Став писателем, Юрий не оставил работы в лаборатории, и когда профессор Слоним однажды выразил сомнение в возможности совместить научную и литературную работу, Юрий ответил, что писателю «не следует постоянно вращаться в узком кругу близких людей, писателей, в стенах своего клуба, своего города. Ему нужно выйти на простор, чтобы жить среди людей, творящих новую жизнь, он должен видеть все, знать новых людей, и это особенно важно, когда создается новый социальный порядок, новое общество, новая эпоха. Работа, которую я вел с вами, давала мне возможность везде бывать, все видеть».

Эти мысли Юрий Крымов в форме еще более острой неоднократно высказывал в дружеских беседах с писателями, товарищами по литературной работе. Свежим взглядом посмотрел он на то, как живут писатели, и ему сразу бросилась в глаза оторванность некоторых писателей — и порой талантливых — от жизни, от советской работы. Именно поэтому, доведя до успешного окончания первую свою работу в лаборатории профессора Слонима, работу, которая сыграла такую большую роль в его жизни, Юрий договорился о новой научной теме по заданию одного московского исследовательского института.

«Танкер «Дербент» натолкнул Юрия на работу в кино. При его участии был написан сценарий одноименного с его повестью фильма. То же повторилось и с повестью «Инженер». Сценарий «Кирьяк» непосредственно развился из повести «Инженер», в центре его стоит стахановец Кирьяк, упоминающийся в повести как эпизодическое лицо. Второй сценарий — «Мост через Алтач» — не содержит прямой связи с «Инженером», но в нем получает самостоятельное развитие один из принципиально важных мотивов «Инженера».

Если бы у изобретателя Алексея Петина оказался суровый друг, который в момент его триумфа решительно поставил бы вопрос о той угрозе, которую несут зимние холода изобретению Петина, то такой друг помог бы и самому Петину и общему делу. Такого друга у Петина не нашлось. Такой друг нашелся у молодого конструктора Размахова, строящего мост через Алтач. Но предостерегающей, суровой критикой, исходящей от этого друга, инженера Волкова, пренебрегли все, включая самого Размахова. Только любимая девушка Размахова услышала дружескую заботу в суровой и придирчивой критике Волкова. Весь же коллектив строителей продолжает славословить молодого конструктора, который единственное дружеское предупреждение рассматривает как враждебный выпад. Однако с наступлением морозов предсказание Волкова оправдывается, мост через Алтач может рухнуть. Но, оказывается, Волков, осмеянный и оставшийся одиноким, предвидя катастрофу, продолжал работать над мерами ее предупреждения. И когда мнимые друзья шарахнулись от Размахова и объявили его изобретение скомпрометированным, Волков предлагает меры устранения катастрофы и спасает не только мост, но и самое изобретение Размахова.

«Мост через Алтач» так и остался сценарием. Характеры здесь только лишь намечены, им не хватает той объемности, которая свойственна характерам, выведенным в повестях Ю. Крымова. Сценарий закончен в 1941 году, и по нему мы можем судить, над какими важными проблемами работала мысль молодого писателя накануне великой Отечественной войны. В сценарии сделана удачная попытка выразить во взаимоотношениях реальных советских людей те нравственные обязательства, которые накладывает дружба на строителей социалистического общества. «Мост через Алтач» подводит читателя к пониманию того нового, что во взаимоотношения людей привносит самокритика — один из важнейших нравственных законов нашего общества. В сценарии этом постоянный мотив творчества Крымова — дружба — должен был найти наиболее полное воплощение. Расточать хвалы во время успеха — отнюдь не признак истинной дружбы. Истинный друг имеет мужество сказать другу слово правды, подчас предостерегающее и суровое слово, в опьяняющей атмосфере триумфа. Думается, что не только на производстве и в лаборатории, но и в области литературной работы Юрий Крымов проверил правильность этого нравственного закона.