За ними ползли два пустых кокона — словно управляемые каким-то мрачным фокусником слизистые мешки, скользящие по бетонному полу. Они явно хотели вернуть свою добычу.

— Быстрее! — простонала Алисé, которой и самой было мучительно трудно двигаться — спину пронзало болью.

Нико пришёл в себя, но из-за боли передвигался ещё хуже. На пути к тоннелю он то и дело подламывался в коленях. Но нечеловеческие звуки за спиной подстёгивали его, и, хромая, опираясь на Алисé, он добрался до металлической лестницы.

Наверх, в котельную, был лишь один путь: он должен карабкаться первым. Алисé подталкивала и поддерживала его снизу.

Медленно. Мучительно медленно.

Ей казалось, что они приближаются к концу шахты со скоростью тай-чи, а стоны, рычание и яростное хрипение преследователей становились всё громче.

Она ожидала, что на последнем метре щупальце схватит её и утянет обратно в бездну. Одновременно облегчённая и изумлённая тем, что этого не произошло, она ввалилась вслед за Нико в котельную.

— Давай, давай, давай, дальше!

К грузовому лифту. К единственному выходу.

Её хриплое дыхание отражалось от голых стен, как и гул их шагов. И крики существ позади — они, судя по всему, не могли выбраться из шахты наверх.

Её взгляд упал на рубильник в электрощитке.

— Что это? — спросил Нико.

— Спасение, — ответила она и нажала кнопку вызова лифта, до которого они наконец добрались.

Она собиралась дёрнуть рубильник и активировать детонатор, как только Нико окажется в кабине. Когда двери будут готовы закрыться. В последнюю секунду перед отправкой. И даже тогда она не была уверена, хватит ли шестидесяти секунд, чтобы покинуть отель живыми.

— Подождите! — раздался голос за спиной.

Алисé не посмела обернуться. Вместо этого снова вдавила кнопку вызова. И ещё раз. И ещё — с тем же результатом.

Этот проклятый лифт. Он уехал наверх, но так и не вернулся. И теперь вообще не реагирует.

— Алисé? — произнёс Нико рядом с ней. — Кто это?

Она обернулась. Увидела то же, что и он.

— Вот и всё, — сказала она, привалившись спиной к дверям лифта, как и Нико.

Они оказались в ловушке. Здесь, внизу.

В чудовищно жалком подвальном комплексе, источавшем ауру скотобойни.

Котельная, в которой два существа отрезали им и без того малопривлекательный путь обратно — в зловонную канализацию. Они стояли на расстоянии одной длины автомобиля и выглядели настолько безобидно, привычно и располагающе, что Алисé буквально боролась с желанием обессиленно и покорно броситься им в объятия.

Но она знала: эти двое не могли быть ничем иным, кроме идеально воссозданных смертоносных голограмм с любящими лицами её родителей.

Хелен и Йорг.

Существо, принявшее облик матери, по-прежнему было одето в то милое летнее платье, отчего казалось столь же неуместным в этих декорациях, как и копия отца — в докторском халате. Из тех, что он носил на фотографии. С аккуратно вышитым на кармане именем.

— Пожалуйста, — взмолилась Алисé, обращаясь к айренам, — отпустите нас.

Мираж, называвший себя Хелен, — тот самый, что совсем недавно протиснулся из её кошмара сквозь зрачок в реальность, — улыбнулся благостно:

— Не бойся. Мы не причиним тебе вреда. Ты можешь уйти в любой момент, если захочешь!

ГЛАВА 74.

— Вон там, в глубине, есть лестница — можешь воспользоваться ею, дорогая! — произнесло существо в белом докторском халате.

Даже голос был безупречной копией. С тем же тембром, с теми же интонациями её отец годами являлся ей призраком в собственной голове.

«Ты не должна засыпать!»

— Ты выполнила свой долг, — объяснил ей Йорг. — Это освобождение было для нас, айров, важнейшим событием за сотни тысяч лет. Нико послужил идеальной приманкой. С самого начала нам нужна была только ты. Ты должна была надеть эти очки, чтобы наконец высвободить нашу королеву.

Как бы Алисé ни вглядывалась, она не могла обнаружить ни единого изъяна в облике, представшем перед ней. Это были не голограммы — ни дрожания по краям, ни малейшего сбоя при разговоре. Совершенство этой иллюзии её родителей отозвалось в ней такой мучительной тоской, что захотелось прямо здесь, прислонившись спиной к дверям лифта, сползти на пол.

На одно мгновение она пожелала — отчаяннее, чем когда-либо в жизни, — чтобы перед ней действительно стояли отец и мать. Чтобы можно было подойти к ним, обнять и почувствовать то, по чему она тосковала всю свою жизнь.

— Хелен — одна из могущественнейших представительниц нашего народа. Она — предводительница, которая нужна нам, чтобы избавиться от всех наших искусственных тел, — пояснил Йорг.

Алисé в ужасе закрыла глаза.

Что же я натворила?

