Да, осознанно он запрещал себе подходить к Чон Наён вне съемок…
— Надо же, ты вдруг стал таким правильным… — подначил его Нам Джунхён. — Хотя теперь играешь злодея. Не подумал бы такого про тебя после тех слухов.
— Ты прекрасно знаешь, что мы не имеем права на личную жизнь минимум до тридцати лет, — сухо напомнил Ли.
— А я думал, ты год назад ушел с главных ролей именно ради того, чтобы иметь право на личную жизнь… Смотри, Тэхо, если даже я к ней не подойду, найдётся кто-то другой, а ты потом будешь страдать остаток жизни из-за того, что упустил свой шанс. Ты сам знаешь, как сильно умеешь убиваться о том, что проходит мимо тебя, — бриллиантовая серьга поблескивала в такт тому, как Джун с улыбкой качал головой.
Нам был в курсе всего, что тогда происходило с Ли, ведь они учились в одном университете и относились к одному агентству. Джунхён прекрасно знал, на какие болевые точки Ли Тэхо давить.
— Я не уверен, что Чон того стоит, — Тэхо выпустил Роана, чтоб тот огрызнулся и защитил его истончающееся достоинство. Он не хотел быть таким очевидным.
Ли прекрасно знал прелесть платонических чувств, ими действительно можно наслаждаться издали, в своих фантазиях. Как только ты делаешь первые шаги к тайной любви, волшебное чувство начинает умирать, столкнувшись с действительностью.
— Не попробуешь, не узнаешь, — как последний змей-искуситель, прошелестел Джунхён рядом с его ухом. Тэхо не видел лица Нама, но в тоне скользил яд тонкой улыбки.
Нам Джунхён толкал Ли Тэхо к бездне, которая должна была его погладить. И самым паршивым было то, что Ли знал: когда это произойдёт, и его накроет тёмным пуховым одеялом порока, ему это понравится. Несмотря на то, что весь его отвратительный опыт с женщинами говорил — страсть быстро выгорает.
Ко Ёнсу поймал актёра сразу после съёмок, пока тот не успел еще снять свой злополучный чёрный костюм. Ли стоял перед ним, почти нависая измученным гигантом.
Ко был высоким — 180 сантиметров, но рядом с Ли чувствовал себя маленьким. Тот действительно отличался большим ростом и широкими спортивными плечами… Сколько в нем было? Не меньше 190 сантиметров. Ёнсу опустил глаза на подол его турумаги, тот не касался пола, выше щиколоток, подогнанный под его рост. Верно работа малышки Пак.
— У вас были конфликты с кем-то последнее время, господин Ли? — спросил он.
— Ваш вопрос имеет какое-то отношение к травме Нам Джунхёна? — уточнил Ли Тэхо, отстаивая свои границы. В голосе звучало напряжение. Ёнсу, играя свою роль пытливого детектива, досадливо цокнул языком и отвёл взгляд в сторону, смотря как работники павильона убирают стафф после съемок.
— Мне сказали, что перед несчастным случаем вы с господином Намом повздорили, — Ёнсу ждал реакции Ли, тот остался холоден и все также говорил с ним сквозь зубы.
— Как это может относиться к его падению с троса? — Ли с ожесточением повторил свой вопрос.
Ко Ёнсу сделал удрученное лицо, заглядывая Ли в глаза. Ему важно было увидеть реакцию актёра на следующие слова:
— Мы вчера с главой каскадеров осмотрели трос, по краю обрыва заметен срез. Кто-то намеренно подпилил его.
Ли Тэхо не удержал лица. Удивление, перетекающее в ужас, расцвело на нем.
— Вы считаете, кто-то специально это сделал? — спросил Ли Тэхо тише и осторожней, наконец показывая сломленные эмоции.
— Да, поэтому и спрашиваю, не было ли у вас с кем-то конфликтов в последнее время. Те тросы — ведь никто не знал, какой из них достанется Наму, а какой вам. — Глава каскадеров подтвердил, что расстановку актеров и угол камеры они с режиссером обсуждали перед самой сценой.
Ли нервно выдохнул, опустив взгляд, похоже, только сейчас осознав, что мог пострадать он сам.
— Черт, — почти шепотом выдохнул Ли.
— Был ли кто-то, кто желал вам или господину Наму такой травмы? — Ко Ёнсу подвёл наконец Ли к итогу своих умозаключений.
— Нет, но мы оба в медиапространстве, — честно проговорил Ли. — Нам Джунхён сейчас на пике карьеры. А у звёзд всегда находятся завистники или безумные фанаты, — Ли, похоже, прекрасно знал, что такое обратная сторона славы. Ко тоже.
— Я понимаю, — кивал головой Ёнсу, он не раз сталкивался и с конкуренцией, и со сталкерами на своей работе. Отношения у актеров с коллегами не редко оказывались крайне запутанными и неприятными, как бы позитивно они не отыгрывали поддержку друг друга перед фанатами. Ёнсу не удержался от последнего уточнения. — Скажите, какие отношения у вас с господином Намом?
Ли достаточно долго молчал, чтобы Ко прочел его сомнения.
