Типпи-Тикл, 16 сентября 2011 года

Софи стояла около эркерного окна и смотрела, как через дорогу в желтом свете уличного фонаря ссорятся Сэм, Бекка и Тоби. Она не слышала ни слова, только видела, как руки, точно крылья, взлетают в гневных жестах.

За спиной возник Эммет. Где-то там еще бушевала вечеринка. Тор выстукивал Жутким Посохом, внук Рода Физзарда выжимал все, что мог, из своего аккордеона.

– Может, теперь он наконец послушает ее, – проговорил Эммет, отбросив седую неопрятную челку.

Софи обернулась и посмотрела на него. Его резкий профиль отчетливо проступал на фоне белых жалюзи.

– Что ты имеешь в виду?

Эммет пожал плечами. Клетчатая рубашка была вывернута наизнанку. С высоты своего роста он холодно взглянул на Софи. Один глаз серо-голубой, как у нее, другой карий.

– Он, похоже, не о том думал.

– Что? О чем?

– О тебе. Так что чем раньше ты уедешь отсюда, тем будет лучше для всех нас. А еще лучше, если ты и его заберешь. – Эммет кивнул на Сэма. – Он нам тут не нужен. Без него лучше было.

Софи никак не могла понять.

– Но почему?

– Потому что ты чуть не продала нас дьяволу. А он, – Эммет кивнул в сторону Сэма, – а он сам дьявол.

– Ты говоришь какую-то ерунду. – Софи хмуро отвернулась к окну.

– Хочешь, я заплачу тебе, только чтобы ты убралась.

– Что? – Она помотала головой.

– В любом случае это твои деньги, – ответил Эммет, пожимая плечами.

– Мои деньги? О чем ты?

– Их твой папочка отправлял моей матери после гибели отца. Это грязные деньги. Я копил, чтобы вернуть их. Но твой отец тоже умер, так что я отдам их тебе. И ты уедешь отсюда навсегда.

Рука Элли опустилась на его плечо.

– Хватит, Эмми.

Он посмотрел на мать, и лицо его смягчилось.

– Но я должен отдать ей эти деньги, мама. Я специально копил, чтобы вернуть. Чтобы спасти твою бессмертную душу. Ты не должна прикасаться к ним.

Софи не отводила глаз от Эммета. Спасти душу Элли? Грязные деньги? Он что, сумасшедший?

– Мою душу будет судить Бог, Эмми. А деньги…

Хлопнула входная дверь. Бекка вбежала в зал и устремилась к кухне. Щеки ее были такими же пунцовыми, как ленты на платье.

Дверь снова хлопнула.

– Бекка, подожди! – Тоби влетел в магазин следом за ней. – Он не это имел в виду!

Из кухни выплыла Флори, держа в руках огромный шоколадный торт, утыканный свечками.

– Господи боже, ребятки! – оглянувшись, проговорила она и, направляясь к Элли, запела: – С днем рожденья тебя, с днем рожденья тебя.

Все хором подхватили:

– С днем рожденья, наша Элли…

Софи почувствовала, как пальцы тети впились в ее руку, и посмотрела на Элли ровно в тот момент, когда колени у той подогнулись и она медленно повалилась на пол, точно увядший цветок.

– Тетя Элли! – Софи упала рядом с ней на колени.

Лицо Элли было белым, как зимнее небо, морщины, еще вчера тонкой сеточкой покрывавшие щеки, прорезались глубокими складками.

– Сэм! Кто-нибудь! Вызовите врача!

Торт выпал из рук Флори на пол.