— «Избавиться» — значит убить?

Как Дэни и Майка.

— Не всех, дорогая. Некоторых избранных, тех, кто нам поможет, мы бы интегрировали. Как тебя, Алисé.

А остальных?

Алисé перевела взгляд на Нико.

— Что будет с ним?

Хелен улыбнулась ещё шире.

— Он нам ещё понадобится. Его разум полон тёмных снов. Он превосходно подходит.

— В качестве инкубатора для новых чудовищ? — предположила Алисé.

Барни, Тарин… все эти фигуры из его кошмаров, через которые они материализовались. Догадка о том, что Нико использовали как живой инкубатор, напрашивалась сама собой.

— Это мой особый дар, — подтвердил Йорг. — Когда поблизости оказываются подходящие объекты, я способен превращать людей в инкубаторы! К несчастью, этот проклятый Казимир долгие годы не подпускал меня даже близко к потенциальным кандидатам.

Кошмары — на поток. Словно на конвейере.

Боже правый!

— Твой друг, лёжа в этом коконе, переживал один кошмар за другим и высвободил многих из нас во сне, но мы далеко ещё не исчерпали его ресурсы, — подтвердил Йорг её подозрения. — И всё же всё это ничто в сравнении с даром нашей королевы. Она несёт в себе вирус, который наконец освободит нас всех из ваших голов.

Значит, отец всё-таки был прав. Все эти годы она носила в себе противоядие.

Только не противоядие, способное уничтожить этих существ, — а средство для уничтожения человечества.

— Уходи! — услышала она слабый голос Нико рядом с собой. Он потянулся к её руке.

— Даже не думай! — Она отстранилась от него. Шагнула к распределительному щитку.

— Дорогая, послушай своего друга, — предостерёг Йорг. — И не трогай этот рубильник. Ты не успеешь выбраться. А ты ведь не хочешь умереть вместе с нами, правда?

Хелен снова вступила в разговор:

— Давайте не будем ссориться. Я так долго ждала этого момента — наконец выбраться из твоей головы, Алисé. Ты представляешь, сколько времени мне пришлось посылать тебе все эти видения, чтобы мы могли встретиться здесь и сейчас? Из-за того что ты не желала видеть сны, работа в твоём подсознании заняла куда больше времени, чем требовалось.

Алисé невольно кивнула.

Ей давно стало ясно: всё, что она видела и пережила здесь четырёхлетней девочкой, она не могла вспомнить самостоятельно. Этот отель — его облик снаружи и изнутри, грузовой лифт, котельную, канализацию и даже само слово «Айра». Почти ничего из этого не являлось продуктом её собственной памяти. И ничто из этого не было рождено её воображением.

Хелен вложила всё это ей в голову. Направляла её. Неслышно и незримо. И всё же была ближе к ней, чем кто-либо другой на свете.

Алисé сделала широкий шаг к распределительному щитку и указала на Нико.

— Отпусти его, — попросила она Хелен в последний раз.

— Почему ты так привязана к нему? Я не понимаю. Почему он для тебя так много значит?

Алисé не пришлось долго раздумывать.

— Он — моя семья!

— Мы — твоя семья. В глубине души ты и сама это чувствуешь. А Нико — такой же, как все люди: эгоистичный, корыстный, разрушительный. Он сделал так, чтобы ты не сдала выпускные, не сказал тебе правду об очках, тайком выдернул кабель, когда ты хотела их протестировать. Он лжёт тебе, Алисé. Снова и снова. И почему?

— Потому что я её люблю! — закричал Нико. Яростно, в отчаянии, на грани слёз.

Он снова потянулся к её руке, и на этот раз она позволила ему.

— Прости меня, Алисé. Но как я мог допустить, чтобы ты увидела в этих очках тот чудовищный кошмар, которого боялась всю жизнь? А жёсткий диск… я ненавижу себя за то, что подменил его. Это было импульсивно. Я не мог вынести мысли о разлуке с тобой. Пусть даже всего на год, пока ты жила бы за границей. Потому что я… — Нико осёкся и опустил взгляд.

— Вот видишь, — злорадно бросил Йорг. — Ты думаешь, что знаешь его, а у него столько тайн. Нико никогда не был с тобой честен. Не стоит за него сражаться.

Алисé неотрывно смотрела на Нико, и когда он поднял глаза и их взгляды встретились, её сердце забилось быстрее. Измождённый, он повторил ещё раз:

— Потому что… я люблю тебя, Алисé. Больше, чем брат. И я всегда хотел только одного — защитить тебя.

— Ха! — фыркнула Хелен. — Не верь ни единому его слову. Он скажет что угодно, лишь бы спасти свою шкуру. Таковы люди.

Алисé кивнула, на мгновение задумалась — а потом выпалила:

— Вы правы!

Она увидела, как Нико потрясённо открыл рот, собираясь что-то сказать, но она опередила его.

