— И не смей мной манипулировать, — Его заносило, — Заносчивый мужчина, — Его хватка на моей руке была огромна и сила воли, которую я приложила чтобы его не ударить, поразила его, — Прости, — Я молчала, — Ты манипулируешь.

— Называй как хочешь. Когда нет мыслей, как на это реагировать это называется. шоком, — Просто опять просто ответила я.

— Хорошо, что ты не осталась, — Я чуть не расплакалась.

— Я сочувствую твоей женщине.

Хотелось петь но не про Игоря. Хотелось мечтать и я начала. Я хотела съездить отдохнуть, но Игорь бы не отпустил.

— Я хочу отпуск.

— У тебя осталось всего нечего.

— Потому и хочу, — Загадочно ответила я, и кажется Игорь понял это по своему.

— Оно и понятно.

— Ты говоришь загадками.

— Ты влюбилась, — Я озадачилась его словами, — Не надо, не разбирай.

— да что ты. Когда ты говоришь о себе, в тебе льётся яд, а мне не надо себя разбирать. Разбить бы тебя.

— Что? — Он знал меня.

— Чтобы всё лишнее выкинулось, — Он и этим воспользовался и у нас был некий азарт, кто кого перепоёт. Только он пользовался моим а в будущем, просто заимствовал у меня. Я это знала. Он смотрел и учился. Он не хотел раскрывать своё. Хотя быть может, он так и учился. Я не хотела думать. Я пользовалась услугами его звукостудии, но чтобы записывать демо. Для себя.

— На будущее, — Игорь отлично меня знал и знал, что я не люблю манипуляций. Последние дни давались тяжело.

— Я и правда влюбилась, — Подумалось мне но как-то вслух. Мне казалось, что Игорь подслушивает но в это мало верилось. Мир рушился. Рушился до тех пор пока он сам не попросил остаться.

— Не хочу.

— Ты убиваешь.

— Вот как. Уходи, — Он опять манипулировал.

— Я останусь. Я привыкла, — Игорь услышал что-то такое, что казалось показало ему, что я далеко не влюбилась.

— Ты просто привыкла. Тебе комфортно.

— Именно.

— А ещё, это была бутафория.

— Неет, — Просто ответила я, — Родители съели.

— Тогда иди.

— Как мягко.

— Ты взрослеешь. Тебя надо направлять, — Мужчина замялся, — Не ко мне.

— Жаль взрослый мальчик, — Он вспылил, но я этого не видела. Я вновь влезла в мантия и меня осенило, что под этой фигурой меня он не видел. Захотелось научиться на себя или хотя бы выучится. Учиться было не у кого, а потом стоя перед зеркалом я представляла себя взрослой. Взрослость моя росла, как и грудь.

— Уже пятый размер, — Я утрировала. Мне было тяжело.

— Девочка, откуда у тебя такая грудь? — Это была мама.

— Если бы. я знала. Наколдовала видимо, — Просто ответила я. Всё просто. Становилось страшно от своих мыслей. Мне должно было всё быть просто по сути, от этих мыслей то.

— Маш, ты меня слышишь? Ты влюбилась?

— Ага. В кого-бы.

— Ну, Маш.

— Не в кого влюбляться. Когда тебя не хотят понимать, сначала думаешь потом влюбляешься, — Мама моргнула.

— Моя дочь выросла, — Я хлопнула в ладоши.

— Пошли в магазин. Я покупаю, — Она обрадовалась и мы раскупились. Я чуть расстроилась, но отец компенсировал убытки. Мама не узнала.

— Пусть радуется, — мы много купили. И шкаф новый, она давно хотела и шубку ей, мне не покупали. А, потом мама привыкла.

— Пойдём по магазинам?

— Нет, не сейчас.

— Ну вот.

— Я хочу квартиру.

— Я угощу, — И меня угостили. Не так как я, но мама получала мало.

— Давай я устрою тебе рекламу?

