— Ты как? — Отец пел романс. У них с мамой всё было хорошо. Красивая блондинка всегда сводила его с ума. Захотелось подстричься.

— Так что?

— Горло болит.

— Так вернись.

— Она не любит, да и мою правду она приняла на свой лад, — Отец кивнула. Мамы дома не было.

— Мать расстроится, — В этот самый момент вернулась родительница. Как она была рада нас двоих увидеть.

— А я думала, ты вечером придёшь, — Оказывается она купила тортик, так как её день рождения был как раз сегодня.

— Я ещё даже подарок не купила, взяла отца чтобы дойти до магазина.

— А заранее это нельзя было сделать?

— Я микроволновку не дотащу, — Мать обрадовалась и побежала меня целовать.

— Дорогая?

— Ту, которую ты заприметила, — Она расстроилась, я занервничала.

— Я сегодня там была, уже нет.

— Я заказала, она приедет к нам вниз.

— В пункт выдачи? — её глаза зарезвились счастьем. Моя писанина творила чудеса.

— Как как ты сказала? — Я молчала.

— через ход, — Не Игорь молчал, но он был где-то рядом.

— Когда ты вернёшься? — Его глаза сияли смехом.

— Я специально, — Он меня травил и мне это не нравилось. Череда его манипуляций сдавала мои нервы, а потом я поняла что он выводит меня. Я стала строже, ему это не понравилось. Моя манера меняться его заинтересовала.

— Упаси тебя Боже! — всеръёз высказалась я, — Хотя нет, дерзай. Оказалось ему понравилось, пока он не понял на сколько я хороша.

— Ты не ты. Ты. другая, — Я вкусила чипсинку и отвернулась. Мой взгляд был достаточно взрослым.

— Ты наверное меня раскусил, — На самом деле я так не считала, но его слова меня позабавили.

— Ты, разная.

— Я знаю.

— Дай я закончу, — Он вновь на меня накричал и я начала думать, что не быть мне с этим мужчиной.

— мы и не будем вместе.

— Закончи сам, — Пока он не вкусил мысль, выдала я.

— И ты можешь бутафорить, — Я вновь на него посмотрела как тогда.

— Знаешь, я люблю себя видеть, а не прятать, — После этих слов он ушёл. Я вновь видела его с другой и после этой юбки, я решила будь что будет. Я снялась в клипе с мужчиной, да так что приревновала даже я. Клип был натюрмортным и мои джинсы именно в коже были ему очень малы. Этому клипу. Он меня хотел. Я была одета как богиня.

— Где клип?

— Мы его сняли.

— Почему? — Мне не хотелось лукавить.

— Слишком откровенный.

— да не было меня там.

— Ты врёшь.

— Я чувствую тебя.

— Мам, ну сняли мы его, — Клип перенесли в раздел откровенных и мои родители, к сожалению его увидели но это было очень и очень поздно. Мама гневалась.

— Почему?

— Потому что, там эротика, — Почти насмешливо сказала я и меня чуть не ударили.

— Знаешь что. Я испортилась. Я люблю муж-чин! — По слогам продиктовала я, — И знаешь что, я мечтаю о том, чтобы выйти замуж.

— Только через меня!

— никогда, — Заявила я, — Только через отца решай свои с ним проблемы, но меня и будущего мужа не трогай! — Я наотрез отказалась с ней разговаривать на тему своих мужчин. Я всегда была закрыта.

— Вот и рожу второго ребёнка, чтобы у меня была дочь, — Она вновь повторила мне эти слова, а я вновь как тогда встала как вкопанная чтобы понять, что со мной не так.

— Маша, — Я ушла. Закрыла за собой дверь и ушла, пожалела что не забрала остатки своих вещей. Отец бы этого не одобрил.

— Ты пропала, — Оказывается мама не рассказала отцу о том, что произошло.

— Мы поссорились.

— Я заметил.

— Она не поверила.

— Я бы тоже не поверил, — Я молчала, я не знала что говорить.

— Ставите в какую-то дурацкую ситуацию. Говорю же, сняли клип, — Отец молчал.

— Ничего не понял.

— Ты. Ты, — Он влетел странным, — Ты. Ты моя! — Как влетел, так и вылетел, а я поняла что он влюбился.

— И, чтобы мне с тобой делать? — Через пол часа своей улыбки и немого поражения, я пришла к выводу что он дурак. Хотелось поговорить, — Это не тот мужчина, — просто сказала я самой себе и закрыла рот. Он мог подслушивать, а потом всё встало на свои места. Он не хотел любить, он хотел уничтожить. Враг по любви — это ли не песня.

— Я увольняюсь.

— Иди, — И я ушла. Ушла на долго, вопреки его мнению о том, что он незаменим. Он изменял себе, причём своими же прихотями. Он не хотел довериться, причём себе в первую очередь. Он убивал, но начал с самого себя.

Ты не знаешь себя — у тебя в крови вино,

Ты танцуешь в чёрных брюках,

И кожа мала,

Сними её с меня,

Я хороша.

