победить шведскую в предстоящей войне.
В Англии Брюс вместе с царем встречался с Исааком Ньютоном.
По возвращении в Россию Яков Брюс участвовал во многих военных кампаниях и сражениях.
В 1702 году при участии Брюса был взят Шлиссельбург. Затем он штурмовал Ниеншанц, участвовал в закладке Петербурга, отбивал Нарву и Ивангород, его артиллерия сыграла важную роль в Полтавской битве.
Слаженность действий и грамотное применение Брюсом артиллерии предопределило во многом исход Полтавской битвы. А Брюс получил орден святого Андрея Первозванного лично из рук Петра.
Затем он успешно занялся дипломатическими вопросами, в 1721 году получил титул графа и пятьсот дворов в Козельском уезде, а также подмосковную усадьбу Глинки. (По другим данным, усадьбу он купил на свои деньги.)
Царь давал Брюсу различные особые поручения в Европе, в частности его отправляли на поиски мастеров в разных областях строительства и кораблестроения, для покупки художественных произведений, для вербовки новых офицеров-иностранцев.
Но Брюса по-прежнему больше всего интересовала наука.
М. Ю. Лермонтов писал в 1834 году:
«На крутой горе, усыпанной низкими домиками, среди коих изредка лишь проглядывает широкая белая стена какого-нибудь боярского дома, возвышается четвероугольная, сизая, фантастическая громада – Сухарева башня. Она гордо взирает на окрестности, будто знает, что имя Петра начертано на ее мшистом челе! Ее мрачная физиономия, ее гигантские размеры, ее решительные формы – все хранит отпечаток другого века, отпечаток той грозной власти, которой ничто не могло противиться».
В Сухаревой башне и устроил Брюс свою школу.
В 1701 году третий ярус башни, построенной в 1692–1695 годах, заняла школа «математических и навигацких наук», где прошло обучение 500 человек. До 1706 года она находилась в ведении Оружейной палаты, затем перешла под контроль Приказа морского флота и Адмиралтейской канцелярии.
Руководителем школы стал Яков Брюс, который на одном из последних этажей основал первую в России астрономическую обсерваторию, разместив там телескопы до 20 метров в длину. По легенде, там собиралось тайное «Нептуново общество», которое возглавлял Франц Лефорт.
В основании башни была спрятана «черная книга» Брюса, способная дать неограниченную власть.
Здесь же находились астрономические часы и большая библиотека, а в нижнем ярусе хранился голландский медный глобус семи футов в диаметре – подарок царю Алексею Михайловичу от Генеральных штатов Голландии, перенесенный из колокольни Ивана Великого.
«Нептуново общество» называли тайным царским советом и первой российской масонской ложей, члены которой увлекались магией, чародейством и астрологией. Членами ложи помимо Петра I являлись его приближенные, первые лица государства: Меньшиков, Шереметьев, Голицын, Лефорт, Апраксин и, конечно, Брюс. В народе шептались, что царь, окружив себя иноземцами, творит теперь с ними в башне дела «богомерзкие» и «нечестивые», общается с сатаной и занимается колдовством.
Опыты Брюса пугали патриархальную Москву, что способствовало его славе колдуна и чернокнижника. Отсюда и появление многочисленных легенд и страшилок.
Говорили, что Яков Брюс сделал служанку из цветов, чтобы она помогала ему работать в подземной лаборатории. Она могла делать все что угодно. Но не умела разговаривать… Ходят слухи, что даже жена Брюса приревновала его к помощнице. Чтобы доказать свою верность, он вынул булавку из служанки, и она рассыпалась.
Еще одна легенда рассказывает, что у Брюса была живая и мертвая вода. Благодаря этому он омолодил одного из своих учеников. Потом провел опыт: Брюса разрубили на несколько частей. А через 9 месяцев должны были провести ритуал омоложения. Ученик, как и было велено, полил учителя мертвой водой в указанный срок, и части тела срослись. А вот оживить так и не смог, якобы жена Брюса, которая за это время влюбилась в ученика, выбила склянку у него из рук. Новый раствор ученик сделать так и не смог…
В другой легенде говорилось, что после смерти Брюса Петр I приказал поставить часового у башни для охраны. Тот якобы стоял аж до приезда Александра III, не зная, что охраняет, эдакий вечный и бессмертный страж. Когда башню открыли, то нашли магические книги Брюса, которые никто не мог перевести на понятный язык.
После смерти Петра Брюс счел свою миссию при дворе выполненной и отошел от дел, придворные склоки и группировки ему были не интересны. Его наделили титулом верховного обер-маршала и поручили заниматься организацией похорон Петра.
Императрица Екатерина I, учредив новый орден Святого Александра Невского, в числе первых наградила им Якова Брюса.
Генерал-фельдмаршал ушел в отставку и поселился в подмосковном поместье Глинки, которое ему очень полюбилось. Почти все свободное время Брюс занимался наукой и медициной, оказывал помощь местным жителям, из трав составлял лекарства. Все это порождало новые слухи: и травы он все знает, и камни в золото превратить может, живую воду получил, и теперь не властна над ним сама смерть.
В 1728 году умерла его жена, эстонская немка Маргарита Цеге фон Мантейфель, ставшая в России Марфой Андреевной Цеевой. Две дочери Брюса умерли в раннем детстве, и последние годы своей жизни он проводил в одиночестве.
О Брюсе продолжали складывать легенды и сочинять страшилки.
Кто-то видел, что по ночам к Брюсу прилетает огненный дракон (Брюс интересовался устройством китайских воздушных змеев, может, в этом дело?). Однажды в июле он заморозил пруд в парке и предложил своим гостям покататься на коньках.