— Люди корыстны, эгоистичны и разрушительны. Мы лжём и обманываем. И… — она взглянула на Нико, который смотрел на неё смертельно печальными глазами, — …и мы совершаем самые страшные ошибки из якобы благих побуждений! Но… — она повернулась обратно к Йоргу и Хелен, — но это относится лишь к некоторым из нас. Не ко всем. Даже не к большинству.

Голос её окреп.

— Большинство — добрые. Они сочиняют музыку и танцуют под неё, исследуют космос и изобретают антибиотики. Пишут книги и ухаживают за стариками. Смеются, плачут и любят. А вы…

Она судорожно вздохнула и продолжила с нажимом:

— Всё, что я до сих пор видела от вас, было злом. Вы похищаете нас и запираете в коконы. Калечите Казимира и зверски убиваете таких людей, как Дэни и Майк. Сеете страх и ужас и хотите поработить моего лучшего друга. Возможно, вы и были первыми на этой планете. Но вы не заслуживаете того, чтобы стать последними.

С этими словами она повернулась к Нико. Сказала:

— Прости, — и когда он кивнул ей, схватила рубильник и рванула его вниз.

ГЛАВА 75.

Шестьдесят секунд.

Ни звука, ни щелчка, ни тиканья. Ни сирены, ни даже тихого гудения, которое указывало бы на начало обратного отсчёта.

Но даже если механизм детонации был слишком стар и давно вышел из строя, последние мгновения Алисé и Нико всё равно настали. В этом она была уверена. Потому что стоило ей опустить рубильник, как Хелен превратилась в существо, способное, казалось, убивать одним своим видом.

Её тело раздулось, увеличилось вдвое, приобрело тёмно-фиолетовый оттенок и вытянулось вверх. Она была обнажена, и кожа её сочилась кровью из каждой поры.

Йорг тоже сбросил маску и обратился в то, чем являлся на самом деле, — в кровавый, бесформенный туман.

Кербер. Кровавая мгла!

Алисé зажмурилась, ожидая, что её вот-вот разорвут надвое или раздавят. И удивилась крепкому, но безболезненному рывку за левую руку. Её дёрнуло назад — так резко, что она споткнулась и полетела спиной вперёд.

Ей показалось, что падение длится целую вечность, ведь её давно должен был остановить Нико или хотя бы стенка лифта, — но она грохнулась на пол. Рухнула рядом с Нико.

И рядом с кроссовками человека, чьё присутствие здесь она не могла объяснить ни единой разумной причиной.

Марвин?!

Прошла ещё одна секунда — оглушительная, шоковая, — прежде чем Ализе осознала: мальчишка, очевидно, не сдержал слова. Каким-то немыслимым образом он умудрился запустить лифт. Тот самый, через распахнутые двери которого Нико только что втянул её внутрь.

А Марвин тем временем удерживал Хелен и Йорга на расстоянии — ловцом снов, — пока створки грузового лифта не сомкнулись вновь.

Пятьдесят одна секунда.

ГЛАВА 76.

— Зачем ты это сделал?! — закричала на него Алисé. Она была в такой ярости, что едва сдерживалась, чтобы не схватить Марвина за плечи и не встряхнуть.

Теперь всё напрасно.

Даже мальчишка не выживет.

— Пожалуйста, не стоит благодарности, — ответил Марвин. — Не за что!

Он перехватил ловец снов из правой руки в левую и оглядел обоих с нескрываемым отвращением.

— Вы что, в соплях купались?

— Что-то вроде того, — пробормотал Нико, обессиленно привалившись к стенке кабины.

Для него всё происходящее должно было выглядеть ещё более безумным. Он ведь не знал ни об айрах, ни о «родителях» Алисé, ни о Марвине.

Лифт дрогнул и поехал вверх.

Алисé смотрела на Нико. Он и правда только что признался ей? Значит, тогда, в бассейне, ей не померещилось. И все остальные разы, когда в его взгляде сквозило нечто большее, чем братская привязанность, — тоже.

Он чувствовал то же, что и она. И теперь, когда наконец пришла определённость, — им предстояло умереть?

— Алисé… — начал Нико, заметив её взгляд.

Она подошла к нему и взяла его ладонь в свою. Крепко сжала и улыбнулась. Он выглядел растерянным, но тоже подарил ей робкую улыбку.

Кабина раскачивалась и дрожала на пути наверх, словно её трепал штормовой ветер.

Буря, которая назревала в подвале под ними.

— Я активировала детонатор! — сообщила она Марвину.

Тот застонал, закатил глаза, а затем стиснул зубы так, что они заскрежетали.

Секунды истекали, и с каждой из них в Алисé крепла уверенность, что взрыв настигнет их прямо здесь, в лифте. Но потом раздалось «динь» — и они оказались на первом этаже.

— Держитесь рядом со мной! — скомандовал Марвин, перехватив ловец снов обеими руками.

Он и впрямь выставил его перед собой — точь-в-точь как священник держит распятие в фильме про вампиров, — когда двери разъехались в стороны.