– Все складывается очень даже неплохо, – проговорил он, кладя ей на бедро свою жирную лапу. – Может, я прямо сейчас осмотрю ваши раны?

И здесь в темноте послышался металлический щелчок. В правый висок полицейского уткнулось дуло пистолета.

– Веди себя хорошо, – сказал Радок, сидевший, скрючившись, на заднем сиденье машины. – Будешь слушать меня, останешься жив.

– О боже, это ты, Радок! – вскрикнула Фрида, не сдержавшись.

– Не стреляйте, господин, ради Христа! Я только хотел помочь вашей жене. – Полицейский повернул было голову, чтобы взглянуть на Радока.

– Смотреть только вперед! – Радок еще сильнее нажал стволом «люгера», который он отобрал у Бертольда, на затылок полицейского и обратился к Фриде: – Возьми у него пистолет.

Она потянулась к полицейскому, вытащила пистолет из кобуры и передала его назад Радоку.

– Я рад слышать, что ты готов нам помочь, приятель, потому что мы и в самом деле нуждаемся в помощи.

Радок замолчал. Надо ведь дать человеку самому принять решение.

– А о какой помощи идет речь? – произнес спустя какое-то время полицейский.

– Ну вот, это уже лучше, – констатировал Радок. – Сразу виден деловой подход. Хорошо, что ты готов прийти на помощь. Так давайте-ка перво-наперво уберем с дороги эту старую развалину. Я скажу тебе куда. Ничего хитрого, каждый сможет это сделать. Помоги нам, и ты останешься в живых. Малейший же трюк с твоей стороны – и тебе крышка. Просто, не правда ли? А теперь двигай вниз по дороге.

Полицейский завел молча мотор, включил передачу и поехал, куда указал Радок.

– Вот сюда, налево, – сказал Радок, когда они доехали до нужного места. – Давай по этой лесной дороге.

Машина запрыгала по рытвинам. Лучи фар, заметавшись вверх и вниз, осветили место, где был спрятан «фиат».

– Проезжай чуть дальше, – приказал Радок. – И выключи фары… Останавливайся здесь… Вот так, хорошо… А теперь глуши мотор… Отлично.

Они съехали с дороги как раз вовремя. Позади показались лучи фар быстро приближавшейся машины. Это был большой автомобиль, скорее всего «мерседес». Трехосный. Радок увидел это, выглянув сразу, как только машина проехала. Очевидно, штабной автомобиль. Возможно, на его передних крыльях имелись опознавательные флажки, но в темноте их не было видно.

Радок снова приставил пистолет к виску полицейского.

– Имя?

– Фолькер, – откликнулся полицейский. – Андреас Фолькер.

– Звание?

– Лейтенант.

– Испугался, Андреас? – поинтересовался Радок.

Ответа не последовало.

Еще один толчок дулом «люгера».

– Конечно, испугался! Помни, со мной шутки плохи. Ты понимаешь, о чем я это?

– Так вы те, кого разыскивают? Из Вены?

– А кто разыскивает?

– Важные персоны, – ответил Фолькер. – Из СД. Сначала приказали задержать вас обоих для допроса, а потом – стрелять без предупреждения.

– Мы, наверное, кажемся кое-кому очень плохими, – заметил Радок.

– Конечно. Гофер вот сказал, что вы прикончили пограничника в Лайблахе. Убили бедного парня, а у него жена и трое детей.

– Я сейчас разрыдаюсь, Андреас!

Радок отлично играл свою роль. Такие люди, как Андреас, понимают только страх, он знал это. И лучше всего, имея дело с подобной публикой, пускать в ход грубые прямые угрозы. Мысли прыгали в голове Радока, как мячики пинг-понга. Слишком многое надо учитывать. Их разыскивают тут по инициативе СД. Он был уверен теперь, что проехавший только что штабной автомобиль и был тот самый трехосный «мерседес». Ко всему прочему, на них свалили и смерть пограничника. Все это напоминало стиль работы Краля и его команды, включая «друга» Фриды Вольфа. Каким-то образом они догадались об их планах пересечь озеро.