— Ну нет, ты мне уже один раз устроила.

— Да? И какую? — Про Игоря она не хотела вспоминать.

— С чего ты вообще это задала? — Хитрить хотелось, а вот юлить нет.

— Ты мало получаешь.

— Так и сказала?

— Я не про это говорила.

— Вот! Я говорю… — И мама замолчала.

— Вы ссоритесь.

— Я просто хотела, — Я задумалась, — Чтобы ты потом не расстраивалась от того, что мы много проели.

— Мы бы много не проели.

— Она просто боится, что ты будешь переживать.

— было бы из-за чего, — Уже позже сказала мама, а я выходя подумала что наверное стоит всё же съехать.

Копить оставалось всего чуть-чуть когда Игорь решил меня уволить.

— Ко мне идёт другая.

— Хорошо, — Чуть не заплакала я.

— Всё же влюбилась.

— В мечту свою. Меня то шпыняют, то ещё что-то.

— Иди туда, где шпыняют, — Я выравнилась.

— Меня там не шпыняют, мне спокойно не дают наковырять на квартиру.

— И всего-то? — Мои глаза расширились.

— Ты и правда не такой.

— Стой! — Я уходила., - Не смей это вспоминать.

— Это ты не смей мне так говорить; указывать и всё прочее. Понравилось? Забудь. Такой как я не будет. Я в единственном экземпляре. Знаешь почему? Тех факторов, которые единичны и индивидуальны не прибавить у другого. Знаешь почему? Это родители дали.

— Постой, — Он стоял за спиной. Я плакала. Мне было обидно. Я бы давно ушла.

— Я просто не хочу. чтобы ты здесь была.

— Что? — Я резко откинулась, но тут же вернулась в равновесие.

— Ты как привидение. То есть, то тебя нет. Ты знаешь больше и училась именно на себя видимо, так как я действительно не понимаю тебя. Я учился этому. дару или таланту, как ты говорила ранее, — Он попутал. Я думала что у него дар, а оказалось наоборот, — И я улавливаю твои мысли о себе и это не у многих. Только вот таких вот близких людях, — Я улыбнулась уголками губ.

— Знаешь что, иногда не жена — женщина, а просто друг.

— Ты себя видела? — Вскричал он.

— Аа, привлекательна.

— Заткнись! Вон! — Повторил он свой тон.

— Знаешь что, когда в твоей жизни появляется женщина именно женщина, все остальные уходят на второй план и подруги остаются подругами.

— Ты не подруга.

— Значит учитель, — Рявкнула я, а он заткнул меня, да так что я вдруг поняла все его запятые над моими точками. Он просто хотел меня.

И танцую клавиши над пианинном,

Танцуют вдали лица.

Танцуй откровенная небылица,

Танцуй любимая моя.

Я пела, но дома. И пела в своей новенькой квартире. Она была огромна. Именно однушка но такая шикарная, что я не решила отказываться от неё. Папа был не против в отличие от мамы. Она хотела мне больше.

— Куда? Что я с ней делать буду? — Мама пожимала плечами. Мне казалось она хотела для себя.

— Пианино там, ещё что-то, — Я потом вспомнила её слова. Но мне тогда было достаточно еста, а вот мои планы могли подождать. Игорь был против. Я красиво играла, но это он отмечал для себя. Вектор счастья был обильно богат, но мной а не им. Игорь был везде и кажется хотел меня захватить. Всем подряд. Но это было потом. Его уроки начали отличаться, и я понимала он учится. Учится для меня. Главное в его жизни — это нонсен. Главное в жизни мужчины — это любовь. Выдал он мне, но голосом диктора с радио. Мне не хотелось верить Игорю, я предпочитала верить себе. Он не изменится. Моя месть набирала обороты. Как я собиралась мстить, я не знала. Знать не хотелось.

— Ты другая.