В этом клипе моя грудь была оголена, и он часто смотрел на неё, тот актёр. Давид мне нравился, но он был бабником, это я поняла потом. Он заигрывал, но не только со мной. Его фигура была хороша. Я хотела его пригласить ещё раз на съёмки, а потом передумала. В тот момент, когда мои мысли переросли в лад, я поняла — тот мужчина не может испортить мои клипы, он может разве что испортить меня. Песня — Испорть меня, маме понравилась. Она говорила, что портить меня уже некуда и вопреки её мыслям, я заснялась в клипе, но чужом у молодого человека, чтобы просто показать ей, что такое шоу бизнес. Отец ей сказал — Ты растишь себе врага. Он был не прав. Я была дочерью.

Мил был фантазёром и мне он не нравился, он это чувствовал. Но он тоже был у нашего продюсера, и начальство говорило — вы дружны. Где бы, но да ладно. Мил хотел меня, причём как популярность. Я была откровенна и когда я ему отказала, мой клип вышел вперёд его. Я была принцессой, но на лестнице и мои лошади были великолепнее его. Он просто узрел мой куплет.

Рогатая кобыла была демоном,

Амфибиотий её не хотел.

Кланься всемирная похоть,

Ты не удел.

Я писала от балды, как писанину и он её утащил, причём это засняли все камеры. Я рассказала продюсеру, тот сказал что накажет. Наказала я сама.

— И где тут лошади. те про демона?

— Да я как бы не говорила, что ту песню буду петь.

— А, хороша была.

— Вы её читали? — Всерьёз спросила я.

— Да. Условно.

— Тогда вы не правы. Я просто увидела рисунок в интернете.

— Так ты тоже её украла.

— Нет. Ну, частично. Хотя..

— Сейчас взорвёшься, — Я и взорвалась. Моя песня про лошади была церемониальной аркой к другому альбому, и когда последовала череда преступлений, мир охнул. Они были великолепны в своём винтаже. Хотелось жить, я и зажила. Дорогие духи, красивая помада и всё прочее. Хотелось радовать родителей и отец бы согласился, а вот мама ворчала.

— Хоть бы что-то выделила, — Я грустно на неё смотрела.

— Знаешь жена, — Начал отец, я ждала скандала, — Ты не хочешь себе признаться, что к старости ты останешься без дочери? — Я чуть не вскочила и не побежала.

— Куда?

— Она начнёт с тебя, закончит мной, — Отец почти согласился.

— Ты, — И сейчас она почему-то метнулась ко мне, но ругая кажется отца.

— Знаешь, я когда начинаю думать о том, чтобы отправить вас куда-нибудь отдохнуть.

— Вот именно, отправить, — Я замолкла и посмотрела на отца.

— Съезди со мной, куда — ни будь, — Отец кажется разревелся за всех.

— Дожили.

— Я пою, — Я заняла студию, но нас не хватала на сегодня.

— Моя очередь.

— Сейчас уйду, — Мне казалось, Мила ждёт провал, но он пел. Он обиделся и это была первая звезда с которой у меня не получалось дружить. Я ему отказала. Ах да, Игорь же. Когда у меня пришла идея записать там песню, я пошла к продюсеру.

— Мне нравится, посмотрю, как он поживает, — Оказывается они были знакомы, — Он не очень лестный, любит оскорблять.

— Я знаю, я работала у него.

— Да? И кем, — Я поделилась тем, что знала и продюсер был недоволен, — Нет, не должна была. Я не люблю такие вещи, — Метр молчал.

— Ты одиночка.

— Не совсем, хотя вы правы, — Я любила своих людей, и Игорь таким был. Он был тихим, хоть и злым. Когда я поделилась этой мыслей с собой, мне захотелось рассмеяться. Нас записали. Игорь не знал.

— В демо. Мне не нравится.

— Не дом.

— Вы правы, — впервые в жизни согласилась я с продюсером, и тот ко мне присмотрелся.

— Оставайся, — Просто сказал он мне. Я стану домом, поделился он со мной своим взглядом. Он был мудр. Я бы хотела женщину, но и там могли быть свои нюансы.

— Ты не посмеешь, — Пришло мне вечером смс от него и я подивилась, как быстро он узнаёт о том, что ему не надо. Я сменила номер, он и его прознал.

— Как. они узнают номера? — Начальник не понял, и заинтересованно посмотрел. Я поделилась.

— Он хам. Он что-нибудь писал. творил?

— Мы спали, — Пооткровенничала я, потом добавила, — Мысленно кажется.

— А, вон как, — Я не хотела потерять свой будущий дом.

— Он странные вещи творил.

— Не надо.

— Он ущемлял, в творение. Не твоё, не твоего ума дело, как это петь и всё прочее.

— Потому вы переспали, — Я всеръёз удивилась.

— Не понимаю его.

— Поделись, — Я очень кратко объяснила что происходило с его рукописями.

— А, так он просто не принимал.

— А, почто он потом их пел? — Продюсер молчал.

— Он хам, — Я его так и прозвала. Петь про него не хотелось, но демку записала. Один раз он меня застал, но не узнал. Я была в борцовке и бейсболке. Продюсера не было. «Сама» сказал он мне. Ему не нравилось там. находится, но демку он одобрил. Как одобрил и вторую, а затем третью.