– Они сказали вам, куда мы направляемся?

– Послушайте, господин, я ничего не знаю о вас. Знаю только то, что хочу остаться в живых. Понятно? Говорите мне, чего вам надо от меня. Я буду делать, как вы скажете. Я просто не хочу умирать, и все.

– И никто не хочет, Андреас. Но люди умирают каждый день. Ведь идет война, ты слышал что-нибудь об этом? – Но ирония не помогла. – А теперь уточним кое-что, Андреас. Где они будут искать нас?

– На западе, – ответил Фолькер. – У Констанца. А может, в Меерсбурге или Хагнау.

– Хорошо. – Радок задумался на какой-то миг. – А ты знаешь, почему они устроили охоту на нас?

– А тот пограничник…

– Это началось еще до того. А теперь они и смерть пограничника приписывают нам.

– Вы говорите как полицейский, – сказал Фолькер.

– А может быть, я и есть полицейский? Так что не ври мне. А не то твои мозги будут размазаны по стене.

«Кончай, Радок, – сказал он себе. – Хватит возиться с ним». Но Радок настолько уже вошел в свою роль, что ему трудно было остановиться. Ирония – хорошая вещь, но лучше оставить ее до более подходящего случая. Сейчас не время для этого.

– Давай рассказывай, Андреас!

– Я не знаю ничего, – промямлил Фолькер. – Нам сообщили только, что вас следует доставить для допроса. А почему, мне неизвестно. Сдать вас велели двум сотрудникам СД.

– В общем, они знают, где мы, – резюмировала Фрида.

Радок кивнул ей.

– И знают также, что мы попытаемся пересечь озеро в самом узком месте на весельной лодке.

– Пересечь? – удивился Фолькер. – Вы что, хотите удрать в Швейцарию?

– Что-то в этом духе, Андреас, приятель. Ты можешь посоветовать нам что-нибудь?

– Могу сказать только, что вам ни за что не удастся это. Они заблокировали всю дорогу отсюда до Констанца. Каждая пристань и лодочная стоянка взяты под наблюдение. Подступы к озеру перекрыты.

– Так что же нам теперь делать, Андреас? Мы умрем – умрешь и ты. Все очень просто.

– Я же готов помочь вам! В чем же я виноват?

– Спокойно, Андреас, не дергайся. Думай лучше. Ведь должен же быть какой-то выход.

Пока Радок говорил, у него в голове возникла идея, которая постепенно приобретала все более четкие очертания. Довольно сложный ход, но, как еще раньше сказала Фрида, выбора у них нет.

– Можно передавать что-либо по этому радио?

Фолькер посмотрел на радиоустановку с таким видом, будто впервые созерцал ее.

– По этому? Ну да. Я должен докладывать по нему каждый час.

– Вот и хорошо. Тебя ждет повышение, тебе известно это, Андреас? Они просто полюбят тебя. Но прежде сделаешь пару вещей. Сможешь довезти нас до Хагнау обходными путями?

– Взяв чуточку к северу от берега озера? Конечно. Но это будет немного дольше… О, я понял! Вы хотите объехать стороной все посты на дорогах. Ну что ж, я смогу сделать то, что просите вы. Но за озером наблюдают повсюду, даже в маленьких деревушках. И то, что нам удастся пробраться к озеру, минуя прибрежную шоссейную дорогу, ничего вам не даст.

– Никто не станет следить за причалами. И это – благодаря тебе. Передай по радио в свой штаб, что ты нас видел. Даже вступил с нами в перестрелку. И что мы уже на озере и изо всех сил гребем в Швейцарию. А ты, мол, собираешься пуститься за нами в погоню, что, кстати, объяснит твое отсутствие, когда другие прибудут на берег. Таким образом, мы переключим их внимание на восточную часть озера, а пересекать его будем на западе. Что ты думаешь об этом, Андреас?

– Это может сработать, – ответил тот.

– Молись, чтобы у нас все получилось, Андреас, – сказал Радок, постукивая стволом пистолета по его голове.

Фолькер потянулся к рации.