— Я потолстела, — Просто ответила я ему. Мы опять переспали. Его руки были везде. То там, то здесь то в нонсен, то ещё где-то. Мы хотели друг-друга, а он хотел ещё и прилюдно. Это я поняла с клипа. Воплащать эту его идею я пока была не готова, но у него были другие. Это я вычитала на форуме.

— Вы знаете, Триумфа видела с женщиной.

— Да? Знаешь Триумфа?

— Нет, не знаю, — У меня в конторе до сих пор не знали, что я у него работаю.

— Ты, что-нибудь читала? — Я ему не отвечала, — Маш. Я не просто так спрашиваю.

— Читала.

— Много?

— Даже слышала, — Он завис.

— Это не правда, — Я кивнула. Ему это было важно, а потом я вспомнила что он сам изменил. После того как я ему надоела. Чувство подходило незаметно.

— Стой, подожди, — Мы занимались сексом.

— чулки одеть? — Я его чувствовала и мои касания стали осторожными. Игорь напрягся, — ты говори. Когда двоя хотят по другому.

— Тыы! — Мы поссорились. Ему не понравилось, что я тоже хочу по другому.

— Давай перестанем. Ты уйдёшь, я не изменюсь.

— Кто тебе сказал, что я уйду?

— Значит я уйду.

— Вот с этого и начинай, — Рявкнула я и продолжила, — Если я мечтаю о тебе, я буду мечтать. о тебе.

— Хватит!

— Ты дальтоник что ли? — Он окосел, — Если я хочу сменить свои предпочтения, я смени их на тебе. Его опять как вынесло, а потом понеслось. Он исчез. Я переоделась, но в своё и спряталась в своей квартире.

— Мы так хорошо провели время. Ты был таким.. — Я ещё не ушла. Он не знал. Он шёл и довольно улыбался. Это я чувствовала.

— Маш, — Я отшатнулась, но виду не показала. Я была гола но только для себя.

— Чтоо? — Мои интонации были плавучими. Как кошка.

— Ты была права, я хотел по другому, — Мы так занимались любовь, так встречались друг с другом носами, что искры из его глаз повторно заряжали меня. Заряжали до тех пор, пока я не начала душить его, но медленно и с азартом.

— Я задушу тебя, — Прошептала я в его губы, — За то, что ты изменил мне, — Он успел меня поймать но я даже не собиралась сбежать.

— Ты уйдёшь.

— Уйду, — Он боялся, — Ты привыкнешь. Именно ко мне, а потом я уйду. Ты не услышишь из моего арсенала ни одной песни в твой адрес, там в целом ни одной и нет, — Это его и расстраивало и обижало, — Мои песни, это моя любовь. Они мне как дети. Знаешь почему? — Он плакал. Игорь плакал.

— Потому что ты любишь их, — Его несло.

— Именно, — Закончила я.

Мы не разговаривали. Игорь ходил рядом, но его носило в другую сторону каждый раз, как я начинала что-то говорить. Разговаривала я не с ним, а с теми кто учился этажом ниже. Там были дети. Я была одета по-разному и когда, я встречала его с новой девушкой не важно, была это его пассия или кто-то ещё, я потом тут же переодевалась пока не отвыкла от него. Мне бы его вообще не замечать, а мне хотелось.

Мир перевернулся. Мою песню украли, но только условно. Я видела себя в другом ролике.

— Это ты, — Продюсер был расстроен.

— Я вижу.

— Когда снялась? — Он шутил.

— Мне бы так, — Просто ответила я. Юрий ко мне не привык. Он так и сказал «я отказываюсь так работать». Ему было так легче. Я же привыкала. Когда я спросила у самой себя, почему. Мне ответила духовная составляющая. Мне так проще. Будь я не добра, они бы ко мне не потянулись. Я танцевала но не для всех, а только для себя. Когда Игорь увидел как я двигаюсь, ему стало плохо в очередной раз. Танцевать меня учила мама, она научилась у своих родителей. Бабушка с дедушкой были очень богаты и много недвижисомти досталось и нам, но мы её распродали. Оставили только дачу. Деньги до сих пор хранились на чету.