— Мы старые друзья, учились в одном университете, — наконец ответил актёр.
На этом они расстались, но в голове Ко Ёнсу искрился хаос сомнений. Ли что-то скрывал, хотя на самом деле куча доказательств обеляли актера.
Ко Ёнсу набросал карикатуру: малыш с чёрными волосами и вытянутым телом. Губы его складывались в оскал, а глаза напоминали искры. Рядом с зарисовкой черного халата этот парень казался высоким.
Первый и основной факт, защищавший Ли — халат на человеке в видео висел, и его полы стелились по полу. Ли явно крупнее, к тому же правда сам мог стать жертвой диверсии.
А ещё Ли инициировал расследование. Господин Сон Мину — продюсер, нанявший его — проговорился об этом. Было бы странно на месте преступника привлекать к содеянному лишнее внимание.
Ко Ёнсу не зря добивался правды о врагах Ли и Нама. Кто-то хотел покалечить одного из них. Также довольно вероятно, что Ли Тэхо хотели подставить, иначе зачем преступник надел этот карнавальный костюм?
Итог вырисовывался такой, что Ли при беседе щетинился, только когда дело касалось конфликта с Намом. Значит, стоило распутать этот узел, чтобы избавиться от сомнений.
***
Девчонка в короткой юбке куталась в толстовку на молнии и покусывала губы. Ко Ёнсу поймал её в последний момент рабочего дня и вполне мог оправдать напряженный и уставший вид. Они стояли на пустующей площадке. Только уборщик натирал полы в стороне от них.
Младшая помощница режиссера была ключевой причиной конфликта Нама и Ли — так во всяком случае гласили слухи. Ёнсу машинально оценил её внешность и зарисовал в блокнот карикатуру между Ли и Намом.
Она смахивала на студентку — этакую милую соседскую девчонку, но точно не на роковую женщину, из-за которой мужчины сходят сума и перепиливают в ночи канаты страховок. Дело было даже не во внешности, а в поведении и подаче себя. Чон Наён явно не умела быть той, кто требует к себе такого внимания и любви.
— Что вы можете рассказать о господине Наме? — уточнил Ёнсу.
— Я мало с ним общалась лично. Мы работали только в тот день, когда он упал, на читке сценария и на площадке всего пару раз пересекались. Так что мне сложно дать ему оценку, — хотя она и не сказала чего-то стоящего, Ёнсу отметил её тон. За сегодня это был первый честный во всем голос, как будто девчонке правда нечего скрывать
— А о господине Ли? — продолжил он свой допрос.
Тут эта честность споткнулась и залилась легким румянцем.
— Мы с ним работали в паре на съёмке. Наши персонажи взаимодействуют, и он помогал мне. Господин Ли — хороший актёр, — её смущение заставило Ко Ёнсу подрисовать между её карикатурой и Ли Тэхо маленькое сердечко. Она имела какую-то связь с Ли, и он ей явно нравился.
— Говорят, Ли и Нам конфликтовали перед несчастным случаем? — уточнил Ко.
Чон подняла на него испуганный взгляд. Она явно не хотела об этом говорить, значит что-то знала.
— Из-за чего они поссорились? — нащупал Ёнсу нужную болевую точку.
— Ссоры не было, — она решилась опровергнуть этот факт. — Они просто разговаривали…
Ко Ёнсу отметил, что девчонка пытается отрицать конфликт, и понял, что она чувствует свою причастность к этому и переживает. Здесь и вправду вырисовывался любовный треугольник. Чон испытывала чувства к Ли. Тот, судя по напряжению в разговоре о конфликте с Намом, тоже. Иначе бы не стал публично отстаивать границы девчонки. В этой головоломке последним неизвестным оставался Нам Джунхён.
Ёнсу нарисовал вопросительный знак между Чон и жертвой покушения.
— О чем они разговаривали? — оставив жалость, продолжил давить на неё детектив.
«Обо мне», — осталось так и невысказанным, так как к ним подошла костюмерша Пак.
— Господин Ко, я кое-что обнаружила…
Она появилась не вовремя и была слишком настойчива, так что Ёнсу пришлось отпустить из своих сетей Чон.
— Что случилось? — уточнил Ко Ёнсу, когда они остались вдвоём.
— Я все думала о том фото… Мне пришлось проверить костюмы, что я сшила, и заготовки… Один из них пропал.
***
Чон села в свою старую и потрепанную машину, устало бросив рюкзак на соседнее сиденье. Дворник лениво скользнул по стеклу, убирая рябь вечерней влаги.
Наён нервничала после разговора с детективом: она ни в чем не была виновата, но его вопросы испортили ей настроение. Та история с разговором Ли и Нама отчего-то так сильно возбудила всех. Глупо, что окружающие видели в этом нечто особенное.
В голове её всплыла история со слухами вокруг Ли Тэхо. Должно быть, также отвратительно он чувствовал себя тогда. Это действительно неприятно, когда ты безосновательно становишься чьей-то сплетней, когда тебе не дают даже права что-то опровергнуть. Ведь на тебе ярлык, который люди сами додумали, не зная всех обстоятельств.