— Ты воруешь мою идею! — Я специально подождала полгода, чтобы он выпустил все свои песни-клипы, а потом прогремела своими «Веком». Он был убит. Ни слова про него, или мир музыки. Лишь великолепие, перья и всё прочее. Я была императрицей. Мои ангелочки — кубидончики при Боге, пели наугад как и я. Я не знала, примут или нет. Приняли. За каких-то два месяца я заработала почти миллиард.

— Ммам.. — Я пожалела, что нет отца. Мой голос дрожал, — Я столько много заработала, — Я поделилась суммой и та не поверила, что столько платят в музыке.

— Я сожалею, ты добилась потрясающего результата, — Хотелось больше, но я понимала что так я могу испортиться.

— Научи деньгами пользоваться, — Попросила я мать, и та присела.

— Где-то я тебя пропустила, — Мы посетили несколько вебинаров, именно вебинаров на тему как делать деньги, и ни мать, ни я ничего не поняли. Зато отец захватился.

— Так это для тебя, будешь делать деньги.

— Ну я же не продюсер, меня учили на педа, — Я моргнула, а потом призналась, — Я ещё мала.

— Так это отличная идея, чтобы потом в будущее, поднакопить. ну хоть на школу.

— Для детей, — Отец понял о чём идёт речь, мама тоже, — Не хочу. Они все взрослые, то это не так, то тут сами всё знают, и ладно бы если шла речь не о правильном, я же не передам им, что не при мне им разговаривать о том, что я не принимани.

— Например?

— Хамить взрослым плохо, — мама согласилась и сказала, что возможно я и правда мала. Так я начала копить деньги. Мы сменили нашу маленькую дачку на побольше, а потом и вовсе устроили на участках стройку. Мы просто скупили дачку напротив вместе с соседним участком, и отец сказал что всегда мечтал про большой посёлок.

— Наверное, детей хотел побольше, — Я ещё помнила мамины слова про девочку и это больно жгло душу.

Игорь молчал. Он находился у нас. С ним хотел спеть Мил, и это ему грело душу.

— На Машу не смотри, она не поёт, — Игорь искоса кинул взгляд на Мила.

— Она со мной случайно. связалась, — Мой подбородок очень осторожно поднялся к люстре, голова продюсера в этот момент опустилась ближе к Милу.

— Ты бы язык приподержал, — Наши голоса раздались в унисон, но мой очень-очень тихо. Игорь дёрнулся в сторону.

— Маша, как привидение, — Я склонила голову вбок.

— Очень приятно, — Я с позволения начальства покинула кабинет.

— Он хорошо к тебе относится.

— Он спокоен, — Мне казалось, нас подслушивают.

— Нас подслушивают? — Мужчина оглянулся.

— Камеры разве что.

— Ну хоть так, — Юрий кивнул и сказал, что иногда ему интересно знать о том, что я скажу в следующий раз.

Мы ругались, я и продюсер. Тот сказал Игорю, что я могу с ним спеть.

— Он заплатил баснословные деньги, — Я вскипела, а потом согласилась причём так быстро, что сдулся уже мужчина.

— Пугаешь. Я чувствую когда есть интерес к деньгам, у тебя его нет.

Игорь молчал, ему говорить не хотелось. Игорь молчал ещё потому, что смотрел в моё декольте.

— Что, соскучился? — Я не боялась, что нас могут услышать, я боялась его.

— Да, видишь сам пришёл.

— Я всего лишь демо записывала.

— Ты тренировалась, — Я скосила на него взгляд.

— Знаешь, сначала я отдыхала, там никто не требует тембр выше, — Игорь прислушивался и наматывал на ус, я улыбалась. Он собирался учить не тому, — Потом я разозлилась, после твоего смс.

— Какого смс?

— Пустого.

— Вы готовы? — Мы пели а капеллу. Я росла в октаву, так себе и говорила. И когда мои лопатки раздулись сильнее, чем требовалось оказалось, голос Игоря чуть лучистее.

— Эко, подтачивать надо, — Расстроилась я и взъерошила свои волосы.

— Пётр, я не дотяну, мне неделя нужна, — Игорь осел.

— Почему ты не сказала. что так можешь? — Я молчала. Что он имел ввиду, подумалось бы другой.

— Я добра, — Стало ему ответом. Я была в легинсах, топе и опять бейсболке.

— Я тебя. не достоин, — Я вновь отошла.

— Ты, что сейчас хочешь? Чтобы мы спели? Давай споём и спокойно разойдёмся? — Оказывается над подпасли и фото, которые понеслись по газетам принесли нам обоим полномочия.

— Реши пожалуйста, — Написала я тогда ему и он отказал, хотя решил.

— Я не с ней, — Просто сказал он и понеслось. Его опозорила Маришка, та самая которая была второй. Что она несла.

— так вы и правда спали, — Выдал вердикт продюсер.

— Если бы. Мы работали вместе.

— Это не правда.

— Юрий, есть смысл?

— Смысла нет, — Остро ответил он, а потом признался что не любит вранья.