Яков Вилимович Брюс умер 30 апреля 1735 года и был похоронен в лютеранской церкви Святого Михаила в Немецкой слободе.
Испанский посол де Лириа писал о нем: «Одаренный большими способностями, он хорошо знал свое дело и русскую землю, а неукоризненным ни в чем поведением он заслужил общую к себе любовь и уважение».
Даже смерть Брюса породила легенды. Говорили, что он не умер, а построил летучий корабль и улетел на нем.
Одна из легенд рассказывает о доме с солнечными часами на Спартаковской улице, там, где мы с вами уже гуляли по площади Разгуляй.
Согласно легенде, хозяин дома граф Мусин-Пушкин заказал Якову Брюсу солнечные часы с необыкновенными свойствами: якобы они могли указывать месторасположение сокровищ и предсказывать будущее их хозяина. Вокруг торчащего из стены стержня располагались различные астрологические символы, названия месяцев, неправильный крест и другие загадочные знаки.
Работа над часами продолжалась довольно долго, к моменту ее окончания Мусин-Пушкин умер, а его наследники не захотели платить Брюсу. Тот, рассердившись, проклял часы, повелев им показывать впредь только плохое.
Так и случилось: камень, из которого была сделана доска часов, накануне тревожных событий изменял свой цвет, становясь кроваво-красным. Так было перед Первой мировой войной, так было перед революцией 1917 года, те же изменения окраски наблюдали и перед Великой Отечественной войной.
Однако Яков Брюс не мог иметь никакого отношения к этому дому. По официальной версии, он скончался в 1735 году, а дом по адресу ул. Спартаковская, 2/1, был построен в 1790-х годах по проекту архитектора М. Казакова, то есть через 55 лет после смерти самого Брюса.
Интересно, что часы были установлены в нише, напоминающей гроб. Как тут легенде не появиться!
Самой большой тайной Брюса называют его колдовскую книгу. Шептались, что ее написал сам сатана, и называли не иначе как «Библией черта». Если откроет ее кто-то помимо чернокнижника, которому она принадлежит, будет проклят навечно. Чернокнижнику же эта книга дает огромную власть и тайные знания. Также ходила молва, что книга эта досталась Брюсу вместе со знаменитой и легендарной библиотекой Ивана Грозного, которую он надежно спрятал от посторонних глаз в подземельях Сухаревой башни.
Говорили, «будто у Брюса была такая книга, которая открывала ему все тайны, и он мог посредством этой книги узнать, что находится на любом месте в земле, мог сказать, у кого что где спрятано… Книгу эту достать нельзя: она никому в руки не дается и находится в таинственной комнате, куда никто не решается войти».
По легенде, магическая Брюсова книга принадлежала некогда премудрому царю Соломону. И Брюс, не желая, чтобы она после его смерти попала в чужие руки, замуровал ее в стене Сухаревой башни. А после того как башня была разрушена, стали поговаривать, что случилось это неспроста и виной всему – могучие и опасные чары, заключавшиеся в Брюсовой книге
После смерти Брюса книгу неоднократно пытались найти. Даже Екатерина II впечатлилась историей и заставила разобрать стены в части комнат башни. Но все безуспешно.
Интересно, что не существует ни одного прижизненного портрета Брюса, все они написаны позднее, что снова вызвало разные слухи. Еще один интересный факт: дата его рождения приходится на праздник «День всех тайн» – 11 апреля, и совпадает с датой рождения великого масона и чародея Сен-Жермена.
Одним из первых адресов Брюса в Немецкой слободе называют «дом на Разгуляе», получивший такое название по одноименной площади и трактиру (Спартаковская улица, № 2/1). Также называют усадьбу в Брюсовом переулке, 2/14, между Тверской и Большой Никитской улицами.
Легенд вокруг этого дома много, и про гроб, замурованный в стене, и про сокровища Брюса, но это просто байки для туристов, которые с удовольствием рассказывают экскурсоводы.
Страшилки связаны и с усадьбой в Глинках, где провел Яков Брюс последние годы. На стенах дома можно увидеть маски-барельефы, говорят, если долго на них смотреть, лица начинают улыбаться и подмигивать.
Во второй половине XIX века М. Б. Чистяков записал рассказы крестьян из села Чернышино Калужской губернии, принадлежавшего когда-то Брюсу. Крестьяне говорили, что хозяин села был царским «арихметчиком», знал, сколько звезд на небе и сколько раз колесо повернется, пока до Киева повозка доедет. Взглянув на рассыпанный перед ним горох, он мог сразу назвать точное количество горошин: «Да мало ль еще что знал этот Брюс: он знал все травы этакие тайные и камни чудные, составы разные из них делал, воду даже живую произвел…»
В начале 30-х годов, разбирая кирху Св. Михаила в Немецкой слободе, рабочие наткнулись на несколько надгробий. Останки Брюса опознали по шитой серебром звезде ордена Андрея Первозванного на хорошо сохранившемся золотом камзоле (есть другая версия – по фамильному перстню). Там же были найдены и останки его супруги Марфы Андреевны. Останки графа передали в лабораторию антрополога и скульптора М. М. Герасимова, откуда они… бесследно исчезли. Сохранились лишь отреставрированные кафтан и камзол Брюса, они находятся в фондах Государственного исторического музея. О перстне также ничего неизвестно, его следы утеряны.
И сегодня рассказывают, что призрак графа разгуливает по Москве, а в дни солнцестояния граф посещает свою усадьбу. Его дух исчезнет, как только восстановят разрушенную Сухаревскую башню.