Гном-стражник бросился на неё, и Рева взревела; магическая волна, исходившая от неё, врезалась в него, рассыпая его тело в крошево. Не давая Цересу опомниться, Рева бросилась вперед и с силой ударила ладонями в его грудь, впечатывая Короля Гномов в стену.

Она чувствовала, как он пытается пошевелиться, но молнии удерживали его на месте. Он замер, как статуя, которой всегда и должен был быть. Рева сосредоточилась, заставляя его тело содрогаться изнутри. Зазубренная трещина прошла по его середине до самого черепа, раскалывая лицо надвое. Он не мог кричать вслух, но она знала — внутри он вопит от боли.

Его тело медленно расходилось по швам, трещины покрывали каждый дюйм, пока он не взорвался сотнями осколков, разлетевшихся по полу. Пыль заполнила воздух.

— Попробуй восстанови это, ублюдок, — закашлялась Рева, отступая на шаг. Она подавила магию, хотя тело всё еще била дрожь. Красный свет отражался от всех стен комнаты. Яркий, нестерпимо яркий. Никогда еще она не видела такого живого красного цвета. Её взгляд упал на источник — сердцевидный камень, лежащий в груде щебня, которая когда-то была Королем Гномов. Камень, за которым они пришли, был внутри самого короля, и теперь, когда она держала его — его сердце — его больше не существовало. Не так ли выглядело каменное сердце Тина, пока Телия не освободила его?

Кроу каркнул из клетки за её спиной, и она быстро подхватила красный камень.

Бережно прижимая трофей к себе, Рева поспешила к Кроу. Она открыла клетку, просунула руку и вытащила его.

— Ты в порядке?

Он кивнул.

Напряжение в её мышцах спало, и она усадила его на плечо.

— Не оборачивайся. Не сейчас. Им будет труднее выследить одного фейри.

Пока она застегивала тунику, дверь снова распахнулась — один за другим на пороге появлялись гномы-стражи с копьями наперевес. Никто из них не шелохнулся, глядя на груду обломков короля на полу.

— Похоже, теперь я ваша королева, — заявила Рева, высоко подняв каменное сердце. — Если хотите остаться целыми, советую вам мне помочь.

— Они уже почти здесь, — произнес один из гномов, покрытый изумрудами, выходя вперед.

— Кто? — спросила Рева. — Локаста или её ночные твари?

— Нет, — прохрипел другой, — она прислала кое-кого похуже.

— Слушайте план, — отрезала она. — Соберите лучников, заприте город, забаррикадируйте все входы. После того как уничтожите угрозу, ведите войска к Изумрудному городу и помогите освободить его. Сделайте, как я велела, и сможете вернуться домой свободными. Я оставлю вас в покое, пока в этих стенах не будет убита ни одна дева, ясно? — Это казалось ей честной сделкой.

— Да, моя королева, — хором ответили гномы.

— Вот и славно. Раз уж мы договорились… — Оглушительные взрывы раздались сверху, сотрясая каменный дворец. Рева вздохнула, глядя в потолок. — Черт возьми, неужели хоть что-то может пойти по плану?

Глава 21

Кроу

Хуже. Что вообще могло быть хуже Локасты и её проклятых пикси?

Кроу быстро вернул себе облик фейри и наблюдал, как гномы исполняют приказы Ревы. С копьями в руках каменные существа устремились в тоннели, выкрикивая команды остальным — занять верхние уровни. Он обменялся с Ревой тревожным взглядом.

— Наши рюкзаки?

— Ты! — рявкнула Рева последнему гному, всё еще остававшемуся в тайной комнате мертвого короля. — Принеси наши вещи.

Серокожий гном, не проронив ни звука, метнулся во вторую потайную дверь и через мгновение вернулся с сумками Кроу и Ревы. Склонив голову, он протянул их Реве. Она забрала вещи, швырнула Кроу его рюкзак и закинула свой на плечо.

— Ну, чего стоишь? Беги!

Кроу с восхищением посмотрел на жену. Она была такой же сильной и решительной, какой он её помнил. Любой, кто посмеет пойти против неё, усвоит урок на собственной шкуре — и он сам в том числе.

Когда гном убежал, Кроу подошел ближе к Реве.

— Как думаешь, что там, снаружи?

— Черт его знает, — проворчала она. — Одно за другим, верно?

Кроу вздохнул. Так оно и было.

— При нашем долголетии жизнь стала бы довольно скучной, если бы судьба не держала нас в тонусе.

Рева одарила его тяжелым взглядом.

— На нашу долю выпало столько дерьма, что хватило бы на десять жизней фейри. А теперь убираемся отсюда, пока гномы отвлекают того, кто поднял этот шум.

Кроу выудил из кармана карту и развернул её; его глаза пробежали по многочисленным маршрутам. Ближайший к подножию горы — и самый легкий для быстрого побега — был одним из первых, что Кроу нанес на карту. Извилистые линии черных чернил поблекли за эти годы, и он молился, чтобы гномы не прорубили новых ходов на этом участке.