Пак Чиу спасла её от допроса. И то, как она бросила на Наён многозначительный взгляд, уходя, означало — подруга ей ещё расскажет многое, в том числе и о детективе Ко.
Наён поправила зеркало заднего вида, смотря на себя в очках: под конец дня она надела их, потеряв одну из линз из-за неловкого движения руки. Очки сползли с переносицы, и Наён вернула их на место.
Стоило оставить все дурные мысли позади. Три недели съёмок первой пилотной серии завершились. Впереди специалистов по монтажу ждал аврал, а остальную съёмочную команду — отдых.
Наён уже предвкушала, как займется тем, что все это время откладывала. Вернётся к своим старым черновикам и напишет пару глав. Голова уже готова была взорваться от накопившихся слов и сюжетов, а руки чесались их записать. А ещё она обязательно прочтет пару книг, купленных за это время, и посмотрит какое-нибудь кино. Наён надеялась, что изнанка съёмочной площадки не убила в ней напрочь умение воспринимать это искусство.
Чон включила зажигание, машина плавно тронулась с места, выезжая из парковочного кармана. Она лишь на секунду опустила глаза на экран телефона, лежащего на панели. Там высветилось сообщение от Чиу.
Этого было достаточно, чтоб она не заметила, как справа на медленной скорости двигался чёрный автомобиль.
Мягкий удар. Её передний бампер поцелуем коснулся задней двери чужой машины. Наён же почти нежно скользнула лбом по верхнему краю руля.
Сердце её застучало в самом горле. Щеки как будто обдало кипятком — она была в ужасе, поднимая голову. Дверца черного автомобиля открылась, и Чон Наён поняла, что это её конец. Из поврежденной машины вышел Ли Тэхо.
Её пальцы коснулись саднящего лба — какое отвратительное завершение дня!
Ли думал о том, как упадёт в рутину одиночества на ближайшие пару недель. Он чувствовал себя как человек, который выходит из затяжного запоя. Стагнация в перерывах между съемками иногда была болезненной. Жизнь и еда теряли вкус… Выезжая с парковки, он думал, как пережить это время и не тронуться умом. На мысли о поездке к морю его машину дернуло. Противный скрип тормозов резанул по ушам.
Кто-то умудрился въехать ему в правый бок.
Тэхо нервно дернул ремень, выходя, и застыл. За рулём потрепанной серой машины сидела девушка. Волна чёрных волос и очки. Девчонка так вжалась в сиденье, что Тэхо показалось, она надеется провалиться сквозь землю, прячась от его взгляда.
Это была Чон Наён. Вся его злость разом истончилась, как дымка тумана.
— Ты в порядке? — спросил он, подходя ближе к её машине и наклоняясь к окну.
Наён потёрла намечающуюся на лбу шишку. Что ж хотя бы очки не вбились в переносицу.
Она кивнула Ли Тэхо, не решаясь ответить в голос.
— Тогда выходи. Проверим, что с машинами, — добавил он, уже доставая телефон, чтобы сфотографировать повреждение.
Наён медленно открыла дверь и вышла, чувствуя, как подкашиваются колени. Она не знала, чего стыдится больше: самой аварии или того, что врезалась именно в Ли Тэхо. Он стоял рядом спокойный и собранный, это пугало её сильнее всего.
Ли обошел машину, посмотрел на царапину на глянцевой краске, сфотографировал. Затем коснулся её пальцами — вмятины не оказалось. Тэхо оглянулся на машину девчонки. Та выглядела хуже, но скорее всего дело было не в сегодняшнем столкновении, просто она повидала многое.
Похоже, Тэхо был не первой жертвой Чон Наён. От неё стоило ожидать неловкости даже за рулем, и Ли, кажется, с этим смирился, принимая как часть самой девушки. Он сфотографировал номер машины.
— Я виновата, — честно призналась Наён, сгибая спину в поклоне. — Я могу оформить выплату через страховку, — сказала она, уже доставая телефон. — Нужно вызвать полицию и зафиксировать…
— Не нужно, — перебил её Ли Тэхо уверенно. — Мы разберёмся сами. Повреждения не критические, нет смысла вызывать полицию и тратить время.
Наён обрадовалась этим словам. Машина Ли Тэхо не из дешевых, и она мысленно попрощалась со своими сбережениями, страховка могла такое и не покрыть. Одни гордость и ответственность заставляли поступать её «правильно».
Тэхо же смотрел внимательно за её эмоциями. Наён была все в той же толстовке и с голыми коленками. Рукава слишком длинные, так что виднелись только пальцы. Их Наён прижимала ко лбу, словно прятала взгляд от него.
Тэхо приблизился к девчонке и отвел руку. На лбу показалось красное пятно ушиба. Он разочарованно выдохнул:
— Что произошло?
Ох, этот тон её прошиб — Наён снова облажалась.
— Ударилась об руль. Ничего «критического», и вызывать скорую не нужно, — она надеялась передразнить его, чтобы не выглядеть такой уж растяпой, но острый взгляд не отлипал от её лица. — Ни полиции, ни скорой… Пожалуйста, — сказала она, почти умоляя. И так посмотрела на Ли из-за стекол очков, что он всё-таки сдался.