«Зачем они нам?» Думала я и ответ не приходил. И гараж и квартира, всё это можно было купить. Купили потом. На мои же заработанные деньги. Квартирка моя была прелесть, и мечтаю о новой я понимала, она должна быть больше. И для детей. О детях я не задумывалась, но думала условно чтобы муж был. Это была мечта. Мечтать о мире хотелось, причём всегда. Когда Игорь предложил встречаться, я отказалась. Я боялась. Это была его ошибка. Мне хотелось творить.

— Ты когда уйдёшь? — Его спрашивали, и с ним разговаривали. Девушка оказалась мужчиной.

— А, что? — Я ждала тоже, когда он уйдёт. Мне хотелось знакомств. С собой что ли познакомиться? Пронеслось в голове и понеслось. То тут, то там. Мир удивителен, когда его принимают. Мир уникален, когда о нём знают. Мир — это мир. Я хотела лени, но только от усталости. Усталость не проходила, — Я хочу, девушку одну. подождать, — Я удивилась и вышла.

— Не тебя, — Я указала на него пальцами. Он не знал, что я была на повороте.

— Я тактична, — О тактичности не шло и речи, но я расстроилась. Мне хотелось узнать меня он ждал или нет. Оказывается иногда бывает всё просто. Его я увидела с другой и в следующий раз, я ему отказала. Он был насмешлив, но в мой адрес.

— Влюбилась, — Я долго стояла.

— Знаешь, кажется говорю второй раз. Я уйду, — Ко мне пришла идея и я вон пошла из его кабинета. Его огорошило этим ощущением и в очередной раз столкнувшись со мной, он заехал мне по попе. Игриво. Я окосела.

— Не понравилось, — Выдал он.

— Да ты в шок вогнал, — Ответила я и он этим воспользовался. Мне не понравилось, но постаралась абстрагироваться.

Я не хочу дублировать себя. Это была не я, это был он. Он рос. «Для чего?» Пронеслось в моей голове и я в следующий раз спросила это у него.

— Чтобы жена была.

— Ууу, — Многозначительно выдала я. Я не поверила. Он тоже.

— Ты красиво сегодня одета, — Охранник выдал многозначительный эклюд. Даже я ещё не знала, что это слово означает.

— Наверное съели не то.

— Это я курсам учусь, — Я кивнула и пошла вон. Это слово приелось.

— Что петь будешь?

— Хочу взять за идею, одну старую песню.

— Не стоит.

— Ты не говорила, что она на столько стара, — Эмма Ватсон Де Блон Мажор. Это имя мне нравилось, я её очень уважала и любила. Отец поддерживал.

— Она на мою маму похожа.

— Кто, песня? — Я подумала.

— Возможно и песня.

— Слушай, а и правда похожа, — В тишину ответила я. Время уже прошло предостаточно и я сидела в кабинете, и мне не хотелось мечтать. Мне хотелось творить.

Себя я нашла в старом храме. Прямо как в том клипе.

— Ты перепоёшь всё, что тебе понравится, — Помнила я его слова. Он был в гневе.

— Наверное как ты, — Думалось мне. Я постаралась найти аналог того клипа, и не нашла. Оказалось всё просто, он просто хотел таким стать. У него не получилось. Он не видел себя. «А я рассмотрела» Гордо подумалось мне и стало грустно. Он не хотел добреть.

— Что вы знаете про добро? — Мы опять поругались и сидя в своём кабинете я именно и делала, что писала для себя. Он был не прав. Он увидел схожесть с моими песнями. Он не хотел понимать, что я творю от себя.

— Уйди, — выдал он мне тогда.

— Но я в своём кабинете, — Ринулся вон он сам. Это было глупо.

— Ты не хочешь взрослеть, — Я окунулась сама в свои слова и глубокий смысл настиг меня.