– Не сейчас, – остановил его Радок. – Когда ты должен выйти с ними на связь?

– Примерно через полчаса.

– Отлично. А теперь поехали в Хагнау. Сколько это займет времени?

– Тридцать минут. Может, чуть больше. Дороги в прибрежной зоне в это время года плохие.

– Постарайся уложиться в полчаса, – проговорил Радок.

– В этом случае у нас останется час или полтора, чтобы пересечь озеро до рассвета, – заметила Фрида.

– Может быть, успеем в Швейцарию к позднему завтраку.

– Что? – не понял Фолькер и оглянулся.

– Это я так, пошутил, Андреас. Смотри-ка лучше на дорогу. И веди аккуратней машину. Мы подождем выходить на связь, пока не приедем в Хагнау. Попытаемся выиграть как можно больше времени. Ну как, звучит это, Андреас?

– Колоссально!

Когда сообщение поступило во Фридрихсхафен, Хартман и Краль находились в штабе жандармерии. Это произошло в четыре тридцать утра. На вызов ответил дежурный по связи по фамилии Гофер.

– Ты уверен в этом? – произнес он. – Прием.

– Катись к чертовой матери со своим «прием»! – раздался сквозь помехи другой голос. – Я же ясно говорю, что видел их. Мужчину и женщину. Все совпадает с описанием той парочки из Вены, которую разыскивает СД. Извини, но у меня не было времени представиться им: мы держали друг друга на мушке. Я видел, как они сталкивали в озеро гребную шлюпку недалеко от Турнау. Как только увидели, что я приближаюсь, сразу же открыли огонь. Я тоже начал стрелять. Но им удалось все же уйти далеко. Оторвитесь от стульев и быстро сюда. Ну а я собираюсь преследовать их. Здесь есть еще одна лодка…

– Постой, Фолькер! Оставайся на месте, – сказал Гофер в микрофон. Но в ответ услышал лишь треск разрядов.

– Где этот Турнау? – спросил Краль.

– Прямо за Лангенаргеном, немного к востоку, – объяснил Гофер.

Это был невысокий мужчина, одетый с вычурной изысканностью. Краль почувствовал симпатию к нему.

– Сколько оттуда до другого берега озера?

Хотя Краль адресовал этот вопрос Гоферу, ответил на него Хартман:

– Довольно многовато. Они не смогут идти на веслах быстро и к рассвету не доберутся и до середины озера. Так что во всем этом нет никакого смысла.

– Ширина озера в том месте – тринадцать километров, господин подполковник, – уточнил Гофер.

– Отлично. – На этот раз Краль обращался к начальнику жандармерии, человеку столь непрезентабельного вида, что его вполне можно было принять за сторожа или привратника. Галстук завязан неаккуратно, волосы спутаны, а уголки глаз не промыты после сна. – Приказываю выслать туда всех ваших людей. Приготовьте для нас в Лангенаргене моторный катер. Мы выйдем на нем через?.. – Он взглянул вопросительно на Хартмана.

– Нам нужно десять минут, чтобы добраться туда, – проговорил лейтенант.

– Значит, через десять минут, – заключил Краль. – И дайте нам на катер несколько лучших ваших сотрудников. Не помешают и один-два снайпера.

Начальник жандармерии кивнул. Вид у него был, как отметил Краль, довольно угрюмый. По-видимому, он не вполне был уверен в том, что Краль имеет право распоряжаться здесь, в самой Германии, но, будучи личностью весьма осторожной, не решался перечить.

– Мне не нравится все это, подполковник, – заметил Хартман.

– Полагаю, ты не прав. Или, по-твоему, он опять обведет нас вокруг пальца?

– Радок не настолько глуп, чтобы переправляться у Лангенаргена. Он же понимает, что у него ничего не выйдет. Озеро здесь имеет наибольшую ширину.

– Как бы то ни было, – молвил Краль, – если мы его там не застанем, то уже не увидим нигде, не так ли, лейтенант? Возможно, он и выбрал-то это место только потому, что мы, как думает он, не будем поджидать его там.

