Медленно, но верно Эккстер совершал восхождение по стене, и тут где-то снизу зарокотал мотоцикл. Внутренне сжавшись, он оглянулся через плечо – и увидел улыбающееся ему знакомое лицо.

– Привет, Най! – крикнула Гайер Гиро и помахала рукой. – Притормози, я сейчас.

Она склонилась над рулем и нажала на газ.

Подъехав к Эккстеру, она заглушила двигатель. Улыбка ее стала шире и восторженнее.

– Най, я так надеялась застать тебя здесь. Как твои дела, черт побери?

Он устроился на натянутых питонах и, пожав плечами, вымученно улыбнулся.

– Да в порядке вроде… Жив, и на том спасибо.

Накануне, когда он пришел в себя, привязанный к стене, ощущения были совсем иные. Казалось, его всего разорвало на части и эти части удерживает вместе только мешок из кожи. Последствия лобового столкновения с мегакиллером. Чуть легче стало, когда он наконец сплюнул всю натекшую в рот кровь.

– Ты ж хитрый стервец! Чего ты наворотил, словами не описать. Ты хоть представляешь, какая ты нынче знаменитость?

Эккстер мотнул головой.

– Это из-за того, что я пересек все здание насквозь?

Видимо, Гайер следила за развитием событий по развлекательному каналу.

– Да, из-за этого, но не только, – произнесла она и громко рассмеялась. – Ты сейчас куда, на верхушку?

– Ага. – Эккстер кивнул, отчего глаза заволокло красным. – Нужно встретиться с агентом.

Ему уже попадалась панель подключения, и он пробовал дозвониться, но на линии стояла мертвая тишина. Похоже, где-то произошла поломка.

– Путь неблизкий. Залезай, подвезу. Я, собственно, тоже туда направляюсь.

Не без труда Эккстер забрался в коляску и пристегнулся. Гайер уставилась на буйно цветущий синяк у него на боку, когда задралась куртка.

– Так как ты? Выглядишь, должна сказать, неважно.

– Все в порядке. – Он пристроил ноги в пространстве, не занятом багажом. – Ну, в целом.

Гайер завела мотоцикл и двинулась вверх. Эккстер посмотрел вниз через плечо. Не так уж далеко он забрался. Он до сих пор видел болтающиеся самодельные веревки, которыми Лахфт (а может, и другой ангел – он не знал, так как снова был без сознания) привязала его к стене. Видимо, ловить Эккстера всякий раз, когда он летит к облакам, стало для маленького народца чем-то вроде спорта. Дважды Эккстеру уже повезло, но повторять полет в третий раз он желанием не горел.

– Готовься к большому переполоху, Най! – прокричала Гайер сквозь рев двигателя и свист ветра. – Цилиндр на ушах, от верхушки и до нижних этажей. Все перевернулось с ног на голову.

– Почему? – Он наклонился ближе к ней. – Что случилось?

– О, увидишь! – Гайер усмехнулась. – Агент тебе все расскажет, как доберешься.

Ни во что вникать сейчас не хотелось: слишком болела голова. Эккстер устроился поудобнее лицом вверх и закрыл глаза.

* * *

– Най!.. Господи Иисусе, как я рад тебя видеть! – Бревис вылез из-за стола и схватил Эккстера за руку. – Я весь извелся: что с тобой, где ты, жив или нет… Но я надеялся на лучшее.

Он позволил агенту усадить себя в кресло.

– Какого хрена там творится? – Эккстер указал пальцем на дверь. – Словно бунт какой-то.

Не «какой-то», конечно, а вполне конкретный. Добраться от места, где Эккстера высадила Гайер, до офиса Бревиса оказалось непросто: кругом толпы, не протолкнешься, народ беснуется, а где-то вдалеке хлопают выстрелы и взрывы. Эккстер насчитал не менее дюжины военных племен, сошедшихся друг с другом в бою без правил. Безопаснее всего было обходить очаги стороной, держась безлюдных участков. В Цилиндре определенно творилось нечто масштабное.