— Сюда, — скомандовал он, увлекая её в освещенные синим огнем коридоры.

Никто из гномов их не останавливал. Те были слишком заняты: неслись к своим постам, кричали о перекрытии входов и об эвакуации женщин и детей Гномьего города в безопасные места. При упоминании о малышах совесть Кроу неприятно кольнула его.

— Ты не думаешь, что нам стоит…

— Нет, — отрезала Рева на бегу.

Он захлопнул рот и последовал за ней за узкий поворот.

— Ты не дала мне закончить.

— Мы не будем им помогать, Кроу.

Уголок его губ дернулся в усмешке от того, как хорошо она его знала, но тут же опустился при звуке громких воплей, доносящихся снаружи.

— Ты теперь их королева, — проговорил он с сомнением. Короли и королевы должны защищать свою территорию. Именно за это они и боролись — за лучший мир с правителями, которым не всё равно. Ну, и за месть, конечно.

— Ой, умоляю, — фыркнула она. — Я официально отрекаюсь.

Кроу скинул рюкзак и начал рыться внутри в поисках оружия посерьезнее, чем нож в сапоге. К счастью, гномы запихнули его наручи внутрь, и он быстро закрепил их на руках.

— Я почти уверен, что это так не работает. Тебе нужно назначить преемника и сделать официальное заявление, прежде чем…

— Мы ввяжемся в драку только в том случае, если у нас не будет другого выбора, — огрызнулась она.

Кроу сморщил нос. Ему казалось, что выбора и так нет, если только не забиться поглубже в тоннели. А по его мнению, трусость никогда не была выходом.

— Ладно.

Они подошли к выходу, свет солнца манил их вперед. Но чем ближе они были к свободе, тем яснее становилось, что сюда нагрянули худшие из существ. Тени мелькали перед входом быстрыми вспышками. Одна, две, дюжина… А затем всё небо почернело от их теней.

— Хочешь подождать, пока гномы отвлекут их, и прорваться? — спросил Кроу. В глубине души он надеялся, что она скажет «нет». Ему не хотелось оставлять гномов на произвол судьбы после того, как Рева только что убила их правителя. Да, они были готовы скормить его Реве, как, несомненно, поступали с сотнями других, но это слишком напоминало геноцид. Без своего безумного короля и его приказов они, возможно, изменят свой уклад.

Казалось, Рева всерьез раздумывала об этом мгновение, прежде чем тяжело вздохнуть.

— Не могу поверить, что мы это делаем, — прошипела она и бросилась вперед, пока по её пальцам заплясали зеленые искры. Кроу выпустил лезвия из наручей и последовал за ней.

Они успели сделать лишь два шага наружу, как Рева замерла как вкопанная, побледнев. Кроу резко затормозил, едва не врезавшись ей в спину, и проследил за её взглядом. Тысячи крупных птиц с коричнево-белым пятнистым оперением парили над головой. Их массивные когти были выпущены так, словно они уже выбрали добычу. Вероятно, так оно и было: склоны гор были усеяны гномами всех цветов. В птиц летели стрелы — гномы, видимо, обучались стрельбе из лука, — но мало какие достигали цели. Существа были слишком быстрыми и маневренными.

От каждого полного боли крика у Кроу содрогались кости, а в ушах стоял звон. Птицы метались из стороны в сторону, уворачиваясь от стрел и сталкиваясь друг с другом. Некоторые из них пикировали к горе и приземлялись. Гномы кричали, когда тяжелые тела птиц врезались в камень и в самих гномов с такой силой, что гора дрожала. Из-под их когтистых лап летели камни.

— Что это? — прошептал Кроу, держа лезвия наготове и надеясь, что они не привлекут внимания.

Рева сделала несколько судорожных вдохов.

— Ах ты, гоблинотрахнутая куча дерьма!

Глаза Кроу расширились. Он затянул жену обратно в тень.

— Что?

— Это слуаги с границы Запада и Севера, — процедила Рева сквозь сжатые зубы. — Локаста подчинила их себе, пока я была… Злой Ведьмой.

Слуаги — неприкаянные фейри, лишенные дома в загробном мире и жаждущие причинить живым ту же боль, что чувствуют сами, обитали исключительно на Западе. Рева всегда старалась сдерживать их, но Локаста, конечно же, превратила их в оружие. И это была не просто физическая атака. Это был демонстративный жест: Локаста заявляла права на Запад — то ли прознав о смерти Лангвидер, то ли отказываясь признавать власть Телии.

Кроу облизал губы. Какими бы свирепыми ни были слуаги, они были подданными Ревы.

— Что ты хочешь делать?

— Я отправлю их домой. — Она отстранилась от Кроу и шагнула на свет. Зеленая энергия заструилась по её рукам, заставляя волосы развеваться в такт электрическим разрядам. Она выстрелила магией прямо в небо, не целясь ни в кого конкретно.