«Неплохо сказано! – похвалил Краль себя. – Заткни рот этому Хартману!» Он все более совершенствовался в искусстве руководить лейтенантом, держать его в узде.

Жандарм, стоявший на посту на берегу в Хагнау, вел переговоры по радио. Радок, Фрида и Андреас Фолькер следили за ним из жандармского автомобиля, где беглецы могли чувствовать себя в безопасности. Несколько раз кивнув, полицейский еще что-то сказал в микрофон, а потом повесил его на место. Не глядя вокруг, он быстро завел мотоцикл и включил скорость. Из-под колес только и брызнул щебень, когда он быстро понесся на восток, к Лангенаргену.

Радок хлопнул Фолькера по спине.

– Поздравляю, Андреас! Вроде бы они заглотнули наживку. Отличная работа!

Фолькер фыркнул от удовольствия, но тут же вспомнил о серьезности ситуации и о том, кто отпустил ему этот комплимент.

– Так берите уже лодку, – сказал он. – Вон там на пляже лежит кверху дном пара неплохих шлюпок. Все патрульные между тем кинутся на восток. В общем, я выполнил свою часть, ведь верно?

– Верно, – согласился Радок. – Но есть все же одна проблема: что нам делать теперь с тобой? Мы оставляем тебя здесь, а ты пускаешь всех по нашему следу?

– Ну так свяжите меня. – Его голос дрогнул.

– Едва ли это поможет, – возразил Радок. – У тебя есть еще какие-нибудь предложения?

– Но вы не можете убить меня! – взмолился он. – Я же помогал вам!

В автомобиле воцарилось молчание.

– Мы теряем время, – напомнила Фрида.

– Тогда возьмите меня с собой. Я буду грести. Я неплохо управляюсь с лодкой. Вы сами увидите.

Фрида посмотрела на Радока.

– А что, неплохая мысль. Я не очень-то искусна в гребле, а как ты?

– В таком случае нам потребуется большая лодка. Как-никак, а Андреас – это лишний вес.

– Послушайте, – произнес Фолькер. – Полицейские ринутся сейчас сюда со всех ног. Ваши «друзья» уже мчатся в Лангенарген. Но меня там не застанут. Я им сказал, что собираюсь преследовать вас. Но автомобиль мой путает все карты. Его в том месте почему-то нет, не так ли? Зато он здесь. Как вы думаете, сколько времени потребуется им, чтобы разнюхать, где он? Сорок пять минут. Самое большее – час. Это-то время и будет у вас в запасе. А потом озером займется вся полиция рейха. Вам приходилось когда-нибудь раньше грести, как на гонках? Озеро достигает в этом месте в ширину шесть километров, а то и все семь. Это – час быстрого хода. Гребли вы хоть раз в быстром темпе целый час?

Радок кивнул.

– Я понял твою мысль, Андреас. Ты говоришь так красноречиво, поскольку хотел бы подольше пожить. Но запомни, Андреас, никаких шуточек! Если я увижу, что ты не отличаешь весло от своего локтя, тебе придется сделать заплыв на длинную дистанцию. Понял?

– Да, – откликнулся Фолькер. – Пошли же за лодкой.

Чтобы найти шлюпку, которая бы выдержала троих и не пропускала воду, потребовалось десять минут. Наблюдая за тем, как Фолькер выбирает лодку, Радок сразу понял, что тот знает дело. Еще пять минут ушло на то, чтобы найти подходящие весла. И вот они наконец потащили суденышко к воде. Его днище скрежетало по гальке. Все еще было темно. Перед тем как лодка опустилась на воду, Фрида вскочила в нее и уселась на корму. Радок отдал ей «вальтер», отобранный у полицейского, и, пока Фолькер забирался в лодку, девушка держала его на прицеле. А затем Радок оттолкнул шлюпку.

Легкий северный ветерок с гор как бы подгонял их в Швейцарию. Озеро было неспокойно. Но Андреас, энергично навалившись на весла, уверенно направлял лодку от берега в подернутую мглой даль.

Было четыре сорок пять утра.