– Ты что, не слышал? – Бревис снова уселся за стол. – Ну да, конечно, откуда… ты же был в пути, собственно. – Он развел руки в сторону. – Свершилась революция, Най! Все теперь ничье, бери что хочешь. Вертикаль власти в Цилиндре развалилась к чертям. Альянсы, договоренности… всё. В ближайшее время будет много драк и подвижек. – Он откинулся на спинку кресла и сцепил пальцы за головой. – Как бы теперь твоя жизнь ни повернулась, дружище, ты всегда можешь утешаться тем, что способствовал рождению нового мира.

– Я? А что я такого сделал? Я тут вообще ни при чем.

Бревис кивнул в сторону двери, из-за которой доносилась возня и ругань.

– Тебе никто не сказал? Все из-за твоей мини-трансляции. Вообще, гениальная идея – передать сигнал через ангела. Как только послание попало на нашу сторону, все им заинтересовались, поэтому отследили сигнал и узнали, что ты хотел сообщить. И когда я говорю «все», то имею в виду вообще все: и военные племена, которые хоть раз прибегали к услугам графистов, и прочий народ, у кого есть программируемая биофольга.

– О чем ты?

– А ты не понял? – Бревис улыбнулся. – Твое послание дошло не только до «Массы хаоса», но и до каждого жителя Цилиндра! Передачи Малой Луны закодированы, чтобы сигнал мог получить только адресат. Твоя же трансляция пошла по открытому каналу, забив собой управляющие частоты для всей рабочей биофольги по эту сторону здания. Вместо анимации она начала показывать те обрывки записей, которые ты собрал. Теперь о сговоре между «Массой хаоса» и «Зияющей амальгамой» осведомлены все без исключения. Едва информация попала к их союзникам и партнерам, поднялась настоящая буча. Вот, собственно, из-за чего эта катавасия снаружи.

– Охренеть. – Эккстер с трудом верил своим ушам: он-то всего-навсего хотел спасти свою шкуру… – И что теперь будет?

– Сложится какой-нибудь новый порядок. Рано или поздно. Таков ход вещей. Наверняка можно сказать лишь то, что ни «Зияющая амальгама», ни «Масса хаоса» больше здесь заправлять не будут. Такого исхода им не пережить: все воины разбежались по другим бандам. Вот только едва ли они найдут там себе место: уж слишком много обид накопилось.

«Жаль, Трупомейкер, этот скользкий кусок дерьма, наверняка выкрутится». Впрочем, за судьбу генерала Эккстер не переживал.

– Ну что ж… Как бы то ни было, деньги в любом случае пригодятся, а? Раз я дошел до конца, мне полагается большой куш. Сколько там набежало?

Улыбка пропала с лица Бревиса. Агент грустно посмотрел на Эккстера.

– Никакого вознаграждения не будет, Най.

В груди похолодело.

– Как это?

– А вот так. Ни денег, ничего. У твоей трансляции были и другие последствия. Забыл? Ты ведь вывел «Ищи-и-Обрети» на чистую воду. Они банкроты, им каюк. Баста. Они ведь гарантировали правдивость предоставляемой информации, а теперь на них со всех сторон посыпались иски с требованием возместить затраты. Толку, конечно, мало, ведь у «И-О» не осталось ни гроша.

– Но… мои деньги…

– По договору права на твою одиссею полностью принадлежат «И-О», так что можешь с ними попрощаться. Активы агентства сейчас растаскивают все кому не лень. Когда уляжется – если вообще уляжется, такой бардак будут разгребать годами, – тебе перепадет максимум на сэндвич.

В голове у Эккстера остался участок мозга, сохранивший хладнокровие, и этот участок восхищался филигранностью произошедшего: чтобы вернуться и получить деньги за свое возвращение Эккстеру пришлось уничтожить тех, кто должен был ему эти деньги заплатить. Просто блеск. Черт побери, даже по-своему красиво.