Крылья слуагов продолжали мерно биться, но сами они зависли на месте, словно что-то выискивая. Еще одна вспышка изумрудного света приковала к себе взгляды каждой птицы. Рева вышла еще дальше из тени — сверкающая, светящаяся, истинная правительница.

— Возвращайтесь на Запад! — Казалось, слуаги услышали её, несмотря на негромкий тон. — Возвращайтесь и ждите меня, вашу истинную государыню. Локаста больше не властна над вами.

Всего пара слов — Локаста должна была это предвидеть, если только не была уверена, что Король Гномов уже убил Реву. Слуаги медленно, почти неуверенно развернулись и полетели обратно. Гномы прекратили оборону города. Когда небо очистилось, Рева с силой пнула большой валун. Зеленый свет разлился вокруг неё, как защитный пузырь. Кроу почувствовал покалывание магии, когда она коснулась его, но боли не было.

— Любовь моя? — прошептал он.

Сияние сжалось из огромного купола в две сферы, пока она впитывала магию обратно в ладони.

— Идем, — сказала Рева, тяжело дыша. — Нам пора прикончить одну суку.

Глава 22

Рева

Рева проводила взглядом слуагов, пока биение их крыльев не затихло вдали. Она похлопала по карману, где лежал камень Короля Гномов.

— Нам пора уходить, — сказал Кроу.

Светового дня осталось от силы на четверть. Ни Кроу, ни Рева не спали и маковой росинки во рту не держали с тех пор, как попали во дворец, но придется стиснуть зубы и идти дальше.

Она была уверена, что если они останутся еще на одну ночь, гномы их не тронут. Но именно этого и ждала бы Локаста. Что они затаятся… Точно так же, как они прятались от неё перед рождением Телии. Ну, или пытались прятаться. В прошлый раз, когда они решили скрыться, у них отняли дочь, а их самих прокляли. Как только слуаги не вернутся с докладом, ведьма пришлет за ними кого-нибудь еще.

Тут Реву осенило. Эта идея могла помочь и гномам, и им самим. Она схватила за руку темно-коричневого гнома и развернула его к себе. Тот опешил, но промолчал.

— Сделаешь для меня кое-что? — спросила Рева, приседая, чтобы их глаза оказались на одном уровне.

Гном кивнул:

— Да, моя королева. Конечно. Что прикажете?

Рева положила руки ему на плечи, демонстрируя доверие.

— Я обещала, что если вы исполните мои приказы, я дарую вам свободу. Вами больше никто не будет править. Ни новый король, ни я, ни кто-либо еще, понимаешь? Чтобы мы с Кроу спасли страну Оз, ты не должен напортачить.

— Я исполню ваш приказ, — он крепче сжал свой посох. — Хоть на край света пойду.

— Так далеко не придется, — Рева сделала паузу. — А вот твоему гонцу — да. Мне нужно доставить письмо Локасте.

Гном улыбнулся:

— Ты мудрая женщина. Что в нем написать?

Бросив быстрый взгляд через плечо, она встретилась глазами с Кроу — тот уже всё понял. Она сжала плечи гнома чуть крепче.

— Не говори Локасте, что Король Гномов мертв. Передай, что вы убили меня, а Кроу в суматохе сбежал из дворца. Если она решит, что Кроу убит, она обрушит гнев на ваше королевство. Так что подчеркни: он жив, просто исчез.

— Я сделаю, как ты просишь, — он склонил голову. — Спасибо, королева, за твою милость. За то, что позволила нам жить дальше.

Рева выпрямилась:

— Всё у вас будет хорошо, если выполнишь приказ. Я верю во второй шанс. Но только во второй, понимаешь?

— Да, моя королева. Ты очень щедра. — Гном проскользнул мимо неё обратно во дворец.

Слуаги теперь летели домой, к западной границе. Телии понадобятся наставления Ревы, как с ними управляться, но дочь справится. Была и другая причина, по которой Рева решила отдать Телии именно Запад, а не Восток или Север, когда завоюет их. Правду говоря, она любила Запад каждой клеточкой своего сердца, но сама же и превратила его в руины, когда была проклята, причинила боль тем фейри, которых любила. Это было эгоистичное решение: она просто слишком боялась возвращаться домой, хотя и жаждала увидеть лица старых знакомых, которые, возможно, еще живы. Ей хотелось начать с чистого листа, а Западу нужен был кто-то, кому они смогут полностью доверять.

Кроу провел рукой по её волосам, вырывая из раздумий.

— О чем ты там думаешь? — спросил он, ласково коснувшись её щеки.

Она перехватила его руку и повернулась к нему. Между ними еще столько всего оставалось несказанным, и ей хотелось дать ему это.

— Спасибо.

Кроу выгнул бровь:

— Ты же знаешь, фейри никогда не говорят «спасибо».

— А я вот сказала. — Она пожала плечами. — Спасибо. За то, что всегда был тишиной в моей буре. Даже после всего этого времени.

Он улыбнулся, ведя пальцем по линии её челюсти.