Он встал с кресла.

– Ты… ты куда?

Эккстер распахнул дверь, и в офис хлынул гомон снаружи.

– Да так, прогуляюсь немного. Потом договорим.

* * *

Ответа не было. Он снова нажал на панель у двери Рей – тишина. В горизонтальных секторах, вдалеке от шума верхушки, вообще царила тишина. На горизонтали все оставалось по-прежнему.

– Ее тут нет, приятель.

Оглянувшись, Эккстер увидел в коридоре позади себя женщину, темноволосую и довольно миловидную. Прежде он ее здесь не встречал.

– А когда вернется, не знаете?

– Думаю, никогда, – произнесла женщина с улыбкой. – Она вышла замуж.

– Вот как… – Отчего-то к такому он был не готов.

– Най… – Женщина пристально смотрела на него, привалившись к стене коридора. – Ты что, не узнаешь? Не понял, кто я?

Она назвала его по имени. Да и этот презрительно-насмешливый тон, хоть и голос чуть грубее…

– Фелони?

Женщина кивнула.

– Молодец. Если что, когда я тут, то обитаю в этом теле.

– Даже не думал, что снова тебя увижу…

– Я решила тебя разыскать, поспрашивала немного твоих бывших соседей. Они рассказали про этот сектор. Я подумала, что рано или поздно ты сюда заявишься. Просто хотела узнать, как ты, особенно после всего.

– Ну и как, по-твоему? – Эккстер улыбнулся в ответ.

Она пожала плечами.

– Да вроде бы не изменился. Кстати, Сай передавал привет. Он еще не вполне оклемался, но в целом жив-здоров.

– Рад слышать.

Фелони указала большим пальцем на дверь.

– Что, подружка кинула?

– Ага… Видимо, у нее уже был кто-то на примете и она выбрала его, когда узнала, что обещанных больших денег я все-таки не получу.

– Тут такое дело… Я немного покопалась в открытых источниках. Вот, взгляни-ка. – Она вынула из кармана сложенный листок и протянула Эккстеру. – Это выписка из регистрационного офиса.

Он развернул бумагу и увидел дату свадьбы Рей. Потребовалась секунда, чтобы сложить два и два.

– Вот-те на… Пока я был там. На вечерней стороне.

– Именно. Еще до того, как она узнала, жив ты или мертв. Каково, а?

Эккстер скомкал бумагу и выбросил. В коридоре стояла тишина, все двери были закрыты.

– Что ж, этого можно было ожидать. Она такая.

– То есть нечего и огорчаться?.. – Фелони оттолкнулась от стены. – Ладно, побегу – дела. Береги себя, хорошо?

– Конечно.

Не оглядываясь, она ушла, а Эккстер смотрел ей вслед.

* * *

Он шел, шел и шел, пока идти было больше некуда. Пока он снова не оказался снаружи – на вертикали.

Эккстер выкарабкался из выходного отверстия – первого, на которое наткнулся, – и его встретили дым, пламя и далекие вопли где-то наверху.

Питоны с музыкальным свистом выскочили из сапог и зацепились за поверхность стены. Эккстер встал в полный рост перпендикулярно стальной оболочке Цилиндра и, повернув голову, посмотрел на облачную завесу внизу. Рука инстинктивно потянулась к поясу, но Эккстер пресек этот порыв. Страховочные питоны остались в своих гнездах. Эккстер в них отныне не нуждался.

Он стоял на стене, не ощущая ни прошлого страха, ни головокружения, уверенно глядя перед собой на пустынную поверхность вертикального мира. Свежий и колючий ветер ударил ему в лицо. Обжигая ноздри и легкие, Эккстер вдохнул воздух полной грудью. Облака пылали серебристым пламенем, заставляя глаза слезиться.

Широко расправив руки, Эккстер подставил себя всего ветру, словно парус.

Дорога была длинной, но он наконец вернулся домой.